Причина жить

Тони редко бывал у Пеппер в кабинете. В основном это она наведывалась в его лабораторию, чтобы сообщить ему новости, вытащить на совет директоров или же просто вставить ему по первое число за трудоголизм и прочие недостатки. В целом и общем она была ему как мать или старшая сестра. Ближе человека в жизни у Тони не было. До этого не было. Теперь, казалось, он появился. Пока это была робкая и безосновательная надежда на что-то, но Тони не хотел отпускать от себя Стива. Не после всего, что он узнал о его жизни. О прошлом и том, как он сейчас справлялся с его последствиями. За прошедшие полторы недели они пытались притереться друг к другу после всего дерьма, с которого начали. И это было отвратительно сложно, но Старк никогда не пасовал перед трудностями. А Стив стоил того, чтобы за него бороться. Вежливо постучав в дверь, Старк вошел после удивленного «Войдите?». Раньше его не особенно смущало наличие дверей, он просто открывал их ногой и входил, изображая крайнюю степень безнаказанной наглости. Теперь что-то говорило ему, что не стоит вести себя, как дерьмо. Это касалось не всех людей, но самых близких. Пеппер удивленно приподняла идеальную бровь, рассматривая Тони. Не привычного ей Тони, который иногда мог неделями не выходить из лаборатории, что имело последствия в виде отвратительного запаха реагентов и масла, всклоченных волос и перепачканной, растянутой одежды, а аккуратного Тони в деловом белом костюме, без галстука, с расстегнутыми верхними пуговицами рубашки и растрепанными волосами, что придавало ему некий особый шарм. От него приятно пахло эксклюзивным парфюмом. Пеппер всегда нравился этот чуть терпкий и сладковатый запах табака и мяты. Тони он очень шел. Ему вообще все шло. Подлецу, как известно, все к лицу. — Добрый день, Тони, — поздоровалась Поттс, все еще безмерно удивленная увидеть своего босса где-то за пределами пентхауса и лабораторий. — Что привело тебя в мою скромную обитель? Тони осмотрел ее небольшой, но уютный и светлый кабинет, и вальяжно расселся на кожаном диване, ставя перед собой коробку абрикосов. Пеппер любила абрикосы, но она никогда не думала, что Старк помнил об этом. — Обитель и правда скромная, — заметил он со смешком. — Не пыталась перебраться в кабинет побольше? Я мог бы устроить. — Спасибо, но нет, меня все вполне устраивает, — заверила девушка, удивленно косясь на придвинутую к ней коробку фруктов. — С чего такой сюрприз, Тони? Что случилось, раз это вынудило тебя покинуть твои обожаемые лаборатории? Старк фыркнул. Будто он не мог просто так прогуляться по собственной компании? Хотя, не мог, пожалуй. Обычные дела и бумажная волокита никогда его не привлекали. Он заботился только о разработках. — Я хотел попросить об одолжении, Пеп, — ответил он, смотря на нее внимательно. Красные губы девушки слегка дернулись, но она осталась спокойной, ничем не выдавая своего удивления. После чего встала из-за стола и села рядом с Тони, прижимаясь плечом к его плечу. У них был тот уровень связи, когда чувствуешь человека даже тогда, когда он ничего не говорит. Это дорогого стоило. — Конечно, Тони, ты можешь просить, о чем угодно, — с готовностью сказала она и призадумалась, после чего с усмешкой добавила: — В разумных пределах, естественно! Тони хохотнул. Его просьбы часто отличались экстраординарностью, поэтому такое замечание было кстати. — Пеп, детка, передай оплату работы Стива мне, — решился он. Тони давно думал об этом. Он знал, что парню за работу платит непосредственно Пеппер, но теперь он хотел делать это сам. Чтобы у него был хотя бы косвенный способ удержать его рядом. Поттс удивленно приоткрыла рот, не