Ответить молчанием

Ночью окончательно вымотанному Кириллу приснился сон. Такой, что уж точно при пробуждении не забудешь. Он стоял в поле с ячменем, слишком явственно кожей чувствуя ветер. Воздух ласкал, пробегая по лицу, рукам, волосам, устремляясь дальше своей дорогой. До слуха добрался приятный шелест. Мягкие на вид благодаря множественным волоскам колоски перекатывались от ветра, словно волны в море. Изредка среди них показывались красные маки, синие васильки и лазурные незабудки. Необычайная палитра… Окружение было как настоящее: свежий воздух, звуки природы, но в то же время непривычная тишина. Внезапно Кирилл услышал особенно громкий хруст позади. Он резко обернулся и обомлел. Меж колосьев аккуратно ступал Никита, старательно обходя растения, но все равно не задевать их было невозможно. На нем не было майки, только шорты, загорелые плечи казались особенно острыми. Никита поднял голову, чтобы встретиться взглядом с Кириллом, и улыбнулся, останавливаясь в двух метрах от него. Никита завел руки за спину, качнулся с пятки на носок и обратно, вновь поднялся ветер, обдавая теплым воздухом. Он прикрыл глаза, откидывая рукой челку, что так и норовила закрыть обзор. Кирилл смотрел на Никиту и все больше удивлялся, насколько он… необычный. Никогда не приходилось ему встречать таких интересных людей, от которых невозможно было оторвать взгляда, и дело было не особенно во внешности. Никита уверенно сошёл со своего места и, не смотря под ноги, оказался рядом с Кириллом. Тот дернулся, в голове промелькнула догадка об определенно странном происходящем, но она тут же испарилась, когда Никита резко прижался к нему и обнял. И стало так на удивление хорошо… Словно именно этого и не хватало ему для полного счастья. Кирилл неуверенно опустил трясущиеся руки на плечи Никиты и попытался унять скачущее в груди сердце. Впрочем, безрезультатно. Парень в его объятиях поднял голову, на его лице сияла довольная улыбка, губы дернулись. Он хочет что-то сказать? В один миг в руках Кирилла никого не оказалось, поле вдруг стало каким-то пустым и неинтересным, а после и вообще исчезло, сопровождаемое финальной вспышкой света. Кирилл вскрикнул, заметался в постели, запутавшись в одеяле. А когда выбрался к краю кровати, попросту свалился на пол, ударившись спиной. Хорошо еще — линолеум не такой жёсткий. Он, кряхтя, присел и проморгался, соображая, где вообще находится. Сны редко посещали по ночам Кирилла. А даже если это и случалось, то картинка была настолько смутной и непримечательной, что по утру сразу же забывалась. А это… Такое красочное и живое сновидение, что его совершенно невозможно было отличить от реальности, хотя происходящее и казалось Кириллу абсурдом. Похоже, он слишком много думал о словах отца, оттого мысли и отложились в голове, а затем вылились в этот реалистичный сон. Он помнил все свои ощущения и понимал, что они, в общем-то, мало отличались от правды. А еще Кирилл подумал, что хотел бы все-таки услышать голос Никиты. *** Вечеринка была в самом разгаре. Румянцева не поскупилась устроить пир на весь мир со всевозможной выпивкой и закусками, не исключено, что часть из этого всего ей подарили. Кирилл сам, чтобы не приходить с пустыми руками, стащил с домашнего бара бутылку виски. С разрешения отца, конечно же. Дача сама по себе была с разгулом. С высоким замудреным забором, сигнализацией на высшем уровне, большим участком с двухэтажным домом, около которого располагался хорошего размера бассейн и красивая деревянная беседка, выкрашенная в белый. На заднем дворе был небольшой садик и клумбы с цветами. Люди были практически везде. Казалось, гостей насобиралось с полшколы. Данила отказался от помощи друзей, чтобы попасть в дом. Он уверял, что ему и на улице неплохо. Причиной всему был с десяток довольно крутых ступеней. И хотя Кирилл мог бы вполне себе решить проблему с этим препятствием, друг ему сказал, что и так уже показал свои