Ответить молчанием

Кирилл проснулся раньше Данилы, чуть не свалившись на пол, потому что спал на самом краю. Но вовремя выставил вперед руку, предотвращая падение. Кирилл быстро отыскал в рюкзаке телефон и, сидя прямо на полу, написал Никите, что хочет встретиться. Было почти девять утра. Кирилл не знал, чего именно ждет от этой встречи и что будет говорить, но был поглощен волнующим предчувствием. Довольно странным, нужно сказать. С Данилой они на плите застали свежий ароматный пирог с творогом, приготовленный ушедшей на работу Татьяной. — Ты уже уходишь? — спросил Быльчинский, отпивая горячий чай. — Да, — односложно ответил Кирилл, потом заметил, что Данила задумался. — Не волнуйся, хуже я не сделаю. — Ну спасибо, — буркнул тот. Никита проснулся от копошения в вещах и шуме на кухне. Ульяна как раз собиралась на тренировку. Он еще немного повалялся, пока сестра не покинула квартиру, а потом спустился завтракать. Уведомление пришло, когда Никита снял телефон с зарядки. Кирилл звал его гулять. Это было необычно, и он ответил, что не против. — Привет. Я вообще не помешал своим предложением? — спросил Кирилл Никиту, который ждал его на привычном перекрестке, где они обычно расходились. Тот отрицательно качнул головой. Подойдя ближе, Кирилл отметил, что веснушки у Никиты стали еще более заметными. Почему-то он стал их подмечать на его лице с приходом весны и солнца. И почему-то ему было не все равно. — Так, пойдем, что ли, сядем где-нибудь, — растерянно сказал Кирилл. Никита заметил его заминку, но не стал допытываться. Когда ребята нашли скамью у пустой детской площадки, Кирилл уже растерял все более-менее достойные фразы, которые только мог выдумать, чтобы воспроизвести. Никита вопросительно кивнул на его рюкзак. Кирилл не сразу понял, чего от него хотят. — А, да, я еще домой не заходил. Ночевал у Данилы, а проснулся — сразу к тебе. Никита от его слов почему-то смутился. «Так что ты хотел?» — быстро опомнился он. — А… Я хотел… Чтобы ты научил меня понимать эти твои жесты, — Кирилл неопределенно взмахнул рукой в воздухе. Заговорить сразу про Ульяну ему не удалось. Он не знал даже, как именно начать и что вообще спросить у Никиты. «Зачем тебе это?» — изумился тот, хотя это продлилось всего несколько секунд, а после осознания стало приятно, что Кирилл изъявил такое желание. Еще никто для него не делал такого, кроме семьи. И пусть это было пока только на словах. — Чтобы понимать тебя лучше. А то ведь ты много всего выбрасываешь, когда пишешь. Я хочу знать всё. Иногда слова способны достигнуть глубины души, находя там отклик. Это Никита почувствовал едва ли не впервые. Он тоже порой хотел так делать. Чтобы сражать наповал, говорить честно-честно и много-много, а еще столько же шутить и отпускать колкости. Но Никита не мог. Тогда пришлось бы признать, что он не совсем здоров и хочет это исправить. Может, все вполне так и есть, черт его знает. Сейчас его главными спутниками были мимика и действия. Этим тоже пользоваться надо уметь. Никита вздохнул. «Ладно. Но учти: это не так-то просто.» — Само собой, понятно, — согласился Кирилл. — А ещё… Можно с тобой… поговорить? Получив кивок от Никиты, он замолчал на минуты две. Чего вообще он хочет добиться своим вмешательством? Помочь Даниле разобраться? Он не знаток, не человек с опытом и уж точно не его мамочка. — Знаешь что… Я не буду юлить. Тебе Ульяна что-нибудь говорила про Белку? И что ты сам об этом думаешь? Никита задумался. Конечно, не замечать мельтешения этих двоих было невозможно. Он искренне не понимал, зачем Ульяна с самого начала первая настояла на том, чтобы сидеть с Данилой. Спрашивать ее Никита не стал, поверив, что с сестрой все наконец-то в порядке. Полгода она была сама не своя после выяснения отношений с Антоном. Хотя ничего там и не было. Парень просто вычеркнул Ульяну из своей жизни, оставив ни с чем, разве