Большую часть дней мы наблюдаем как наши лучшие друзья умирают

Сигаретный дым попадает в глаза, но слезы, неторопливо бегущие по щекам, появились скорее из-за сжатого в кулак сердца и сильнейшей боли. — Прости. Прости, мне очень жаль.

***

ПРОПАЛ ЧЕЛОВЕК Джерард Артур Уэй, 18 лет. 24 сентября, в десять часов вечера пошел гулять, домой не вернулся. С тех пор о его местонахождении ничего не известно. Приметы: Рост 175 сантиметров, среднего телосложения, карие глаза, черные волосы ниже подбородка Особые приметы: шрам на левой брови, хромает, на кончике носа небольшая родинка. Был одет: черное худи без рисунка, зеленого цвета футболка с логотипом Star Wars, черные джинсы, белые конверсы. Если вам известно что-то о его местонахождении сообщите по номеру ******

Когда он пропал, две недели назад, казалось, пропал не один человек. Пропали все. Просто пропали и не возвращались обратно к учебе, к веселью и к обычной жизни. Все пропали. Всё пропало. Кеды запачканы смесью рвоты и пыли, на голове капюшон грязной кофты, джинсы рваные и тоже не первой свежести.. Парень осторожно проводит запачкаными пальцами по прозрачному пластику, под которым было изображение лица пропавшего. Фрэнк медленно пробежался глазами по объявлению и с каждой секундой напряжение в голове и глазах нарастало, словно его запихнули под пресс. Его голова медленно опустилась и он сжал зубы со всей силой, которая у него оставалась. Непонимание. Может быть еще и страх. Пока что это всё, что он ощущает уже две недели, и кажется, словно это никогда не пройдёт. Господи, две недели. Его нет уже две недели, и это невероятно долго, слишком много и беспощадно пугающе. Сначала люди считали часы с момента пропажи, потом дни, и вот пошли недели. Что дальше? Начнем считать всей школой месяца? Года? — Мистер Айеро? А что, если в какой-то момент люди перестанут считать? Что будет, когда надежда, а точнее уверенность в том, что ничего плохого не случилось, ведь это далеко не первый побег, пройдет? Что будет, когда все поймут, что он не вернется? — Мистер Айеро, пройдите в кабинет. Урок начался уже пять минут назад. Фрэнк медленно повернул голову в сторону класса. Открытая дверь приглашала войти внутрь, но, честно, не хотелось. Но выбирать не из чего. Он садится за парту, трёт переносицу и достаёт какие-то принадлежности из рюкзака. В дальнейшем, Фрэнк даже не попытается вникнуть в тему. Когда это было в первый раз? Это? Да, Это. В первый раз это случилось на вечеринке у Джорджии, точно. Тогда было начало июня, конец учебного года и долгожданный отдых уже приятно гладил щеки ветром, обдавая лицо воздухом со вкусом сладкого меда и свободы. Конечно, впервые Фрэнк увидел Джерарда Уэя еще тогда, когда началась старшая школа, ведь они были в одном классе, но попробуйте знать каждого из ста человек… Хотя все знали Джерарда. Тогда было так тепло и хорошо, что никакая учеба в школе не могла испортить настроение.

***

12 июля 2018 года.

