jamais vu

Мин Юнги сидел за своим рабочим столом, вытянув ноги и разбирая нераскрытые уголовные дела, когда в кабинет, широко шагая, твёрдой походкой, зашёл Намджун. — Детектив Мин, — обратился он. — Офицер, — сразу вставил Юнги, — на моем столе уже нет места даже для чашечки кофе, попрошу больше не… Ворчание парня перебил вошедший в помещение очаровательный юноша. Разум Юнги молниеносно построил ассоциацию с божественным существом. Светловолосый ангел невысокого роста аккуратно снял очки и встал рядом с хёном. — Пак Чимин, — представил его Ким. — Наш новый сотрудник. Переехал из Пусана, профессионал в своём деле. Он тут же перевёл взгляд на «стол» Юнги. — Хочу напомнить, что лучшего работника года выберут уже через месяц, поэтому следует учитывать, что Чимин, в сравнении, — намекнул на своих подопечных, — с нулевым показателем в нашем участке, УЖЕ в приоритете. После чего Намджун пожелал всем продуктивного дня и удалился. Чимин осмотрелся. Ничего необычного. Почти так же, как и в Пусане. Возможно лишь работников больше. Те, кстати, усиленно погрузились в работу, за исключением одного, который рассматривал Чимина. У него был спокойный, холодный взгляд. Волосы покрашены. Это было понятно по еле заметным отросшим корням, да и цвет, темно-вишнёвый, далеко не похож на натуральный. До того как перебраться, Пак решил для себя: переезд в Сеул осуществится лишь тогда, когда одобрят заявку на новое место работы. Также необходимо показать себя с лучшей стороны и завести новые знакомства. Поэтому поприветствовав всех, он обнаружил всего пару свободных мест и приземлился за стол, находящийся напротив территории Юнги. — Йаа! Юнгии, — протянул низкий грубоватый голос, от неожиданности которого Пак слегка вздрогнул. — Я хочу более серьёзное дело, а с пропавшей собакой народ сам разберётся. Такими темпами мне не стать лучшим офицером года! — Тэхён, твоя стихия, — начал Юнги — помогать детишкам и зверушкам. Это у тебя получается лучше всего, тем более, тебе нравится этим заниматься. Ты не создан для разбирательств в наркоторговле и убийствах. Мне кажется, — Мин задумался на пару секунд, — не следует бросать любимое дело, и заниматься тем, чем не нравится ради награды. — Хён, в жизни надо попробовать всё! И поэтому я сейчас пойду и возьму на обед скепасти. Хочешь со мной? — И суициднуть свой желудок? — Ой, хён, какой ты скучный, — кинул Тэхён и, поправляя свои широкие брюки, удалился из кабинета. Юнги знал, что Тэхён взял на заметку его слова. Чимин решил, что первым, с кем он сегодня познакомится, будет Юнги. Он подошёл к Мину. — Есть работка для меня? Парень оторвал взгляд от документов и сложил руки на груди. — О, новичок, начальство тебя сильно ценит, такое ощущение сложилось, что ты мог бы и не работать вовсе. — Возможно, но лишь в том случае, если ты научишь меня технике ничего не делания и получения звания лучшего работника два года подряд, — проговорил Чимин и указал на фотографии Юнги на доске почёта. Офицер ухмыльнулся. — Меня зовут Мин Юнги, приятно познакомиться. Чимин протянул руку. — А меня вам уже представляли, но мне тоже приятно знакомство с вами. Мин передал парню два уголовных дела. — Вот, пока ещё свежие: нанесение вреда здоровью и употребление запрещённых веществ. Справишься? — Звучит как издевка, однако, — Чимин быстро просмотрел оба документа, — я справлюсь. В голове Пак перебирал вопросы, которые хотел задать, чтобы побольше узнать о людях, работающих тут, и он выдал первое, что сформировалось в его мозге: — А тот парень, — Пак замялся, — кажется, ему поручили пропажу животного? — Его зовут Ким Тэхён, — слегка улыбнулся Мин — он хороший, хоть и возмущается иногда. Познакомлю вас попозже. Пока Чимин обустраивал новое место работы, Юнги мельком посматривал на него, а если быть точнее — периодически пялился. Было видно, что