По виткам вдвоём!

      Почти три недели. Почти три грёбанных недели мы уже в «Совёнке». И сейчас намечалось очень интересное мероприятие в лагере и я, Юрьев Куликов Максим, расскажу вам все подробности об этом огромном приключении. Всё начиналось с, казалось бы, обычной рутины:       Сегодня самый жаркий день за всё моё время пребывания в лагере градусник, стоящий за пределами окна, показывал под +31 градус. Было бы неплохо сходить на пляж, да вот планы кардинально изменились, когда в столовую, где уже отдыхал я с Ритой после готовки, прибежала Ольга Дмитриевна и сказала, чтобы даже мы пришли на линейку. И за что нам такое наказание? Может мы недостаточно хорошую еду готовили? Я был готов сделать что угодно лишь бы не оказаться на линейке, да только пионервожатая приказала идти прямо сейчас рядом с ней, и чтобы не на шаг от неё, а иначе мало не покажется. И в итоге нам пришлось мучаться в эту жару под палящим солнцем без всяких панамок, кепок или ещё чего. Самый настоящий ад. Наконец, когда весь пионерлагерь собрался на площади, Ольга Дмитриевна чутка пошепталась с другими вожатыми и, встав перед всеми нами, начала утреннюю линейку.       — Доброе утро, пионеры, сегодня вечером мы выдвигаемся в поход в лес. И так как в этом году у нас достаточно сильные и сообразительные пионеры на смене, то мы решили усложнить вам ситуацию с походом, мы пройдём на четыре километра в лес, где мы все должны будем прожить несколько дней. Обязанности между друг другом все разделят сами, и не думайте, что таким образом, мы — пионервожатые, просто хотим избавиться от вас в лагере на несколько дней, мы будем «выживать» с вами. Также не вздумайте убегать обратно в лагерь. Каждое утро и вечер будет проводится перекличка, если кого-то не будем, неважно по каким причинам, этот пионер, получит наказание. Жестокое наказание, что это, вам лучше не знать, так что лучше не рисковать и оставаться вместе с нами до самого конца похода. Вечером, после ужина у вас будет десять минут на сбор, если кто-то не придёт на построение, то тоже получит наказание. А теперь, пожалуй, перейдём к планам на день… — дальше слушать уже бессмысленно, всё равно в столовой буду сидеть ничего не делать, но вот Никите и Алисе я не могу позавидовать. Но этот поход… Да и жёсткие наказания за «дезертирство» — это несвойственно для педагогов, воспитателей и вожатых. Хотя о чём это я? Кто их тут за это накажет, они могут хоть королевскую битву устроить, никто и слова не скажет, но вот будь мы всё же в реальном мире, их бы, наверное, давно уже уволили бы.       Вскоре вожатая наконец отпустила пионеров на завтрак. Среди ошарашенной толпы, я не сразу нашёл Никиту, даже не смотря на его выделяющийся цвет волос.       — Муха, что думаешь по поводу этого похода? Будешь прятаться или примешь этот «вызов»? — глаза моего друга были по пять копеек. Наверное, когда он услышал первые слова про поход, он подумал про тот, что был в игре, такой лёгонький и несложный, а тут такое оказалось, что прямо выживать придётся!       — Пожалуй, — протянул Никита. — Конечно приму! Это же офигеть какой опыт, да и в жизни потом пригодятся навыки выживания в лесу, ведь кто знает, что может произойти! — восхищённо бормотал зелёноволосый.       — Ну, тогда я точно иду, — я по-дружески толкнул Никиту в плечо и чуть засмеялся.       — Да вот только интересно, а не сожрут ли нас ночью лесные звери?       — Не боись, я как-то интересовался у Риты, откуда мясо у нас берётся, так она сказала, что нам его привозят раз в месяц, ведь единственные животные, которые водятся у лагеря где-то в пределах 10-14 километрах — Совы. А из них мало того, что мяса много не достанешь, так ещё и фиг поймаешь, да и не красиво это, лагерь ведь в честь них назван, — это я узнал ещё где-то на пятый день в лагере, я даже как-то сам поражён, что до сих пор помню это.       — Ну, тогда это вообще сложным не будет, сначала веток просто натаскать, найти место для костра и всё, живи сколько хочешь, только придётся грибами и ягодами питаться, да ничего, их в округе, я думаю, много, не могла же Юлька их все съесть, верно?       За обедом, к нам присоединился Семён.       — Дарова, ребятки, чё как?       — Да нормально, сам-то как, Сём? — поинтересовался Муха.       — Шикарно, что сегодня на линейке было? — а я-то думал: «кого-то не хватает на линейке», а это Сёмка отсыпался снова.       — Да вот в поход отправляют и не в такой, какой ты ходил множество раз, мы пойдём вглубь леса и там несколько дней будем прям выживать! — восторженно поведал Никита. По лицу было видно, что Семён точно не собирается идти.       — Кстати, если не пойдёшь, то Ольга Дмитриевна тебе какое-то жёсткое наказание даст, — подметил я.       — А она меня и не найдёт, — отмахнулся Сёма, дожёвывая котлету. Иногда меня очень раздражает такое его поведение.       Завтрак закончился очень быстро, как обычно. Как говорила одна учительница у меня в школе: «маленький ротик — большой животик», не знаю, как это связано, просто хотел поделиться этой фразой. Все пионеры разошлись кто куда. У меня планов не было и весь день я мог провести только так, как я сам этого хочу, даже вожатая мне не может поручать задания, как же хорошо я решил изначально в столовой устроиться помощником, вот это благодать, конечно.       