Треугольник

Гриша выходит из кабинета и видит первых сотрудников, которые только-только начали приходить на службу... и довольно странно на него оглядывались. А оглядываться было на что. Измайлов нес в руке средних размеров мусорный мешок, а волосы на его голове все ещё стояли колом, как бы Гриша не пытался их пригладить. Без утреннего душа эта затея не удалась. Да и в принципе весь его внешний вид говорил о том, что ночка была тяжелой. Но майор стойко пережил те несколько косых взглядов и вышел к машине. Самое время было съездить домой. А то его не было там уже около трех дней, с тех пор как он приехал. Странно, что его никто не искал. Хотя он и телефон специально выключил для этого... Скорее всего эти два факта были взаимосвязаны... но включать его совсем не хотелось. Поэтому Гриша кинул спящий мобильник в бардачок и поехал домой. Парень даже не хотел особо задумываться над тем, ждет ли его кто-то дома и вообще, есть ли там кто-то. Хотелось просто лечь и все обдумать. Все произошедшее. Недоизмену Алены, свою очень даже измену жене и то, что совсем этим делать. Тут и без пол литра не разберешься! Гриша проходит в свою квартиру и отмечает, что тут никого нет. Только гудящая тишина и чуть шумевший холодильник. «Что ж, так даже лучше», — думает он проходя в ванную. Пока парень принимает ванну, его сестра едет по знакомому ей адресу. Однажды она уже была здесь, только визит успехом не увенчался. Сейчас у неё совсем другая задача. Бывшая Измайлова не понимает ровным счетом ничего из того, что происходит сейчас с её братом. Почему он вдруг бросает свою Офелию, которую так добивался? Которая в конце концов его законная жена! И вообще, почему он имел наглость не появляться дома около трех дней и не сообщая никому где его, черт возьми, носит?! Даже ей! Это возмутило Нику больше всего, ведь до этого он всего говорил ей перед тем как пропасть, а тут… Должно было случиться что-то сверхъестественное. С вчера Вероника и вся веселая дружная компания искали Гришу; поиски пока не увенчались успехом. И Измайлова идет в квартиру своего брата, надеясь, что блудный смертник вернулся. А то идти в полицию и писать заяву на пропажу мента – уж совсем какое-то абсурдное дело. Когда Вероника заходит в квартиру, то видит у порога красные кеды и облегченно выдыхает. Но, буквально через секунду, милость сменяется на гнев от пережитых волнений. Девушка фурией влетает в спальню и будит брата.  — Гринь, ты совсем охренел?! Измайлов медленно и сонно открывается глаза, пытаясь понять что происходит, и кто тревожит его драгоценный сон. Увидев свою сестру в весьма нехорошем настроении, у него сжимается пятая точка опоры.  — Ты где шлялся?! — говорит уже совсем другой вопрос девушка. На то Гриша вновь многозначительно молчит, пытаясь все ещё сонным мозгом подобрать правильные аргументы к этой ситуации.  — Что значит, где «шлялся»? — сонно спрашивает Гриша. — В отд… Так, стоп, а какая это разница, где я был? — встрепенувшись задает вопрос Измайлов.  — А то и значит! — срываясь ответила Вероника. — Мы вчера всю ночь и весь день тебе искали всем нашим веселым составом! Жена твоя чуть инфаркт не схватила, Володя переживать даже стал по поводу твоего отсутствия! — На повышенных тонах обрисовала ситуацию Ника.  — Что… Вы меня искали? — удивленно спросил парень. — Быть того не может. Почему тогда она ничего мне не сказала? А хотя… Наверное, она и сама не была в курсе.  — Ты все ещё со мной разговариваешь или уже нет? — уточнила сестра и подозрительно посмотрела на брата. — Так где ты был? — уже спокойнее спросила она.  — Сначала в отеле, а этой ночью в отделе.  — В каком отделе?! — вновь завелась девушка. — Я была там и дежурный ваш сказал, что из оперов там только эта ваша… Рыбкина. — уже более спокойном тоном сказала девушка. — Стоп… — девушку пронзила неожиданная догадка, и от удивления она даже прикрыла рот ладошкой.  — Я пришел к ней, — ответил Гриша, окончательно избавившись ото сна. Вероника смерила брата гневным взглядом. Ей до сих пор не нравилось его общение с этой девушкой. Она почему-то ждала какого-то подвоха. Но посмотрев на брата, решила не высказать свое мнение по этому поводу. Гриша ведь не просто так исчез; что-то определенно случилось. Володя говорил Веронике, что он испарился сразу после того, как отвез Рыбкину в больницу. Можно было бы предположить, что это случилось из-за неё, но наступать на те же грабли Измайлова не хотела. Она точно знала, что Алиса тут уж точно не причем. Тут виноваты исключительно тараканы в голове её брата. Вопрос в другом: из-за чего они загнались на этот раз? До 7 сентября ведь ещё далеко…  — Ну и зачем ты пришел к ней? — спросила Вероника, смотря на брата. От одной только её интонации у Гриши все внутри перевернулось.  — Мне нужен был кто-то… или, — начал говорить Измайлов. — Да не знаю я! Просто пришёл, просто потому что! — резко вспылил он, вскакивая со своего места и начиная расхаживать комнате. Ничего не понимающая Вероника и вовсе потеряла нить здравого смысла в разговоре с братом. Почему он вдруг вскочил как ужаленный? Что происходит в его жизни? И почему, когда что-то происходит в его жизни, в этом всегда виноваты какие-то бабы? Ответа на все эти многочисленные вопросы Ника конечно же не знала. Поэтому она терпеливо ждала, когда Гриша успокоится и все нормально ей расскажет. Ведь, она по определению должна быть для него самым родным человеком. И она примет его любую правду, даже если она будет самой ужасной. Вероника любит брата и ради него готова смириться с чем угодно.  — Я видел как Алёнка целуется с другим, — сказал парень тихо, остановившись посреди комнаты. — Кажется у них роман…  — Офелия? — удивилась Измайлова. — Да быть того не может, — нервно рассмеявшись говорит девушка. Одного взгляда Гриши хватила, чтобы понять, что это ни капельки не шутка.  — Я напился и не хотел возвращаться домой. Я был уверен, что никто этого не заметит. Ведь я никому не говорил, что вернулся из командировки.  — Ну да, ну да, ты просто исчез! Олени ваши это заметили, пока их зазноба твоя чуть не поубивала. С ней, кстати, тоже не все ладно. По крайне мере так Володя сказал. Уж не знаю, сама она такая, или её тоже что-то в жопу ужалило.  — Она с Артуром встречалась, он кажется тоже ей изменяет, — невпопад отвечает Гриша, смотря в стену.