что с разбитым сердцем. И она изменилась. Перестала быть наивной дурой, которая купится на любого, кто взглянет на нее. Она не растеряла оптимизма, озорства, просто стала взрослее и придирчивее к людям. «Да я был бы только рад за них, правда. Данила очень хороший парень. Но, понимаешь, у Ульяны был печальный опыт, после которого она стала холодна к романтическим чувствам.» — То есть как? — удивился Кирилл. «Не думаю, что она готова к отношениям», — пояснил Никита. — Там произошло что-то очень плохое? «Можно и так сказать.» На телефон в руках Никиты пришло уведомление. Парень открыл смс от Ульяны. Она, ничего не объясняя, звала Никиту домой. По времени в углу экрана он понял, что сестра уже вернулась с тренировки. — Что там? — поинтересовался Кирилл. «Мне домой нужно, Ульяна зовет, — написал Никита, а затем добавил, показывая Кириллу: — А пойдём со мной. Я как раз начну тебя обучать. Как тебе?» Кирилл согласился. Планов на сегодня у него не было, домой не хотелось, разве что завтра нужно было уроки немного поделать. Негоже расслабляться в конце года. В подъезде ожидаемо оказалось чисто и убрано. Милевичи жили на седьмом этаже. Когда Никита с Кириллом зашли в квартиру, то услышали голос Ульяны из гостиной. Квартира казалась какой-то необжитой: в светлой прихожей всего-то были пуфик и вешалки для курток. Впрочем, и они были практически пусты. Больше ничего Кирилл не успел заметить. Ульяна, похоже, не услышав пришедших, что-то с выражением рассказывала кому-то, прерываясь на смех. Избавившись от верхней одежды и обуви, парни прошли немного по коридору. Никита крался на цыпочках первым, Кирилл не стал ни о чем спрашивать и просто двигался следом, усмехаясь поведению Никиты. Заглянув с ним в приоткрытую дверь комнаты, Кирилл заметил, что девушка там не одна. Ульяна вдруг попятилась к краю дивана, а незнакомец надвигался ползком на нее. После подмял Ульяну под себя и полез… щекотать? Раздался ее громкий, режущий слух хохот. Никита нетерпеливо подпрыгнул на месте и постучал по двери, обозначая свое присутствие. — О! Никита! Кхех-ха, отцепись! Ну, Леш, аха-ха-хах! — Ульяна попыталась отбиться от парня и прекратить смеяться, но удалось это, только когда тот сам отпустил ее и встал с дивана. Он глянул в сторону двери и улыбнулся, но тут же был практически сбит с ног Никитой. Кирилл не сразу увидел, как тот быстро сдвинулся с места и ринулся в объятия незнакомца, буквально запрыгивая на него. Алексей удержал его на руках и сел на диван, обнимая неимоверно счастливого встречей Никиту. Кирилл молча стоял и наблюдал за этим странным зрелищем. Его посетило ощущение, что он здесь лишний. — Чего ты такой буйный? Привет-привет, я тоже соскучился, — сквозь улыбку сказал Алексей, не ожидая ответа и спуская Никиту на пол, и перевел взгляд на застывшего в двери парня. — А, ты с Кириллом уходил? — пришла к закономерному выводу Ульяна, примостившаяся у подлокотника. Ведь Никита утром написал только то, что покидает квартиру. Тот кивнул и прожестикулировал: «Да. Это мой друг», — это было скорее для брата, который вопросительно смотрел на него. — Друг? Надо же, — удивился Леша, поднимаясь с дивана. — Неожиданно. Но я очень рад, что у вас появился кто-то близкий. Я Алексей, их брат. Кирилл неуверенно сделал два шага навстречу, пожимая протянутую руку, и отметил, что на Никиту парень был очень похож — те же зеленые глаза и каштановые волосы. Только нос был с небольшой горбинкой и, естественно, лицо и казалось гораздо взрослее, если сравнивать, и телосложение крепче. Ростом он оказался на глаз одинакового с Кириллом, в плечах, возможно, пошире его. Ульяна выбивалась из их тройки, но тем не менее идеально вливалась, дополняла и скрепляла. «Сразу видно — семья», — сделал вывод Кирилл. — Давайте я чайник поставлю, — предложила Ульяна и, когда проходила мимо Кирилла, кинула на него такой мрачный