Она ещё ребёнок

— Айщ, Тэхён, это не тебе! — Джин хлопнул своей рукой по тэхёновской, убирая полную печенек тарелку от загребущих ручонок. Тэхён театрально поджал губы, делая многострадальную моську. Но не прошло и минуты, как губы растянулись в хитрющей улыбочке. Глаза засверкали и в чёрных омутах появились лукавые огоньки. Тэхён такой. Человек — тысяча эмоций. Порой он и сам не понимает, как в нём уживается столько всего. Раздвоение личности, честное слово. Только это, кажется, наоборот его сильная сторона. Всё искренне, честно. Он, как ребёнок, не скрывал эмоций, выставлял всё напоказ, даже не замечая. — Ну, Джин~и, — Тэ тянет старшего за руку, выпячивая нижнюю губу и слегка подпрыгивая на носках, — я всего одну, честно-честно, она же всё равно спит… Даже не узнает, правда! Сокджин закатил глаза. Иногда он чувствовал себя прямо, как его мамочка. Вечно поддерживал плачущего в подушку, разделял мимолётные радости, терпел капризы и любил-любил-любил. Так сильно и трепетно, словно собственного. Наверное, он уже и был его собственным. Все бантаны были, будто его родные дети. — Тэтэ, Аня после дороги, конечно, она уснула, — старший чуть нахмурился и упёр руки в бока, пытаясь убедить младшего и отмечая про себя, что наконец правильно поставил ударение в имене девушки, но смотря в эти невозможно просящие глаза, чисто для вида тяжело вздохнул и потянулся рукой к отставленной тарелке, — только одну и всё! Тэхён схватил своими тонкими омежьими ручонками лакомство, так трудно им добытое, и со всех ног полетел в гостинную, освещая своей необычной квадратной улыбкой всё вокруг (чем-то он напоминал Джину хорошо натертый и сверкаюший медный чайник) и чуть не сбивая сног Юнги, входящего на кухню. — Что это с ним? — Мин изогнул левую бровь и удивлённо посмотрел на Кима. Тот покачал головой, мол, это же Тэхён, и протёр до блеска ещё одну из тарелок, которые он начал вытирать от воды, когда его прервал Тэ. Джин вообще сам по себе домашний, любил уборку и готовку. В общем всю эту омежью дребедень и бла-бла-бла. Наверное, именно это и спасло всех мемберов от вымирания. Как никак редкий, можно сказать пока вымирающий, вид. Сокджин хмыкнул на свои мысли и уставился на немного неловко переминавшегося Юна. Видеть того таким было непривычно. На самом деле вся эта ситуация была непривычной. Они немного общаются по сравнению с остальными, но это не мешает омеге чувствовать ответственность за младшего и любить его так же, как и остальных. Да, Юнги скрытный и немногословный, иногда грубый и слишком прямолинейный, но старший видел, что внутри он, как мягкий мурчащий котик, только лакомство надо подобрать, чтобы тот сам впустил к себе в клетку, в которой же и закрылся, показывая всему миру неприличные жесты рукой и что ему, как никому другому, комфортно. И омега с гордостью может сказать, что за шесть лет нашёл этот самый ключик. — Эмм, Джин, я бы хотел поговорить с тобой, наверное, — альфа зарылся рукой в своих волосах и несильно натянул, мысленно давая приказ собраться и не быть, чёрт возьми, тряпкой. — Наверное? Ты, что, не можешь понять, хочешь ли поговорить или нет? — тот поднял свою прямую бровь и наклонил голову вправо, но увидев на лице неожиданного собеседника нерешительность, мягко улыбнулся, — ладно, говори уж, что там у тебя, — он приземлился на рядом стоящий стул и отложил полотенце: видимо он не дотрет эти тарелки в ближайшую вечность. — Понимаешь, я бы хотел, чтобы ты пожил на этой неделе вместе с Аней. У меня гон и я… — Стоп. Юнги, я всё понимаю, но тебе не кажется, что я буду лишним в этой обители страсти влюблённых сердец? — Джин откинулся на спинку стула, всем своим видом показывая, что он не понимает, да и не хочет понимать, что он мог делать в этом доме в столь пикантный момент. — Айщ, Джин-хён, в этом-то всё и дело, — он сел на рядом стоящий стул, складывая руки на стол, — я кое-что тогда не сказал… — Да, не