Пак хорошо ухаживает за собой: блондин, тоже крашенный, косой пробор, маленький нос с аккуратной горбинкой, пухлые губы бантиком и опухшие глаза, из чего следует вывод, что уснул он поздно, думая о новом дне, а встал рано, чтобы выглядеть в первый рабочий день превосходно. Чимин невысокий, Юнги и он почти одинакового роста, но у Пака миниатюрные ручки и пухлые пальчики, на которых были различные кольца. Мин не понимал этого, потому как сам не носил побрякушек. Он считал, что лишние мелочи отвлекают, мешают, пусть даже это красиво. Единственный его неотъемлемый аксессуар — наушники. Наблюдая за Чимином, Юнги заключил — они противоположности и надо бы получше узнать этого парня. Из мыслей его выдернул Тэхён, который плелся прихрамывая, одной рукой держась за поясницу, а другой опираясь о различные поверхности, и орал, идущему за ним Сокджину, мол, я проиграл битву, но не всю войну! А тот в ответ издавал звуки стеклоочистителя. — Ты вроде на обед уходил, а вернулся в положении, — выдохнул Юнги. — Нарываешься на отпуск? Тэхён всегда вытворяет неординарные вещи. Вот и сейчас за один присест решил вместить в себя полкило еды. Не потому, что голоден, не потому, что за это чек аннулируют, а просто потому что «Я МОГУ!» Несмотря на это, Тэхён стройный и очень красивый. Большие, глубокие глаза, густые ресницы, которые, кстати, вроде как должны защищать глаза, а не выпадать и наносить вред. А ещё волосы пепельного оттенка, завивающиеся после каждого попадания под дождь. Юнги заметил улыбку Чимина и уже не слышал, что говорит Тэхён. Улыбающийся Пак Чимин отныне лучшее, что есть в этом участке. А ещё, судя по всему, он ничего не видит когда смеётся, следовательно, можно залипать и не палиться. Первый рабочий день прошёл быстро. Чимин, как и хотел, познакомился с новыми людьми: Юнги, Тэхёном и Сокджином. Последний был старше всех, но при общении эта разница не чувствовалась. Джин много шутил и Чимину нравился такой простой и незамысловатый юмор. Ким был тем, кто отвечает за атмосферу в коллективе. Пак отметил, что за сегодня они больше болтали, нежели работали, однако, стопка документов на столе Юнги пошла на убыль. И когда он успел? Теперь Чимин спешил поскорее вернуться в, пусть пока ещё не обжитый, но уютный дом, и утонуть в объятьях любимого человека. До него было около получаса ходьбы пешком, но Пак вызвал такси. По пути домой он думал о том, что теперь действительно начал новую жизнь. Расплатившись с водителем, Чимин быстро поднялся на второй этаж, достал небольшую связку ключей и открыл дверь. — Я домаа, — громко протянул он. В дверном проёме спальни появился парень в свободной чёрной футболке и серых спортивных штанах. — Привет, хён. Чонгук крепко обнял Чимина и был рад, что тот не вымотался. — Я думал вернёшься пораньше. Ты шёл пешком? — Нет, на такси. Мне много нужно тебе рассказать, и поэтому я был бы рад, если б ты меня отпустил умыться, а после я буду обнимать тебя так сильно, пока не перестанет пульсировать твоя сонная артерия, — Пак обворожительно улыбнулся. Ночью Чимин ещё долго рассказывал о Тэхёне и Джине, но ещё больше о Юнги. Он не мог понять, чем его смог заинтересовать этот достаточно интровертный и отстранённый парень. — Но ведь это впечатление лишь от одного дня общения с ним, — говорил Чимин. И рассказывал, как договорился о встрече с ним на уикенде. Ещё говорил о том, как счастлив, что они с Чонгуком все-таки решились и смогли переехать. — Я кажется, начинаю ревновать, — выдохнул Чон, — и очень сильно. Чимин засмеялся. — Было бы к кому, Чонгукаа! Гук посмотрел в глаза своего парня. — Точно? Я могу быть уверен, что у меня не заберут моего ангелочка? — Да, Чонгук, — Чимин провел рукой по его волосам, плавно переходя к подбородку и поцеловал в уголок губ. — Ты самый замечательный, самый красивый и самый единственный.