взгляд, что парня аж передернуло. Впрочем, братья уже были увлечены немым разговором и ничего не заметили. — Ну, теперь я могу спокойно вздохнуть и не волноваться, что вы здесь абсолютно одни, — улыбнулся Алексей, «выслушав» Никиту. Похоже, тот поведал ему еще и про Данилу, с которым на пару с Кириллом они больше всего общались. Никита махом руки пригласил Кирилла сесть с ними на диван, а потом прожестикулировал брату. Анисько был раздосадован, что ничего не понимает. От этого еще больше захотелось поскорее всему научиться. — За меня не волнуйся. Я уже не маленький, — отмахнулся Алексей, ответив Никите. — Можно подумать, мы тут совсем ещё дети, — Ульяна прислонилась плечом к косяку. Она была в коротких домашних шортах и длинной майке, отчего создавалось впечатление, что шорт никаких-то и нет. Она, видимо, нисколько не стеснялась ни братьев, ни постороннего Кирилла, либо этого старалась не показывать. Хотя, наверное, просто видела, что последнему совершенно на нее плевать. Будь она здесь хоть десять раз голая, казалось, Кирилл бы не стал на нее обращать внимания. И это было правдой. — Ой, шестнадцать это не возраст. — А сам-то? — осклабилась Ульяна и кивнула на Никиту. — Нику вон всего ничего осталось. А там и жениться можно. — Прям уж и жениться, — с сомнением сказал Алексей. Кирилл вообще потерял нить разговора, не понимая ничего. Никита же зыркнул из-под бровей на Ульяну, совершенно недовольный и немного смущенный такими словами. Она была сама на себя не похожа. Морозила какую-то чушь, вела себя холодно и раздраженно, не как обычно, тем более когда Леша приехал спустя значительный период времени с последнего раза, когда они виделись. Никита перестал слушать препирательства тех двоих и перевел взгляд на затихшего Кирилла: он явно чувствовал себя не в своей тарелке. От этого стало вдруг некомфортно и самому Никите. На кухне засвистел чайник, и Ульяна побежала выключать плиту. — У нее пмс, что ли? — вздохнул без любого стеснения Алексей, а затем добавил: — Пока вы не пришли, она была нормальной. Никита пожал плечами, Кирилл повторил этот жест, словно совершенно разучился говорить. Леша об этом и спросил. — Я и имя твое от Ульяны услышал. Неужели вы сошлись потому, что ты очень неразговорчивый? Кажешься на первый взгляд не таким, — скептично заметил он. — Да не, все нормально. Просто как-то… — растерянно выдал Кирилл. — Не по себе в незнакомой обстановке, да? Ладно, пойду Ульяне тогда помогу, не буду смущать, — Алексей поднялся с дивана, и, как только скрылся за дверью, Никита вмиг оказался рядом с Кириллом. «Пойдем, послушаем, о чем они говорят», — было написано на экране его телефона. — А… Ты уверен? Никита часто закивал, хватая парня за руку и потянув за собой. На кухне с минуту было тихо, за исключением звуков соприкосновения посуды со столом или открытия холодильника. — Не зря торт покупал, — заметил Алексей и непринужденно спросил: — Который из них? — А? — похоже, Ульяна была растеряна. — Ну, как я понял по рассказу Ника, у вас двое близких знакомых. — И на что ты намекаешь? — ее тон вернул былую едкость. — Кто из них тебе нравится? Кирилл, я заметил, не блещет вниманием в твою сторону. Ты от этого, что ли, бесишься? Или же… Никита, стоя за стенкой с Кириллом, усмехнулся. Ну Лешка, сразу что-то пронюхал. Никита боялся заводить этот разговор сам, и сейчас его посетило нехорошее предчувствие. Кирилл же, услышав свое имя и поняв, что его уже тщательно изучили, только еще больше напрягся. — Стой, — послышался категоричный голос Ульяны. — С чего ты вообще что-то подобное взял? — Уль, я знаю тебя слишком хорошо. Прекрати изображать из себя Снежную королеву. Тебе это не идет. Девушка вздохнула. По шороху стало понятно, что она опустилась на стул, отодвинув его в сторону. — Леш, я не хочу влюбляться. «Вот оно!» — подумал Кирилл одновременно с Никитой, и они переглянулись. Хотя