Счастье на троих

Утром Игорь просыпается первым. Он всегда просыпается рано, всегда ещё до будильника, который сам и ставит. Позволяет себе недолго полежать, поглаживая Ванечку по макушке, но потом всё-таки выпутывается из Ванькиной хватки, сразу же подтыкая одеяло так, чтобы пацан не замёрз. Тигра ещё не настолько проснулся, чтобы выбираться из-под одеяла или даже чтобы глаза открывать, но за Игорем он приглядывает в четверть приоткрытым глазом, понимая, что и самому скоро вставать. Но ещё не сейчас. Игорь, ещё раз оглядев картинку на кровати - Ванька безмятежно сопит под Тигриной рукой - поднимается, оглядываясь в поисках одежды. Игорь худощавый, жилистый - на каждом движении можно различить перекат мышц под кожей. Особенно хорошо - чувствовать под руками, но это точно не то, о чем стоит думать, сонно обнимая мягкого, тёплого и пахнущего смесью мускуса и карамели пацана. Тигра выбирается из постели сразу, как Игорь меняет дислокацию с ванны на кухню, деловито начиная греметь посудой. Ванечка тут же недовольно вздыхает, подтягивает к себе Игореву подушку и снова затихает, никак не отреагировав, когда Тигра, сев на кровати, гладит его по растрёпанным волосам. Золото просто, а не пацан. Теперь бы ещё найти способ сделать неизбежный утренний разговор хоть чутка менее неловким. Пятнадцать минут контрастного душа никаких идей в голову не подкидывают. Глянув в зеркало, бритьё Тигра решает отложить - светлая щетина ещё не так критична, чтобы тратить на неё утро. Игорь на кухне готовит омлет - он, наверное, и с закрытыми глазами мог бы готовить, так чётко и отлаженно выглядит каждое движение. Тигра, пройдя на кухню, упирает с доски маленькую помидорку и, разумеется, получает по рукам. А сразу после получает чашку кофе - джезву Игорь откапывать не стал, она стояла где-то у самой стенки какого-то из кухонных шкафов, Тигра сам уже не помнил которого. - Помочь? - ответ Тигра и так знает, но это вроде как традиция, вроде “для меня важно, что ты тут по утрам упираешься”. Игорь качает головой, наскоро вытирает руку о фартук и гладит Тигру по макушке - тот прикрывает глаза, улыбнувшись. Всё в порядке. С Игорем - точно. Ваня просыпается от звука будильника. Рингтон на этот случай Игорь выбрал самый отвратительный, какой-то из стандартных - шансов спрятаться от противного пищания под подушкой не было - пришлось вставать и выключать мерзкую пищалку. Свою одежду Ванька находит лежащей аккуратной стопкой на тумбочке - не иначе Игорь постарался. В целом, несмотря на то, что просыпаться пришлось одному и по будильнику, настроение было хорошим. Даже солнце благожелательно светило в окно, будто вчерашнего ненастья вовсе не было. Особой бодрости это не придаёт, но всё равно приятно. - Доброе утро, солнце, - Игорь не оборачивается, когда Ванька утыкается носом ему в шею, обняв за пояс. Он там как всегда обжаривает овощи и пару ломтиков мелко накрошенной нежирной ветчины. - Не выспался? Ванька мотает головой, отрицательно замычав, и сонно прижимается теснее, норовя задрать Игорю футболку и добраться рукой до голой кожи. - Скоро будет готов. Марш за стол, - Игорь всё-таки поворачивается, чтобы поцеловать заулыбавшегося Ванечку в нос, и тот слушается, отпуская его, отступая к столу. Тигрыч если и собирался что-то сказать - не успевает. Ванечка, зевнув, целует его в висок и без лишних вопросов забирается на колени, обняв за шею и устроившись поудобнее. - Ты спать собрался? - уточняет Тигра, приобняв его, чтобы ненароком не свалился. - Угу, - соглашается Ванька, снова зевнув. - До завтрака ещё как до луны. А ты тёпленький. Ты нас проводишь? - Нет, мишутка, - Тигра, смирившись с ролью кресла для пацана, в один глоток допивает остатки кофе. - Я позавтракаю и сразу убегу. Сами тут закроете. Игорёш, можно ещё кофе? - Можно, - Игорь, оторвавшись от плиты, щёлкает кнопками на кофе-машине. - Плюшевый тигра. - Эй, - неубедительно возмущается