***

— Мне нравится середина осени. Тот период, когда пожелтели и покраснели уже все листья, но еще не стали опадать, когда сезон выходит последний раз в этом году в своем лучшем наряде, — Чимин посмотрел на свои часы с керамическим браслетом от Michael Kors Runway, отметил, что ему скоро уходить и продолжил. — Чонгук не любит осень, говорит, что грустно наблюдать за тем, как природа увядает. — Вы давно вместе? Ну, с Чонгуком? — спросил Юнги, лишь после осознав, что это было слишком резко. — Мы познакомились с ним лет пять назад, мне тогда было двадцать один, а ему девятнадцать. Он как-то зашел в цветочный, где я подрабатывал флористом, и попросил собрать букет. Ничего из готового ему не понравилось. Тогда я стал расспрашивать, кому хочет их подарить, по какому поводу и что для него в приоритете: вид, запах или цена? Для кого бы они не были, можно было точно сказать, он неподдельно любит этого человека. За цветами приходило много разных людей. Они покупали цветы по праздникам, в качестве извинений или когда их вынуждали это делать. Таких было много, а таких как Чонгук — мало. «Для мамы. Просто так» — сказал тогда он. «Я хочу, чтобы она смотрела на эти цветы и вспоминала о моей любви». Сперва я хотел предложить ему кенийские розы — элитные, тоненькие, но замечательно пахнущие. Потом понял, что они не для такого случая. Выбор остановился на лаванде. Прекрасные сине-фиолетовые цветы с превосходным ароматом, такой букет не даст о себе забыть, даже когда высохнет. «Это лучший букет, который могли мне предложить, у вас талант» — сказал он и взял визитку магазинчика. — Раз в неделю он покупал у меня цветы. Мы хорошо подружились. Потом он стал каждый день забегать в цветочный, чтобы поговорить. — Даже не подозревал, что детектив Пак Чимин в прошлом был флористом. Это ведь достаточно разные сферы деятельности, — Юнги провел пару раз по своему подбородку. — Почему ты решил стать копом, если флористика так хорошо тебе давалась? Чимин улыбнулся. — Мне всегда хотелось работать детективом. Я же сказал, что флористика была подработкой. Помогать людям, защищая от других — он сделал паузу — нелюдей, поддерживать справедливость — это то, что мне по душе. Особенно актуально это стало после того, как я потерял свою семью. — Наступила более продолжительная пауза, улыбки уже не было. Юнги стало немного неловко, потому что было очевидно — это болезненная тема. — Мне жаль твоих родных, Чимин. Может, хочешь рассказать, что произошло? — Автокатастрофа, — кратко изложил он, — но особо разбираться с делом не стали. Пак рассказал, как погибли его мать, отец и младший брат. Лобовое столкновение на скоростной трассе. Машина всмятку. Шансов выжить не было. У него тогда будто земля из-под ног ушла, а крылья оборвались. Он долго летел вглубь бездны, потерялся во времени, все стало пресным и однообразным. Да, Чимин вел такой же образ жизни как и раньше, однако теперь это происходило на автомате. Даже в цветочный приходил, но уже не как флорист, а как клиент, чтобы купить венки для могил родных. Он рассказывал об этом так спокойно, будто ему уже все равно. Юнги сперва такой тон даже смутил, но это равнодушие было похоже на то, которое рождается после душевных терзаний. — Чимин, как ты с этим справился? — выдохнул Юнги. — Ведь это более чем невыносимо. — Мне помог Чонгук. Он, конечно, не заменил мне моих родных, этого никто не сможет сделать, зато смог восполнить утрату и немного заглушить боль. Иногда некоторые люди появляются в твоей жизни в самый нужный момент. Вот Чон Чонгук и появился, — Чимин снова улыбнулся. — Юнги-хён, я так много рассказал о себе за это время, а вот ты совсем ничего! — резко переводя тему возмутился он. — Я могу говорить вечно, меня иногда даже нужно перебивать, поэтому теперь ты скажи, почему стал копом? — Просто это единственное, что у меня хорошо получается, — сделал глоток кофе из чашки, — у меня нет побочных интересов, кроме работы, книг и музыки. Предпочитаю полностью отдавать минимальному количеству увлечений. — Давно работаешь детективом? — Чимин увлеченно начал задавать вопросы. — Лет шесть, — констатировал Юнги. — На самом деле, я часто менял место работы. Либо коллектив не тот, график неудобный, размер зарплаты невысокий. Тут, в нашем участке, меня устроило всё, и я остался. Пак посмотрел на Юнги, затем на его тарелку. — Хён, ты почти не притронулся к еде. Тебе не нравится Пулькоги? — Йаа! Как ты мог такое спросить? — он взял палочки и демонстративно развел руки. — Ты тоже не доел свой Хэ из дорады, — протараторил он и принялся уплетать пищу. — И