pale moon

Несколько лет спустя. Стоял погожий летний день, когда на небе лишь иногда могли одиноко промелькнуть облака, а ярко-зеленая луговая трава так и манила к себе – лечь, порезвиться, понежиться на ней под не жарким, но ослепительно ярким солнцем. Сегодня был выходной, и Джемину не нужно было идти в храм, слушать просьбы членов стаи, помогать шаманам предсказывать погоду, помогать слушать Фрею. Джемину вообще не нужно было заниматься теми "глупыми и ненужными вещами", которые, как он считал, делают шаманы – его статус был гораздо выше. Хотя, спустя годы, омега проникся к ним уважением, тем более, в стае Джено шаманы были куда более толковые, чем некогда в его бывшей. Стае Джено. Джемин лишь спустя время привык к этому, но сейчас понимал, что так и должно быть. Он переживал, что альфа будет все время занят делами вожака и не сможет уделять время ему и семье. Но Джено удивительным образом успевал делать все, что Джемин даже смеялся, что его муж совсем не похож на вожака – такой чуткий, добрый и такой ребенок, на самом деле. Альфа только смеялся, обнимая омегу и взъерошивая ему волосы. Сегодня Джено ушел на собрание старейшин, чмокнув супруга и велев детям вести себя хорошо, на что старший сын Ренджун серьезно кивнул, а младшие просто счастливо улыбались, ведь им разрешили поиграть на поляне недалеко от лесной чащи. – Ох... Думаешь, Джисон и Чэнлэ еще не слишком маленькие, чтобы играть там одним? – Джемин качал головой, взволнованно сминая в руках фартук. – Они же уже так не впервые гуляют, Джемин, – успокаивал Джено, – тем более, Ренджун будет все время следить за ними. Так ведь, Ренджун? – Обязательно, отец! – почти отрапортовал сынишка и взял папу за руку: – Папа, не переживай, я уже взрослый! Мне уже девять лет! Джемин только рассмеялся, просияв: – Все время забываю, какой ты большой и ответственный, весь в отца! – омега обнял мальчика. – Ну, беги, беги, а то твои братья уже аж сидеть не могут спокойно от нетерпения! Джено, улыбнувшись, вышел из дома, а за ним с визгами выскочили и сыновья, которых пытался успокоить Ренджун. – Возвращайтесь к обеду! – крикнул Джемин вдогонку и усмехнулся. Ренджун всеми силами старался показать, что он уже взрослый, не такой шумный и беззаботный, как братья – он же альфа, в конце концов! И тем не менее, когда рядом Чэнлэ и Джисон восторженно визжали, шутливо дрались, обратившись в рыжего и серо-белого волчат, а Ренджун в обличье черного волчонка охранял их... Маленький альфа не заметил, когда отвлекся на мелькнувшую перед глазами красивую бабочку с огромными, кажется, коричнево-красными крыльями. В Ренджуне тут же проснулся охотник – бабочка будто нарочно кружила вокруг него, стремясь сесть на кончик носа, и волчонок рыкнул, изворачивался, пытаясь поймать ее. Он не заметил, как вскочил и побежал за улетавшей прочь крылатой проказницей... И не заметил так же, как Чэнлэ и Джисон, восторженно и в то же время обиженно взвыв – это Ренджун гоняется за бабочкой, а их с собой не позвал? – помчались прямо за старшим братом. Втроем бежали куда-то дальше в лесную чащу, прыгали, едва не запрыгивая друг на друга и едва не потеряв еще путавшегося в лапах Джисона. И, когда бабочка, махнув в очередной раз крыльями, скрылась в лучах ослеплявших солнечных бликов, малышня налетела на резко остановившегося Ренджуна, и они все вместе кубарем покатились по земле, рыча друг на друга и легонько кусая. В конце концов, дети не могли долго находиться в обличье волчат, и теперь поднимались с земли – все в грязи, растрепанные и уставшие от долгого для них бега. – Папа будет злой! – сокрушался Чэнлэ, оглядывая неказистый вид себя и братьев. – Лека! – воскликнул Джисон, показывая куда-то пальчиком, и Ренджун, что до этого безуспешно пытался отряхнуть одежду, навострил уши и осмотрелся. Впереди, чуть вниз по склону, и правда виднелось русло реки, бурным потоком убегавшее вдаль и где-то там срывавшееся с обрыва. Здесь река не была широкой – взрослый волк мог ее переплыть, но для волчат течение было слишком сильное. Ренджун сглотнул, осознав, что они сейчас стояли на границе территории стаи, и вообще-то им нельзя было здесь находиться – по ту сторону реки простирались чужие земли, да и сама река достаточно опасная – мало ли, кто может встретиться. Альфа мысленно вспоминал голос папы, когда тот ругается. Ух... И достанется же ему, когда родители узнают... Ренджун ведь большой, а вот не уследил – отец будет недоволен, мальчик точно знал. – Мне кажется... – произнес