(Не) Одинокие

Найт знал, что должен быть хладнокровным, что должен мыслить трезво и тщательно взвешивать каждое своё действие и решение, чтобы суметь отомстить Гриммелю и заставить его пожалеть о том, что он сделал. Но знать – это одно дело, а поступать – совсем другое. Каждый раз, когда он смотрел на это ухмыляющееся лицо, перед глазами так и вставала картинка того, как Луна скалилась и рычала в его сторону, опасаясь его, пытаясь просочиться сквозь стены и оказаться как можно дальше. Просто... Не узнавая его. Найт не знал, чем он так заслужил ненависть Асов, что они вечно кидали его и его Пару в какие-то опасные передряги. Что Красная Смерть, где он чуть не потерял Луну, что война против Блудвистов, где уже сама Луна чуть не потеряла его... А теперь ещё и Гриммель, которому только за радость играться с двумя последними Фуриями, уже заранее зная, что они проиграли, что они уже почти мертвы. Ведь даже если ему удастся избавиться от Гриммеля... Это ведь не вернёт Луну обратно, правда? Это не воздействие яда, от которого со временем можно избавиться, не Гипноз, который можно перебить или даже снять... Это уже совсем другая личность. А личность ли? Гриммель говорил, что в Луне не осталось ничего кроме животных инстинктов после того, как он полностью поломал и раскрошил её разум. Могло ли это быть ложью? Вдруг это всё только временно? В любом случае, нельзя было скатываться в отчаяние. Он ничем не сможет помочь если погибнет в этом бою. Так у Луны не останется даже шанса на нормальную жизнь. Может им и удастся вернуть ей хоть какую-то часть разума, а там... даже если это и будет другая личность – это всё ещё его Пара! Он не бросит её так! Он дал обещание! Найт оскалился и стал собирать в пасти очередной сгусток плазмы. Это будет третий выстрел. У него останется ещё три, а потом придётся открывать знаменитое «второе дыхание» Ночных Фурий. Вот если бы сейчас был шторм... У него было бы огромное преимущество, потому что молнии, благодаря его способности Титана, фактически давали ему бесконечное количество залпов, но на юге погода вообще редко портилась, а сейчас хоть небо и было разукрашено облаками, это было явно не то зрелище, которое он привык видеть на Ночном. Это были не тучи, полные воды, как дома, это были простые пушистые белые облака, от которых ни ему, ни его невесте не было бы никакого толка. Он оскалился и выплюнул плазму, целясь Гриммелю в голову. Тот ожидаемо уклонился и Найт резко пролетел сквозь свой же огонь, чувствуя, как нагревается его чешуя, начиная отражать всё окружение и позволяя ему затеряться на фоне неба и облаков. Раз уж у него была способность маскироваться то стоило пользоваться ей по полной, выбивая себе преимущества в этом бою. Однако не казалось, что Гриммель как-то встревожился, внезапно потеряв из виду Ночную Фурию. - Что ж, признаю, умный ход. – засмеялся он – Но даже твоя «невидимость» тебе не поможет. Я изучал эту вашу способность годами, зная, как вы действуете с ней, зная сколько она продлится и когда станет спадать. Она бесполезна против меня. Гриммель медленно покрутил головой, явно прислушиваясь к тишине вокруг, стремясь услышать чужое дыхание, хлопки крыльев, а может даже свист, который они издавали в полёте... Найта нигде не было слышно. - Никогда не думал, что сын Эдмунда такой трус. Неужели ты взял это качество от матери? – насмешливо протянул Гриммель продолжая оглядываться и ожидая какой-то реакции – Эдмунд, насколько я помню, сражался до самого конца, даже с прожжёным крылом. А его сын решил сбежать с поля боя, как пугливая Жуткая Жуть... Найт, паря в десятке метров над ним, сжал клыки. Неважно, что говорил Гриммель, он должен был игнорировать это. Ради его Пары. Он не может позволить себе