второй прекрасно понимал сестру и услышать именно от нее какие-то откровения очень хотел. В конце концов, Кирилл негласно был прав — вокруг них происходило что-то непонятное. — А еще я думаю, что мужчины не способны любить, — призналась тем временем девушка. — А как же мы? Никита?.. — выждав небольшую паузу, с наивностью ребенка спросил Алексей. — Мы семья. Это другое. Но, прости, я не верю, что парни могут что-то стоящее дать взамен. Будь у тебя, допустим, девушка, отношения, я бы увидела пример, попыталась бы сделать другие выводы. Но ты, вроде как, одинок и живешь прекрасно. — Что ты несёшь… Может, я просто не встретил еще своего человека? Вдобавок, ты и своего отца считаешь таким же бесчувственным? Кирилл понял, что подслушивает слишком личное — потому что от темы Ульяна немного ушла; потому что Никита уставился в пол и, кажется, до боли сжал ладони в кулаки; потому что в воздухе чувствовалось небывалое напряжение. — Н-нет… Я не знаю… У него же тоже никого нет, — уже тише произнесла Ульяна, словно готовясь принимать свое поражение. — Тебе отношения родителей не служили примером совсем? — Леш, сколько лет мне тогда было? Я почти ничего не помню. — Значит так, возможно, у тебя не было примера перед глазами. Основываясь на малой доле, далеко не пойдешь, и грести всех под одну гребенку не нужно. Но могу сказать: ты изменилась за эти месяцы. В хорошую сторону или плохую, я затрудняюсь ответить. И давай закроем эту тему. Никита вмиг оживился, подозревая, что их могут раскрыть, вывел Кирилла из ступора тычком в бок и, чтобы ничего сейчас не объяснять, снова взял его за руку и повел по коридору. В его комнате стояла сине-желтая двухъярусная кровать, таких же цветов большой компьютерный стол и кресло, чуть в сторонке был стул с мягким сиденьем. На него Никита и сел, включая компьютер и приглашая Кирилла на кресло. «Не знаю, сколько Ульяне нужно времени, но, думаю, это не очень скоро», — написал он после в ворде, придвинув к себе клавиатуру. Компьютер, надо сказать, вызвал восхищение у Кирилла. — Время не проблема. Белка просто волнуется, что не подходит ей, — ответил Кирилл. — Она… действительно такой скептик? «Честно, первый раз об этом услышал, — признался Никита. — Я говорил, что Ульяну сильно обидели в прошлом. Но я думал, она уже отошла… А тут такие заявления. Я не говорил с ней о таком.» — Понятно, что ничего не понятно… — вздохнул Кирилл, только начиная осознавать всю глубину вопроса. — Кстати, они говорили про то, что тебе всего ничего осталось. До чего? «У меня через пару месяцев день рождения, может, поэтому, — и, увидев, как глаза Кирилла загорелись интересом, Никита дописал: — Двадцать пятого июня.» — Тебе семнадцать будет, что ли? — Кириллу немного не верилось, что Никита старше его аж на три месяца (!). Тот кивком головы это подтвердил. «А ты… Все еще хочешь выучить язык жестов?» — написал, немного помедлив, Никита. Он не хотел, чтобы это решение изменилось. — Да. «Тогда начать нужно с алфавита. Заодно получится, что мы все это время сидели здесь.» Никита быстро нашел в интернете нужную фотографию и снова вернулся в ворд. «Я, правда, не понимаю, как глухие люди учатся чему-то подобному. У них другой вариант, но язык весьма похож. Просто я сам вносил корректировки для своего же удобства или членов семьи. Алфавит обычно используется для предлогов, частиц, имен собственных и так далее. Я тебе сейчас всё по отдельности покажу, но его лучше распечатать. Попросишь у Данилы, хорошо? Я скину тебе ссылку. И еще, ты же только понимать хочешь? Тогда пытаться повторить или оттачивать технику не нужно. Но я все равно сомневаюсь, что это всё необходимо…» — Зато не нужно будет мучиться с этим письмом, — Кирилл откинулся на спинку стула. — Кстати, хотел спросить, почему ваш брат сказал, что соскучился? Он разве не живет с вами? Никита поджал губы и отвел взгляд — да, неувязочка. «Ты прав, он в армии сейчас. Иногда опрашивается к нам» Интересно, подумал Кирилл, зачем было изначально вводить в заблуждение? — Эй, вы чего здесь замуровались? — в комнате показался Алексей и, заметив открытое на компьютере изображение, прищурился. — Идем торт есть. Чай уже остыл, скорее всего, но можно еще раз воду вскипятить. Потом продолжите. Все трое отправились на кухню.

