Lights, Camera, Action

I'd take another chance, take a fall, take a shot for you I need you like a heart needs a beat but that's nothing new Yeah, yeah I loved you with a fire red now it's turning blue And you say sorry like the angel heaven let me think was you But I'm afraid… It's too late to apologize, it's too late I said it's too late to apologize, it's too late…*

- Кас, я могу объяснить... Дин начал идти к нему, но ущерб уже нанесен. Слезы навернулись на глаза Кастиэля, цепляясь за ресницы. "Я могу объяснить" - эти слова подтвердили его вину. Джон удовлетворенно ухмылялся, и он мог поклясться, что слышал позади женский смех. Кас развернулся и, не оглядываясь, вышел. Он почти добрался до нижней ступеньки, когда услышал скрип двери и голос Дина. - Кас, подожди! Пожалуйста! Голос Дина вбивал еще один нож в его сердце, потому что это просто очередная ложь. Ложь, когда он впервые улыбнулся ему на съемке, ложь, когда они лежали в парке на земле, ложь, которую он видел в глазах Дина, когда думал, что это любовь. Единственной реальной вещью было то, что он искренне любил его, а теперь посмотрите, во что это вылилось. Он захлопнул дверь машины, которую взял на прокат, и резко рванул с места, словно за ним гнались адские псы. Слезы стекали по его щекам. Он открылся Дину, доверился. Боже... Даже думать о его имени больно. Слишком больно было думать о прошедших неделях, которые, видимо, были такие поддельные. Взглянув в зеркало заднего вида, он увидел Дина, он был так близко, что можно было увидеть телефон в его руке. Секунду спустя, телефон фотографа зазвонил. Он без раздумий проигнорировал звонок, наклоняясь, чтобы выключить его. Слезы стекали по щекам, и он прошептал: "Прощай, я только хочу, чтобы было не так больно. Он хотел вернуться в комнату в отеле, но передумал, единственное, чего он хотел, так это как можно быстрее уехать отсюда. Его сумка осталась в шкафу номера, но сумка с ноутбуком и фотоаппарат лежали на заднем сиденье машины. Он забил в GPS ближайший адрес аэропорта и поехал по указанному маршруту. Он больше не хочет видеть этот город и Дина тоже. Это разорвет его в клочья от боли. Он приехал в аэропорт, забронировал билет на ближайший рейс до NY. Оглянувшись через плечо, он увидел, как Дин выходит из машины и направляется к нему. Он не может снова посмотреть в эти любимые зеленые глаза. - Кас, подожди! Фотограф хотел проигнорировать его, но Дин схватил его за руку и развернул к себе лицом. Кас мог подумать, что видит в глазах Дина сожаление, когда он взял его руку в свою и счастливо улыбнулся, но он не купится на это. Никогда. Рука обжигала кожу, внутри останутся шрамы, ведь теперь он внутри пуст. - По крайней мере дай мне шанс объяснить, - просил Дин. У Каса не было выбора, поскольку он не мог сбежать из цепкой хватки, поэтому он просто кивнул головой и приготовился слушать модель. Дин наклонил голову и нежно вытер слезы с щеки Каса. Новак вздрогнул, чувствуя его прикосновения. Он должен был уйти еще в тот первый день их знакомства и не отдавать Дину свою девственность, а потом и сердце. - Боже, Кас... - прошептал Дин надломленным голосом. - Что же я наделал? Это риторический вопрос, но даже если Кастиэль и мог ответить, то он никогда бы не смог выразить словами, как больно было ему в тот момент. Наконец, после молчания, которое тянулось вечность, Дин спросил: - Слушай, мы можем пойти куда-нибудь пообедать? Я тебе все объясню, Кас. Клянусь. - Нет, - его голос звучал тише шепота. - С меня хватит, Дин. С нас хватит. - Но, Кас... Фотограф покачал головой. Он готов был сдаться, потому что боль в глазах Дина была такой реальной, но он не мог заставить себя снова пройти через все это. Поэтому он просто наклонился и подарил Дину последний горько-сладкий поцелуй. Пора уходить, возвращаться к людям, которые не причинят ему вреда. Он отстранился и посмотрел Дину в глаза, которые наполнились непролитыми слезами. - Прощай, Кас, - модель знал, что значит этот поцелуй. Кастиэль сглотнул, с трудом сдерживая рыдание, которые так отчаянно хотели вырваться наружу. - Прощай, Дин. Он