в силах удержаться от эмоций. Для Тони такая просьба была необычной. — Ты ведь не хотел, чтобы он работал на тебя! — заметила она, чуть повысив голос. — Я знаю, детка, так было в самом начале, но теперь… — Старк немного замялся, вспоминая, как держал дрожащего, захлебывающегося криками и болезненными стонами Роджерса в руках. Тогда он казался таким хрупким, сломленным, разорванным на куски. Тони баюкал его, словно маленького ребенка, поглаживал по голове до тех пор, пока Стив опять не отключился. После срыва он проспал еще почти сутки, во время которых Тони попросил Джарвиса неустанно следить за его состоянием: физическим и эмоциональным. Он вспоминал, как каждый день все эти полторы недели приходил к Стиву, чтобы уснуть рядом с ним. Как тот ворочался, мучимый кошмарами, как метался по постели. Его одолевала ломка из-за отсутствия таблеток, и в такие моменты его выворачивало наизнанку. Тони был рядом, чтобы успокоить, долго смотрел, как Стив спит, поглаживая взмокшие от пота виски и всклоченные волосы. Наутро он уходил первым, но никогда и ничего не говорил. Стив смотрел на него виновато и тенью следовал всюду, куда бы Тони ни пошел. Свою работу он все еще выполнял безупречно. — Теперь я… думаю, я нашел того человека, которого ты столько пыталась мне найти. Он замолчал, наблюдая, как эмоции сменяются на лице подруги. Она смотрела на него с удивлением, потом пришло осознание, шок и облегчение. Безграничная радость сделала ее глаза ярче. — Стив — тот человек? — спросила она почти шепотом и посмотрела в сторону полупрозрачной двери, за которой в приемной мелькал силуэт Роджерса в строгом черном костюме. Секретарши пускали слюни на его статную фигуру, высокий рост и потрясающе красивое лицо. Но Стив был холоден к ним и испытывал только лишь недоумение и даже отвращение от такого явного желания. — Наверное, Пеп, — выдохнул Тони, впервые так неуверенный в чем-то. — Мне бы хотелось, чтобы он стал «тем». Но мы дерьмово начали, поэтому сейчас мне нужно многое исправить. Она тепло улыбнулась и обняла его, целуя в лоб. На коже остался едва заметный след алой помады, который она стерла тонкими пальцами. — Ты ведь знаешь, что я рядом, верно? — спросила она, и Тони кивнул. Он знал. И будет должен ей за это всю свою жизнь. Пеппер передала ему нужные документы, договор Стива и его банковские данные, на которые происходил перевод денег. Старк знал, что Стив не тратит то, что заработал за это время. Все свои деньги он пересылает семьям тех, с кем служил, тех, чьих сыновей, мужей или детей не смог спасти. Чертов святой этого времени! Таких людей не должно существовать, но, наверное, война влияет на людей под двумя разными углами: либо усиливает то человеческое, что в тебе есть, либо уничтожает его на корню, погребая под болью, и ты становишься просто машиной, которая не щадит никого. Со Стивом произошло первое, поэтому он так страдал. Когда Тони вышел из кабинета Поттс, Стив притулился на диванчике в приемной и нервно подрагивал от голодных и заинтересованных взглядов здешних дамочек. Внимание было ему непривычно и чуждо. Особенно такое откровенное. Тони чуть улыбнулся, наблюдая за тем, как незаметно кривится его лицо. Стив все еще пытался быть джентльменом. — Не устал ждать? — спросил он весело, прижимая к себе папку с документами в синем кожаном переплете — Стив не должен видеть, кто теперь будет ему платить, иначе не возьмет со Старка ни цента. Стив обернулся к нему, и в его глазах мелькнуло… облегчение? Тони не думал, что телохранитель будет рад его видеть. Хотя бы немного. — Дамы, вы слюни-то подберите и глазками не стреляйте, — саркастично протянул