***

Никита чувствовал себя чрезвычайно хорошо, как будто закончились все страдания и беды. Никаких кардинальных сдвигов Евгения Анатольевна у него не отмечала. Никита относительно привык к окружению, свыкся со всем случившемся когда-то (точкой был тот неожиданный приступ дома у Кирилла). И теперь у него настал период уверенной стабильности. Иногда в кабинете Никита заставал Арсения. Он заходил к Евгении, казалось, даже не столько за помощью или консультацией, сколько просто за общением и компанией на некоторое свободное время. Тогда сеансы, конечно, немного срывались, потому что роль великого мозгоправа брал на себя именно он. Начинал что-то у Никиты спрашивать, не давая спокойно работать коллеге, и всегда уходил от ее наводящего вопроса о том, откуда Арсений его все-таки знает. Потому что иногда разговоры он, как и Никита, заводил отнюдь не неопределенные, чаще всего все сводилось, как ни странно, к Кириллу как к неизменному общему знакомому. Ульяна всё реже ездила с Никитой в клинику, поняв, что он один хорошо справляется. Леша перед отъездом все же промыл им мозги по поводу того, что они не должны слишком много на себя брать и могут смело полагаться на него и Валерия. Правда, не представлял Никита помощи от них на таком большом расстоянии. Еще брат отметил, что друг Никиты, Кирилл, в тот день показался ему если не подозрительным, то несколько мутным типом. Ник бы на него посмотрел, если бы он оказался в чужой квартире, неподготовленный к такому неожиданному знакомству. Кирилл, к слову, учился очень даже быстро. Старался. Легко запоминал все, что Никита показывал. Очень скоро он освоил алфавит и некоторые основные слова, а затем они принялись за самые часто используемые глаголы и целые фразы. Но информации все еще было непаханое поле. Насчет Белки и Ульяны Никита все еще ничего не понимал. Со стороны он бы сказал, у них что-то есть. Но он не мог быть уверенным, что ему это просто не кажется или он сам себе что-то не придумал, потому что совершенно в этом не разбирался. Кирилл тогда спрашивал, а потом услышал точку зрения Ульяны и как-то забил на это: по крайней мере, с Никитой ничем больше не делился. Всё чаще они собирались дома друг у друга. В интернете ему не понравилось ни одно обучающее видео по теме, потому давать учиться по ним Кириллу он не стал. А потом тот сам подкинул идею. — Давай я тебя на телефон сниму и спокойно буду учить дома сам, без тебя? Никите она, правда, не понравилась. С камерой он не дружил и смотреть на себя со стороны вообще не привык. Но это же Кирилл будет смотреть, хотя от этого уверенности у него не прибавлялось. Но в следующий раз, когда Ник оказался у Кирилла (они обычно чередовали места пребывания), согласился попробовать. После нескольких неудачных дублей, когда Кирилл начинал шутить что-то очень остроумное, а потом сам же ухохатывался на пару с Никитой, всё же вышло что-то дельное. И стало понятно, что время, потраченное на съемки, не окупится, если Кирилл будет каждый раз дурачиться. За эти полчаса он мог полноценно выучить что-нибудь из простой лексики, если это можно было так назвать. Но с другой стороны — куда спешить? Зачем жалеть, что повеселился лишние тридцать минут? Сроков никаких изначально не ставилось, никакой строгой программы не было. Поэтому Кирилл был волен поддаваться подростковой несерьезности и ветрености, увлекая за собой и Никиту. Только он не замечал, как несколько раз тот прикрыл рот ладонью, особенно громко