тяни ж кота за все подробности! — Сокджина прямо-таки распирало, ему казалось, что Юнги поделится с ним чем-то важным и сокровенным. Под кожей в венах растекался некий азарт, он из-за всех сил сдерживал себя от того, чтобы не запрыгать на месте. Ким настолько был любопытным, что всё его нутро кричал: «Чточточточто?» Возможно, если бы не его воспитание, то в воздухе уже растворялись бы нетерпеливо брошенные слова. Ещё чуть-чуть и, Джин был уверен, сделает именно так. — У неё никогда не было течек, — это немного не то, что Мин планировал сказать. Вообще, он думал, что просто поставит перед фактом, ознакомит старшего с данным, а тот, как всегда, согласится помочь. Только это оказалось выше его сил. Сказать о течке — это было проще в некой степени. Хоть Юн и понимал, что так или иначе все узнают правду. — Что? — Джин немного выпал из реальности, он ожидал услышать что-то другое. В принципе всё, что угодно, хоть то, что Мин Юнги хочет, чтобы тот закупал им смазки и презервативы, так как из дома те не выйдут ближайшую неделю. А жить, ну… Так в принципе не придётся далеко тащиться, — подожди, — он потёр переносицу, — но ведь у всех, определённо у всех омег течка начинается до шестнадцати. Если она поздненькая, то хотя бы до восемнадцати! Чёрт. Мин конкретно лажанул. Как можно было так проколоться? Он мысленно дал себе подзатыльник, что прогуливал уроки биологии в школе. В заметках на ближайшее будущее появился пунктик прочесть учебник восьмого-девятого класса, вроде об этом говорится там. — Ей шестнадцать! — быстро выпалить это ведь тоже вариант? Да? В принципе он ожидал какой-то такой реакции, но то, что старший схватился за футболку, сжимая её в районе сердца в кулак, и широко раскрыл глаза, знакомя челюсть с полом, всё равно заставило поежиться. — Боже, она же совсем ещё ребёнок… Ты дурак, Юнги~я! — неожиданно тот шлепнул рукой по плечу младшего и зло свёл брови, сжав губы и и грузно выдохнув через ноздри, — просто остолоп! Как ты мог попереться в таком состоянии к соулмейту? Тебе, что, одно место в штанах на мозги давит? Я думаю это легко можно исправить! — он схватился за рядом лежащую тряпку и несильно ударил ею в бок альфы. — У меня блокаторы, честно-честно! — Мин чувствовал себя нашкодившим ребёнком… Ну, или Тэхёном. К слову, он ненавидел это ощущение в груди. Сокджин сделал парочку глубоких вдохов и выдохов, успокаиваясь и мысленно прокручиваю все возможные варианты исходов этого разговора. — Раз блокаторы, тогда в чём собственно проблема? — он облокотился на руку, ставя локоть на стол. — Я не всегда успеваю принять вовремя таблетки. Мне кажется, что я напугал её несколько раз. Она так смотрела, будто… Будто… — замялся, — даже не знаю. Загнанно что ли… Я не хочу, чтобы она считала, что мне нужен только секс, — Мин Юнги сам не понимал, что с ним не так, почему, когда он говорил о соулмейте, то начинал волноваться, как какой-то сопляк из младших классов, ладони потели и их приходилось вытирать о собственные джинсы. Он никогда таким не был. Ни в младших классах, ни в средней и старшей школе, ни в институте и тем более ни тогда, когда был трейни. Для него, сурового андеграундного рэпера, было всё это как-то дико. Щекочущий трепет в груди, волнение и боязнь сделать что-то не так, а ещё разливающаяся радость по венам от одной лишь улыбки омеги — странно, непривычно и почему-то боязно. Неужели это всё истинность? Она вселила все эти новые чувства? Юнги не знал. Не знал он также радоваться ли ему от этого или нет. — Юнги, — Ким задумчиво склонил голову, увлечённо разглядывая свои белые носки, задумываясь и обдумывая все хаотично разбосавшиеся в голове слова, — я, конечно, останусь. Но, раз ты не хочешь ей навредить, то что ты вообще будешь делать, когда придёт течка? — старший заглянул в лисьи глаза собеседника, ища в них ответ, — ты же знаешь, что когда омега встречает истинного и у неё ещё не