Finche morte non ci separi

      В своей короткой жизни я считала, что добьюсь многого, если не всего. Еще в детстве, увидев на экране телевизора состоятельную леди, во мне зажглась мысль, после ставшая целью: «— А почему бы и мне не стать такой же?». Дело в том, что эта мысль была настолько яркой и трудновыбиваемой, что моя жизнь буквально перевернулась с ног на голову. Вполне возможно, что если бы не она, то я прожила гораздо дольше. То я бы прожила тихую и мирную жизнь, где-нибудь на окраине города, разводя милых ящерок-хамелеонов, зарабатывая на этом деньги. Черт меня дернул стать этакой «бизнесьменькой».       Конечно, в реальной жизни все не так радужно и безоблачно. Да, я стала учиться на то самое «отлично», обходя сверстников. Малышка-я никогда не позволяла себе получать четверки или тройки. Соответственно, двоек у меня не было. О чем сейчас жалею, умерев. Да и, вообще, моя жизнь скучная и до ужаса однообразная. Была. Я была примером для многих детей. Звездочкой местного разлива! А позже стала не просто звездочкой, а звездой, так называемого, экрана.       Родители были против моей цели. Заметьте, не мечты. Мечты невыполнимы. А цель — вполне. Когда мама и папа увидели мои рвения к учебе, то поначалу даже радовались, что их дочь такая умница и красавица. Но потом... потом, когда я, сверкая безумными глазами, сказала, что стану.. ну, допустим, «Великой», то стали беспокоиться. Ну а как же, все-таки, их маленькая звездочка перестала вести себя, как нормальный ребенок, требующий игрушки и вкусняшки, а стала вести себя, как ненормальная ботаничка, требующая книги, книги и еще раз книги. Я бы тоже стала беспокоиться, если бы у меня были дети.       Мама, стараясь искоренить угрозу безумства, прятала учебники и многое другое, что позволяло мне становиться ближе к цели. Я ревела. Наигранно, правда, ведь знала, куда мама прятала от меня книги. Когда она заметила, то ужесточила... ммм.. наказания. И те тоже были бестолку. Примерно так продолжалось всю учебу, в течение которой мои одноклассники сторонились меня и моего безумства, опасаясь вспышки гнева и того самого безумства. Психологи, кстати, не помогали. Они, наоборот ожиданиям родителей, укоризненно твердили им, что мои рвения к учебе должны быть похвалены, а мама и папа этому только препятствуют. В общем, их пристыдили, но отказываться от затеи выбить из моей головы ту цель не стали.       Начало учебы в универе было вполне ожидаемо. Я сдала все экзамены на «отлично», поступив в престижный ВУЗ. Какой точно — уже не помню, но я была от него в восторге, пища и подпрыгивая от нетерпения приступить к парам. Учеба проходила неспешно. Мои оценки радовали преподавателей, чьей любимицей была я-подросток. Конечно, ничего не могло быть так радужно. Такая радость у меня продолжалась недолго. До тех пор, пока мой любимый папа не умер. Нам не сказали из-за чего, но даже это стало причиной многих бед нашей семьи. Во-первых, новость о смерти главного кормильца пошатнула здоровье мамы, а также мою психику. Во-вторых, семейный бюджет упал — оплачивать престижный ВУЗ просто не представлялось возможным. Пришлось его покинуть, старательно выискивая универ на бюджет. И таковой был найден. Уже не по той специальности, по которой хотела я, но выбора не было.       Я училась. Теперь не так хорошо, как раньше, но достаточно, чтобы висеть на доске почета и быть в любимицах. И, как только учеба закончилась, я стала искать работу в ускоренном темпе — все-таки, маме работать было нельзя, а лекарства покупать надо. Первой моей работой стала кофейня в центре. В неё часто заходили и перекусывали, поэтому зарплата у официантов была приемлемой. Но ничего в моей жизни не могло быть так просто.. Кофейня закрылась. Директор внезапно обанкротился. Как? Никто точно не знает. Были лишь догадки. Они были самыми разными: от проигрыша в казино до неуплаченных налогов. Меня это не интересовало — в планах, тогда, висела бумажка: найти новую работу, да как можно поскорее. Тем временем, маме становилось только хуже. А при повторном обследовании выяснилось — опухоль головного мозга. Операция стоила заоблачных денег.       Моя покалеченная психика вновь дала о себе знать. Я думала, может, ну эту жизнь и перерезать себе вены, да придушить мать подушкой во сне? Но, настойчиво согнав данную мысль, вернулась в прежнее русло. Работала на нескольких работах день и ночь, зарабатывая небольшие деньги, большую часть которых откладывала на операцию, а на меньшую покупала недорогие продукты. Таким образом, я заботилась о матери, слушая её ворчливые причитания, что она и сама может, и слабо, невольно улыбалась. Примерно так и текла моя жизнь, какое-то время. Я смогла накопить денег. Оплатив операцию, маме убрали доброкачественную опухоль, вследствие чего, она выздоровела и стала полной сил. На её устах играла яркая и счастливая улыбка, пока на моих лишь светилась слабая, измученная. Я погрязла в долгах. Глубоких и бесповоротных.       Моя цель превратилась в мечту. Такую детскую и до жути желанную в осуществлении, что мне захотелось плакать. Не сейчас — тогда. Сейчас же мне все равно, ведь моя жизнь угасла. Я никогда не узнаю, что случилось с долгами и мамой. Никогда не узнаю, как могла измениться моя судьба, не выбери я тот путь. Это не случится. Ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра — н и к о г д а. Ведь я мертва Думала так, пока не родилась снова, горько плача над тяжестью судьбы. Кажется, я забыла представиться — Шу Цзян, рада познакомиться.