Раз уж впереди несколько дней в лесу грядут, то надо бы наотдыхаться и набраться сил заранее. Кстати, в конце своей речи Ольга Дмитриевна говорила, о том, что нас всех распределят в группы по пять человек и в итоге групп будет восемнадцать. И между собой мы там должны будем распределить обязанности. Это самое лучшее, что я только слышал, ведь я как сейчас ничего не делаю, так и в этих группах ничего не буду делать, разве что иногда еду готовить, но ничего, с этим справлюсь. Если уж делаю еду для всего пионерлагеря, то для четырёх человек, не считая меня, я справлюсь сто процентов! Но, тогда уж, надо бы рюкзак собрать заранее, а то ведь могу не успеть за десять минут собрать всё нужное. Кастрюля, корзинки и половник мне пригодятся, а за этот маленький промежуток времени точно не успею, это ведь до столовой там добежать надо, а это уже семь минут, а ещё пока найду всё нужное, это же капец долго, не успею. Потому всё же придётся немного постараться, а потом уж хоть до ужина ничего не делай.       С самого начала смены у каждого пионера в шкафчике на самом дне лежал средних размеров походный рюкзак, ну или не у каждого, но у меня, Никиты, Сёмы и Алисы они точно были. Прихватив рюкзак с собой, я вновь направился в столовую, Рита тоже была на кухне и выбирала вещи для похода, видно приготовление еды как-то влияет на мозг и придаёт одинаковые мысли.       — О, Максим, тоже пришёл вещей набрать заранее?       — Да, и ты, как я погляжу, тоже это делаешь.       — Кстати, советую взять тебе спичек, — точно, вот я дурачок, перебрал столько предметов нужных в походе, а про спички забыл, боже ты мой!       В итоге через десять минут выбора, в моём рюкзаке были: маленькая кастрюлька, половник, маленький карманный нож, спички. Но, этого однозначно недостаточно для похода, надо заглянуть в сарай недалеко от лагеря. Там может чего полезного найду. Выпросив у вожатой ключ, я вмиг оказался перед сараем, отперев замок на дверях, я прошёл вглубь этой небольшой постройки. В воздухе летало очень много пыли. Интересно, когда здесь в последний раз хоть кто-то был? Тщательно обыскав все углы, полки и шкафчики, я нашёл: несколько метров верёвки и несколько пар перчаток, пускай и порванных. Вот с этим наборчиком уже в принципе можно было и выживать в лесу. Рюкзак наполовину заполнен и этого достаточно, ведь больше мне ничего не надо, никаких там корзин или ещё чего, хватит и кастрюли. А если я чего забыл, то всё равно. Буду просто надеяться, что это не забыли те, кто будут со мной в группе.       Оставив свой рюкзак дома, я отправился на поиски Никиты. «Зачем?» — спросите вы, а я не знаю. Готовясь к походу, моё тело так взбодрилось, что отдыхать оно ну просто отказывалось и надо было как-то устать, а так как Муху обычно хрен найдёшь, его искать я и буду, но судьба видно сегодня не на моей стороне, потому что я нашёл Никиту, не пройдя и нескольких метров, он сам пришёл домой. Вот это подстава, которую ещё мир не видал.       — О, Максон, дарова, чего дома сидишь?       — Да я вот только пришёл, хотел сейчас тебя пойти искать.       — Зачем?       — Да так, не бери в голову. В общем, я тут уже рюкзак собрал на наш поход. Кстати, мы же будем в одной группе? Если нет, то ты пожалеешь. Из всего лагеря только пара пионеров готовить умеет, учти это, — звучало как угроза, но на самом деле я просто ему советовал быть со мной в группе, а ещё так будет в разы веселее!       — Ты серьёзно? — вдумчиво спросил Никита, смотря на меня своим удивительно тяжёлым взглядом. — Ты серьёзно думал, что я буду в группе не с тобой? Тьфу ты, не смей даже думать о таком, во-первых, умирать с голоду я не собираюсь, а во-вторых, мы же друзья, ты чего, вдвоём будет только лучше! — нечасто Никиту увидишь таким взбудораженным и весёлым.       — В общем, я конечно понимаю, ты и так часто на пляж ходишь, но сейчас там будет чуть ли не весь наш отряд, включая Ольгу Дмитриевну, — умеет же Никита в нужный момент подколоть. Ну подумаешь теребил как-то сосиску свою на пионервожатую и что с того? Ну ладно от таких шуток мне не перехотелось пойти на пляж. Переодевшись в плавки, я вышел на улицу к ждущему Никите, после чего мы вдвоём отправились ко всем нашим. Сегодня и правда был очень жаркий день, в воздухе чувствовалась сильная духота, под воздействием температуры некоторые части коры деревьев стали чуть ли не отпадать, также очень хорошо стало видно все их дыры, трещинки и всё тому подобное.       Знойное солнце, висевшее на недостигаемой нам высоте, не собиралось ослаблять хватку, а только усиливало её. Даже по пути на пляж мы уже чуть ли не померли, это конечно же преувеличение, но было действительно жарко, хотя идти нам было недолго, там, где-то метров двести до пляжа, ну точно не больше.       