***

Алиса была дома уже очень продолжительное время. Спать ей не хотелось, но и делать что-либо — тоже. Девушка лежала на диване и смотрела в потолок. Ко всему появилось какое-то безразличие и апатия. Хотелось выпить от обиды и бессилия. А ещё – сожрать саму себя без остатка за вчерашнюю глупость. Такую сладкую и прекрасную глупость. Её тело все ещё хранит его запах и яркие отметины, которые он в приступе животной страсти оставил на её ключицах. Будто бы художник оставляет свою подпись на картине, чтобы все знали кому она принадлежит.И она принадлежала. И телом и сердцем. Алиса неосознанно тыкается пальцем в ямочку между ключицами и пробегается подушечками по всем выпуклым частям этого участка шеи. Это будит в ней теплые воспоминания о самом красивом вечере в её жизни, но с каждой мыслью о вчерашнем её рвало на куски все сильнее. Девушка никогда не жаловалась на больную психику, но сейчас она почти была уверенна, что с ней что-то происходит. Почему она испытывает вину в том, чего не совершила? Почему она вообще чувствует себя такой выпотрошенной, будто бы убила кого-то? Ведь это же не так, правда? Алиса слышит телевизор, смотрит в него, но совершенно без должного интереса. Новости о том, что где-то разбился очередной самолет, где-то случилось наводнение, и горят леса, совсем не трогали капитана. Кажется, что она смотрела сквозь экран и совершенно не слышала, того, о чем говорят ведущие новостей. В голове Рыбкиной проносились тысячи мыслей. К сожалению, среди них не было ни одной хорошей. Алиса резко поднялась с дивана и пошла на кухню. Нет, она не могла больше это терпеть. Ей срочно надо было выпить. Очень крепко выпить. И не важно, что на часах ещё и полудня нет. Кому какая разница, когда и кто начинает пить? С каких пор алкоголизм определятся временными рамками? Капитан не особо заботится об эстетике этого процесса. Просто ставит бутылку на стол, там же не подалеку находится рюмка. Хотя и её нахождение на этом столе лишь вопрос времени. Девушка подносит емкость с жидкостью к губам и резко опрокидывает в себя. Алкоголь, словно ластик, стирает неприятные мысли и глушит чувство вины.