Старк, обводя глазами всех присутствующих. Те оторопели от такой явной насмешки, но ничего директору сказать не могли. — Этот мужчина — не вашего полета птичка! Он целиком и полностью в моем распоряжении. Так что свидания отменяются. Выдыхаем! Тони всегда слыл хамом даже по отношению к дамам, поэтому еще хуже это его репутацию не сделает. А вот Стив дернулся от такого замечания и даже пошел чуть розоватыми пятнами от смущения. Тони не думал, что он так приятно смущается. Что все еще может это делать. Человеческие эмоции постепенно возвращались к нему, больше не притупляемые лекарствами. — Пошли, я здесь закончил, — бросил он Стиву чуть небрежно, но многозначительным взглядом пробежался по всей фигуре телохранителя. Роджерс послушно поднялся и кивнул на прощание дамам. — Вам не стоило так говорить, — заметил он недовольно. — Могут пойти слухи. И я не ваша собственность! Старк усмехнулся, смотря на него через плечо, пока они ждали лифт в пентхаус. — Ты мой, конфетка, смирись с этим, — со смешком заметил он, поигрывая бровями. — Мы даже спим вместе. — Это не то…! — принялся протестовать Стив. — Это вынужденная мера! Вы сами забрали все мои таблетки! — Но ведь тебе стало чуть легче без них, верно? — спросил Тони, внимательно рассматривая его здоровое и не такое бледное, как раньше, лицо. Пусть все еще случались рецидивы, а кошмары никуда не делись, но Стив стал чувствовать ярче и чаще. Тони должен был вытащить его. Он обещал, что вернет его из Ирака, и он сделает это. Для него нет ничего невозможного. Стив потупился, потому что не хотел признавать, что без таблеток ему действительно стало лучше. Он пил эту дрянь для того, чтобы забыться. Наркотики помогали ему не вспоминать то, что случилось там, в далекой пустыне. Не вспоминать кровь, боль и смерть. Не чувствовать страха. Они притупляли все его чувства, но с другой стороны не помогали ничерта. Потому что Стива драло только сильнее, а выпутаться из страшных кошмаров было сложнее. Теперь же, когда рядом с ним спал Тони, просто спал, не предпринимая никаких попыток свернуть все в извращенное русло, было легче. Стив часто не видел снов вообще. Просто проваливался в забытье и просыпался удивительно выспавшимся. Голова не раскалывалась, а чувства, которые раньше были заморожены, возвращались обратно. — Возможно, но вы не всегда будете спать рядом, — заметил Стив горько, а Тони про себя подумал, что ему бы этого чертовски хотелось: засыпать и просыпаться рядом со Стивом, видеть его улыбку по утрам и понимать, что это он причина того, что Стив живет, улыбается и радуется жизни. — Мы с Джарвисом работаем над заменителем, — сообщил Тони, заходя в лифт и прислоняясь к противоположной от Стива стенке. Тот возвышался напротив, такой молодой, красивый, словно ангел, но со сломанными крыльями. В нем все еще прослеживалась тяжелая мрачность Ирака, а кожу пропитал запах смертей и крови, но выглядел он не таким, как в первую их встречу. В глазах не было пустого безразличия. Они сверкали голубым, и Тони это безумно нравилось. — Но мне нужна твоя кровь, чтобы до конца понять, какой именно препарат тебе нужен. Если не боишься иголок или нет желания загнать ее мне в глотку, то сделай милость и поделись с дядей-ученым своим гемоглобином. Стив фыркнул и чуть улыбнулся. Тони перестал обидно шутить сразу после того случая с помадой и таблетками. Как он и обещал, они начали все сначала. Да, в его натуре были заложены язвительность и сарказм, но теперь они не были такими обидными. Скорее, они отдавали теплом. Он даже перестал водить в комнату всех этих людей, которых трахал на глазах у Стива. За эти полторы недели Роджерс вообще не