было течки, то она начинает стремительно сдвигаться, подстраиваясь под гон. — заметив заинтересованность и обеспокоенность в карих омутах, вспыхнул, — Юнги~я, нет, ты точно идиот! Только не говори, что не знал! Я заставлю выучить тебя весь учебник биологии! Пунктик обвелся несколько раз красным. — Смотри, — Джин умерил свой пыл и поспешил донести свои мысли до немного тупого донсена, — если, например, у омеги изначально течка была запланирована организмом в, допустим, семнадцать, но она вдруг встречает своего альфу, то… Ммм, как бы объяснить… — он зажевал свою нижнюю губу, — она может начаться раньше запланированного. Это всё зависит от самой омеги. У кого-то может начаться на два дня раньше, у кого-то на несколько месяцев. Суть в том, что она будет сдвигаться до того, пока не будет примерно в те же даты, что и гон. Главное, чтобы ты был с ней в первый раз. Первая течка всегда болезненна, вспомни хоть крики Тэхёна, а если и тебя не будет рядом, думаю, организм вообще свихнется. — Но я не хочу пока с ней спать! Она… — Успокойся, я думаю, у тебя есть ещё время, — Ким положил руку на плечо Юнги, слегка поглаживая. Мин заметил чуть уставший взгляд и покрасневшие щёки. Все-таки Киму было смущающе, как омеге, разговаривать об этом с альфой. Юн кивнул и предложил пойти к остальным в гостиную. Он был благодарен своему хёну за то, что тот хоть и ненадолго, но смог устаканить мысли в его голове. Мин рад, что доверился именно ему. Тот не разболтает, хоть и побить легонько может, но поможет, разъяснит и успокоит. Намджуну действительно повезло с таким омегой, чутким и добрым, хозяйственных и готовым помочь, хоть иногда у того были и свои тараканы в голове, которые творили фиг знает что и шутили совершенно не смешные, по мнению Мин Юнги, шуточки. В гостиной бантаны собрались перед телеком. Намджун и Чонгук рубились в стрелялки на приставке, совершенно не стесняясь крепких словечек при промахах. Тэхён, сидя на полу, как и те двое с джойстиками в руках, но у подлокотника, лазил в сотовом, изредка посматривая, чем заняты остальные. Чимин и Хосок оккупировали диван. Младший валялся на животе, виляя в воздухе ногами и слушая увлеченный рассказ старшего. Мин плюхнулся рядом, а Сокджин, поставив тарелку печенек на стол, поспешил к своему альфе, который даже его и не заметил. Ким, который омега, поцеловал Нама и дал подзатыльник Чонгуку за нецензурные слова. — — Ай, за что? — макнэ встрепенулся под любопытный взгляд Тэ, тря ушибленный затылок тёмных волос. — За всё хорошее, крольчонок, — Чон закатил глаза на это дурацкое прозвище и продолжил игру. Сокджин же сел рядом, обнимая за талию своего парня, прижимаясь к нему всем телом и всевозможно подбадривая, начиная от обычных «Джуни, ты сможешь!» и заканчивая целомудренными поцелуйчиками. Такое поведение уже не вызывало удивление мемберов и никто даже не обращал на это внимание. Только Чонгук начинал злиться, потому что от сих действий Ким стал лучше играть, выигрывая. Когда руки Ким Намджуна вскинулись победно вверх и губы нашли джиновы, бантаны услышали копошение со стороны лестницы, а после и топот ног по ступеням. Юнги поднял глаза и сердце забилось чаще. Аня сонно терла щурившиеся от света глаза рукой. На ней так и были её чёрные джинсы и розовая футболка, которая теперь была смята. Юнги не решился её переодевать, лишь перенёс с дивана, на котором та провалилась в сон, в свою комнату, укладывая на кровать и накрывая поверх пушистым пледом. Почему-то хотелось, чтобы такой видел её только он, сонной и беззащитной для мира. Он отдернул себя от этих мыслей, бантаны его семья и они здесь, чтобы познакомиться с новым членом этой сумасшедшей семейки. — Hi! We are glad to see you, — видимо именно Намджун решил разрушить наступившую звенящую тишину, — i am… — Она не говорит по английски, — в голосе Юнги сквозило раздражение, но на что, он и сам понять не мог, — но если ты