проиграть из-за его глупой несдержанности и чужих провокационных слов. Мёртвых уже не вернуть, а вот он ещё может спасти свою Пару, если не будет действовать слишком поспешно. К тому же, Гриммель хоть и изучил маскировку Фурий, всё равно не мог понять где именно он находился и это было видно по тому, как он медленно крутил головой, стараясь особо не показывать что ищет его глазами. Найт закрыл глаза, чувствуя бурлящее тепло в груди, собирая и подготавливая очередной залп во внутреннем очаге. Почувствовав, как плазма собралась в глотке, он закрыл крылья, прижав их к драконьему телу и стал пикировать вниз, стараясь не издавать никаких звуков и всё ещё удерживая плазму в горле. Достаточно приблизившись, Найт выплюнул её, раздосадовано зарычав, когда Гриммель интуитивно почувствовав опасность, ушёл в сторону и Скайроу не изменяя траектории падения снова пролетел через собственный огонь, обновляя эффект маскировки. Он раскрыл крылья уже оказавшись почти у самой земли и, сделав круг, снова поднялся к Гриммелю, аккуратно следя за дистанцией чтобы не выдать своего расположения. Отлетев немного подальше и снова спикировав с высоты, он стал набирать скорость, на этот раз пытаясь застать Смертохвата врасплох не внезапностью атаки, а её стремительностью. Он снова прижал крылья изо всех сил, стараясь не допустить характерного свиста полёта Ночных Фурий и резко выплюнул очередной залп, пролетая мимо Гриммеля, оборачиваясь и выпуская ещё один в то же самое место. Уйдя вниз с траектории предположительной атаки Смертохвата, он задрал морду вверх, высматривая в дыме силуэт Гриммеля, пытаясь понять, получилось ли его задеть. Снизу раздались хлопки крыльев и, опустив морду, Найт увидел полулюдей из своей группы, которые заметив своего Короля и передав подопытных Смертохвата второй группе, поспешили на помощь своему Вожаку, готовые мстить за свою Королеву и стереть врага в порошок. - Нечестно играешь, сын Эдмунда. – засмеялся Гриммель, наконец вылетев из окружающего его дыма. У него были подпалены волосы, да и одежда в области правого плеча дымилась, но в остальном он выглядел вполне себе целым. – Не подпускать людей Ночных Фурий ко мне или Найту! – громко зарычал он и драконы, в которых находился яд бросились выполнять приказ, начиная нападать на чужаков. Офелия, оставшаяся на земле, смогла перенаправить приказ в немного другое русло. Нападать на Ночных жителей не хотелось, но и сам приказ ни слова не говорил о том, что надо атаковать. Гриммель приказал не подпускать к нему людей Ночных Фурий, а те, кто был рядом с Луной тоже были с их острова и следили за своей Королевой, вместе с ней. Она просто будет смотреть за каким-то получеловеком, который уж точно не поднимется в воздух, оставаясь возле Королевы и тем самым будет исполнять приказ. Этот получеловек не приблизится к Гриммелю, значит она выполняет задание. Найт был рад, что не увидел её в стае драконов, сражающихся у самой земли. У него ещё было слишком много вопросов, которые он хотел ей задать. Он верил, что Ночные жители справятся с людьми Гриммеля, тем более, что у них ещё и была защита Луны в виде браслета, которая бы помогла им в экстренных ситуациях. А вот у Офелии ничего такого не было, да и Найт был уверен, что она не умела сражаться. Скайроу напрягся, возвращаясь мыслями к бою и пустил по венам жидкую плазму, пробуждая так называемое «второе дыхание» Фурий. Из-за изменения температур маскировка слетела и Найт с недовольством подумал, что ему придётся потратить один из оставшихся шести залпов, чтобы снова скрыться от Гриммеля. Тем более, что «второе дыхание» делало их очень и очень заметными, что было неудивительно – они ведь начинали буквально светиться... Смертохват только заметив