всё равно, ты рассказал о себе почти ничего, — парень подставил руку под щёку, а после обратил внимание на время. — Потому что нечего, Чимини, — ухмыльнулся Мин. — Хён, мне пора. Я бы с радостью провел весь день с тобой, но я уже даже опаздываю. — с досадой в голосе протянул Чимин и стал медленно собираться. — Если не против, то приходи ко мне домой на следующие выходные. Выпьем пиво, фильм посмотрим, в игрушки порубимся. В домашней обстановке, мм? Юнги не мог не согласиться. Во-первых, потому что это Чимини попросил, ему сложно отказать, а во-вторых, Пак нравился Мину, это вдвойне усложняло возможность дать отказ. — С радостью, Чимин. Чонгук не будет против? — Не против, тем более он на работе в эти дни. — Пак накинул куртку на плечи. Юнги облегченно выдохнул. «Хорошо что его не будет» — подумал он. С Чимином он уже знаком: милый и открытый парень. А вот с Чонгуком нет. Да, по рассказам Пака, он несомненно хороший человек. Однако, влюбленный не заметит, и тем более не скажет ничего отрицательного относительно объекта своей любви. Он так задумался, что только сейчас заметил, как Чимин уже у выхода машет ему на прощание и, поспешно поймав такси, уезжает. Чимин направился в центральный парк. Именно сюда он спешил. Раз в две недели, недалеко от хвойного леса, где немноголюдно, приходит пожилой мужчина, лет семидесяти четырех и играет на флейте с двух часов дня до шести вечера. Пак садится недалеко от него и около часа своей жизни, а иногда и больше, тратит на прослушивание мелодий, а после, поделившись со стариком какой-нибудь едой, молча уходит. Можно ли назвать это увлечением? Ведь Чимин стабильно навещает это место и этого мужчину. Сегодня его мелодии навевали грустью. Старик разговаривал с людьми через свою музыку. Она — показатель его настроения. Чимин это давно понял и хотел спросить, что у него случилось, почему он грустит? Но не стал. Потому что старик уже все рассказал своей игрой на флейте. Больше ему сказать нечего. Спустя час Пак отдал мужчине небольшую коробочку с едой и вернулся домой. Приняв душ и опрокинув в себя небольшие остатки виски, употребление которого ну очень не нравилось Чонгуку, он пошел спать.

***

— Просыпайся, маленький алкаш, — шепнул Чонгук. — Не алкаш, а сомелье, — пробубнил Чимин сквозь сон и, не разомкнув веки, начал руками искать Чона. Чонгук, взяв пухлую ладошку в руки, принялся ее рассматривать. — Ты почему кольца не снял? — Забыл, — всё еще не открывая глаз. — Пол бутылки виски опустошил, дверь запереть забыл, и кольца тоже? — в голосе было недовольство. — Какую дверь? Входную что-ли? — искренне удивился парень и наконец открыл глаза. — Чимин, тебя кто-то обидел? Из-за чего ты расстроился и стал рассеянным? — нахмурил брови. — Чонгук, ты в курсе, что когда ты недоволен, то становишься еще более привлекательным? Я иногда даже думаю, что неплохо бы статью за такое ввести в закон. Мимика Чона смягчилась. — Ну что за парень у меня? — уже улыбаясь в ответ на улыбку Чимина, выдохнул он. Пак притянул его к себе и Чонгук улегся рядом. — Я говорил, что ты чертовски красив? — Особенно когда ты пьян, да, хён? — Как прошел твой день, Чонгукаа? — Чимин стал пальцем обводить его брови, будто бы вырисовывая их. — Хорошо. У меня всегда все хорошо, хён. За исключением тех случаев, когда ты грустишь. — он перехватил его руку и приложил ладонью к своей щеке, после чего прикрыл глаза. Чимин сильнее прижался к своему парню. — Я люблю тебя, Чонгук. — Я тебя тоже, Чимин. Поэтому пообещай мне, что если со мной когда-нибудь что-то случится, ты изо всех сил будешь стараться продолжать жить. — Чонгук, — серьезным тоном — Что ты несешь? — Пообещай мне, хён. — Распахнув ресницы, твердо потребовал Чонгук. — Нет, не пообещаю. Это глупо. — Чимин начал злиться, потому что пьяный тут он, и это он должен нести бред, но никак не Чонгук. — Я хочу чтобы ты хорошо подумал, хён, и все-таки дал мне обещание. —А я не собираюсь ничего обещать. Потому что снова останусь один. И в этот раз я точно не выплыву. Ты не понимаешь, что для меня значишь. — Чимин, я все понимаю, просто хочу, чтобы ты берег себя, когда меня нет рядом. — Чонгук, я конечно буду беречь себя, а еще тебя, но говорить о возможной смерти кого-либо из нас я не хочу. Почему ты затрагиваешь такие темы? — возмущение в голосе — Ты же прекрасно знаешь, что для меня тот момент, когда тебя не станет будет концом — Чимин грустнел на глазах, ему было неприятно обсуждать такое. — Тема закрыта, давай спать, — парень зарылся в одеяло и скрутился в комочек. — Но у любого конца есть продолжение, хён.