Всегда быть вместе (не) могут люди

Они лежат в полной тишине, в которой кажется различим даже учащённый стук сердец обоих. Если бы это было возможно, Вера хотела бы навсегда остаться в этом моменте. Чувствовать крепкие объятия Кирилла и не иметь ни возможности, ни малейшего желания их покинуть. Но она не хочет дожидаться, пока карета превратится в тыкву. Поэтому как только понимает, что Кирилл заснул, Вера аккуратно, чтобы не разбудить его, выбирается из объятий, встаёт и оглядывается в поисках своей одежды. Она тихо курсирует по комнате, собирая свои разбросанные вещи, а заодно зачем-то и вещи Кирилла. — Куда это ты собралась? Он всё же проснулся. — Домой, — коротко отвечает Вера. Кирилл резко встаёт на колени на кровати и перехватывает её за запястья. — Никак не ожидал, что твоё «сейчас» окажется столь коротким, — произносит он с явно читаемой злостью и болью в голосе, — А ведь формально ещё даже завтра не наступило. — Я тебя не понимаю, отпусти, — Вера делает попытку вырваться из весьма болезненной хватки. — А что тут непонятного? Только недавно признавалась в любви, но теперь сбегаешь молча прямо посреди ночи. Уходи, если хочешь, я тебя не держу, — обреченно выдыхает Кирилл и отпускает. Вера присаживается на край кровати и натягивает на себя одеяло, прикрывая наготу. — Зачем ты так говоришь? — она сглатывает подступающие слёзы, — Зачем мучаешь меня? — Это я ещё тебя мучаю? Вер, а ты точно ничего не путаешь? — медленно произносит Кирилл. — Ты мне не ответил, что тоже любишь. А если нет, я не понимаю, зачем тебе всё это, зачем этот разговор, почему просто не дал уйти. Я понимаю, что виновата и сделала тебе больно, но я же не специально, — она уже не пытается сдерживать слёзы, — Слишком жестоко с твоей стороны теперь мстить мне. — Мстить? Тебе? — шокированно смотрит на неё Кирилл, — Ты о чём сейчас вообще? — Ты не сказал, что тоже любишь, — всхлипывает Вера, — Я несколько раз спросила, а ты не ответил. А раз не любишь, зачем всё это? — Спросила? Несколько раз?! Не люблю?! — Ну я не спрашивала напрямую, — Вера видит искреннее непонимание со стороны Кирилла и чуть успокаивается, — но ты же ничего не сказал в ответ на моё признание. — Так разве я когда-нибудь говорил, что больше не люблю тебя? Кирилл аккуратно проводит ладонями по щекам Веры, стирая слёзы. Она не отрываясь смотрит на него, постепенно осознавая услышанное, но всё ещё не веря в собственные выводы. — Нет, не говорил. Но в последнее время ты уже стал практически равнодушен, я это заметила, — всё ещё с сомнением в голосе произносит она. — Не знаю, слышала ты такое мнение или нет, но говорят, я неплохой актёр, — шутит Кирилл и после тихого ответного смешка Веры, притягивает её к себе, обнимает и задумчиво гладит по волосам, — Скажи, а всё это сейчас только в твоей голове зародилось. Или такие мысли с самого начала ночи у тебя? — С начала, — признаётся она, смутившись, и тут же пытается оправдаться, — но я надеялась, что не права. — Знаешь, — Кирилл слегка отстраняется и с подозрением смотрит на Веру, — ты сейчас вот из меня такого мерзавца делаешь, что я уже сам хочу от себя уйти. — Ну почему сразу мерзавца? — она смущается ещё больше, — Просто… мужчину… — Как интересно, надо будет потом обсудить это, сейчас уже опасаюсь, если честно. И очень прошу тебя на будущее, прежде, чем делать выводы об ответах, всё же задавать сперва вопросы. Причём, вслух, — добавляет он чуть подумав. Вера кивает: — Я постараюсь. — Конечно же, я люблю тебя, — наконец, он всё же говорит это прямо, после чего обхватывает руками лицо Веры, целует в солёные от слёз щеки и губы. — Я тоже тебя люблю, — произносит Вера и продолжает, — Вот видишь, это всё равно почти что вопрос, потому что требует ответа. — Не-а, это от тебя он требует ответа, потому что надо убедится, что ты ещё не успела разлюбить, — саркастически замечает Кирилл, — А я в подобном ранее не был замечен. Как говорится, если что-нибудь изменится, я обязательно тебе сообщу. Вера хватает подушку и угрожающе замахивается. — Шучу-шучу! — он перехватывает подушку, — Спокойно! Люблю тебя и готов говорить об этом ежедневно. — И я, — улыбается Вера, наконец, вновь придвигается ближе к Кириллу он охотно заключает её в объятия. Забытая защитная преграда в виде одеяла соскальзывает вниз, но теперь это уже никого не заботит. На какое-то время они замирают в объятиях друг друга, не видя нужды что-либо ещё делать или говорить. Когда Вера понимает, что расслабленность Кирилла сменяется неким напряженным обдумыванием чего-то, она и сама заранее внутренне напрягается, опасаясь всё же услышать упрёки за нанесённые обиды. Но она вновь ошибается. — Вера, — Кирилл берёт её руки в свои, немного медлит, заглядывает в глаза, — выходи за меня замуж. — Что? — она ошарашенно смотрит на Кирилла. — Я говорю, выходи за меня замуж. Не хочу больше терять тебя ни на день. — Но ты же понимаешь, что это только формальность, а не гарантия чувств? — осторожно отвечает Вера. — Так я не понял, это что ли был сейчас отказ? — недоумённо спрашивает Кирилл. — Нет, то есть да, то есть нет, тьфу, — она окончательно запутывается в словах, — Конечно же, я согласна! — Вера наконец понимает, что именно надо сказать, чтобы избежать непонимания, на какой именно из вопросов и что она отвечает, — Просто, боюсь, что ты пожалеешь. — Почему это я должен пожалеть? — с сомнением в голосе спрашивает Кирилл. — Мы только помирились и ты сразу делаешь предложение. Я очень хочу, правда. Но на случай, если ты это сказал не подумав, я даю тебе время, неделю или две, пока ты сможешь отказаться от предложения. Молчи! — Вера прикладывает палец к губам Кирилла, когда он хочет возразить, — Я не обижусь, если ты передумаешь, и это никак не повлияет на наши отношения. Но мне кажется, так будет по-честному. — Глупости ты какие-то говоришь. Но если тебе так комфортнее, то хорошо, подождём неделю, прежде чем подавать заявление, — он притягивает Веру к себе и внимательно смотрит ей в глаза, — Договорились? — Договорились, — отвечает Вера и растворяется в ответном поцелуе Кирилла. Наконец-то она вновь чувствует себя абсолютно счастливой без всяких «но». Она чуть отстраняется, чтобы сказать: — Сейчас я всё же тебя покину. Ненадолго! Мне надо в ванную. — Хорошо, в ванную я готов тебя отпустить, но не дальше! Эй, это моя футболка! На что Вера только негромко посмеивается в ответ, на ходу натягивая футболку Кирилла, которая легко бы могла заменить ей платье.

