(Не) Одинокие

Луна почему-то чувствовала себя довольной. Она смотрела на кажущееся таким далёким небо, слышала вой ветра и крики того, чьи приказы она должна была исполнять, и всё выглядело таким знакомым... Будто она уже где-то делала те же самые движения, где-то падала и смотрела вверх, ощущая лёгкость и эйфорию полёта даже без того чтобы иметь возможность летать. Разве что она не помнила, чтобы кто-то падал рядом с ней, но право, это ведь такие мелочи... - Идиотка! – надрывался рядом Гриммель, не способный полететь из-за прожжённого насквозь крыла – Тупое создание! Опять из-за вас, Фурий, всё идёт к чертям! Он едва ли не дымился от злости, скаля клыки, но Луне, если честно, было так плевать... Да, она боялась владельца этого голоса, после появления которого она всегда видела что-то плохое, после которого ей всегда делали больно, но сейчас... Почему-то где-то внутри уже прочно осело понимание того, что скоро... Совсем скоро будет конец. Но Луна не боялась, нет. Её страх был сконцентрирован только на мужчине, что падал рядом с ней, но его конец тоже ведь настанет? Они ведь делили одно падение на двоих... Скорее всего он тоже это чувствовал, поэтому и пытался вылить на неё всю свою ярость до окончания их пути. - Поймай меня и вытащи наверх. Приказ должен был выполнен, она это усвоила с первых мгновений. Невыполнение несёт за собой злость мужчины, а его злость всегда выливается в боль, которую причиняют ей. Она вытянула руки в его сторону и попыталась раскрыть крылья и в итоге только жалобно взвыла, когда так и не смогла этого сделать. Одно двигалось нормально, как и должно было, но второе лишь безвольно тянулось вверх, трепыхаясь от порывов ветра и не желая слушать всё остальное тело, простреливая болью, как только Луна пыталась им двинуть. - Выполняй! – крикнул Гриммель и она непонимающе посмотрела на него. Разве он не видел, что она не могла выполнить его приказ? Неужели не понял, что она не сможет подчиниться команде, несмотря на желание, продиктованное обжигающе-холодным ядом внутри? Холодное ощущение, текущее по венам, стало почти болезненным, заставляя вспомнить, как сильно вымораживает все внутренности при неповиновении, словно того что она начинала чувствовать себя как уже-почти-мертвец было мало. - Бесполезная тварь! – крикнул Гриммель и Луна выдохнула, когда морозное ощущение стало отступать из-за того, что Смертохват понял, что она ничем не сможет ему помочь. – Сволочь, Мразь! Неужели так сложно было просто дать мне убить твою Пару?! Луна не слишком понимала, что он говорит. - Да поймайте меня уже кто-нибудь! – рявкнул он, отдавая приказ тому, кто ещё мог летать. Но все его подданные были так далеко... Никто из них не успеет и сам Гриммель тоже это понимал. Она посмотрела вниз. Волны океана разбивались об острые скалы, на мгновения покрывая их пеной и водой и спугивая каких-то особо храбрых чаек, охотившихся у самой поверхности океана. Хм, значит вот так выглядит конец? У Луны с недавних пор было мало мыслей. Обычно они ограничивались теми, что стучали в голове, вопя о том, что – «телу больно-больно-больно, хватит, больно, хватит, прекратите, больно, дайте умереть», теми, что кричали - «выполняй, приказ нужно выполнить, не хочу больше боли, выполняй, надо делать всё, чтобы не было больно, приказ, сопротивление даёт только больше боли, не надо», теми, что скреблись внутри черепа, не переставая орать о том, что – «опасность, опасность, опасность, опасность, опасность, негде спрятаться, некуда бежать, опасность, он опасен, она опасна, все опасны, беги». Когда рядом не было никого в голове обычно становилось так пусто... Иногда ещё бывали странные, нейтральные, мысли, которые проскакивали в разуме так быстро, что Луна даже не успевала их осознать. Мысли о голоде становились криками о боли, мысли о побеге становились воплями о боли и даже мысли о новых лицах перед ней превращались в рёв о боли и опасности. Та девушка, давшая ей