наконец Ренчжун, глядя на младших, которые уже вовсю пробирались прямиком к берегу реки. Альфа дернулся, схватил младших за руки и отдернул назад к себе, на что те недовольно надулись. – Давайте вернёмся обратно, – дрогнувшим голосом сказал он, глядя вверх. На небе, доселе совсем безоблачном, вдруг начали собираться тучи. Альфа понимал, что если пойдет дождь, все их следы смоет, и тогда их очень трудно будет найти. Ренджун очень боялся разозлить отца и папу – он будет наказан, а младших точно лишат вкусностей. И не бывать прогулкам, а Чэнлэ с Джисоном обидятся и будут много плакать. – Жуни! Сматли, ыба! – Джисон вырвал старшего из грустных мыслей, дергая того за руку. Малыш улыбался беззубым ртом, где не хватало нескольких резцов точно. Альфа вздохнул и прошел немного вперед, оказавшись прямо у воды, которая с шумом достигала берега. Здесь, на камнях, уже сидел непонятно как вырвавшийся на свободу Чэнлэ и радостно улыбался, подзывая братьев. Джисон поковылял к брату, плюхнулся рядом да заулыбался точно так же, как Чэнлэ. – Ыба! Ыба! Жуни! – Джисон хлопал ладошкой по воде, и Ренджун сел рядом, признавая, что здесь, и правда, очень красиво, можно здорово порезвиться, вот только... Вот только улыбка, мелькнувшая на губах, тут же пропала, и Ренчжун вскочил с места. Испуганно глядя на ту сторону реки, он попытался по-тихому схватить за шкирку братьев, но Чэнлэ взвизгнул от брызгов воды, которые на него по случайности запустил Джисон. Ренджун шипел, тянул братьев, пытаясь оттащить с берега, а те возмущенно пищали. Пока их ушки сами не услышали поступь чужих лап и шумное дыхание. На другой стороне реки появились волки, чужаки. Их оказалось несколько, они были довольно крупные... Единственное, что понимал Ренчжун, что это было очень плохо. Все-таки им нужно было уйти как можно быстрее отсюда, а лучше бы вообще не убегать с той полянки возле дома. Как бы то ни было, волки, конечно, тут же заметили их, ну, или давно заметили, Ренчжуну сейчас это не важно. Трое волков остались на том берегу, а двое других, один высокий и другой пониже – наверняка альфа и омега, начали двигаться по воде, пересекая бурный поток.   Чэнлэ и Джисон, до боли вцепившись в плечи брата и повиснув на нем, захныкали от страха. Но Ренчжун сам паниковал, растерявшись. Сердце билось где-то на уровне горла, и, насмерть испугавшись, юный альфа дал себе обещание – если все обойдется, они не пойдут никуда больше. Совсем. Волки не рычали и не выли, но и не остановились ни за несколько метров, ни даже за несколько шагов до них. Они вышли из воды, слегка отряхнувшись, и внимательно осмотрели трех волчат в человеческом обличье. Мальчики затихли. Ренчжун смотрел сначала на альфу, который в два шага настиг их, а затем на омегу, что, напротив, осторожно подошел к нему. Мальчик распахнул глаза, заметив что-то смутно знакомое в глазах, но ничего не сказал, нахмурившись. В это время Чэнлэ и Джисон, тут же забыв про свой испуг, извернулись в руках брата и изумленно уставились на высокого волка. – Уа-а, – выдали хором братья. – Басой! Жуни, басой! – завизжал Джисон, и они оба захлопали в ладошки. Вот, кому сейчас завидовал Ренчжун, так это этим двоим. Альфа начал скалиться в их сторону, потянулся, чтобы цапануть, но Чэнлэ ударил его. Глухое «бам», и звонкий смех Чэнлэ. Джисон повторил за братом. Волк опешил, и вместе с ним шокированно замер сопровождавший его омега, да и сам Ренджун, которого уже начало потряхивать. "Что же вы творите?!" – хотел крикнуть альфа, но от страха не мог выдавить и слова, только завороженно смотрел, как тот волк попытался снова огрызнуться, но малыши ударили его по пасти. Совершенно не боясь. Омега, молча стоявший возле испуганного Ренджуна, повернулся к тому альфе и тихо рыкнул на него.   Ренчжуну плохо. Он не понимал, что происходит, но точно знал, что сейчас-то волки и разберутся с ними, и начнут с мелких, проявивших невиданную дерзость к чужакам... И, казалось бы, когда их вот-вот должны были сожрать или разодрать за проникновение на чужую территорию... Неизвестный волк, потупив голову, начал отступать назад, а за ним, чуть помедлив, подтянулся и второй. Ренчжун обернулся, заметив знакомую белую шкуру. И услышав родной рык. Отец. Малышня радостно закричала, бросаясь к отцу, и на бегу успевая обернуться щенками. Джено схватил их за шкирку да отдал обратно Ренчжуну, что оставался здесь один в обличье человека. Мальчик завороженно смотрел, как отец в несколько прыжков пересек реку и