видел, чтобы он флиртовал с кем-то или даже намекал Стиву на то, что его следовало бы оставить одного. Старк держал свое слово, и постепенно Стив понимал, что, возможно, Тони не такой плохой человек, как могло показаться. Просто в его жизни, наверняка, тоже было что-то, что изменило его точку зрения относительно доверия людям. Стив знал, каково это, когда твоя жизнь ломается, как хрупкое стекло, и ты вынужден ходить по ее осколкам, изрезая ноги в кровь. Теперь он пытался оправдать Старка и найти в нем что-то, что могло бы понравится ему и сделать их дальнейшее сотрудничество более приятным. Потому что Стиву нужны были деньги и работа, а Тони нужен был телохранитель, учитывая, сколько покушений Стив предотвратил за это время. — Если вы не будете делать ничего из ряда вон, то останетесь живы и не получите иглу в шею, — заверил его Стив, не зная, куда себя деть от внимательного и прожигающего взгляда Тони. Тот стал часто на него так смотреть: пристально, долго, изучающе. Его медово-золотистые глаза темнели от взгляда на Стива. — Договорились, — легко согласился Старк. В пентхаусе их встретил один из роботов Тони — Дубина и Джарвис. — Добрый день, сэр, мистер Роджерс, — поздоровался он. — Здравствуйте, Джарвис, — ответил Стив. Он постепенно начинал привыкать к невидимому и вездесущему дворецкому, который знал слишком многое. Джарвис был приятными собеседником, как оказалось, и не стремился лезть туда, куда его не просили. Он помогал Стиву освоиться в пентхаусе Тони, когда было необходимо что-то сделать, собирал для него информацию о врагах Старка, чтобы Стив знал, кому именно он противостоит. Тони не возражал против их сотрудничества. Даже подсылал Стиву своих роботов, которые неожиданно оказались очень милыми и похожими на домашних питомцев. Дубина, например, походил на большую и добрую собаку, а в той далекой жизни, до Ирака, Стив очень любил собак. — Привет, малыш, — обратился он к Дубине, который принялся тыкаться головкой с зажимом Стиву в руку. — Ты ему нравишься, однако, — со смешком заметил Тони. — Джарвис, будь так любезен, подготовь все в лаборатории по проекту СР-4. Стив перевел на своего нанимателя взгляд. — СР? — спросил он. — Стивен Роджерс, — Старк подмигнул ему. — Идем, нужно браться за работу. Стив послушно последовал за ним. За все время работы он второй раз бывал в лаборатории Энтони Старка. Его поражало это место. Оно было все таким же огромным, как и первый раз, когда он здесь оказался. Куча проводов, свисающих с потолка или же змеями тянущихся по полу, несколько столов, заваленных различными чертежами, запчастями и материалами. Неоновые лампочки и множество голограмм. Роботы, шуршащие колесами по плиточному полу и жужжащие при виде хозяина. Где-то сбоку находилась небольшая кухонька со стойкой, на которой стояла кофеварка, холодильником и несколькими шкафчиками для посуды. Все в этой обители контролировал Джарвис. — Садись давай, капитан, — отозвался Тони откуда-то из недр лаборатории. Стив послушно сел. Ему все еще было непривычно в том месте, где Тони производил оружие для войн. — Почему ты производишь оружие? — спросил Роджерс осторожно, рассматривая чертеж ракеты. — С твоими технологиями ты мог бы производить что-то, что положило бы конец войнам. И людям больше не пришлось бы… им не пришлось бы умирать. Тони показался из-за ширмы, переодевшись в рабочую одежду. Его глаза цепко осматривали Стива. — Потому что я сволочь, Стив, и никогда не задумывался об этом, — ответил он просто, садясь напротив и готовя нужные инструменты для взятия крови. Стив дернулся при виде иглы и почти рефлекторно среагировал на то, что Тони коснулся его