***

 — И что думаешь делать? — спрашивает Вероника  — Не знаю, — закрыв лицо руками, говорит парень. Таким Вероника видела брата редко. Ему всегда легче было скрывать от неё чувства. Он не привык показываться ей в таком виде. В таком разбитом и выпрошенном виде. Можно даже сказать, что Ника видела брата таким впервые. Кажется девушка сильно ошибалась, когда думала, что брак с Алёной принесет Измайлову должное облегчение, и он наконец-то успокоится. Стало только хуже. Вероника хочет, чтобы брат был счастлив. С кем угодно, но счастлив.  — А что у вас с этой… Алисой? — спросила девушка, осторожно. Гриша почему-то усмехается в ответ. — Я и сам не знаю.  — Ну, не знаю что ты там думаешь, но Рыбкина конкретно завязла, будь уверен. — неожиданно говорит сестра. — И если ты что-то чувствуешь к ней и хочешь с ней быть… Короче, возникать не буду! — выпалила на одном дыхании девушка. — Она вообще девчонка не плохая в общем, — чуть улыбнувшись готовит Вероника, вспоминая кадры из того самого видео в квартире Макса, где ещё совсем маленька Алиса талантливо поет и отдается любимому делу целиком и полностью. Гриша смотрит на сестру с неким непониманием. Ещё год назад она была готова отправить Алису на тот свет, и только при одном упоминании её имени она шипела как змея и тут же превращалась в фурию. Что же могло произойти такого, что изменило её отношение к Рыбиной? Этого Измайлов не знал, но был благодарен сестре за эти слова. Майор обнял сестру и долго не мог отпустить. Девушка и не собиралась вырываться, а простт гладила брата по голове, успокаивая. Они давно не были так откровенны, ровно с того самого 7-го сентября.  — Поговори с жёнушкой своей, — уходя говорит Вероника.  — Спасибо, Ник, — улыбаясь говорит парень. Девушка вновь обнимает брата и целуя в щеку уходит.