На вечеринке у Джорджии было здорово, но немного скучно. Большая часть народа была на улице, где и располагались напитки и еда. Музыка была какой-то тихой, спокойной, и честно, это совсем не для Фрэнка, который больше предпочитает пост-панк. Тем не менее, какое-то время парень провел в компании знакомых людей, но через минут тридцать ему надоело и захотелось уединиться. Фрэнк любил быть наблюдателем и не любил быть участником. Вместе с Майком они сидели где-то под деревцем яблони или вишни, наблюдали со стороны и тихонько переговаривались о второй части Бэтмена. Они оба вообще не вписывались, поэтому и сдружились в тот вечер. Майки — брат Джерарда Уэя, которого тот взял с собой и ушел куда-то чёрт знает куда. С ним было как-то спокойно. Беспечно. Всегда интересно поговорить с кем-то новым. — А это мой брат. Вы с ним в одном классе. Фрэнк повернул голову в в сторону двери, из которой выходил высокий парень, где-то с Майки ростом. Он выглядит как чей-то старший брат, да, но не как старший брат какого-то девятиклассника. Как старший брат кого-то из класса Фрэнка, который только-только вернулся из университета, от того так и выделяется среди остальных. Озорная улыбка на лице, тихий смех и чрезмерное жестикулирование руками, в одной из которых был красный стаканчик с алкоголем. — Что, реально? Он выглядит старше. — Так вышло. Пришлось рано взрослеть. Фрэнк не заострил внимание на словах Макиуэя. — Блин, он красит волосы или это настоящий цвет? — Конечно красит! В последнее время вообще поменялся. Раньше мы почти не отлипали друг от друга, а теперь, когда вы в старшей школе, а я все еще в средней, он совсем стал другим. — Фрэнк посмотрел на стоящего возле стола с алкоголем парня, который смеялся над шуткой какого-то своего знакомого и потягивал то сигарету, то алкоголь — Сейчас работу нашел. Даже не знаю, на что он тратит деньги. Курить начал. — А ты не куришь? — Нет, никогда. Ох, все так говорят сначала. Потом приходят к алкоголю, потом к сигаретам и чему-то сильнее. Майки это тоже коснулось. Джерард казался недосягаемым. Взрослым? Да, наверное так. Казалось, словно этот парень никогда не был на уроках, вечно пил, играл в приставку и смотрел гиковские фильмы. Его лицо излучало доверие, которое открывает дорогу в мир. А сигареты он курил так быстро и привычно, словно курит уже десятки лет. Казалось, что за плечами Джерарда есть что-то серьезнее, чем у всех остальных. Какой-то опыт или вроде того. Джерард Уэй ходил по дворику в своих, на тот момент чёрных, конверсах, которые были расписаны какими-то надписями вроде «идите нахуй». На нем была эта модная кожаная куртка, а под ней синяя рубашка, что вообще-то совершенно несочетаемо, но ему шло. А еще он казался очень худым, словно детско-подростковая припухлость сошла уже давно. Опять же, Джерард Уэй выглядел так, словно его помотала жизнь, но недостаточно сильно, чтобы отбить желание хлестать алкоголь и лазить по деревьям. — Он вообще подходит к тебе? Или так и бросил? — спросил Айеро, неотрывно смотря на то, как Джерард залпом приканчивает бутылку одного из самых мерзких напитков в Джерси — пиво «оазис», от котрого пахло спиртом за километр. Майки поправил очки, затем вовсе снял их и попытался протереть концом футболки. — Джерард меня никогда не бросит. Просто, да, сейчас он с ними. — Ну, так часто бывает, когда младшие братья и сестры перестают быть интересными. — Давай не будем об этом? Принеси лучше что-нибудь еще. — Майки тыкнул пальцем в пустой стаканчик Фрэнка, намекая, что он не должен пустовать. Окей, Майки Уэй не хочет говорить о своем брате, это очевидно. Фрэнк нехотя поднялся с земли, чуть было не упав, потому что ноги дико затекли, пока он сидел в позе лотоса около получаса. Он пошел прямиком к тому месту, где стоял Джерард, словно препятствие к цели, загораживая все. Фрэнк потянул руку вперед, стараясь не смотреть на парня вообще, уж больно не хотелось мешать и разговаривать с ним. Джерард перестал говорить со своим другом, тихонько отодвинулся и прошептал со смехом: — Только не спаивай моего брата, Фрэнки Айеро. Айеро оступился, чуть было не потеряв равновесие, выпрямил спину и почувствовал какой-то странный испуг, потому что это было крайне неожиданно. Прежде он совсем не видел этого парня и даже не знал как он выглядит, а сейчас это парень с лохматой прической и мерзким одеколоном старого деда обращается к нему по имени. Но Фрэнк подумал только: «Вау, у Джерарда Уэя очень красивый голос». — Ты ко мне обращаешься? Возможно это было слишком грубо, потому что Джерард, очевидно, не намеревался как-либо обидеть Айеро, но Фрэнк прикинулся дурачком скорее из-за своей глупости, чем из вредности. Этот вопрос заставил Джерарда Уэя удивиться и приоткрыть рот, что было похоже на ту реакцию, которую Фрэнк ожидал. Поэтому он был доволен собой, взял два полных стаканчика в руки и посмотрел Джерарду снова в глаза. Вызывающе. Когда он был моложе, (поправочка: гораздо моложе), тогда Фрэнк часто встревал в конфликты и драки, причем, в большинстве случаев, сам нарывался. Эта черта часто мешает ему. Как сейчас, возможно. Но у Джерарда, по всей видимости, была иная черта. Как оказалось позднее, хотя и в тот день было понятно, у него какая-то магическая способность подавлять любой конфликт, но поверхностно. Скорее это можно назвать способностью брать ситуацию в свои руки, и спустить конфликт на нет, хотя у человека все равно остается смущение, которое он испытывает при виде Уэя. Всем становится неудобно за себя. — Да, к тебе. Честно говоря, Фрэнк ожидал где-то минутное «Эээ, ну…» от парня, но нет. Он слишком собранный. Стоит на своем месте с легкой улыбкой на губах, как будто он совсем не в ступоре от реакции Фрэнка. Как будто бы руководит ситуацией. — Не указывай ему. Сам решит, пить или нет. — выплюнул Фрэнк, изрядно обозлившись. Джерард пожал плечами, наклонил голову, улыбнулся широко-широко, Айеро эта улыбка напомнила оскал, потом он оставил рот приоткрытым так что, передние зубы было видно, и сказал: — Я не с Майки разговариваю, а с тобой. Фрэнк фыркнул и пошел подальше от этого места, даже не желая бросить напоследок какую-нибудь колкую фразочку. Ему стало неудобно за себя. — Твой брат придурок. — Что? — Прости, просто я чувствую себя рядом с ним, как с отцом, который вернулся спустя пять лет, а теперь говорит со мной так, словно мы пять минут назад вместе вернулись из магазина. — Блин, Фрэнк, а ты мне нравишься! Фрэнк закурил и они продолжили беседу о фильмах. Чуть позднее он пошел за соком, заодно поговорил с Джорджией и Лили, которые активно глотали водку, но совершенно не пьянели, словно занимаются чёрной магией когда уединяются, а не своими лесбийскими штучками. Вообще весь вечер Фрэнк то и дело ходил туда-сюда, большую часть времени болтая с Майки, а когда тот ушел к брату, завёл беседу с Мэттом о девушках, хотя они оба были заинтересованы в другом человеке. Не в девушке. И когда он остался совершенно один, потому что привычный круг общения Фрэнка на вечеринки вообще не ходит (их никто не зовёт), попивая чай, который нашел где-то на кухне Джорджии, сидя на полу в углу кухни, то наконец успокоился и пришел в себя. Вообще, характерной особенностью дома Джорджии было то, что буквально повсюду, в каждом уголке, были ее блондинистые волосы. Это Фрэнк подметил, когда ему попался волос после очередного глотка, от чего пришлось глупо сидеть с высунутым языком в попытках достать волос. — Тебе дать платок? Это Джерард. Фрэнк испугался, свёл брови в гримасе некоторой злости или недоумения, но все же не стал подниматься с пола. — Фрэнк? Что такое? Фрэнк плюнул, вытирая рубашкой штаны. — Волос Джорджии. И тут на кухню вплывает хозяйка, смеясь во весь голос. — Ну извини! — сказала она Фрэнку, подходя к Джерарду, — Джи, кофе хочешь? — Да, конечно. Только найду Майки. — Он скорее всего под деревом. — встрял Фрэнк. — Спасибо. Он пошёл дальше, а Айеро все же решился подняться, хотя бы потому что при Джорджии можно вести себя поприличнее. Загрохотала кофемашина, девушка поставила чашки на подставку и повернулась к Фрэнку. — Милый парень, да? Очень умный и веселый. — Ага. — промычал парень. — Кофе будешь, Фрэнк? — Ненавижу кофе. Девушка согнула бровь от недоумения. — Чай? — Давай. Фрэнк по-свойски развалился на стуле возле барной стойки и положил голову на руки, потому что дико устал и хотел спать. Джорджия хихикнула, взяла полупустую чашку Айеро и долила немного заварки и кипятка. На улице начался какой-то шум, видимо, начались игры, от чего Фрэнку стало не по себе. Хочется немного больше выпить, но скоро нужно идти домой, так что имеет смысл придержать коней и не пропитывать свое тело и одежду новыми запахами всякой дряни, хотя от сигарет он бы не отказался. Майки вошёл первым, за ним следовал Джерард Уэй, который улыбался, вдыхая запах кофеина.