отправился разбираться с волками. Старший сглотнул – незванных гостей было много, он уже был готов к тому, что отец будет с кем-то драться... Может, даже пришлось бы кому-то перегрызть горло, ведь эти волки почти напали на них! Но Джено лишь ограничился разговором с теми. Он о чем-то говорил и с тем омегой, что Ренджуну показался знакомым, и в итоге чужаки ушли. Когда отец вернулся к ним, Чэнлэ с Джисоном уже наперегонки гоняли птичку по берегу, Ренчжун же сидел на месте, не двигаясь. Легко быть младшим, но тяжело быть старшим, думал он. Отец подозвал к себе. Он уже был человеком, и Ренчжуну от этого ещё хуже. – Я не буду ругать, – начал он негромким голосом, присев перед сыном и положив руку на плечо, – но папе придётся объяснить, куда вы пропали на несколько часов с поляны, – Ренджун сглотнул и тут же обнял отца, бормоча какие-то извинения и умоляя не наказывать хотя бы младших – это только он виноват. Джено засмеялся: – Ты настоящий старший брат, – он улыбнулся и погладил сына по волосам, – защищаешь младших, прямо как я когда-то, – Ренджун на миг нахмурился, почувствовав легкую перемену в голосе отца. Но тот уже подзывал к себе мелких, которые тут же накинулись на него, цепляясь за ноги. Смех заполонил округу, перекрывая шум воды. Ренджун наконец улыбнулся и подошел к остальным. Отец, подняв младшеньких на руки, оглядел детей: – Пойдёмте домой, может, еще успеем на обед? – и улыбнулся, подмигнув. Сыновья согласно кивнули, а Джисон сделал грустное лицо – они и вправду очень проголодались. Чэнлэ обнял отца за шею, и то же самое сделал Джисон. Ренчжун побрел впереди остальных под тихое бубнение малышей и смех отца. Уже у самого дома папа вышел встречать их с радостной улыбкой. Джемин подлетел к Ренчжуну и крепко прижал к себе. – Я так испугался за тебя, Ренджун-а, – сокрушался омега, гладя мальчишку по волосам, таким же тёмным, как у отца, и чуть ли не плакал, – почему вы убежали? Малышня недовольно запищала, ведь они тоже хотели обнять папу. Джено, рассмеявшись, тут же отпустил их, и через несколько секунд они с двух сторон обнимали папу. – Я заигрался, увидел бабочку и побежал за ней, а они за мной, – взволнованно тараторил Ренджун, а Джемин внимательно слушал, – ну... И дальше мы набрели на реку, – Ренчжун виновато пожал плечами. – Дорогу обратно мы не запомнили, а там появились волки... Я подумал, что нас убьют, но пришёл отец и спас нас. Джемин покачал головой да обнял детей покрепче, что-то бормоча. Джено глядел на них с умилением, думая, что Джемин сейчас выглядел почти таким же крохотным и хрупким, как и в день их первой встречи. Ренчжун же с улыбкой думал, что у него самые лучшие родители и братья. – Пойдёмте кушать, а то, я смотрю, тут, как минимум, два голодных волчонка, – рассмеялся Джемин. Джено, придержав дверь, пропустил всех внутрь, следом зашел сам. – Фрея вновь услышала тебя, – прошептал Джено, приобняв омегу, который смотрел на вовсю уплетавших обед детей. Джемин обернулся и склонил голову на бок. Уголок его губ дернулся. – Я видел тучи, что появились внезапно на безоблачном небе, – добавил альфа, и Джемин смущенно потупил взгляд. – Я так испугался... – ответил омега. Джено поцеловал его в висок, вдыхая легкий аромат ромашек. – Ты знаешь... Я там видел Чону, – сказал Джено, и омега изумленно распахнул глаза. Джемин не слышал вестей о Чону все эти годы. Альфа почувствовал, как забилось быстро сердце омеги. – Джехен и Чону, и еще несколько волков – это они нашли наших детей... Чону узнал Ренджуна, – отметил Джено, а Джемин довольно хмыкнул – ну, как не узнать того, кто почти полная копия своего отца? – И Ренджун, кажется, тоже узнал Чону, который был в обличье волка, – произнес альфа, игриво улыбнувшись мужу, на что тот вновь смутился – конечно, вожак знал, что Джемин рассказывал своим детям о его брате, которого Джемин умудрился полюбить буквально за одни сутки. – Как он там? – севшим голосом спросил Джемин, цепляясь чуть дрожавшими руками за рубаху мужа. – Он скучает... А еще... Рядом с ним и Джехеном я увидел маленького трехцветного волчонка, – выдохнул Джено, не сводя глаз с омеги, и Джемин почувствовал, как выступили слезы на глазах. – Неужели... – Это их маленький альфа. Джемин крепко обнял Джено, пока по щекам бежали слезы, а сам он счастливо улыбался. Именно сейчас омега чувствовал, что все встало на свои места, и каждый из них нашел то, что искал. Они все хотели быть счастливыми, и они ими стали. Ведь это не эгоизм – хотеть быть счастливым.