***

Алиса быстро накидывалась, дабы избавиться от всех противных ей мыслей и чувств. Забыться, упасть в темноту и больше из неё совсем не возвращаться. И именно к этой цели Рыбкина шла очень уверенно. Если бы она попробовала встать, то вряд ли это бы у неё получилось с первой попытки, поэтому капитан сидела, игнорируя все на свете. Разрывающийся телефон в другой комнате, слишком громкий звук телевизора, неприятно нарушающий тишину в её квартире... За окном уже вечерело. Даже в студенческие годы Рыбкина не пила столько времени подряд. Но тут ко всем раздражающим факторам прибавился еще и неумолкающий ор дверного звонка. Алиса дважды послала стоящего за дверью в пешее эротичское, но он совсем не унимался. Тогда Рыбкна решила притвориться, что её нет дома, но и это не помогло. Капитан решает посмотреть на горе-суицидника, который решил выбрать именно такую смерть. Немного пошатываясь, девушка доходит до двери, на удивление совсем бесшумно. Поднимается на носочки, дает себе пару секунд, чтобы сфокусировать картину в глазке, и... лучше бы она этого не делала. Перед собой Алиса видит Веронику. Кого-кого, а её-то уж тут точно быть не должно! Слишком странно, но младшая Измайлова всегда появляется после того, как они переспят с Гришей. Совпадение ли? Капитан сползает по стенке, не решаясь открыть дверь. Девушка нервно грызет и так маленькие ногти на огрубевших от струн пальцах. Алкоголь будто бы в секунду исправился из крови.  — Я знаю, что ты там, — говорил голос из-за двери. — Я пришла, просто поговорить, — предупредила сразу Вероника. Алиса пару секунд сидела на прежнем месте. Открывать дверь – последнюю мнимую защиту – ей не хотелось от слова совсем. Но, вопреки вопящему инстинкту самосохранения, девушка открывает дверь.  — Пьешь? — спросила Вероника, учуяв запах алкоголя.  — Зачем. Ты. Пришла? — разделяя каждое слово спросила Алиса. — Если в прошлой раз я ничего с тобой не сделала, не будь уверена, что и в этот раз будет так же. — предупредила Алиса и прошла на кухню. Вероника, передернув плечами, отправилась за ней. Блондинка внимательно наблюдала за тем, как Рыбкина наливает себе очередную порцию вина в стакан, делает пару глотков и ставит на стол. Смерив девушку колючим взглядом, наливает ей такое же количество ярко-красной жидкости. Мысленно Ника благодарит Рыбкину за это. Начать непростой разговор трудно.  — Ты помолчать пришла? — спросила ещё раз Алиса, терпение лопнуло  — Я была сегодня у Грини, — сказала Ника. — Честно сказать, давно он так херово не выглядел… Мы с ним поговорил, и он мне все рассказал.  — Что «все»? — резко прервала сестру майор Рыбкина.  — Ну, что происходит в его жизни, про Алену там и… Короче, я не знаю, что между вами происходит. Но точно что-то происходит. Ты походу единственная, кто его реально понимает. — Вероника опустошила стакан. — Не знаю по какой причине вы загоняетесь, но я препятствовать не буду, если вы захотите быть вместе. — выпалила Ника и тихо перевела дыхание. Девушка посмотрела на Алису. Сейчас она не видела в ней врага, скорее такую же разбитую и убитую, как её брат. У Рыбкиной немного слезились глаза... или так казалось из-за светла ламп. Она замерла в одном положении не смея двинуться. Вероника даже начала немного переживать за неё. Но Алиса в миг отмерла и выпила остатки вина. После посмотрела в глаза Нике.  — Я стараюсь заботиться о нем, насколько это возможно… — сказала девушка. Вероника расплывается в улыбке. Теперь она уверена, что этим двоим точно не стоит мешать. Она ободряюще хлопает Рыбинку по плечу и отправляется к двери.