вздохнув, — зевал. — О, отец пришел, — оживился Кирилл, вставая со стула. — Я отойду, заодно перекусить принесу. «Может, мне домой?» — спросил жестами Никита. Кирилл остановился, обернувшись. — Повтори, пожалуйста. Обычные люди часто могут не смотреть на собеседника — слух всё улавливает и так. В этом же деле важно было зрение. Полная концентрация. Кирилл пока не мог привыкнуть смотреть на Никиту, когда уже начинал делать что-то другое. Но это вполне можно было наработать со временем. — Ты устал? — спросил, переведя фразу, Кирилл. — Аргументы, типа тебе неудобно, не принимаются. Я скоро приду. Но он очень сильно задержался. Сначала его отец попросил начистить к ужину картошки, потом пришел Арсений, вспомнил, что с утра видел у Пегаса на загривке клеща. Видимо, подхватил в каких-то кустах за домом, там трава высокая — целый рай для этих паразитов, пусть сезон и только-только начался. Потом все втроем пытались его ликвидировать, пока пес усиленно вырывался. Кирилл еще напоследок осмотрел Пегаса на предмет других незамеченных клещей, ничего не нашел, заварил две кружки чая и отправился, наконец, в комнату, где уже собирался извиняться за задержку перед Никитой, а потом сходить за настоящей едой. Но, оказавшись за дверью, Кирилл чертыхнулся. Непонятно — от досады, злости, обиды или еще чего-то. Причем всё это он испытывал непосредственно к себе самому. Никита неподвижно сидел в компьютерном кресле, опустив голову на руки и, кажется, спал… Кирилл тихо поставил кружки. Будить парня ему не хотелось. И как он не заметил, что Никиту рубит? Только о себе и думал, чтобы провести с пользой время. Эгоист. Самый настоящий. Кирилл подумал, что, наверное, сидя спать очень неудобно, и потом всё болеть будет. Но если Ник даже в таком положении уснул, то насколько он был вымотанным? Что он ночью-то делает? Вид расслабленного парня даже на секунду позабавил Кирилла. Такой беспечный… Он решил как-нибудь перенести Никиту на кровать, но был не уверен, что сможет его поднять. Хотя тут же вспомнил, что уже делал это, когда Никита потерял сознание. Так что всё должно получиться. Главное — не разбудить. Он аккуратно отстранил парня от стола, придерживая за плечи. Тот, казалось, даже не почувствовал. Затем Кирилл, отодвинув немного кресло, наклонился и подхватил Никиту под колени. Было даже не особо тяжело. Только какое-то чувство кольнуло под ребрами, довольно приятное, надо сказать. Укрыв Никиту легким покрывалом и зашторив окна, чтобы стало темнее, Кирилл взял со стола его телефон и вышел в коридор. Пароля на нем не стояло, поэтому найти номер Ульяны труда не составило. — Алло… — ответили очень неуверенно на той стороне провода. — Привет. Это Кирилл. Что с голосом? — Фу ты, напугал, — выдохнула девушка с раздражением. — А я уже думаю, с какой целью Ник может мне звонить. Так и до инфаркта недалеко. — Какой инфаркт в шестнадцать лет? А ведь правда. Никита общался только с помощью сообщений или видеосвязи, и Ульяну вполне можно было понять. Когда немой человек звонит, что можно подумать? — Короче, чем Ник занимается ночью, что засыпает прямо на ровном месте? — приступил к делу Кирилл. — А ты бы его ещё и ночами эксплуатировал, тиран! — возмутилась в трубку Ульяна, но затем сменила тон на нейтральный: — По пятницам всегда так. Вы, я так понимаю, первый раз собрались в этот день. За всю неделю у Никиты накапливается усталость. Ему в принципе свойственна сонливость, а тут все накладывается одно на другое. Так. Стоп. Я упустила. Он вырубился, что ли? — Да, всё в порядке, спит как убитый. — Я тогда сейчас за ним приду. Буди его понемногу. Только не резко! — послышались шум, как будто Ульяна уже начала на ходу собираться. — Нет. Не дергайся там. Я потом сам его провожу. Мне не трудно, — стал убеждать Кирилл. — Если собираешься ждать, пока Ник сам проснется, то это может затянуться до ночи. Напомни