Когда мы уже подошли к спасению от жары, нас поразила картина, что мы увидели: на песочке лежат и спокойно загорают наши пионеры. Они бессмертные или что? Неужели им всё равно, что они за создания такие пофигистичные? Подойдя к морю, мы разделись до плавок и побежали сразу в воду, но не тут-то было! Сейчас нам предстояло узнать, чего же это нельзя в воду.       — Пионеры! В воду ни ногой! Там какой-то рвота вирус! Семён первый сегодня погрузился в воду, а сейчас в домике лежит, тошнит его! Так что сидите только на пляже или идите другими способами охлаждайтесь! — указала пионервожатая, раскрыв нам задумку Сёмы, а я-то думал, чего это у него взгляд хитрый такой! А он… «Хитрый жук, вот проныра всё же, во даёт» — сейчас этим я описал все свои мысли об этом изворотливом засранце.       Ладно, если уж сказали лежать на пляже, то хоть позагораем вместе с остальными, мы подлегли к Лене, Алисе и Мику.       — Добрый день, девчонки, — поздоровался Никита, ложась рядом с ними. Я же молча просто повторял за другом.       — Привет, Никиточка, а мне тут Ольга Дмитриевна сказала, что ты у нас будешь одним из лидеров групп, ты же возьмёшь меня? — своим мерзко слащавым голоском пропела японка. Меня более заинтересовало содержимое её слов: «лидер групп»? «один из»? Что это?       — Нет, Мику, нет. У нас будет чисто мужская команда «без баб!», — слова настоящего мужчины!       — Мух, а что за лидер группы? — прошептал я.       — А? Ты чем на линейке слушал? Всех девяносто пионеров и октябрят разделят на восемнадцать групп по пять человек и будет восемнадцать лидеров, которые выберут людей к себе, — так, ну видно зря я тогда перестал обращать внимание на слова пионервожатой, да уж. Стоило бы быть более внимательным. Но то, что решили всех разделить на такие «мини отряды» — очень интересно. Даже хочется посмотреть уже, кто будет выживать рядом с нами.       — А, понятно, — кратко ответил я.       Жаркое солнце, пылающее практически в полную мощь, озаряло своими прекрасными лучами лицо каждого пионера, вне зависимости от того, где он, солнце всё равно достанет до них своими длинными руками.       Сейчас, под такую погоду, очень было бы кстати и вправду позагорать, расслабиться так сказать перед несколькими тяжёлыми днями. Разлёгшись как можно удобнее на песке, я чуть ли не уснул, слишком приятно было на солнышке.       Голову заполнили мысли о своём будущем, прошлом и настоящем. Всплыли воспоминания об одном из важнейших для меня дней: «Холодный зимний день, начинался обыденно, с кружкой кофе и просмотра ютуба. Всё было замечательно и подумать нельзя было, что в итоге день окажется столь отвратным и мерзким, что о нём даже вспоминать будет больно. Папа проснулся вскоре после меня и присоединился ко мне на кухне, включив телевизор. Я отложил телефон и начал разговор с ним: — Доброе утро, как спалось? — снимая наушники, чуть сонным голосом пробормотал я. Папа не очень бодро, протирая глаза от сна, всё же ответил. — Хорошо, — посмотрев на чайник, он спросил насчёт него. — Он горячий, наливай, не боись. Обыкновенное утро на выходных: я с папой с утра пьём кофе или чай, а мама сидит в комнате и смотрит свою любимую передачу по телевизору. Всё замечательно, но так не будет дальше. Позже, не понятно даже отчего, мать стала то ли задыхаться, то ли откашливаться. Моего папу тогда сверхсильно это смутило и обеспокоило, он не мог на это просто смотреть и вызвал скорую, чуял он своим сердцем, что что-то не так. Когда приехали врачи и осмотрели маму, они приняли решение забирать её в больницу. Оказалось, что у неё на протяжении жизни развивалась некая неизвестная болезнь, что передаётся у нас в роду лишь девочкам, но с маленьким шансом. В нашем случае, возможность себя не оправдала. Насчёт болезни, я ничего так узнать и не смог, ни в интернете, ни от врачей, ни от кого. Никто не хотел говорить мне об этом, и казалось мне, что врут они всё и у мамы что-то более серьёзное, чем то, о чём мне сказали. Тогда мне было только двенадцать. В итоге как бы врачи не боролись за её жизнь, какие бы дорогостоящие операции не делали, они не смогли вытащить маму с того света и мне предстояло видеть её почти каждую ночь в своих последующих кошмарах. Именно кошмарах, она для меня как монстр. За всю мою жизнь, она никак меня не воспитала, никаких моральных уроков, ничего мне и не рассказывала. Я хотел налаживать с ней контакт, когда она ещё здорова была, но тех времён я уже и не вспомню. Как бы я ни старался, она не хотела со мной даже разговаривать, хотя на людях всегда делала вид заботливой и любящей матери. К своим восьми годам я стал всерьёз её ненавидеть, никак не показывая это. Она была чёртовой эгоисткой, только о себе заботилась и её смерть — ей наказание за всё содеянное. Полностью моим воспитанием занимался лишь папа, которого я всем сердцем любил, как своего можно сказать, единственного родителя. Мать же для меня была как чужой человек. Не редкостью было и то, когда она за плохие оценки била меня, пока папа был на работе. Он замечал все мои ссадины, но мать заставляла меня говорить, что я просто во дворе поругался. Когда мне правда плохо было и чуть ли не тошнило, она заставляла переться в школу и