Притча о слепцах

Когда все стихло, и слышен был только ветер высоко в кронах деревьев, босмер наконец решился поднять голову из сугроба, в котором пролежал весь бой, боясь пошевелиться. Всё место стоянки было истоптано, очаг и вещи разбросаны. Там и тут виднелись причудливых форм ледышки — босмер с содроганием узнал в одной из них человека. Невольно присмотревшись, Хеймнил поспешил отвернуться: головы у этого человека не было. Еще одно тело обнаружилось рядом, из груди мертвеца торчали окровавленные ледяные шипы. Вдруг кто-то хрипло застонал в соседнем сугробе. Хеймнил подскочил, судорожно подсчитывая. Двое мертвых, один еще кашляет. Где же четвертый? Старик вздрагивал всем телом и сплевывал кровь. Босмер пытался сделать для него, что умел, но Восстановление не было его сильной стороной — особенно когда он даже не мог разобрать, что именно сделала фалмерка. — Кто вы… такой, юноша? — прохрипел старый маг, подняв на него затуманенные глаза. — Я… не важно. Я из Винтерхолда, — ответил, поколебавшись, Хеймнил, и торопливо спросил: — А где ваш четвертый? — Он… он у нас непрост, оказывается, — старик снова закашлялся, — этот Дегард. Я не знал, что он мастер Иллюзий. Сбежал невидимым, наверное… — А куда? — сорвалось с языка Хеймнила раньше, чем он обдумал вопрос. Флореций пожал плечами и снова закашлялся. — В Воронью Скалу, наверное… — Ладно, — вздохнул босмер, заканчивая перевязку. — А куда делась… та женщина? — спросил он. — Вы не заметили? Старик покачал головой. — Я даже не видел, кто на нас напал. Кто-то пытался утащить Древний Свиток — телекинезом, наверное, — а потом меня ударили в спину. Хеймнил с досадой вздохнул. Почему такая хорошая идея не пришла ему в голову? Хотя результат все равно был бы тот же. — Я должен найти… — он запнулся, — мне надо… — Идите, юноша, — произнес старик, неуклюже садясь. — Я дальше сам справлюсь. Скажите Арано, чтобы выслал кого-нибудь за мной. Мы сейчас у северной дороги. Прочесть следы на этот раз оказалось легче, чем босмер ожидал. Фалмерка умела ходить по хрупкому насту, почти не проваливаясь, но к едва заметным отпечаткам сапог в снегу добавлялся кровавый след: видимо, ее тоже ранили. Но с каждым шагом капель крови становилось все меньше. Хеймнил перепугался: значит, она исцелила себя на ходу, и теперь может идти быстрее. Он почти бегом рванулся по следу, проваливаясь в снег иногда по колено, и сдавленно ругаясь. Девятеро сжалились над ним, когда он уже совсем выбился из сил. Хеймнил остановился отдышаться, опершись на дерево, и вдруг услышал… что-то. Не успев даже осознать, что делает, босмер снова бросился вперед, продираясь через кустарник. Она сидела на снегу, как недавно сидела в хижине, опираясь на руки и низко опустив голову. Древний Свиток лежал перед ней, целый и невредимый, только уголок пергамента виднелся из щели в футляре. Сердце босмера пропустило удар: она разворачивала его. И теперь, сотрясаемая то ли яростью, то ли рыданиями, глухо проклинала весь окружающий мир. — Сэра Ирнельда, — тихо позвал босмер, осторожно садясь в снег сбоку от нее. — Бесполезно, — не поднимая лица, хрипло произнесла она, — не работает. Ничего не работает. Это просто каракули, набор случайных линий. Я не могу его прочитать. Босмер молчал. — Он. Он говорил мне, — тихо, через силу продолжала женщина, судорожно сгребая пальцами снег, как будто ей было больно. — Тот жрец. Нужна подготовка. Но я… я два столетия провела в храме бога магии. Я думала, этого будет достаточно… Она вдруг зарычала и швырнула снегом в Свиток. — Этого должно быть достаточно!.. — во все легкие прокричала она, и снова потухла, упав на руки. В ее крике были слышны ярость, боль и отчаяние. Хеймнил поколебался. — Ну, я слышал, что Свитки — не магические артефакты, а… нечто большее, — тихо сказал он. — Вам нужен один из этих жрецов Мотылька. — Да, — прохрипела она. — Еще одни поиски, и снова Скайрим. Вэнда лориа, Сирабэйн эланэ. Бесконечная история. Кажется, ей стало немного лучше. Фалмерка села ровно, скрестив ноги, набрала пригоршню снега и умыла лицо. — Один из этих магов сбежал невидимым, — глухо произнесла она. — Чем быстрее я доберусь до Вороньей Скалы, тем лучше. — Может, я могу вам помочь? — мягко спросил босмер. — Расскажите мне… — Всё-то ты хочешь знать, босмер, — резко прервала его фалмерка. — Тебе все равно не понять, этого никому не понять. Они заслуживают только мучительной смерти, все они, каждый, до последнего. Она снова сжала кулаки. — Кто? Женщина повернулась к Хеймнилу, и ему показалось, что на него смотрит бледными глазами безвременье. — Атмори. Норды. Босмера бросило в жар — от осознания масштаба. — Но зачем? Древний Свиток может помочь вам исцелить фалм… остальных, зачем убивать? — Потому что я, — медленно произнесла она, — я — атморцев запоздалый рок. Моих собратьев уже не спасти, им можно лишь дарить покой, чтобы их души нашли дорогу. Но месть — это то, что всё еще в моей власти. — Но… — Ты не поймешь, — повторила фалмерка, снова обретая ту ненависть во взгляде, которая так поразила Хеймнила в библиотеке, — и никто не поймет. Я посвятила свою жизнь Сирабейну — но он молчит. Два моих брата, моих несчастных брата! — отдали себя Аури-Элю, но и он отвернулся. Нас больше нет. Боги покинули мой народ, босмер, но они сохранили мне жизнь, и пробудили, когда время пришло. — Пробудили?.. — Мой храм погрузился в магический сон, когда не осталось иного пути. Мы надеялись… переждать. Дикари растерзали Принца и сомкнули ряды вокруг нас. Но другим жрецам не суждено было проснуться. Я — последняя моего рода. Мне нечего терять, — она подняла голову и посмотрела в темное небо меж крон деревьев. — Что остаётся, когда ночь уже наступила? Босмер зажмурился, справляясь с бурей в груди. Через несколько долгих секунд все же решился. — Но прошу вас, подумайте, — осторожно сказал он, — разве не лучше попытаться что-то исправить? Найти других? Сколько тайн еще в Скайриме! Что если есть другие, которые тоже спят? — он отчаянно пытался достучаться до ее здравого смысла. — Древний Свиток хранит бесконечные знания, сэра Ирнельда, вы могли бы… — Хватит! — вдруг прорычала она, в ярости вскакивая на ноги. Хеймнил вскочил за ней. — Мое имя — Ирнэха́ризе! И прочь с дороги, босмер! Слышишь? Не мешай мне! Она протянула вперед руку и коснулась ладонью его лба. Хеймнил рухнул в снег.