Семья для Морган

— Да Морган, вот так, — тихо говорит Питер сам себе, страхуя девочку снизу. — А теперь попробуй увеличить силу. Морган, как будто услышав его, командует что-то Китти и поднимается еще выше вверх. Китти — это искусственный интеллект, имя которому малышка выбирала сама. Когда костюм поднимается почти на четыре метра, сердце Питера начинает бешено стучать, как будто это он впервые пробует навыки в полетах, Морган восстроженно визжит, выпуская белые комья воздуха из реакторов на руках и ногах.  — Не так высоко! — кричит с земли парень. — Расшибешься в лепешку! В ответ слышится какой-то бубнеж, отдаленно напоминающий «не расшибусь». Молочное рассветное солнце серебрит маску костюма так, что Питеру приходится жмуриться и прикрывать глаза ладонью. На нее невозможно смотреть без солнцезащитных очков! Из маски слышится какой-то бубнеж. «Я спускаюсь!» — переводит про себя Питер и напрягается. Морган делает круг, но не двигается вниз.  — Все в порядке, я страхую, — громко подбадривает с земли Питер, принимая ее действия за нерешительность. Морган снова что-то говорит, но без динамиков не слышно, а как включать динамики знает только Харли. Вдруг лампочки на шлеме потухают, реактивный двигатель глохнет, и девочка с визгом падает вниз. Питер бросается за ней и ловит буквально в метре от земли. Сердце чуть не выпрыгивает из груди, когда он чувствует на себе тяжесть ее тела, понимает, что все обошлось.  — Морган… — он, нервно усмехнувшись, переводит дыхание — Ты меня так больше не пугай! Шлем со звонким щелчком откидывается, открывая бледное лицо испытательницы.  — Я же спрашивала — как спускаться? — дрожащим голосом говорит Морган.  — Оу. Питер понимает, что переводчик из него не очень. Он осторожно ставит девочку на землю. Морган прерывисто дышит, запрокинув голову, чтобы не дать потечь слезам.  — Не говори маме, — просит она тихо. — Она мне голову откусит.  — Это что за выражения? — треплет малышку по голове Питер. — И если уж на то пошло, то моя голова будет первая в очереди.  — Так Харли говорит.  — Харли надо рот с мылом помыть, чтобы при детях себя сдерживал.  — С мылом? Фу-у. Морган хмурится, представляя себе, каково это на вкус. Глаза перестают слезиться и она встает нормально.  — Пошли домой? — предлагает Питер. — Пеппер, наверное, уже блинчики приготовила.  — Ура! — восклицает Морган. — А как это снимать? Питер оглядывает костюм. Харли говорил, что где-то есть щиток, который нужно сдвинуть перед тем, как нажимать на грудь. Вроде предохранителя, чтобы во время битвы костюм не втянулся сам по себе от удара.  — Повернись-ка, — просит он. Девочка встает спиной, но все части костюма абсолютно идентичны. «Хоть бы наклейкой какой-нибудь пометил» — думает Питер.  — Ну что? — нетерпеливо спрашивает Морган.  — Знаешь, — вздыхает парень, проводя руками по ее лодыжке в поисках нужной пластины, — Давай пока не будем ничего трогать. Похвастаемся перед Пеппер и Харли, какой у тебя костюм.  — Хвастаться нехорошо, — задирает подбородок Морган.  — Ладно, — соглашается Питер, — Тогда просто пройдемся до мастерской. Чтобы ты привыкла к костюму. Морган склонив голову смотрит ему в лицо и вдруг догадывается:  — Ты что, не знаешь, как его выключить?  — Не знаю.  — А Харли знает, — заявляет девочка.  — Ну вот пусть Харли и снимает его, — гордо говорит Питер, вставая с корточек, — Что же тогда он с тобой гулять не пошел?  — Он занят в мастерской. Придумывает свои волшебные шарики.  — Что придумывает? — переспрашивает Питер.  — Ой! Морган зажимает себе рот ладонями в металлических перчатках.  — Это какой-то сюрприз? — улыбается Питер.  — Нет. То есть не совсем. Он хотел тебя удивить сегодня вечером во время тренировки и просил не говорить. «Ага, удивить» — с усмешкой думает Питер. Победить он хочет, великий химик. На прошлой тренировке победа досталась Паркеру, на позапрошлой тоже, итого — разрыв четыре балла в пользу Паучка.  — Ты ничего не знаешь про эти шарики? — спрашивает Питер, беря Морган за руку и медленно начиная идти.  — Немножко знаю, только он просил не говорить, — повторяет девочка.  — А он ничего не узнает.  — Так же нечестно. Я обещала, что не буду.  — Ну мне-то можно.  — Тебе он запретил в первую очередь, — упрямится Морган. Питер вздыхает и смотрит вдаль. Небо нежно-желтое с утра, как лимонный крем у Пеппер, а под ним взмывая высотками в небо, расстилается город. Блестит как начищенный, и уже с утра гудит.  — Если в первую очередь, то ладно. Сам узнаю.  — И сюрприза не получится? Питер с улыбкой смотрит на личико Морган.  — Поверь мне, у Харли в рукаве целая колода. Он всегда найдет чем удивить на тренировке.  — Ну ладно, — кивает девочка, удостоверившись, что ничего не испортила. — Только ты все равно не говори ему.  — Хорошо, — смеется Питер. Перед ними открываются прозрачные двери — все на датчиках, все роботизированное — и пара входит в Stark Industries.  — Пятница, что мама готовит? — тут же спрашивает Морган.  — Блинчики с шоколадом, — отвечает приятный механический голос, — Не забудьте помыть руки, мисс Морган.  — Спасибо, — вежливо говорит искусственному интеллекту девочка. И добавляет для Питера: — Ты был прав, она делает блинчики.  — Конечно, — улыбается ей Питер, — Стал бы я говорить, если…  — Харли! — перебивает его радостным криком девочка, замечая силуэт справа и кидаясь ему на шею. Возле дверей в лабораторию, облокотившись на стену, стоит ее старший почти-брат, светлые волнистые волосы заколоты сзади, на плечах белый халат. И сияет так, как будто только что изобрел лекарство от рака, не меньше. «Позер» — снисходительно думает Питер, с завистью глядя, как парень хватает Морган на руки и крутит вокруг себя.  — А-я-взлетела-почти-до-самых-облаков-и-Питер-меня-поймал-правда-он-молодец, — тараторит Морган, держась за его плечи. Харли устает, ставит малышку на пол, упираясь руками в колени.  — Да ты что? Прямо сама взлетела?  — Да! А Питер прямо сам поймал!  — Ты большая умница, — широко улыбается Харли, сражая обаянием не то что Морган или Питера, даже фикус в горшке.  — Спасибо! — восклицает девочка. — А Питер?  — Питер тоже умница, — соглашается Харли, поднимая наконец глаза на парня. Тот стоит, сложив руки на груди и сквозь прозрачные двери глядит на улицу.  — Еще бы костюм научился снимать, — вздыхает Кинер, улыбаясь, и садится на корточки. — Иди сюда, горе-мастер, еще раз покажу.  — Да я с первого раза запомнил, там просто заело что-то, — сухо говорит Питер, тем не менее, подходя ближе. Харли поднимает брови и качает головой.  — Вот здесь, у самой подошвы. Сдвигаешь вверх. Питер смотрит, скосив глаза вниз.  — Да сядь ты ко мне, я же вижу, что ты забыл, — с усмешкой в голосе говорит Харли. Питер нехотя опускается на корточки. Парень прижимает пальцы к небольшой пластинке в том месте, где у туфель обычно находится задник, не сильно надавливает и тянет вверх. Внутри что-то щелкает и пластинка сдвигается.  — Можешь нажать на реактор, — дает добро Харли. Морган тыкает пальцем в светящийся треугольник на груди и костюм кусочек за кусочком, как драконья чешуя, складывается в небольшую конструкцию в руке девочки. Харли переводит взгляд на Питера.  — Запомнил?  — Еще в первый раз, — отводит глаза Паркер, — Там просто что-то заело.  — Ничего не заело.  — Сейчас — нет, — гнет свое Питер. — А на улице — да. Харли закатывает глаза и встает.  — В лабораторию не заходи, я ее с утра занял. Питер хмыкает. От этого «химика» так и веет самомнением. А еще спиртом и цитрусовым шампунем. «Дети, пора завтракать» — раздается голос Пеппер по громкой связи.  — Ура-а! Блинчики с шоколадом! — кричит Морган, срываясь с места. Парни мерят друг друга взглядами и медленно направляются следом. «Вот ведь зануда» — думает Питер. «Вот ведь ребенок» — думает Харли. И оба в один голос говорят:  — Уже бегу!