прошел пятнадцать, может, двадцать метров, когда услышал: - Я люблю тебя. Фотограф даже не обернулся. Он заткнул рот рукой, чтобы не закричать от боли, когда рыдания, наконец, вырвались наружу. Любовь была той вещью, к которой он стремился еще с колледжа. Он мечтал, что однажды Дин скажет ему эти три заветные слова. - Хотел бы я тебе верить. Тогда все и закончилось. Кастиэль пошел прочь, не оглядываясь назад, чтобы увидеть, как Дин все еще стоит на месте. Он начал рыдать, не обращая внимания на странные взгляды, направленные на него. Спустя некоторое время он понял, что не знает, куда идет, или даже ту часть аэропорта, в которой он находился. Вздрогнув, он рухнул на пластиковый стул, чувствуя, как стены возвышаются вокруг его сердца. - Почему ты сделал это? - воскликнул он. - Все, что я хотел, так это сделать тебя счастливым, а что получил взамен? - он рыдал, слова звучали слабо, где-то в глубине его сознания, грубый голос прошептал ему, что это его вина. Ты не был достаточно хорош для него. Ты когда-нибудь был хорош для тех, кого любишь, Кастиэль? Кто мог полюбить тебя? Его сердце плакало, в буквальном смысле. Он поддался голосу, позволяя ему использовать его. *** Когда он, наконец, смог успокоить свои рыдания, он достал телефон, прокручивая список контактов. Нужно, чтобы кто-то забрал его из аэропорта, когда он прилетит в NY. Габриэль сразу отпадал, потому что он с братом Дина, а это катастрофа. Остановившись на Джимми, он нажал на звонок и приложил трубку к уху, вытирая щеки. Его глаза опухли и покраснели от слез, но ему все равно, важно лишь то, чтобы остался кто-то, кто беспокоится о нем. - Вы дозвонились до Джимми Новака, если вы не знаете, как оставить сообщение после сигнала, то вы просто тупой сукин... Кастиэль повесил трубку. Анна вела себя несколько странно в их последнюю встречу, наверное, она занята. Он понял, что больше некому звонить из членов семьи, поэтому он набрал знакомый номер и поднес трубку к уху, всхлипывая. Боже, как он устал. Эмоционально и физически истощен до такой степени, что хочет заснуть прямо здесь, на этой скамейке. - Привет, дорогуша. Кас как никогда раньше был рад слышать до боли знакомый голос с британским акцентом. Его голос по-прежнему был хриплым от слез, когда он сказал: - Кроули? - Звучишь отвратительно. Влюбленные поссорились? - Больше, чем поссорились, - ответил он спокойно. - Мне нужно приехать и убить Винчестера? - Кроули говорил спокойно, но его голос такой ледяной, что пробирало до самых костей. Кас потер пальцами переносицу, чувствуя, как кровь пульсирует в висках. - Нет. Просто забери меня из аэропорта, когда я вернусь в NY. Пожалуйста, - добавил он. Его робость и стеснение снова брали над ним верх. - Конечно, дорогуша. Напиши мне, когда приземлишься. - Хорошо. Спасибо, Кроули. - Обращайся в любое время. Он повесил трубку и засунул телефон в карман. Еще никогда он не чувствовал себя таким одиноким. Его сердце разбилось на миллионы кусочков, которые резали его каждый раз, когда он пытался собрать их вместе. Даже когда он сидел в переполненном аэропорту, несмотря на поддержку его семьи и друзей, он испытывал глубочайшее чувство одиночества. *** Щебетали сверчки. Луна ярко светила со звездного неба. Капот Импалы такой знакомый и гладкий. Дин лежал на нем, глядя на звезды. Боль пронзила все его сердце, когда он захотел, чтобы Кас лежал рядом. Ему было стыдно плакать, неважно, как сильно он облажался, упустил своего фотографа, оставил его одного в аэропорту, он не плакал. Он должен быть мужиком, черт возьми. Из его глаз все-таки скатилась пара слезинок, вокруг никого не было, чтобы увидеть, что он плачет как чертова девчонка. Он влюблен в Кастиэля и разрушил то, что они строили. Иногда, смотря в глаза фотографу, он думал, что однажды, он тоже услышит в свой адрес слова любви. Теперь он никогда его больше не увидит. - Черт возьми, почему я просто не мог быть честен с тобой? - прошептал он, делая глоток из полупустой бутылки. Белла Талбот имела власть над ним. Именно потому, что она имела большое значение в их с братом