слабости, когда они добирались до места назначения на такси. Кирилл, как ни странно, понял и больше не настаивал. Кому захочется выставлять себя беспомощным в глазах человека, к которому ты неравнодушен. В итоге Ульяна разозлилась на Данилу и ушла с Никитой под ручку в дом, якобы оценить обстановку. — Вижу, не всё так гладко вчера прошло, — сказал Кирилл, как только те двое оказались внутри. — Да ничего вчера не было, — вздохнул Быльчинский. — Она просто сказала, что всё понимает и что ей нужно время. Точка. — Ну и подожди немного, — хмыкнул Кирилл. Не так далеко от них кто-то прыгнул в бассейн бомбочкой, послышались различные возгласы зрителей. — Мне просто не нравится эта неопределенность. На месте топчемся, а все из-за каких-то капризов Ульяны. Уж лучше бы сказала нет, и всё. Кирилл подумал, что его друг и вправду на пределе, потому что его тон совсем не походил на привычный, спокойный. — Белка, она это не просто так говорит. Извини, я в курсе некоторых нюансов, но рассказать не могу, потому что тайна не моя. — Раз ты так говоришь… Ладно, я попробую сам. А ты чего такой потерянный? Кирилл только заметил, что его взгляд остановился на парочке целующихся подростков, что прижимались к перилам беседки снаружи, никого не стесняясь. Мало того, парень уже начал сунуть руку под платье своей спутницы. Впрочем, у Кирилла это никаких чувств не вызвало, и он отвёл наконец глаза, а потом вдруг поинтересовался: — Глупость спрошу. Если человек тебе снится, это что-то значит? — Вроде романтики считают, что в таком случае человек о тебе много думает, — ответил быстро Данила. — Не хочешь ничего рассказать? — Потом как-нибудь, — заверил Кирилл, и тема на пока оказалась исчерпанной. Из коттеджа вышел Никита, поманив к себе рукой. И Кирилл пошел к нему. — Мы принесем что-нибудь тебе, чтобы не скучал. Внутри было шумно и душно, на столиках располагалось несколько прозрачных чаш с пуншем, играла музыка. Виновница торжества уже высказала свой восторг по поводу прихода на праздник Кирилла, правда тот до сих пор не понимал, что на нее в последние дни нашло, хоть Саша вчера и попытался обрисовать ее позицию. Похоже, у многих девушек существует период, когда они ненавидят до глубины души своих бывших. Но, наверное, со временем это проходит. По крайней мере, Кириллу хотелось верить, что Румянцеву наконец отпустило. В поисках отнести чего-нибудь пожевать или попить Даниле друзья оказались в большой комнате с колонками. Как раз в тот момент кто-то объявил медленный танец, и к троице шустро подскочила Карина Пустова, неожиданно пригласив потанцевать Никиту. Как бы ни отрицал Кирилл, его это задело. И нет, он не хотел, чтобы девушка подошла к нему. Тогда по логике выходило, что он не хотел, чтобы Никита соглашался. Ульяна ободряюще подтолкнула растерянного брата к Карине. Та сразу же подхватила его под руку и повела в толпу. Еще одна порция удивления постигла Кирилла, когда Ульяна сдержанно кивнула в сторону и предложила: — Потанцуем? Поговорить надо. Эта девушка — просто сплошная загадка, не удержался от мысли Кирилл и поддался ее желанию, надеясь, что Ульяна не собралась опять его за что-то отчитывать. «Пусть в моих глазах заплачут наши тайны. Саша, Саша, Сашенька…» — лилось из колонок. Кирилл несмело взял Ульяну на талию, та обняла его, опустив руки на плечи. Кириллу было некомфортно от такого контакта, но Ульяна начала говорить, и это как-то отошло на второй план. — Ты мне не нравишься, сразу скажу. — Могу отметить, что это взаимно, — ответил невозмутимо Кирилл. Для него это не было новостью. — Но сейчас не об этом, — Ульяна посмотрела куда-то за спину Кирилла, и тому показалось, что выражение ее лица стало еще более подозрительным. — Я знаю, вы хорошо общаетесь. Поэтому без отступлений. Меня кое-что интересует. В последний раз у врача Никита спросил, как понять, что тебе нравится человек. Ты, может быть, знаешь что-нибудь? А то я глупо себя