Тигра, чувствуя себя и вправду большой плюшевой игрушкой, облюбованной шебутным, но очень сонным ребёнком. - Мишутка, тебе удобно? Ванька угукает, едва заметно кивнув. - Ну тогда ладно, - соглашается Тигра. Ванька отказывается слезать даже когда Игорь объявляет, что завтрак готов. Ну, не то чтобы отказывается, просто смотрит на Тигру, щуря сонные глаза, и тот сдаётся, махнув рукой, и разрешает: - Сиди, я тебя покормлю. - Ну это уже ни в какие ворота, - осуждает Игорь, но в тарелку, тем не менее, кладёт двойную порцию омлета, придвигая её к Тигре. - Кру-уто, - вздыхает Ванечка, наверняка до конца не веривший в успех своей затеи. - Ну разочек, Игорёш. Игорь отмахивается, признавая своё поражение. - Точно с Лебедевым тебя поселим, - грозит, устраиваясь за столом и перемешивая в маленькой пиале йогурт. - Ты за что так с ребёнком? - возмущается Тигра. - Он же ещё маленький! Ванька сонно ржёт, уткнувшись Тигре в шею, Игорь, уплетая йогурт, смотрит на них со всем доступным ему осуждением, поясняя: - Для дисциплины, Тигрёнок. Помнишь ещё такое слово? - Ага, что-то припоминаю, - соглашается Тигра, задумчиво сощурившись и скормив Ваньке кусочек омлета с вилки. - Что-то вроде “в избыточном количестве может нанести непоправимый вред детскому организму и психике”, ага. - Придурок, - весело фыркает Игорь. Завтракают неторопливо и немного сонно, зато сразу после того, как тарелки оказываются сгружены в посудомойку, а оставшиеся продукты убраны в холодильник, Тигра с высоты своего роста обоих целует в макушку и уматывает собираться. На это у него уходит меньше получаса - Ванечка только успевает из всех углов комнаты повытаскивать свои вещи, а Тигра из коридора уже рявкает, что ему пора сваливать. - Ну ты же приедешь к нам, да? Скоро? - строго интересуется Ванечка, первым вынырнув ему навстречу. - Мы две недели на сборах будем, а потом как обычно. - Приеду, - обещает Тигра. - Там у Федьки день рождения, так что у меня даже повод есть. - Да можно и без повода, - Ванечка приподнимается на носочки, мягко впечатываясь Тигре губами в губы. - Звони. - Ладно, - соглашается Тигра, коротко обняв пацана и на дюжину сантиметров приподняв над землёй. - Будь хорошим мишуткой. - Обещаю, - Ванька весело подмигивает и, помахав на прощание рукой, уходит собирать разбросанные по всему дому, от спальни до кухни, провода, наушники и прочие приблуды. - Береги себя, - негромко выдыхает Тигра, за затылок притянув шагнувшего навстречу Игоря к себе. Игорь прижимается лбом к его лбу, кладёт ладонь на шею, помолчав какое-то время, прежде чем отпустить, отвечая: - Ты тоже, Тигр. Возвращаться днём в пустую, тихую квартиру приятного мало. Пожалуй, если бы хоть какой-то беспорядок напоминал о том, что последние пять дней она вовсе не была тихой и пустой, было бы проще, но Игорёша всегда был аккуратистом, и привычно напоследок всё расставил по местам, что на кухне, что в гостевой спальне. Только стопку домашней одежды оставил на краю кровати, зная, что Тигра, как будет время, закинет в стирку. Ванечка, судя по всему, нашёл все свои вещички, так что его присутствия в доме не выдавало вообще ничего - ну хоть бы шампунь свой дурацкий забыл, всё было бы проще поверить, что всё было взаправду, не приснилось и не придумалось. Особенно вчерашний вечер и сегодняшнее утро. Об этом вообще лучше не думать, не вспоминать лишний раз, хотя хочется буквально до сладкой трепетной дрожи под рёбрами. Как засохшую корку с ранки отрывать - нельзя и больно, но, блин, всё равно приятно. Особенно приятно, если уткнуться носом в серую Игореву футболку, которая ещё пахнет им, усевшись на край аккуратно застеленной кровати. Игорь всегда был рассудительным, спокойным и серьёзным - кроме тех моментов, когда его на поле выбешивали, конечно, тогда вообще реагировал только на тренера - глупостей и спонтанных решений себе не позволял. Зато Тигре всегда позволял, закрывал глаза, качал