хлеб, пожалуй, первая, в присутствии которой душераздирающие вопли в голове становились немного... совсем немного тише. И как раз в её присутствии и появилась такая мысль, которая осталась собой, не став рыданиями об очередной боли. Это было связано с запахом, очень слабым запахом, который ей удалось на ней почувствовать. Запах был знакомым. И важным. Она не знала почему, но эта мысль каким-то образом умудрилась перекрыть собой все крики о боли там, наверху, когда она не дала Гриммелю скинуть владельца запаха вниз, впервые слыша такую оглушительную тишину в голове. И сейчас, смотря на острые скалы внизу она буквально чувствовала, как мысли, столь долго кричавшие ей о боли и опасности, пытаясь сохранить её жизнь, словно сдавались, обречённо затихая и возвращаясь в те закоулки разума, где они прятались раньше. Тоже понимали, что никакими воплями тут уже не помочь. Тишина в голове успокаивала. Луна не помнила, когда она в последний раз закрывала глаза без того чтобы её разум не дал ей напоминание, что даже это делать было рискованно. Вокруг ведь была опасность – таилась в тенях, в бродящих людях и драконах, в самих стенах и воздухе. Закрыть глаза – всё равно, что добровольно подписаться на смерть. Гриммель продолжал кричать рядом, но даже с его воплями всё равно было тихо. Даже если бы сюда пришёл Вопль Смерти и оглушил бы их всех, Луна всё равно бы считала, что тут наконец-то стало тихо. Она наконец-то расслабилась, счастливо заурчав от осознания того, что её скоро оставят в покое. Смертохват, увидев её блаженную улыбку, почему-то принял её на свой счет. - Ну неужели, ты думаешь, что всё закончится так просто? Луна не думала, она падала. - Я бессмертен! Бессмертен, слышишь меня? – кричал в её сторону Гриммель, кажется даже не вспомнив, что после утраты человеческого разума она мало что понимала из людской речи, по большей части реагируя только на приказы и то, как они тянули и направляли её морозными ощущениями, давая понять, что именно от неё хотят – Меня невозможно убить! Я сейчас просто возьму и поменяю своё тело на чьё-то, что стоит там наверху и всё равно достану до твоего драгоценного Найта! Он будет умирать долго и мучительно, гораздо более мучительно чем умрёшь ты! И тогда дьявольские отродья наконец-то исчезнут с нашей земли! Это теперь будет моя территория! Моя и моих потомков, моей семьи! Лицо Гриммеля было искажено гневом, который он явно совсем не мог контролировать. Создавалось впечатление, что в противовес Луне, которая наконец наслаждалась долгожданной тишиной в голове, у Смертохвата наоборот, все спокойные мысли стали хаотичными и громкими. Он закрыл глаза и странно выгнулся, будто что-то рвалось из его грудной клетки, что-то, что он пытался вытолкнуть из себя. Но как только его глаза закрылись, а само тело перестало подавать признаки жизни, всё вокруг будто потемнело, да и сам воздух стал ощущаться густым и очень... очень холодным. Мысли, вроде оставившие её голову, снова возвращались, перебивая друг друга, создавая гомон, вопя и вопя и вопя.... «Душа, душа, душа, что он делает, душа, душа, она треснет, она разобьётся, душа, как же душа...» Луне больше не казалось, что она падает. Напротив, теперь она чувствовала себя так, словно тонет в очень густом киселе. Ей показалось, да, возможно просто показалось, как рядом с ней вдруг появились тени, нет, чьи-то чёрные полупрозрачные искажённые руки, тонкие, костлявые, будто изломанные, Луна видела, как они тянулись к тому месту, где падал Гриммель, что-то цепляя жуткими когтями. - Ты не сбежишь больше. – послышались миллионы шипящих голосов и Фурия вздрогнула. Мысли в голове снова хаотично заметались, крича о душах и опасностях, но потом замолкли, причём так резко, словно их присутствие в её голове ей просто привиделось. Кто-то закричал. Завыл, без конца повторяя «нет-нет-нет, невозможно, пожалуйста, нет!» и полупрозрачные силуэты словно стали ещё более искажёнными, явно не приняв