чувствую, когда понимаю, что даже не заметила ничего. Как-то разом в памяти всплыли события последних дней, накладываясь одно на другое. Мысли стали совсем спутанными, но в то же время одна единственная запала прямо в душу. Кирилла почти испугала посетившая его совсем дурная надежда, что, возможно… Да нет же, бред. Он краем глаза заметил Никиту, к которому уж очень увлечённо прижималась Карина. Ну не может же она ему нравиться? У них даже интересов общих нет. И с чего бы тогда Пустовой приглашать Ника на медляк? Кирилл не понимал. В один момент Никита повернул голову и, встретившись взглядом с Кириллом, попытался изобразить подобие улыбки. Даже дураку будет понятно, что ему не по душе такое времяпрепровождение. Кирилл неосознанно выдохнул, а затем вспомнил, что вел диалог с Ульяной. — Я не в курсе, прости, — сказал он, не желая признавать, что где-то на задворках сознания уже построил наиглупейшую и наивную теорию о том, что нравиться Никите может именно он. Это клиника. Музыка умолкла, быстро сменяясь на ритмичную попсу. Явно неудовлетворенная информацией Ульяна тут же подорвалась на выход, захватив какую-то бутылку со стола. Видно, к Даниле. Оно и к лучшему. А то Кирилл уже замечал на себе некоторые заинтересованные взгляды присутствующих. Не хватало еще, чтобы подумали, что между ним и Ульяной что-то есть. «Очень некрасиво с моей стороны по отношению к твоему другу, но вы с Ульяной классно смотритесь вместе». Кирилл усмехнулся сквозь силу, переведя взгляд с телефона на Никиту. Он знатно подтянулся в языке жестов, но работы было все еще очень много. И что поделать, если такое он от Никиты хотел «слышать» в последнюю очередь. Наверное, уже ничего, потому что рубеж пройден. Ему не хотелось смотреться хорошо с Ульяной, и дело вовсе не в солидарности к другу. В этом Кирилл убедился чуть позже, уединившись с самим собой и выловив на просторной кухне нетронутую бутылку то ли виски, то ли коньяка — он не разбирался. За эти два дня копаться в себе ему совсем опостылело. После нескольких обжигающих глотков прямо с горла стало даже легче, пусть и было очень невкусно. Кирилл глубоко вздохнул, опираясь о столешницу. Пьянствовал в одиночестве он впервые. Догадки Арсения и отца, похоже, были вполне правильными. Ведь Никита ему нравился?.. Неужели? Значило ли это именно то, что подразумевается под романтическими чувствами? И интересно, когда это началось? Когда они стали всё больше проводить время вместе для обучения языку жестов? Когда Кириллу вдруг искренне захотелось о Никите заботиться, провожать до дома, помогать в школе? Когда он уснул прямо в комнате Кирилла, и после они спали вместе? Когда Никита рассказал о своем прошлом? Как будто появился общий секрет, их личная ячейка информации, которую мало кто знает и которую нужно сохранить. Когда Никита резвился первый раз с Пегасом, и Кирилл удивился, насколько может быть искренним немой человек? Или еще в самую первую прогулку, когда они только-только узнавали друг друга? Вычислить это было тяжело, да и не сильно нужно, ведь исход один — возникшие неожиданно чувства. Побыть больше одному Кириллу не дали. «Вот куда ты пропал», — на кухню заглянул Никита, постучав по двери, чтобы привлечь внимание. Кирилл подумал, что ему уже поднадоел шум. Было заметно, что в доме установлена звукоизоляция, но из-за незапертых везде дверей и громко играющей музыки эффекта почти не было. — Устал от столпотворения. Тут на втором этаже балкон где-то должен быть. Пойдешь со мной? Никита кивнул, соглашаясь. И, кажется, он заметил стоящую рядом с Кириллом начатую бутылку. Комнаты наверху почти все закрывались изнутри, потому что парни попытались открыть несколько, но не вышло. В каком-то углу коридора вообще раздавались откровенные стоны и другие звуки — видимо, до комнаты дойти не успели. Кирилл брезгливо скривился, дернул за ручку следующей двери на пути, и она открылась. Даже если внутри не оказалось выхода