мне адрес, будь добр, — не унималась девушка. — Ульяна, все под контролем, — почему-то отстаивать свою точку зрения Кириллу показалось сейчас самым правильным. Ульяне будет пофигу на умиротворенный вид спящего Никиты, воспоминание о котором оказывало сейчас влияние на Кирилла, — поднимет и совсем не пожалеет. Сама тиранша. — Ладно, — с некой провокацией в голосе и явно неохотно согласилась Ульяна. — Ладно. Я могу просто посмотреть местоположение Ника по его телефону, но не стану, так и быть. — Напрашиваешься на благодарность? Окей, спасибо. Всё, пока. М-да… Она всегда была такой раздражающей и колкой? Кирилл еще в самом начале знакомства даже подумал, что Ульяна — девушка, должно быть, довольно сложная и с характером. И подтверждение вполне можно было найти. Взять хотя бы то, как она отстаивает безопасность Никиты. Хотя за этим вполне могла крыться лишь забота о члене семьи. Но как она это делала… С какой самоотдачей и рвением. А Кирилла она невзлюбила, казалось, с первого взгляда, — и с чем это было связано, непонятно, — но спокойно подпускала его к Никите. Можно ли вообще сказать, что тому повезло иметь такую сестру? Несомненно, с ним она другая. Наверное, очень добрая, пусть бывает и строгой — это иногда заметно по их отношениям в школе, — но совершенно точно внимательная и любящая. Интересно, она всегда такой была? Что-то же произошло, раз теперь Ульяна с пренебрежением относилась к парням. Но к Даниле у нее сложилось другое отношение. Это из-за того, что физически навредить он ей практически не может? Тогда что мешает сделать шаг навстречу Быльчинскому? Какие-то страхи и неуверенность? — Кир, так ты есть будешь? А Никита? — выглянул из-за угла Арсений, вырывая из размышлений Кирилла. Тот быстро сориентировался, пришикнул на него, поднося к губам указательный палец. Потом отрицательно махнул головой и шагнул обратно в комнату, прикрывая за собой дверь. Арсений растеряно пожал плечами и вернулся на кухню. Что-то определенно происходило… Кирилл честно старался заняться чем-нибудь тихим, даже начал делать домашнее задание на следующую неделю. Но часто отвлекался на Никиту. А потом его внезапно самого стало клонить в сон. Похоже, сказывался относительный мрак в комнате и какая-никакая усталость, потому что неделя действительно была трудной. В один день по графикам даже выпало целые две контрольные работы. Это было утомительно. «Ну ничего же не случится, если я просто прилягу рядом? — подумал Кирилл, воровато оглядываясь, будто собирался совершить какое-то преступление. Он решительно выключил слабый светильник на столе. — Места должно хватить. Подремлю немного, пока Ник не проснется». Кирилл осторожно забрался к стене, сбоку от Никиты. Матрас даже не скрипнул, только прогнулся, парень все еще лежал неподвижно и дышал ровно — хороший показатель. Кирилл сунул руку под свободную подушку — их было две — и кинул взгляд на Ника. Тот почти неслышно сопел носом — его сон был достаточно крепким. Кирилл подтянул второй рукой его покрывало чуть повыше. Понять бы еще, не жарко ли ему… Проснулся Кирилл то ли от прикосновения, то ли от какого-то движения совсем рядом. Лежал он всё в том же положении — на боку спиной к стене. Где-то в области щеки он чувствовал теплое дыхание. В комнате было темно — хоть глаз выколи. Кирилл выставил руку вперёд, тут же дотрагиваясь до чьего-то тела, подобрался рукой к открытой мягкой коже — похоже, лицо. А пока до него дошло, что где-то тут должен был быть Ник, тот неожиданно цапнул его за палец. Не очень больно — скорее показательно. — Блять, Ник! — ругнулся Кирилл, принимая сидячее положение. Глаза упорно не желали привыкать к темноте. На его плечи тем временем опустились чужие ладони, прозвучал смешок. — Нет, ну, а что! Чего кусаешься? — Кирилл попытался слезть с кровати и сам же запутался в покрывале, которое, по идее, находилось в ногах