позориться перед всеми. Когда я стоял на похоронах с абсолютно каменным лицом, я думал лишь о том, что она даже как-то легко отделалась. Когда мама умирала, у меня не было ни печали, ни грусти, вообще ничего. Это был настолько отвратный человек, что она не достойна была, чтобы хоть немного стараться изображать горе. Когда я с папой вернулся домой, я просто как обычно поел, посмотрел мультфильмы по телефону и лёг спать, так, будто ничего и не произошло. В итоге из нашей небольшой семьи, остался только я и Папа. В смерти мамы даже плюсы были, не надо было теперь тратиться на огромное количество лекарств и всю подобную фигню. Теперь уж мы могли зажить припеваючи. Пусть папу смерть мамы и вогнала в депрессию на несколько месяцев, но он взялся за голову с мыслями: «Что же я творю? Нельзя же бросать последнего моего родного человека». В итоге, он восстановился на работе, а по выходным стал усердно учить меня всему и проводить со мной время. Он научил меня готовить, пользоваться стиральной машиной, правильно посуду мыть и выполнять все обязанности по дому, ведь, по его словам, когда и он уйдёт в мир иной, я смогу о себе позаботится. А также я глупым не был и понимал, что чем больше я занимаюсь по дому, тем больше может папа в будни работать и тем больше времени проводить со мной на выходных. Ведь теперь ему не стоило боятся о том, не помру ли я с голоду дома? И так мы зажили более-менее, достаточно быстро реабилитировавшись после смерти близкого нам человека. Также, я договорился с папой, никому не рассказывать о её смерти, просто говорить о её болезни и будто она ещё жива. Всё же лишние воспоминания и соболезнования от людей нам не нужны.»       Это воспоминание даже заставило меня улыбнуться. «Всё же есть справедливость в мире».       — Макс! Максон, ёпта! — очнуться от своих мыслей получилось лишь после слов Никиты.       — Чавось? — довольный ответил я, потягиваясь на песочке.       — Погнали скорее отсюда, а то Ольга Дмитриевна на нас так смотрит, как будто задание нам хочет дать, которое для нас будет очень сложным, одевайся и пошли! — прошептал Муха. Я последовал его указу и собрался так быстро, как только мог, и мы в скором порядке ушли оттуда. Пронесло.       — Муха, есть идея куда можно сходить, знаю место я одно зашибенное, тебе понравится, — не торопясь мы направились в сторону столовой, после чего свернули на невидную никому тропинку, что вела в то самое место, в которое меня повела Рита в первый день. Проходя уже через знакомые кусты и деревья, меня переполняли эмоции, что снова увижу этот пейзаж. Я бы и сам сюда ходил, да времени и возможности нет, а иногда и вовсе забываю, но тут уж с Никитой, можно будет спокойно посидеть и поболтать о своём до обеда.       — Мух, а давай договоримся заранее о том, что мы сделаем первым делом, когда вернёмся домой?       — Ну, предлагаю попросить немного шекелей, — как еврей сказал Никита. — И в киноху сгонять на что-нибудь, отметить, так сказать. Ну или можно вообще в кафеху сходить, — но тут в моей голове всплыло воспоминание.       — Никит, а мы же это, в будний день «пропали», а если время там остановилось и ожидает нашего возвращения?       — Ну тогда в школу пойдём, что же ещё поделать. А после школы уже как раз либо в кафе, либо в кино.       Повисло неловкое молчание. Надо было о чём-то заговорить, но о чём? Гробовую тишину прервал горн на обед. Неужели мы так долго там на пляже лежали? Ну по всей видимости — да. Ну, обед пропускать мы точно не собирались, а в особенности я, потому что ну так старался сегодня готовить!       Нехотя мы встали с лавочки на той самой полянке и повернули обратно к столовой.       Мы прошли ко входу, где нас встретила пионервожатая.       — Максим, Никита, а вы ничего не хотите мне сказать?       Мы переглянулись в страхе, неужто мы что-то успели натворить сами того не зная?       — Вы зачем Евдокима оскорбляете? Я понимаю, неделю назад он доставил вам хлопот и был очень сильно наказан, но разве ваш конфликт не исчерпан? — я глянул в глаза Никите, он недоумевающе смотрел на вожатую.       — Позвольте-ка сказать, но мы его не трогали, мы его полнедели вообще не видели и даже не пересекались, — непонимающим тоном сказал Никита. Вдруг из ниоткуда выскочил второй Соколов – Лёня.       — Эм, позвольте вмешаюсь, но мой брат несколько дней подряд сидел в домике никуда не выходя, потому эти двое не могли оскорбить его, чтобы он слышал, потому подтверждаю, что это клевета, — это было, конечно, немного грубо с его стороны так говорить, но ладно, он защитил нас, так что ему можно. У Ольги Дмитриевны больше не осталось вопросов и она спокойно отпустила нас на завтрак.       — Никит, чую я недоброе, а если во время похода он что-то вытворит с тобой, пока ты спишь или ещё что, мутный он какой-то, будь аккуратнее, хорошо? — после этих слов Лёня попрощался с нами и сел за другой столик к своим друзьям. Хороший он всё же парень. А вот интересно, все близнецы такие — один добрый и умный, другой злой и тупой? Надо будет как-нибудь узнать это, а то ведь спать не даст пока не узнаю.       