говоришь по немецки, то валяй, милости прошу… — Айщ, Юнги-хён, какой же ты грубый, — Чимин нахмурился и надул губы, выпячивая нижнюю. Но продлилось это совсем не долго. Он никогда не умел злиться на своих хёнов. Он быстро посадил ничего непонимающую девушку на своё место на диване и, схватив ноутбук со стола, буквально впихнул его между ног Хосока и омеги. Сидя сейчас в окружении одних парней Аня… Не понимала. Совсем. Языковой барьер и все дела, но, черт, так обидно не понимать, о чем они вообще и чувствовать себя белой вороной. Омега старалась запомнить, чем они отличаются друг от друга. Парни были чем-то схожи между собой, но в то же время и такие разные. Различать их по цвету волос почему-то сразу показалось плохой идеей, поэтому она старалась запомнить, кто чем пахнет. Но, кроме уже привычного аромата сандала и сигарет Мина, все запахи, словно слились в единый, стойкий и яркий. Среди всех явственно чувствовался шлейф шоколада и сахарной ваты, но от кого они исходят — непонятно. Единственный человек, у которого омега различила феромоны, был тот самый рыжеволосый парень, рядом с которым она и сидела, — попкорн, определённо. Когда омега поняла, что от неё требуется, то глаза тут же заскользили по напечатанному тексту. Чимин старался уловить каждую эмоцию и движение. Ему было очень важно знать, что думает Аня. Он печатал приветствие, наверное, час, стараясь вложить туда частичку себя. В душе очень хотелось подружиться, но страх на периферии сознания своими липкими щупальцами пронизывал закутки. Однако, видя лёгкую улыбку на лице соулмейта Юнги, по телу разливалось тепло. На самом дело, Чимин был одним из тех людей, кто с большим нетерпением ждал приезд ещё одной омеги в дом. В последнее время он чувствовал себя одиноко. Джин чаще стал проводить время вместе с Намджуном и им не хотелось мешать, а у Тэхёна были собственные проблемы, в какой-то момент и он отдалился. Лишь J-hope поддерживал в последнее время. Его извечное «ЧимЧим» и задорный смех всегда поднимали настроение. Но, хоть он и не говорил, Чимин знал, что у того и без него много работы: хорео, выпуск новой песни, доработка остальных и, конечно, обязательный спортзал. Из-за этого Пак начал, как и раньше, просаживать все дни и ночи напролёт в танцклассе, отрабатывая движения и зазубривая хореографию по десятому кругу, или же просто брал уроки вокала. На самом деле это не так уж и плохо, он определённо улучшил свои вокальные данные и вспомнил танцы, которые подзабыл. Однако с приездом нового члена семьи, казалось, что Чимин сделает новый глоток воздуха, позволяющий двигаться дальше. И, кажется, по крайней мере, он надеется, у него получилось.

***

Знакомство с остальными было весьма сумбурно. Аня ещё толком и не поняла, у кого какой характер, но теперь могла сказать, кто есть кто. Ей определённо понравился Чимин, он был самым шумным сегодня и разговорчивым, чем немало удивил остальных. Других парней ей только предстояло узнать, но казалось, что это произойдёт совсем скоро. И даже главный страх того, что у них не будет общих тем для разговоров в силу разницы возраста, отступил. Конечно, все были немало удивлены, когда узнали, что ей всего шестнадцать (кроме Сокджина, тот сидел с хитрющей улыбочкой на губах), но виду не подали, а вскоре и вовсе забыли, границы стёрлись и они свободно общались. Было непривычно разговаривать через переводчик, но Юнги обещал, что найдёт какой-нибудь выход из этой ситуации. И от этого сердце заходилось в быстрых ударах, потому что, чёрт, как же приятно. Казалось, что так и должно быть. Юнги заботится о ней, а она о нём. В голову закрадывалась мысль, что, возможно, не всё так плохо и что Мин Юнги определённо неплохой парень и возможно у них всё и сложится. По крайней мере, она маячила где-то на задворках сознания, когда глаза слипались и омега погружалась в умиротворенный сон в предоставленной ей отдельной комнате.