мелькнувшее среди облаков чёрное пятно, сразу же кинулся за ним, доставая из-за спины свой боевой топор, решив не ограничиваться только когтями и своим пламенем и пустить в бой оружие. Да, его противник был в драконьей форме, которая являлась более сильной и выносливой чем человеческая, но это не значило, что она была неуязвимой. Как-то ведь люди умудрялись убивать драконов своим оружием, когда ни те, ни другие не могли менять свой облик. Гриммель перехватил топор поудобнее и оскалился в широкой улыбке. - Ну же, Найт, ты знаешь, что тебе всё равно придется сражаться со мной лицом к лицу. Твоя игра в прятки бесполезна! Новый залп пролетел совсем рядом, задев плечо и сразу же рядом пронеслась чёрная тень, пролетая через огонь и снова сливаясь с небом и облаками. Гриммель зашипел, но не перестал улыбаться. Казалось, боль только делает его игру с жертвой гораздо более интересной. - Неужели ты совсем не хочешь отомстить мне за свою Пару? Ты зря надеешься, что сможешь её вернуть обратно. Она пережила за эти два дня десятилетия пыток и больше никогда не сможет стать нормальной обратно. Даже если ты одолеешь меня, всё что тебе останется сделать это убить её. – он усмехнулся, услышав тяжёлое дыхание совсем рядом – Вот последнее милосердие, которое ты ей окажешь. Он резко отлетел назад, пропуская кинувшегося на него Найта и, замахнувшись топором, обрушил удар на его шею, точно завершивший бы его жизнь. Но топор наткнулся на что-то твёрдое и с лязгом отскочил от чешуи Ночной Фурии. Гриммель непонимающе нахмурился, но всё же успел рассмотреть тонкую пленку, по цвету совпадающей с чешуёй Найта, которая покрыла дракона словно второй кожей, защитив от удара. - Хм... смотрю ты умеешь удивлять, сын Эдмунда. – протянул Гриммель, насмешливо покачав головой. Найт мысленно чертыхнулся. Сам же говорил, надо быть аккуратнее! Если бы не подарок Луны он бы точно сейчас летел вниз с отрубленной головой... Он скосил глаза на браслет. Тот словно искривился и стал не таким тёмным как был раньше, но, что несомненно радовало, всё ещё не стёк с его лапы, став обычной тенью. По крайней мере, так он всё ещё мог следить за состоянием Луны. Он резко развернулся в воздухе и, не давая Гриммелю времени среагировать, отбросил его от себя ударом со спины, полоснув когтями по основанию крыльев. Пока у него ещё оставалось время, он открыл пасть, намереваясь вонзить клыки в его тело и разорвать, но Смертохват предвидел это и, резко развернувшись, двинул ему рукоятью топора по морде. Не давая себе ни секунды промедления, Найт резко ушёл вниз, выпустив ещё один залп туда, где должен был оставаться Гриммель, несмотря на то, что из-за удара голова стала неприятно гудеть. Но и сам Смертохват не собирался стоять просто так. Поняв движения Фурии, он стал пикировать вниз, готовясь сделать удар жалом на кончике длинного хвоста и ввести свой яд, заставив его потом пойти и самому утопиться. Найт ушёл в сторону, наотмашь ударяя пронёсшееся рядом тело хвостом, и сразу же пальнув по нему плазмой. Гриммель резко закрылся крыльями, зашипев, когда плазма всё же едва не прожгла одно из них. Он раскрыл их, являя дымящуюся чешую на крыльях и Найт почувствовал запах палёной плоти. И хоть Смертохват всё ещё держался в воздухе, двигать одним крылом ему явно было больно, потому что теперь он старался просто парить на месте, экономя движения. Это правда не отменяло того, что даже в таком состоянии он всё равно ухмылялся, уверенный в своей скорой победе. Скайроу стал кружить вокруг, пытаясь подобраться поближе и вовсю пользуясь своим главным на данный момент преимуществом в виде скорости Ночных Фурий. Он поднырнул вниз, снова пальнув плазмой и не тратя времени на то чтобы посмотреть задело ли