***

Гриша гнал машину, будто опаздывал на самое важное мероприятие в его жизни. Благо, в столь поздний час на улицах почти не было машин. Таким образом, парень быстро добрался до нужного дома. Он и сам не знал, почему так гнал и почему сейчас бежит, будто бы за ним кто-то гонится. Парень звонит в знакомую дверь, звонит ровно до тех пор, пока она не откроется. Пропуская не по одному удару сердца. Гриша уже слышит такие родные шаги и переводит дыхание в попытке успокоиться. Получается не сразу, но выходит. Вот перед ним стоит она. Такая маленькая и совершенно прекрасная.  — Рыбкина, пошли в кино, — говорит Измайлов, и из его уст это слабо походило на предложение.  — Какое кино? Три часа ночи, — недовольно говорит Алиса, потирая глаза.  — Про гладиаторов, — кратко отвечает парень и протягивает девушке руку. Та несколько секунд смотрит на неё и вкладывает в неё свою маленькую ладошку. Парень резко тянет девушку к себе, так, чтобы она оказалась в его объятьях. Отпускать её он совсем не собирался. Поэтому парень наспех хватает кроссы, куртку, ключи от квартиры и выбегает из дома вместе с девушкой. Пара садится в машину, тихо посмеиваясь над своей шалостью. Пока машина заводится, двое смотрят друг на другая, пожирая взглядами и не выдерживая целуются. Крепко, страстно и всепоглощающе. Парень зарывается руками в мягкие, русые волосы девушки, увлекая в авантюру, которую он затеял. В кинотеатре и вправду было кино про гладиаторов. Только вот в самом зале полицейские были одни. И заняты они были совершенно не просмотром фильма. Скорее наглым воплощением своих эротических фантазий. Наплевав на кучу правил, парень протянул девушке бутылку вина, и та отпила, делая вид, что увлеченно смотрит происходящее на экране. Но Гриша знал, что та притворяется. Поэтому он опустил свою ладонь на колено Алисы. Рыбкина немного вздрогнула, но продолжила делать вид, что ничего не происходит, будто бы так и должно быть. Гриша начал вести свою ладонь выше, опаляя ногу своей подруги огнем. По крайне мере ей так казалось. И лишь когда руки Гриши оказались совсем там, где находиться не должны, Алиса закусила губу и повернула голову к Измайлову. Рыбкина встретила с ярко-синими глазами Измайлова, которые просто излучали страсть и желание быть рядом, обладать ей целиком и полностью и кажется, что-то ещё… Алиса хитро ухмыльнулась и сама приблизилась к Измайлову, чтобы поцеловать и даже замерла в паре сантиметров, чтобы подразнить. Алиса резко и ощутимо кусает Гришу за губу, так, чтобы тот зашипел от неожиданной боли. Потом девушка пару раз прошлась языком по тому месту, где только, что побывали её зубы, будто бы извиняюсь за содеянное. Парень усмехнулся и решил сделать тоже неожиданный сюрприз для своей подруги, а именно осторожно углубил поцелуй, не давая возможности фантазии Рыбкиной разыграться самыми бурными красками. После поцелуя Рыбкина смотрела на Гришу, пытаясь отдышаться; получалось плохо, сказывались все выкуренные за её жизнь сигареты. Руки Измайлов убирать, по видимому, не собирался и переходить к более активным действиям — тоже. Тогда Рыбкина принимает правила игры и смело смотрит в глаза своему партнеру, словно ждет от него чего-то. Гриша ровно также смотрит в глаза Рыбкиной, рассматривая милое личико и распухшие губки. Смотрелось завораживающее. Алиса пыхтела где-то в районе ширинки Измайлова. Кто бы мог подумать, что очередная бутылка вина, так располагает к самым пошлым фантазиям? Измайлов уже даже не пытался понять, что за фильм идет на экране, хотя изначально его намерения были исключительно мирного характера. Кто ж знал, что алкоголь сотворит с ними нечто подобное? Но подумать об этом Гриша уже не мог. Все его сознание занимала белокурая головка то опускающаяся вниз, то поднимающаяся обратно. Почему-то всё что делала Рыбкина будило в нем невероятные чувства. И не важно, что это было: выкуренная сигарета, вновь блестяще раскрытое дело, или минет. Девушка слабо осознавала зачем делает то, что делает, и почему именно здесь. Просто потому, что... Просто потому, что у них даже фантазии сходятся. После бутылки вина, так точно. Алиса могла сказать без сомнения, что ещё не для кого так не старалась, как для Измайлова. Может быть потому что он занимал в её жизни очень важное место? Может ещё почему-то... кто его разберет это пьяное сознание влюбленных до одури? Парень хватает девушку за руку не дождавшись конца фильма. Гриша улыбается усмехающейся девушке, которая, краснея, проскальзывает через контролера и глупо хихикая убегает вместе с Измайловым в машину. Дорога до квартиры Рыбкиной кажется неимоверно короткой – будто бы прошла всего секунда. Парочка не с первого раза открывает дверь квартиры Рыбкиной. Все потому что, дрожащие руки и все время мутящееся создание мешали правильно попасть в замочную скважину ключом. Одежда разлетелась по квартире в мгновение ока. Начатое в кинотеатре было решено продолжить немедля ни секунды. Гриша опускался с поцелуями все ниже, придерживая тело девушки, которое так и норовила упасть с дивана. Подобная мысль пронесла в голове Гриши мгновенно. И, хитро улыбнувшись, он целует девушку в самую чувствительную точку на её теле. Алиса замирает от неожиданности. Воспользовавшись этим моментом, Измайлов решает отплатить за тот «номер» в кинотеатре. Рыбкина чуть разводит ноги, чтобы дать парню больше пространства, а сама закидывает руки за голову, дабы не мешать неожиданно-приятно процессу. По мере усиления ласк, усиливались и стоны девушки и её телодвижения. Руки начали зарываться в волосы парня. Алиса даже что-то шептала в полубреду, но что именно – Гриша так понять и не смог. Капитан натянулась, как струна и выгнулась дугой, под умелыми ласками Гриши. Тот довольно посмотрел на эту картину; добился чего желал. Девушка лежала с невероятно счастливой и уставшей физиономией. Измайлов пару раз касается губами её виска и, находясь в паре сантиметров от её лица, шепчет:  — Ты моя.