Сегодня на обед мы ели макароны по-флотски. Это было в самый раз сейчас, даже из нашего угла можно было хорошо и отчётливо видеть, то с каким удовольствием поедают макарошки наши пионеры, слишком уж это вкусно.       Быстренько отобедав, я с Никитой принял сверхсерьёзное решение. Так как у нас сегодня вечером поход и надо будет пройти более четырёх километров, мы решили подремать в домике.       Так хорошо спится на голодный желудок.       Проспали мы до самого-самого ужина, лишь спустя где-то десять минут после горна мы проснулись, по часам было видно, что скоро все закончат с едой и будут собираться на линейку и в поход, надо было будить Никиту, как можно скорее поесть и бежать ко всем.       — Никита, етить твою кормушку! Вставай, мы можем опоздать! — чуть ли не крикнул я Мухе на ухо. Он вмиг подскочил и тяжело дыша посмотрел на меня.       — ТАК ПОГНАЛИ БЫСТРЕЕ! — крикнул он в ответ.       — Давай, сейчас быстро поедим и сразу на линейку, ты же рюкзак заранее собрал? — Никита кивнул, и мы побежали уже в полупустую столовую. Видно у пионеров, что быстро едят, было преимущество, ведь это как дополнительное время на сборы.       — Рита, пожалуйста, две порции, побыстрее, хорошо? — Рита даже всполошилась, но всё же послушалась моего указа. Взяв еду, мы поспешили на своё место и сразу принялись за еду. Отужинав, я с Никитой побежали в домик за рюкзаками. Главное на линейку успеть, а иначе мы просрём столько жизненного опыта, да и тем более, это же будет неинтересно сидеть в лагере несколько дней подряд без остальных пионеров, пускай и можно вытворять всякую фигню, но в поход пойти интереснее.       Забрав свои вещи, мы поторопились на площадь. Ольга Дмитриевна даже ещё не начала, через пять минут после нашего прихода, когда все остальные пришли, вожатая начала свою речь:       — Ребята, сегодня, вы отправляетесь в поход, сейчас попрошу выйти восемнадцати пионеров-лидеров групп и выбрать себе участников в свои отряды, — Никита, Игорь, Олег какой-то, Женя, Славя и ещё неизвестные пионеры вышли к Ольга Дмитриевны. Муха встал самым первым, чтобы выбрать первее всех и позвал меня к себе. План удался, теперь нашему отряду однозначно будет легче выживать.       Вечерняя луна была в своей полной фазе, освещая лица пионеров, стоящих в одну линию, они были как избранные, что призывали к себе достойных.       Под конец выборов пионеров в отряды, у нас в составе были: Я, Никита, Дима, Лёня и Саша. Все мальчики. Как Никита и говорил днём на пляже: «— Нет, Мику, нет. У нас будет чисто мужская команда «без баб!», — слова настоящего мужчины!»       — Так, а теперь, когда все выбрали себе составы команд, попросим всех посовещаться и выбрать себе название, у вас пять минут на размышления, — заявила пионервожатая перед всеми пионерами.       У нас совещание было короткое, все сразу согласились на простое и чистое мужское название команды: «Без баб!» Из-за такой сговорчивости мы стали первыми кто выбрал себе название, вожатая подошла к Никите и выдала ему карту.       — Чуть позже объясню зачем она, — прошептала Ольга Дмитриевна.       Прошло пять минут с самого начала и лишь группу октябрят никак не могла прийти к консенсусу и назваться как-то.       В итоге у нас были вот такие команды: «Без баб», «Придурки», «Кибернетики», «Чтецы», «супер октябрята», «Животные», «Мастера выживать», «Лучшие» и ещё какие-то не понятные настоящему русскому человеку названия.       У каждого лидера группы было по карте местности.       — Товарищи-пионеры, прошу посмотреть на ваши карты. Ваш поход начинается сейчас. Кто первый придёт к месту, обозначенному на карте, тот займёт наилучшие места. Также, у одного из пионеров в отряде обязательно должна быть палатка. Если у вас отсутствует, то попрошу подойти сюда и забрать одну. Только чтобы целыми вернули, — Дима из нашего отряда взял одну. Да уж, ну что-то я как-то вообще забыл о палатке, когда собирал рюкзак в поход, хорошо хоть, вожатая их нам предоставила.       — Ладно, а теперь в путь, пионеры, встретимся утром на месте вашего обитания следующие несколько дней. Удачи!       Что? О боже мой, что она сказала? Нам что, самим надо будет добираться? О боже, я даже не знаю, как на это реагировать, радоваться или грустить?       — Так, команда «без баб!» — скомандовал Никита в этот же миг, — следуйте за мной, — Муха махнул куда-то в лес и все мы, сломя голову, побежали за лидером, нельзя было отступать. — Ребята, — сказал Никита, когда все уже подустали бежать, он остановил всю нашу команду около огромного дуба. Из кармашка рюкзака Муха взял свёрнутую карту местности, мы были на самом краю карты, это дерево очень сильно выделялось среди всех и было нашей точкой, от которой мы будем отталкиваться. К обороту карты был прикреплён файл с легендой, на который я и указал команде.       — Так-с, ну тогда давайте разберём, — сказал Лёня, как всегда слышу от него разумные слова. — Я картографией занимался, могу разобрать карту, только подождите немного, — он взял карту и легенду и стал внимательно вглядываться. — Есть карандаш у кого? — Дима из рюкзака выхватил маленький, компактный чертёжный карандашик и передал нашему географу. Осмотрев некоторые узоры, сравнив с легендой Лёня потихоньку стал прорисовывать наикратчайший путь к месту похода. — Ребят, значит где-то в пятистах метрах впереди есть маленькие холмики, пройдём напрямую между ними и там дальше маленький ручеёк, там уже проходим к источнику и от него движемся на север, там мы сразу прошмыгнём очень густые районы леса ну и примерно таким способом сможем добраться одними из первых.       — Понятно, давай веди нас, картоман, — подшутил Дима.       — Поведу конечно, танцор ты недоделанный, — неужели появляется первый конфликт среди участников нашего отряда? А нет, они просто посмеялись вместе над этим и пошли вперёд, хорошо хоть девушек нет, они бы подлили масла в огонь, я уверен.       Мы проходили уже те холмы, о которых упоминал Лёня, слегка повышенным темпом бега, мы добежали и до источника. Оставалась финишная прямая и мы одни из первых. Только на мини привале около основания этого ручейка, я наконец отвлёкся о мыслях о выживании и обратил внимание на окружающую нас природу. Замечательного вида деревья, покрытые ненатурально зелёными листочками, с корнями что были прикрыты сверхзелёной травой. Уже чёрное небо с поднявшейся луной, что даже сквозь заросли дубов, елей и берёз пробиралось к нам своими лучами.       Спустя десять минут с начала привала Никита всё же встал и поднял нас, говоря о том, что, перерыв закончился и надо продолжать идти, но уже шагом. До цели оставался один километр.       Все последовали за лидером команды, немного ворча, но всё же не переча ему.       С каждой минутой наша дистанция сокращалась, пока мы в итоге не наткнулись на ту самую речку, которая указана на карте как конечная цель. До сих пор никого не было.       — Ладно, давайте выберем наилучшее место! — скомандовал Никита, а мы, отдав честь по-пионерски, принялись изучать местность с фонариками. Я обнаружил неплохое местечко между двумя дубами, рядом с ответвлением речки.       Дима нашёл замечательное место у берёзы на берегу реки, но на другой стороне. Этот вариант отпадает сразу, ведь глубина-то не маленькая и это будет проблематично перебраться туда.       Лёня проверил несколько мест недалеко от наших, но ничего подходящего не обнаружил.       Саша — пацан мне не знакомый, но первое впечатление о себе он создал неплохое. Саня, недолго рыская по окрестностям, нашёл пару хороших вариантов.       В итоге, когда мы пошли отчитываться Мухе о найденных местах, мы сошлись на моём варианте.       Пока Никита и Лёнька ставили палатку, я с Сашей и Димасом доставали провизию из рюкзаков, дабы поужинать. Ведь после четырёх пройденных пешком километров в любом случае захочется есть. В конце концов мы нашли только две булки. И их предстояло разделить на троих. Была сложная моральная дилемма: оставить себе нормальную половинку или ту, что будет меньше остальных. По глазам моим друзей было видно, что есть они хотят как звери и оставлять себе меньше не собирались, даже Никита с Лёней раскладывающие палатку с аппетитом смотрели на булочки. Неужто мне придётся съесть тот маленький кусочек? Ну, видно да, иначе они меня съедят с потрохами, ну точнее кто-то один из них. С помощью моего маленького карманного ножичка, я поделил булочки, которые мы поместили в кастрюлю, чтобы не испортить их на четыре куска более-менее больших кусочка и один маленький. Надо было видеть лица моих голодных друзей, когда я взял самый маленький кусок. Они глазами благодарили меня от всей своей души, а я же внутри плакал, ведь понимал — этим я не наемся. Но, тут меня посетила одна интересная мысля: завтра, когда они принесут грибов и ягод на завтрак, обед и ужин, я просто возьму чуть больше чем отдам им, идеальная месть. Мухахахахаххаха!       Когда палатка была уже установлена меж дубов, свои половинки булочки съели и Никита с Лёней. И как раз подошёл первый отряд пионеров после нас. Вернее, октябрят. Увидев нас, они сильно обрадовались и подбежали к нам здороваться. Среди них был и знакомый наш — Игорь, мы как-то с ним в волейбол играли.       — Никита! Привет, я так понимаю мы верно пришли? — Муха довольный кивнул, уплетая кусок булочки.       — Удивлён, что именно вы пришли первыми после нас, — сказал ошарашенный Лёня.       — А мы за старшаками увязались, а потом они куда-то в темноте повернули, ну и мы пошли просто по прямой, ну и где-то пол часа так шли, а потом — хоп! И мы тут уже, — вот это им конечно повезло, но я не пойму, почему они просто на карту не смотрели и по ней не ориентировались? Ольга Дмитриевна же точно всем раздавала! Ну видно сглупили детишки, ну что с них взять?       Они разбили недалеко свою палатку, не без нашей помощи, конечно же, и сразу же улеглись спать. Ну всё же они ещё маленькие и они быстрее устают, чем мы — взрослые лбы. А мы же в свою очередь разбили костёр, чтобы согреться и дать сигнал о том, что на месте есть уже пионеры. Потихоньку пришла и третья команда — команда Евдака. И что он только тут забыл? Он такой мерзкий, почему его просто в лагере не оставили? Видно он пришёл на дым от нашего костра.       