***

Фрэнк смотрел под ноги, пока шел по коридору. Подошва скрипела так громко, что хотелось остановиться и заорать от злобы. Вот она, гнетущая тишина. Нет, школьники разговаривают, что-то обсуждают, но всё равно все как будто под давлением и даже свет в помещении какой-то тусклый и нагнетающий, а постукивание капель моросящего дождя усугублял атмосферу кладбища столовой. Фрэнк с пустой банкой колы, на пятьдесят процентов состоящей из водки, присел в полуметре от своих друзей и аккуратно отпил, нарушая при этом тишину в их, когда-то шумной, компании. Мэтт больше не бегает по коридорам с лучезарной улыбкой от того, что в очередной раз натворил какую-то глупость. За ним больше не ходит Джерард, который после побега Мэтта будет говорить поучительную, но короткую речь о том, что не стоит так себя вести, а потом развязно поцелует его прямо посреди холла и назовет придурком. После школы они больше не ходят вместе обедать в забегаловке «У Боба», съедая несколько бургеров с острым соусом, больше не пишут гадости на заборах и не гуляют по ночам. Мэтт Тайсон сидит на месте, смотря на стаканчик с кофе, который так любил его парень. На нем черный свитер с горлом, под глазами фиолетовые синяки, а на лице скорбь. Джорджия больше не устраивает посиделки у себя дома на выходных, больше никого не приглашает вообще. Она больше не может позвать «Джи-Джи» в свой дом, тайком пуская его через окно ванны, больше не может одалживать его диски с фильмами и обсуждать свой скорейший каминг-аут перед родителями. Джорджия совершенно одинока, никого к себе не подпускает и она выглядит полностью опустошенной и больной. Только Лили вечно рядом, вечно пытается поднять ей настроение, хотя на самом деле самая такая же подавленная. Фрэнк постукивает по столу, все так же молча обводя помещение столовой взглядом, ставит упаковку с напитком на стол и погружается в себя, как и остальные. Мэтт, Джорджия, Лили и Нейтан. Когда-то веселые и озорные, сейчас не могут выдавить и слова. — Майки так и не пришел? — разрезал тишину Айеро. — Нет. — глухо выдохнула Джо, давясь бутербродом с лососем. Фрэнк закивал головой, словно самому себе. Майки никто не видел уже неделю.