сопротивления той души, что они держали в своей хватке. Рядом происходило что-то странное, что-то, чего она не особо понимала, но мыслей в голове больше не было и Луна просто продолжала смотреть вверх, на отдаляющееся небо и белые облака, не обращая внимания на то, что творилось совсем рядом. Ей, правда, не стоит об этом тревожиться. Ведь скоро будет конец. И ей можно будет отдохнуть. По крайней мере, она надеялась на это. Потустороннее шипение становилось громче и яростнее, а вой души Гриммеля наоборот всё тише и тише, пока не затих совсем, а полупрозрачные тёмные силуэты не исчезли, вернув воздуху его обычные ощущения вместо той трясины, какой он чувствовался раньше. Даже как-то светлее стало... Луна закрыла глаза. Хотелось спать. Ветер, свистевший в ушах был словно самой лучшей колыбельной и она ещё никогда не помнила, чтобы ей было так спокойно. - Луна! Ну, Хель подери, что ещё? - Луна! – ей казалось или свист стал громче? Чьи-то руки подхватили её за плечи, постарались подкинуть вверх, случайно уронили и снова поймали, стараясь чтобы пальцы не соскользнули с её тела. - Держись, всё хорошо, всё в порядке, я вытащу тебя отсюда! – затараторил кто-то над её слуховыми отростками и она зарычала когда когти вонзились ей в плечи, удерживая её от падения. Над головой хлопали крылья и мысли, внезапно поняв, что ещё не поздно и это тело ещё имеет шансы выжить, стали возвращаться, громко и душераздирающе крича, скребясь в её черепе. Она посмотрела наверх, оскалившись, и тут же затихла, посмотрев в напуганные голубые глаза девушки, которой она недавно доверилась. Та изо всех сил тянула её вверх, не давая упасть. Луна кинула быстрый взгляд вниз. Тело того, кто давал ей приказы, продолжало падать, и через несколько мгновений столкнулось со скалами, которые буквально проткнули его насквозь, окрасив камни кровью, скоро смытой океанской водой. Офелия, задержав дыхание от натуги, продолжала работать крыльями, мысленно коря себя за то, что совсем не занималась физической формой. Пусть Луна и не была особо тяжёлой, но даже такой вес ей казалось невозможным поднять. Алеепсис полагала, что во всём виноват адреналин. Она правда сомневалась, что смогла бы удержать её так долго в обычной ситуации. Вытащив Луну на уступ, где уже собирались остальные полулюди, она с облегчением опустила её тело около бессознательного Найта, наблюдая, как та настороженно начинает смотреть на всех, кто пытался подойти, снова оскалившись и странно сжавшись. Она потянула носом воздух и, узнав запах, подползла поближе к своей Паре, то ли пытаясь закрыть его своими крыльями от остальных, то ли наоборот спрятаться за ним от окружавших их людей. Пока полулюди решали как им быть, опасаясь подходить к одичавшей Луне, чтобы не провоцировать её ещё больше, та наклонилась к Найту, тщательно обнюхав драконью кожу на шее, будто проверяя свои ощущения. Чувства не обманывали. Запах не просто был знакомым. Он ещё и смешивался с её собственным. Мысли, ещё недавно кричавшие об опасности, внезапно на мгновение затихли и буквально заурчали: «Самец, мой, мой, мой, сильный, защитит гнездо, партнёр, мой, мой...» Она не помнила, как ей удалось получить такого, но честно это было не так важно... Куда важнее было не дать опасным чужакам подойти ближе. - Как мы сможем им помочь, если она нас не подпускает? – зашептал кто-то из Ночных, всплеснув руками. - Нам по любому надо их отсюда забрать... Офелия, вы сможете повести Луну за нами? Дневная Фурия застенчиво спрятала лицо за волосами, но тем не менее, попыталась отвести Королеву Ночного подальше от Найта. Та только скалилась и рычала, не позволяя себя увести. - Ладно, приступаем к плану Б... Полулюди медленно стали приближаться и Луна закрутила головой, не зная на кого из этого сжимающегося круга ей напасть первым. Кто-то справа сделал резкое движение, и она уже почти плюнула туда плазмой, как кто-то ударил её слева по шее, отправляя её сознание в небытие.