головой, но улыбался, признавая право Вселенной создавать вот таких вот своевольных придурошных оболтусов, как он. Или милашных белопушистых пусек как Ванька. Не иначе как для того, чтобы Игорь мог хоть немного их контролировать, оберегать, утешать после провалов и любить. Насчёт последнего Тигра не сомневался, а то, что ужиться толком так и не смогли… Тут даже по его мнению его вины было больше. Зато Ванька пацаном был славным, в Игорёшу влюблённым, добрым и впечатляюще искренним, и Игорю с ним было хорошо - это грело душу. Телефонный звонок раздаётся чуточку раньше, чем Тигра скатится в совсем уж невесёлые размышления о себе, комкая в руках тонкую серую футболку. - Мы приехали, добрались до магазина и Игорь, блин, не разрешил мне купить сгущёнку, - сходу сообщает Ванечка, даже забыв поздороваться. - Ты дома уже? Игорь сказал, что должен быть дома. - Дома, - Тигра едва сдерживается, чтобы не рассмеяться от внезапно накатившего облегчения. - А вы как добрались? - Утром лучше ехать, - заявляет Ванечка. - Но тоже ничего. Я упёр твоё худи, ну то, красное… - Вырвиглазно-алое, - поправляет Игорь. Его слышно плохо, но Тигра всё равно улыбается, услышав его голос. - Ага, - соглашается Ванечка. - Я случайно! - Да конечно, - Игорь, кажется, фыркает. - Случайно он. - Ты же не против? - Да конечно не против, - соглашается Тигра. - Что у тебя там со сгущёнкой случилось, мелкий? Ванька, оказывается, запихнул банку на самое дно продуктовой корзины, надеясь, что прокатит. Игорь ехидно прокомментировал, мол “никогда не прокатывало и вот опять”, с чем Ванька согласился, но по голосу было слышно, что пытаться он не перестанет. Тигре правда по-хорошему тепло от этой болтовни, от Ванькиного рассказа о том, как они добрались, от Игорёшиных расслабленных комментариев, от того, что одиночество, собиравшееся навалиться снежным комом, тает, истончается и даже будто совсем отступает. Напоследок, уже повесив трубку, Ванька присылает пару фоток - Игоря за рулём, сосредоточенно глядящего на дорогу, и себя на пассажирском сидении с широкой ухмылкой. Тигра, подумав, отвечает селфи на кухне с банкой сгущёнки в руках, на что получает кучу возмущённых смайлов. И через пару минут сообщение: “глянь на ноуте, я тебе на рабочий стол закинул папку с фотками”. Фотки забавные. Много совершенно домашних - Игорь с мокрой головой, сонное Ванькино селфи, он сам, что-то увлечённо рассказывающий Игорю на кухне. Подробный фотоотчёт обо всех их прогулках, в том числе десятка два фотографий из бильярдной - темноватых, немного смазанных, но довольно атмосферных. За следующие пару дней Тигра успевает убедиться, что Ванька - достойный конкурент в плане привычки присылать три десятка сообщений за день, даже если повода особого нет. Ванька шлёт фотки, короткие видеозаписи, на которых, обычно, его улыбающаяся физиономия и Игорь, то пытающийся увернуться от камеры, то смирившийся с неизбежностью. Рассказывает, как добрались, как заселились, какая погода - “охренительно солнечно, Тигра, просто пиздец какое солнце!”, - какой стадион. Как Игорь его гоняет - “это, блин, всё из-за сгущёнки. И оладьев. Но они того стоили, я ещё хочу!”. Что заселили их на этот раз в один номер - Ванька бродил за Игорем по номеру с включённой камерой до тех пор, пока тот не кинул в него футболкой. Вечером Тигра сам ему звонит и они треплются почти час, пока Игорёха не отбирает у Ваньки телефон, мотивируя тем, что времени уже дохрена и спать пора. - Ты там как? - спрашивает Игорь, судя по возне на заднем плане, успешно подавляя восстание. - Лучше, чем могло быть, - честно отвечает Тигра, зная, что Игорь поймёт правильно. Что три дня почти постоянного общения с Ванечкой, сдобренные периодическими Игорёшиными комментариями, дают ощущение близости и сопричастности, что ему это нравится, что ему это попросту нужно. Особенно теперь. - У вас там жара? - Ванька сгорит, - лаконично предсказывает Игорь.