Пока его команда там располагалась, мы за костром уже сменили тему.       — Пацаны, как насчёт испытания? Кто последний уснёт – победил, — все переглянулись хитрыми глазами и в итоге конечно же каждый подтвердил своё участие. Игра началась!       По началу не было ничего сложного, мы сидели у костра, травили шутки, байки, истории из личной жизни. Все мы понимали, что из одного времени, потому спокойно общались друг с другом на привычном нам сленге. Вскоре подошёл и отряд девочек. Они расположились рядом с нами и присоединились к нам, ну точнее лишь несколько из них, а именно Ульяна, Алиса и Мику.       — Привет, девчонки, — сказал Муха, целуя Мику в щеку.       — Каблу-у-у-у-у-у-у-ук, — прошептали все, включая меня, в сторону Никиты.       Рядом со мной подсела Алиска. Я приобнял её за плечо, прижав к себе, прямо так, по-мужски. Ульяна села между Лёней и Димой.       В итоге до конца дня, пришло лишь шесть команд. «Без баб!», «Чтецы» «Придурки», «Лучшие», «Кибернетики» и «Супер октябрята».       Луна уже почти села, все прибывшие команды спали и лишь мы по-прежнему придерживались нашего испытания. Мы до сих пор сидели и галдели, как пьяные по сути, только у нас ни похмелья, ни опьянения и ничего такого.       — Давайте может обсудим ещё чего-то, — предложил весёлый Дима.       — Ну, мне вот интересно, — начал я. — Никита, а что ты собирался делать с Сёмой на ночь со второго на третий день смены? — Тогда я пусть и собирался проследить за ними и самостоятельно узнать, да вот только время проспал, а там уже и смысла не было дальше.       — А? А ты откуда знаешь об этом?       — А вот шёл я тогда в домик, а там ты с Сёмкой болтал о чём-то на три ночи, вот интересно о чём же это вы тогда договаривались.       — Ну значит слушай, решил тогда с Сёмкой, ограбить кибернетиков и немного подебоширить на площади. Значит уже в три ночи, когда все точно спали, мы встретились у клуба наших этих умников, пробрались туда, «Столичную» забрали и пошли на площадь распивать, пили прямо из горла, а потом как выжрали всё, разбили бутылку, кинув в лицо Генде, столько смеху было, не знаю даже как нас не спалили, но так круто и кайфово было, — так вот оно что! А я всё ломал голову, думал «Ну куда же ему надо было в три ночи с Сёмой?», надо было раньше спрашивать. Ну теперь я хоть знаю истину.       — Лёня, а может ты чего интересного знаешь?       — Ну, да, в общем, как-то Евдак пару дней назад снова пытался наехать на Муху, значит всех деталей я не знаю, но пришёл мой брательник весь в слезах и ссадинах, оказалось он хотел выскочить на Некита из-за кустов, а это оказались кусты с шипами, он проскочил мимо них и весь исцарапался, я почти никогда так не смеялся, он такой с заплаканным лицом смотрит на меня с порога и бормочет: «Ну чего ты смеёшься? Ну не смейся!» Он такой тупенький, что пошёл сначала ко мне, а не к Виоле, иногда я задумываюсь, случаем не приемный ли он? Не думаю, что мой родной брат и вправду может быть таким тупым! — И снова Лёнька залился смехом вместе с Саней и Мухой, пока я с Димасом просто очень довольные улыбались. Было понятно, что Евдака не любят у нас в команде абсолютно все. Вот настолько он — раздражающая личность.       — А я вот помню забавную историю, — начал Саня. Мне даже интересно, чем может удивить или рассмешить он? Его как личность я не знаю вовсе, потому и предположить не могу. — Значит шёл я как-то к умывальникам с утра и значит смотрю, а там пацаны повторяют ту сцену знаменитую из «Крёстного отца», а потом как заметили, что я подошёл, так сразу сбежали куда-то в лес. Не знаю почему, но чувствую, что они из «ущемлённых».       — Ну неплохо, Димас, че ты расскажешь? — спросил Муха.       — Ну, вы действительно хотите это слышать? — все кивнули головой. — Значит до конкурса талантов, в домике у меня я с Настей танец репетировали, а я там немного переволновался, и моя рука скользнула ниже талии, ну я естественно начал извиняться, потому что, ну а мало ли она феминистка и просто уничтожит меня за такое, а она наоборот приняла это за сигнал и начала вся такая раздеваться, а потом уж не сложно догадаться что было.       — О, раз уж речь зашла о таких историях, то мне тоже есть чего добавить, — начал я. — Значит во время дискотеки Алиса притворилась что ей плохо, ну и я как «джентльмен», решил проводить её до домика, весь из себя такой вежливый и добрый, а потом уж до домика довёл, хотел идти, а она меня как затянет к себе и стала раздеваться и приближаться ко мне, ну а я что? А я не гомик ну и поддержал инициативу шпёхеля, — пацаны оценили. Теперь очередь рассказывать что-то переходила к Никите.       — Так, ну и мне есть чего рассказать, это было в тот же день на дискотеке, значит, я неоднозначно намекал Мику обо всём этом, во время танцев где я её только не трогал и ведь никто ничего и не заподозрил, после танцев Мику сказала, что надо бы зайти в музыкальный клуб «порепетировать», ну я конечно всё сразу понял, когда вошли, зашторил окно и где мы там это только не делали: и на рояле, и под роялем, просто в середине комнаты, даже на крыльце было. Я так конечно вымотался, но это стоило того, это было просто божественно! — хвастался Никита. Вот это ему конечно повезло с девушкой. Уважуха! Очередь рассказа историй вновь оказалась у Лёни.       — Ребят, а давайте расскажем лучше о себе, ну тип чем занимались там, в реальном мире, до того, как попасть сюда, — предложил Санёк.       — Ну, в реальности мне вообще тринадцать лет, обычно сижу дома, пишу маленькие стишки в инет, да и всё, больше никаких интересов у меня нет, — признался я.       — Мне вообще под тридцать, — начал Лёня. — Я уже педагог на стажировке, географ, долго сидел дома без работы, ничего не делал, да и пару раз с собой покончить пытался, да и совсем незадолго до попадания сюда, пытался… — к концу он стал всё тише и тише говорить, пока вовсе не замолк. Грустная у него жизнь кажись.       — А я — зек, отсидел за пару убийств, да вот только за те, которые я даже не делал, подставили меня гандоны какие-то. А так хотел быть воспитателем в детском садике, понимаете? Ну люблю я детей, хотел с ними работать, да вот этот срок мне всю жизнь обломил, я бы под поезд бросился, если бы не попал сюда, по сути ведь я должен был проснуться, осознать бессмысленность жизни и под поезд бросился бы, я уже был на грани, — с трудом говорил Саня. У меня с Никитой оказалась не такая уж и плохая жизнь по сравнению с их. Было жалко своих друзей.       — Ну, а у меня также, как у Макса, да только вместо стишков, я в игрухе рубался, — почёсывая затылок, Никита опустил голову. Всегда непросто принимать правду о своей жизни.       — Ну, я последний, — с трудом выдохнул Дима, поймав на себе наши любопытные, полные грусти глаза. — У меня отец депутат Госдумы, живём в достатке и мне очень хорошо. Всё, чем я занимаюсь — деградирую, я просто ежедневно ходил в кофейню и заигрывал с девками, — наши взгляды, полные грусти, сменились взглядами зависти. Он оглядел нас непонимающе, но вскоре до него всё же дошло, и он притворился, что ему хочется спать и пошёл в палатку.       — Ну ладно, как бы то ни было, нас осталось четверо, и я предлагаю сменить тему, как насчёт поговорить ещё об интересных событиях в лагере? - Саня начинает меня радовать всё больше и больше, хорошие идеи предлагает, мне начинает нравится этот пацан. Точнее мужик.       — Ну, в общем, была такая ситуация, Илью знаете? Так вот: как-то с Илюхой я значит ходил в лес, там ходили-бродили, а хоп, нашли грибы, которые были то ли посолены, то ли посахаренные, прямо на наших глазах знаете кем? Этой девкой-кошкой! Мы конечно в шоке были, прям оцепенели. А она увидела нас, подошла, повертела хвостом, понюхала и убежала, фиг знает куда, — Саня скрестил фаланги пальцев и тяжело выдохнул.       — О, Юльку видали? — удивился я. Они непонятливо глянули на меня. — Ну, эту девку-кошку зовут Юля. В общем, слушайте, как-то на следующий день после дискотеки, я услышал, как она меня зовёт, ну я там Никиту прихватил, а в итоге, когда мы уже увидели её, она телепатией это, отправила Муху обратно, а со мной решила пошпёхаться. Я её и в позе 69 и собачкой, к стенке прижимая, ну в общем во всех возможных позах, несколько часов подряд, ну я такой уставший был, капец, чуть не помер.       Через час уже сдался и Саня, он пошёл спать. Оставались лишь трое. Было уже утро, луна садилась, а солнце восходило обратно, рассекая тьму. Становилось невероятно красиво. Когда у нас темы для разговоров уже окончательно закончились, мы решили обсуждать окружающий нас лесок и планы на день.       — Мух, ты только посмотри, как это красиво. Давай ща по-красивенькому как-нибудь опишу это всё. Кхм: «Яркое утреннее солнце пробивалось сквозь заросли ненатурально зелёных листьев деревьев и, прорываясь сквозь тьму, озаряло пионеров».       — Ну, так себе, — оценил Муха. Под утро уснул уже и Лёня.       Наш костёр давно потух, лишь угольки остались внутри маленького кружка из камней, но, я с Никитой всё ещё продолжал болтать, пока кто-нибудь из нас не сдастся и не уснёт. Преимущество было у меня, ведь дел днём всё равно меньше чем у остальных, просто встать, приготовить и снова можно лечь спать. Время близилось примерно к пяти утра. Точно мы узнать не могли, часов-то нет.       — Никит, что вот ты вообще думаешь о нашем попадании сюда? Нравится ли тебе здесь? — глядя в небо, спросил я.       — Ну, конечно нравится, здесь очень замечательно, — радостный сказал Никита, позёвывая. — Ох, ладно Макс, присуждаю победу тебе, я больше не могу терпеть, пошли спать.       Палатка была достаточно просторной внутри, было даже в кой-то степени уютно. Оказалось, что там пять спальных мешков, три из которых заняты. Даже интересно как-то, зачем нам палатка если есть эти мешки, в которых можно спать? Странная фигня, ну да ладно, может я сейчас не понимаю, потому что уставший очень. Это было замечательное завершение дня. И да, именно дня, ведь лично для меня, день не закончится, пока не усну. В спальном мешке было так тепло и приятно.       — Спокойной ночи, Муха, — я уснул почти моментально. …