на балкон, ему уже было лучше. Тишина… И Никита рядом. Очень важное упоминание. Алкоголь гулял в крови, даря Кириллу ничтожное, но все же облегчение. Удивительно, что несмотря на выпитое, он всё еще мыслил достаточно ясно. Окно в комнате оказалось плотно зашторенным. Кирилл даже не успел дойти до него, чтобы впустить свежий воздух, как свет вдруг погас. Все погрузилось в темноту. — Вот черт, — выдохнул Кирилл замирая на месте. — Ник, хлопни в ладоши, чтобы я понял, где ты, — попросил он, делая шаг вперед. И сразу же наткнулся на парня. Никита оказался так близко, что Кирилл почувствовал, как он вздрогнул от неожиданности. Он машинально схватил его за плечи — и для уверенности, и чтобы не потерять. — Я даже не понимаю, где выход. Ты как? — на всякий случай спросил Кирилл, хотя плохо представлял, как Никита может ему ответить. Да и, кажется, в темноте они уже как-то оказывались вдвоем, и все было в порядке. Кирилл чувствовал его дыхание где-то у своей шеи. Никита сжал футболку на его груди, словно ища опору. Кирилл непроизвольно погладил его по спине, успокаивая. Темнота делала странные вещи с восприятием. Без зрения остальные чувства обострились до предела. Кирилл слышал, как Никита дышит — ровно, но часто. Чувствовал запах его шампуня — что-то цитрусовое, легкое. И тепло. Столько тепла, что казалось, между ними нет расстояния. И Кириллу резко в голову пришло осознание ситуации. Он стоял совсем рядом с человеком, к которому, как уже выяснил, неравнодушен. Почти в обнимку. Близко-близко. Лучше бы он этого не осознавал, потому что сердце пустилось буквально в пляс, отбивая ритм в горле, в висках. В момент, когда свет вновь появился, Кирилл, казалось, уже потерял любой рассудок. В голове царил настоящий хаос. По глазам больно ударило, Кирилл зажмурился, а когда открыл глаза, увидел Никиту перед собой. Тот смотрел на него снизу вверх — растерянный, с приоткрытыми губами, румянцем на щеках. Его пальцы всё еще сжимали футболку на груди Кирилла, и он, кажется, только сейчас это осознал, потому что резко дернулся, собираясь отступить. Кирилл не дал. Он сам не понял, как это вышло. Просто одна рука всё еще держала Никиту за плечо, а вторая легла на затылок, мягко удерживая на месте. Никита замер, вероятно, находясь в полном недоумении. В его глазах мелькнуло удивление. Кирилл не стал долго думать и сомневаться — он медленно наклонился вперед и коснулся его губ. Никита не двинулся, замер статуей, но прикрыл глаза и, казалось, совсем не дышал. Кирилл тихо попросил: — Расслабь губы… Ну же. От своей смелости он будет охуевать потом. Теперь же не без удивления он отметил, что Никита послушался. По своему желанию или просто по просьбе, неизвестно. Его губы были мягкими и теплыми, а еще сладкими от какого-то напитка. Кирилл прикрыл глаза, чувствуя, как внутри все переворачивается, как сердце колотится где-то в горле, как мир за пределами этой комнаты перестает существовать. Он даже не думал углублять поцелуй, чувствуя чужое напряжение, не настаивал. Он просто пробовал, чувствовал. Ему казалось, что он слышит, как бьется сердце Никиты. Или это его собственное стучит так громко, что заглушает всё вокруг. В дверь неожиданно постучали. Никита резко, будто очнулся, отстранился, вырвавшись из хватки Кирилла и отталкивая его от себя. Ручка дернулась, и за дверью показалась Ульяна. — О, тут вы. Произошел какой-то сбой. Электричество вырубило во всем доме на несколько минут. Все в порядке? — кажется, от нее не укрылось повисшее в воздухе напряжение, потому что говорила Ульяна настороженно. Никита рвано кивнул и тут же выскочил перед сестрой в коридор. Та окинула Кирилла подозрительным и даже осуждающим взглядом и отправилась за братом. Кирилла перестали держать ноги, благо рядом оказалось кресло, в которое он и сел, схватившись за голову. Он коснулся губ, которые, казалось, горели. В голове было пусто и шумно одновременно. Сука, что же он натворил…