карьере. Его единственная слабость, ну, пока он не встретил Кастиэля. Один взгляд в эти голубые глаза, прикосновения к мягким рукам, и все кончено. Он бы соврал, если бы сказал, что это была любовь с первого взгляда, но, когда он увидел Каса, он так сильно захотел трахнуть его, чтобы фотограф никогда этого не забыл, лишь потом он начал понимать, что с каждой минутой, проведенной с ним, влюбляется в него. Именно тогда он понял, что чувствует нечто большее, чем просто физическое влечение. Он не любил вспоминать, как впервые стал работать с Беллой, но ему пришлось смириться с женщиной, которая должна стать частью его жизни. Джон и Белла знали, что он собирается вернуться в NY, но он больше никогда не сможет любить, потому что судьба свела его с лживой Беллой Талбот. - Восходящая модель, - сказала Белла, вставая с постели и натягивая на себя шелковый халат. Он смотрел, как она надела его на свое обнаженное тело. - Да, я и мой брат. Нам до сих пор не везло, это разобьет Сэмми сердце, если мы опять провалимся. - Мой отец больше не такой представительный. - Что ты имеешь в виду? Его глаза были закрыты, поэтому он не мог видеть злобу в ее глазах. - Он знает имена больших шишек в бизнесе, вы двое будете во всех журналах в короткие сроки! - он сел и сразу же насторожился, но она вздохнула и продолжила: - Однако, он не возьмет под свое крыло новых моделей. В прошлый раз он взял новичка три года назад. И лишь потому, что он был моим парнем. В его голове резко мигнула лампочка, и чувства вышли из-под контроля. Так и сложился план. Он будет притворяться ее парнем, чтобы ее отец смог помочь им с Сэмом, они, конечно, оставались свободными, валяя дурака, пока их отец раскручивал их. В короткие сроки они стали пользоваться большим спросом, как и мечтали, но никогда не верили в это. Было слишком хорошо, чтобы это было правдой. Так и получилось. Белла становилась все более требовательной. Они редко видели друг друга, за исключением момента, когда он изредка приходил к ней домой, чтобы сделать видимость пары. Теперь она хотела, чтобы он сделал ей предложение? Он подавился, услышав такое, и сказал ей, что она съехала с катушек. Ее приветливость и обаяние исчезли в мгновение ока. Глаза стали холодными, они словно метали искры в Дина. Она схватила кошелек и поднялась из-за стола, прошипев ему на ухо: - Мой отец знает, что все и каждый поддерживает тебя и твоего брата, но стоит ему сказать хоть слово, он растопчет вас и уничтожит, и вы никогда не сможете больше показать свое лицо в модельном бизнесе. Так почему бы тебе не подумать над этим предложением, Дин? Он мог шокировано только смотреть ей вслед, слушая топот ее каблуков. Это было началом конца. Карьера Сэма, так же, как и его, висела на волоске, поэтому ничего не оставалось, как согласиться. Когда Сэм узнал об этом, он предложил уехать домой и начать все с начала, но старший Винчестер не услышал ни слова. Сэм нашел себе парня по имени Габриэль (черт возьми, кто бы мог подумать, что он будет связан с тем же человеком, в которого Дин влюбится?), его карьера шла в гору, и он был как никогда счастлив. Дин не собирался позволить своему собственному страху, жениться на женщине, встать на пути карьеры. Он встретился в баре с Беллой, и они ушли в ее номер, он не мог отрицать, что не наслаждался ощущением ее груди в своих руках, как ее влагалище сжимало его член. В ней не было такого, что было в Кастиэле. Он был красивее, чем она могла думать. Ей не хватало его спутанных темных волос, пронзительных голубых глаз, и даже ее лицо выглядело не так, словно вылеплено Богами из мрамора. Мужик, либо это виски так на тебя действует, либо тебе хуже, чем Касу. Дин фыркнул, посмеиваясь над голоском в своей голове. Но теперь, когда он пересек черту, Кастиэль был навсегда вне его жизни. Вся любовь, которую он к нему чувствовал, каждый момент, когда их тела сливались в экстазе во время секса, привели к одному большому горю. Он никогда так не предавал людей, как сделал это с Касом. И не было не единого шанса, что все можно исправить. *OneRepublic - Apologize