локтя, но тот аккуратно продолжил, придерживая и вводя иглу под кожу. Капитан даже не почувствовал боли. — Помочь мне решил, чтобы потешить свое самолюбие и замолить несколько своих грехов? — спросил Стив без упрека. Тони посмотрел на него как-то по-особенному, такой взгляд Роджерс не был способен выносить, поэтому он просто перевел взгляд на иглу, смотря, как кровь из его тела переливается в шприц. Он чувствовал, как ее выкачивают по капле. Ощущение было довольно противным, но ему приходилось терпеть боль куда сильнее, поэтому Стив даже не замечал ее. Он чувствовал, как глаза Тони прожигают в нем дыру. — Нет, у меня свои причины, — усмехнулся, наконец, Тони, вынимая иглу и прикладывая к ране вату. — Я ведь говорил тебе, я все еще сволочь для многих. Это просто разовая акция. Теперь Стив так не думал. Тони словно намеренно пытался казаться хуже, чем он есть на самом деле. Но разубеждать его капитан не собирался. Он просто поднялся с места, нависая над своим боссом. Тот продолжал смотреть снизу вверх темными и яркими глазами. — На сегодня ты свободен, Стив, — заявил Старк. — Из лаборатории я пока не вылезу, потому что у меня много работы. Можешь заняться, чем хочешь, можешь пойти домой или остаться здесь. Джарвис даст тебе допуск, куда захочешь. Роджерс молча кивнул и собрался покинуть обитель гения. Но остановился, оборачиваясь. — Ты сволочь, Тони, но все же не такая, какой сам себя считаешь, — достаточно громко выдохнул капитан, чтобы его услышали. Старк дернулся от неожиданности. — Спасибо... за все, что ты делаешь. После чего он ушел, оставив Старка наедине с собой и своей работой. Тони устало откинулся на спинку стула, прикрывая сгибом локтя глаза. — Может ли это значить, что я не напрасно за ним увиваюсь? — спросил он сам себя, но Джарвис, не уловивший полутона, ответил: — Вполне возможно, что вы не так безнадежны, сэр. — Вот уж спасибо, дружище, — усмехнулся гений и потряс баночкой с кровью Стива. Первым делом было лекарство, а потом уже он подумает о том, что Стив сказал на счет оружия. Роджерс решил остаться в башне, потому что домой ему возвращаться не хотелось. Там он был в одиночестве, наедине с сжирающими его воспоминаниями. Там он захлебывался воздухом, не в силах отгородиться от своего прошлого, от призраков Пегги и Баки. Здесь было спокойнее, потому что он не был один. Да и не хотелось признаваться, но запах Старка, который заполнял собой все, успокаивал его. Тони словно стал его личной панацеей. Конечно, все не было так легко, как могло показаться. Старк уничтожил часть его прошлого, связанного с Пегги, забрал у него наркотические таблетки, без которых он раньше не мог жить. И у Стива бывали рецидивы и ломка. Очень часто за эти полторы недели. Каждые два-три дня. Последний раз был не так давно. Стив помнил все до мельчайших подробностей. Помнил, как тело словно не принадлежало ему, он был в нем гостем, не более. Старк тогда сидел на совете директоров, а Стив ждал его у двери кабинета. Его окатило мгновенно. Все изменилось за одну секунду. Он никогда не был готов к этому, пусть уже испытывал на себе рецидивное состояние несколько раз. Его бросило в жар, окатило им с ног до головы так, что перехватило дыхание. В костюме стало невыносимо, захотелось содрать его с себя. Стив беспомощно сполз по стене, потому что его не держали ноги. Каждый сустав в теле болел так, словно по нему ударяли битой с такой силой, чтобы раздробить на части. Кости ныли, казалось, будто их кто-то по одной достает из тела. Стив судорожно дышал, пытаясь ухватить больше кислорода, чтобы не задохнуться. Сознание путалось, и он перестал понимать, где он и что