Гриммеля, пролетел сквозь свой залп, снова обновляя эффект маскировки. Но Смертохват, поняв манёвр противника, спикировал на него сверху, цепляясь за его гребень на спине и нанося резкие, но точные удары, пытаясь дотянуться до шеи чтобы перерезать её. Пока Найт пытался скинуть его, делая мёртвые петли в воздухе, Гриммель махнул хвостом и попытался ударить его жалом. Кончик хвоста снова наткнулся на тёмную пленку, не позволяя нанести удар, но второго выпада «вторая кожа» не выдержала, покрывшись трещинами и рассеевшись тенью. Найт плюнул плазмой в отчаянной попытке сбросить противника, и на этот раз залп полностью прожёг его крыло, оставляя висевшие обугленные клочки перепонок на основных костях крыла. Больше Гриммель бы не смог летать, что принесло бы победу Фурии, будь они в другой ситуации. Найт резко ушёл вниз, приближаясь к земле с невероятной скоростью, всё ещё пытаясь сбросить Гриммеля, но тот снова ударил жалом и на этот раз удачно. Яд быстро потёк по крови, будто замораживая всё изнутри и туманя все мысли. - Медленно приземлись. – последовал приказ от Гриммеля, но Найт уже не успевал это сделать. Он раскрыл крылья во всю ширь пытаясь затормозить падение, но было поздно и ему удалось лишь немного смягчить удар от падения, несколько раз перекатившись по земле и остановившись буквально у самого обрыва скалы, падения с которой он бы уже точно не пережил. - Что ж, признаю, наследник Скайроу, ты достойно сражался. – сказал Гриммель вставая с земли и отряхиваясь – Но этого всё равно недостаточно. Найт мотнул головой, пытаясь избавиться от тумана в голове, но тот словно паутина прочно оплёл его мысли, не давая ни на чём сосредоточиться. У него же ещё оставался залп, он должен что-то сделать! - Знаешь, за твои старания я даже позволю тебе увидеть в последний раз твою Пару! – он поднял голову и громко позвал – Луна, ко мне! Спустя, наверное, меньше минуты послышались торопливые хлопки крыльев, и Луна приземлилась рядом, волоча за собой длинную цепь. За ней слышались крики, видимо её пытались догнать и остановить, но она оправдывала звание одних из самых быстрых драконов, оставив их всех позади. Она настороженно смотрела на Гриммеля, пытаясь оказаться от него так далеко, насколько позволяла неточность приказа Смертохвата. - Смотри, она будет последним, что ты увидишь перед своей смертью. Луна повернула голову в ту сторону, куда говорил Гриммель и повела носом по воздуху. Запах того, кто лежал на земле был странно знакомым, отголоски того же запаха она почувствовала на той странной девушке, которая принесла еду. Но... откуда? Найт открыл пасть и из последних сил выдохнул свой последний залп, пытаясь попасть в то место, откуда доносился голос Гриммеля. Но так как расстояние было слишком маленьким плазма попала в землю, только оглушив его самого и совсем немного задев самого Гриммеля. Скайроу закрыл глаза и потерял сознание, а сам Смертохват выругался. - Что ж, я планировал насладиться шоу подольше, но тут уж ничего не поделаешь. Луна смотрела, как Гриммель подходит к Ночной Фурии и ставит на неё ногу, наверняка планируя скинуть её с обрыва. Осознание пришло так резко, что Луна даже не поняла, что она делает, как её тело стало действовать само. Нельзя было позволить владельцу запаха умереть – он был важен. Очень важен. Его жизнь почему-то чувствовалась более ценной чем её собственная. Поэтому Луна, ведомая животными инстинктами, бросилась на Гриммеля не замечая, как цепь, зацепившись за что-то, дёрнула за основание её крыла и как только она сделала настолько резкое движение, поломало его, слишком сильно пережав. Но она даже не обратила внимание на боль, вместо этого скинув своим телом того, кто отдавал ей приказы и упав вместе с ним с обрыва.