***

В ванной она замечает, что-то блестящее на полу, какой-то тюбик. Вера наклоняется и выуживает из угла закатившуюся туда тушь. Как же быстро состояние безусловного счастья вновь сменяется сомнениями и чувством неопределённости. Конечно, у Кирилла косметики не меньше, чем у неё самой, но вся она хранится в гримёрке или сумке, которую он берёт с собой на выступления, до ежедневного макияжа даже у актёров дело пока не дошло. Да и марка не та, которую Вера всегда покупала им обоим. Спросить откуда это? Или сделать вид, что не видела? Они же расстались, у неё нет прав предъявлять претензии за этот период. Но кто это? Значит ли хозяйка туши для Кирилла что-то сейчас? Вера понимает, что если она ничего не спросит, то этот вопрос так и не оставит её в покое. Судя по звукам закипающего чайника, доносящимся со стороны кухни, Кирилл тоже не остался лежать в постели, поэтому она решает его позвать. — Кир, можешь подойти сюда? — Вера распахивает дверь и зовёт Кирилла. — Да, в чём дело? — спрашивает он, подходя к двери ванной. — Чьё это? — Вера показывает тушь, — Я случайно нашла на полу. — Не важно, выкинь, — отвечает он, недовольно поморщившись, понимая, когда, вероятно, эта тушь там оказалась. — А не надо вернуть вещь её владельцу? — Вера, а ты уверена, что хотела произнести это слово именно в мужском роде? Или это такое завуалированное предложение соврать, что наверное, Гоша забыл, когда заходил в гости? — Ну, я хотела оставить его неопределённым, — нехотя отвечает Вера, — а среднего рода для таких слов у нас в языке нет. — Понятно. Выкинь её и всё. Владельца всё равно мне уже не найти. — Но… — Вера хочет было возразить, Кирилл не даёт ей этого сделать, тут же продолжив: — У меня никого нет кроме тебя. Если что-то и было, оно не имело значения тогда, и уж тем более не имеет значения сейчас, когда мы снова вместе, — произносит Кирилл, глядя ей в глаза, и добавляет, — Не придумывай мне опять несуществующие грехи, хорошо? — он берёт Веру за руку, — Я конечно, далеко не безгрешен, но всё-таки не настолько, как ты сегодня меня почему-то рисуешь, правда. Вера кивает. Она понимает, что если уж Кирилл смог ей простить её уход и снова поверить, то уж она точно должна и сможет простить ему эту неизмену, у неё нет причин ему не доверять. Тушь улетает в корзину для мусора, а у Веры в глазах вспыхивает шаловливый огонёк, и она затягивает Кирилла внутрь ванной комнаты. — Мне кажется, тебе тоже не повредит душ, — произносит она с игривой интонацией, — Присоединишься ко мне? — Боюсь, мы не сможем договориться о высоте крепления для душевой лейки, — пытается отшутиться Кирилл. — Ничего, мы что-нибудь придумаем.