происходит. Перед глазами плыло, мир кружился, как в стиральной машине. Внутренности скручивало, как половую тряпку, и Стива грозило вывернуть наизнанку. Это отвратительное чувство всегда выбивало его из себя, словно выгоняло из тела, и он смотрел на самого себя со стороны, видел, как крутится тело от боли, но ничего не мог сделать. Только поскуливать от боли и пытаться стать как можно меньше. В такие моменты его тянуло облегчить свои страдания, но для самоубийства он был слишком труслив. Джарвис сообщил Тони. Видимо, после предыдущих случаев Старк приказал ИскИну следить за ним. Старк попросил Пеппер закончить совет директоров и просто сказал помощнице, что это связано со Стивом. Та не стала задавать вопросов и позволила ему уйти. Когда Старк вышел, Стив лежал на полу, до боли сжимая собственные запястья, а над ним склонилась молоденькая девушка-секретарь, которая была напугана до смерти и не знала, что ей нужно делать. Тони аккуратно отстранил ее и попросил никому не говорить о случившемся, если она не хочет лишиться работы. Бедняга только активно закивала. — Хэй, Стив, Стиви, — позвал Тони, осторожно поднимая парня на руки. Роджерс не был нежной барышней или хрупким мальчонкой, он был солдатом, поэтому весил соответствующе, но и Тони слабаком никогда не являлся. На руках он донес Стива до лифта и поднялся с ним в пентхаус. — Джарвис, мне нужен кофеин и витамины, — отдал приказ Старк, снимая со Стива пиджак и расслабляя удавку галстука. Роджерс задыхался, его зрачки были расширены. Тело конвульсивно дергалось. Он крепко цеплялся за Тони, сдавливая кожу так, что на ней оставались синяки. — Слушаюсь, сэр, — отозвался ИскИн. — Вам следует провести детоксикацию, как в прошлый раз. Это должно помочь. — Ему нечем рвать, он ни черта не ел! — прорычал Старк, злясь не на кого-то конкретного, а просто из-за ситуации. Он аккуратно придерживал Стива и невыносимо чувствовал его боль и то, как судорожно сжимаются сильные мышцы. Роджерса ломало, организм нуждался в дозе, но Старк не мог ему ее дать. Токсин нужно было вывести весь. Он довел Стива до ванной и наклонил над унитазом. Пришлось надавить на специальную точку, чтобы вызвать рвоту, потому что на соду с водой не было времени, а пальцы в рот могли закончиться тем, что пальцев своих Тони бы лишился. Капитана красочно вырвало, но только одной лишь водой и желчью, поскольку к еде Роджерс сегодня не прикасался. Он вообще ел мало, отвратительно мало. Тони стоял над ним, пока его выворачивало наизнанку и поддерживал за плечо, чтобы Стив не ушел головой в унитаз. У самого Тони тоже желудок скручивало. Не от того, что могло быть противно — он об этом даже не думал, а потому, что хотелось убить всех, кто сделал жизнь Стива такой. Всех и себя в том числе. Смотреть, как того ломает из раза в раз, выворачивает и выкручивает суставы, было невыносимо. Но радовало, что у капитана начинали проявляться заглушенные эмоции. Раньше убийственно спокойный, теперь он искрил, как лампочка. И ради одного этого Тони готов был держать его, помогать бороться. Когда Стива хорошенько прополоскало, он отвел его в комнату, где Джарвис уже приготовил капельницу с витаминами и разведенным в воде порошком кофеина. Старк сидел с ним все время, пока действовали препараты. Стив чувствовал его. Руку, которая сжимала его пальцы. Было горячо и спокойно. Когда он пришел в себя, Старк спал рядом с его кроватью, положив голову возле руки Стива. Ломка прошла, к нему вернулась способность двигаться, поэтому Стив несмело протянул ладонь и провел пальцами по каштановым и непослушным волосам. Тони действительно был не таким кошмарным, каким хотел казаться.