Никиты. Он обреченно вздохнул, нащупал чужое колено и слегка дернул, привлекая внимание. — Ты видишь что-нибудь? Сгоняй к выключателю, я тут скорее все себе отобью, пока доберусь. Если можешь, конечно. Рядом зашевелились, и место опустело. Когда загорелся свет, Анисько со стоном уткнулся в ладони — слишком больно для глаз. Он успел почувствовать оставшееся тепло постели, пока выпутывался из покрывала. — Который час? Боже, ненавижу спать днем или по вечерам, — в какой-то мере обиженно говорил Кирилл, потирая глаза. — Всегда теряюсь потом во времени. Сегодня пятница? Никита отошел к столу, чтобы затем с готовностью поднести экран телефона, где было ясно видно, что вечер планировал стать поздним как минимум через полчаса. И да, действительно пятница. — Это мы че, почти пять часов продрыхли? — удивился Кирилл. Глаза наконец перестали слезиться. Он выбрался из теплой постели и кивнул на дверь. — А этим что, вообще по барабану? «Я не знаю», — Никита опустил виноватый взгляд. — Спят уже небось, — предположил Кирилл, потягиваясь. Какая-то сюрреалистичность происходящего не желала вязаться в его сознании. Они с Никитой, только проснувшиеся, в его комнате, в пол двеннадцатого вечера. Бред же. — Ты как? «Прости», — чтобы не брать телефон, Никита ограничивался односложными фразами, которые Кирилл точно должен был понять. — Да все норм. Тебя домой надо проводить, да? Давай тогда собираться, — вздохнул Кирилл и зевнул. Никита сунул свои вещи со стола в рюкзак и заметил две кружки чуть в сторонке. Стало даже стыдно за свое поведение, за то, что уснул. И да, он же как-то оказался в кровати. Да еще и с Кириллом. Что на него нашло позже, Никита не ответил бы и под дулом пистолета. Он проснулся как-то слишком внезапно, подождал, пока глаза хоть как-то привыкнут к темноте, а потом рукой нащупал кого-то рядом. Сначала даже испугался и вообще не понимал, где он и с кем. Потом к нему плавно прибыло осознание. Он придвинулся ближе к Кириллу, быстро понял, что тот спит, хотя это было очевидно, затем с опозданием заметил, что сам накрыт покрывалом, и на душе стало как-то теплее. Кирилл проснулся по глупому стечению обстоятельств, когда Никите вдруг нестерпимо захотелось его потрогать. Он вел ладонью сначала по его руке, которую сумел отыскать сразу. Кирилл спал в той же одежде, в которой с ним и сидел — черной майке и спортивках (это он понял по одному секундному нечаянному прикосновению к шершавой ткани на бедре). Следом Никита перебрался на плечо, горячую кожу шеи. Разница температур ему особенно понравилась, признаться честно. Потом его рука пробралась к уху, касаясь на удивление довольно жестких волос. Никита признал, что они очень даже забавно щекочут ладонь. Далее была щека, но Кирилл вдруг громко вздохнул и открыл глаза, как сумел рассмотреть в темноте Никита. А укусил он его просто… из вредности, не задумываясь. Рядом с Кириллом хотелось позволять себе какие-то безрассудные поступки. Только совесть навязчиво вновь заводила свою шарманку. В который раз Кирилл выручал Никиту, проявлял инициативу, прислушивался и заботился. Золото, а не друг, подумал Никита. А он с ним так неблагодарно. Пегас уже оказался выгулянным и сытым, поэтому даже не отозвался на тихий оклик Кирилла в коридоре. Никите же стало еще и неловко, что он вытягивает парня из дома в такую темень. Но тот отказов не принимал. По дороге позвонила Ульяна и накричала на обоих. Потому что стала волноваться, писала Никите, но тот не отвечал, а чтобы найти номер Кирилла, ей пришлось знатно попотеть. Никита потом смущенно пошутил, что Ульяна, наверное, дома ждет его с ремнем. — А я вообще уже спать не хочу, — признался Кирилл. Тишина позднего вечера ему очень нравилась. Встречались, правда, и машины на дороге, и люди. В основном молодежь и влюблённые парочки. На небе виднелись яркие звезды, воздух был свежим и теплым. — Гулять хочу.