до встречи с тобой

1.

— Да отвали, сука! Тэхен с криком вылетает из шумного, провонявшего чем только возможно, клуба под названием «YOUTH» и психует из-за того, что на нём остался мерзкий запах бергамота какого-то альфы, понадеявшегося на веселую ночь с таким омегой, как он. Тэхен красив и привлекателен, только чаще всего это играет далеко не ему на руку, ведь придя в клуб с друзьями чисто выпить и расслабиться, он уходит оттуда весь облапанный и со слюнями на одежде каких-то выродков, что все время к нему лезут. Как-то он обдумывал идею о надписи «Я прихожу сюда не трахаться, а выпить» на футболке сзади или на кепке, но передумал, ведь это бы означало, что у него самооценка где-то до неба достаёт, но на деле это не так. По клубам часто он ходит далеко не от скукоты, а пьёт два раза на дню не от того, что жизнь идеальна. Ему девятнадцать, живёт не богато, но и не бедно, есть друзья, казалось бы, все хорошо, если не говорить о том, что мать вкалывает на двух работах, пока отец-алкоголик избивает двух своих сыновей и винит их в том, что они родились омегами. Джин — брат Тэ, старше его на четыре года, но даже в силу своего возраста дать отпор отцу не может, а уйти из дома не позволяет любовь к матери и брату, которого он поклялся защищать от гнева отца. Ступив на порог дома, в нос ударяет ничем не лучше вони в клубе, резкий запах насыщенного перегара, которым провонял весь их двухэтажный дом. Шум вновь сломанного телевизора режет уши и Тэхен пытается от него скрыться в своей комнате, но как только он подходит к лестнице — заезженный сценарий повторяется: вот слышит крик пьяного отца, вот тот подходит к нему на еле гнущихся ногах и Тэхен чувствует металлический вкус крови во рту, глухо слыша наизусть выученные фразы отца о том, зачем омега родился и зачем родился омегой, а не альфой. Как будто это что-то бы изменило, ведь отец бухал в два горла и до рождения Джина, избивая натерпевшуюся уже за то время мать. Сколько бы сыновья не спрашивали ее — зачем вышла за такого, как он, зачем продолжает с ним жить, на все она лишь пожимает плечами, не удостоив омег ответом, и только год назад Сокджин узнаёт о том, что отец угрожает все равно их найти и перерезать им глотки. Впрочем, маму понять можно, ведь она сильно рискует, а с другой стороны думает, что из каждой ситуации есть выход. Тэхен запирается в комнате на два замка и сразу идёт в ванную обрабатывать разбитую губу и успокаивать бешено-бьющееся сердце от ощутимой боли, — не физической — моральной, глуша свою истерику шумным потоком включённой из крана воды.

2.

Крики матери застают Тэхена врасплох, когда он вечером после учебы подходит к открытой двери дома, откуда и идут крики, сопровождающиеся битьем посуды. Тэхен видит, как отец пинает мать в живот, разбивая рядом с ней соджу, и он, сорвавшись с места, хватает с пола разбитую бутылку. Все, что происходит дальше — как в тумане. Кровь на тэхеновых руках теплая, мерзкая от осознания того, чья она; отец с пробитой головой и вспоротым от розочки* животом лежит на полу без сознания, истекая алой кровью, что впитывается в деревянный пол и в его одежду. Тэхен на руки свои смотрит, ртом воздух пропитанный металлом и спиртным вдыхает, но легкие его не принимают, омега начинает задыхаться. Мать, сидя на полу, плачет, ни к мужу, ни к сыну в состоянии аффекта не тянется, подобрав под себя ноги и раскачиваясь из стороны в сторону. Ноги сами несут куда не глядя. Краем глаза Тэхен видит ужас на лицах встречающихся ему на пути людей, и не удивительно, ведь он похож на убийцу. Он и есть убийца. Причины его поступка никому не важны, не в этом мире, где все так и пропитано несправедливостью и фальшью. Тэхен, размывая по лицу кровь, не замечает, как приходит в парк с красивым в нем водоемом, у которого он часто проводит время по утрам в выходные дни. Здесь всегда спокойно, уютно, как должно быть в доме; это место всегда расслабляет и успокаивает. Омега идет по пирсу и случайно толкает мимо проходящую старушку, которая будто из воздуха появилась. На ней, несмотря на жаркую погоду, темное платье, уходящее ей до щиколоток, иссиня-черный кардиган до бедер и того же цвета большая шляпа на голове. Женщина сама по себе наводит ужас, а в этом одеянии и вовсе похожа на смерть, разве что, без косы. — Простите, — тихо говорит Тэхен, кланясь, и замирает, когда она останавливается и вполоборота начинает на него смотреть, будто взглядом пожирать. — Простите, — как мантру повторяет парень, отступая назад, не замечает, как все ближе подходит к краю. Старушка все стоит, не двигается, и Тэхена в холодный пот от этого взгляда бросает. Он оступается, и ни за что не схватившись, уходит под воду, не успев задержать дыхание. Кристально чистая вода омывает его от крови и грязи, но вместе с этим мучительно медленно забирает его жизнь, ибо Тэхен плавать никогда не умел. Он барахтается, вниз глядит и дна не видит: неужто настолько глубоко? Тэхен, захлебнувшись, уходит на дно, которого и вовсе нет. Вместо него тьма, поглощающая мертвое тело.