Моя игра.

Два дня назад. Братья Ван дер Бильт только что закончили рассказывать Кэролайн план по её спасению. Она очень скептически к нему отнеслась. — А если я стану шашлычком? — задала уточняющий вопрос Кэролайн, — дно Тихого океана очень скалистое. — Я тебя поймаю, — заверил её Нейт, — как только вы уедете с бала, я уже буду под водой. — Хорошо, а акулы, у них сейчас самый сезон! — Мы установили подводные колонки с дельфиньими песнями, и я возьму с собой еще одну колонку. — Кэр, мы всё предусмотрели. Остается решить вопрос, как избежать тебе переохлаждения, — вмешался Саймон. — Я надену гидрокостюм. — Ты думаешь никто не заметит на тебе гидрокостюм среди бальных платьев? — теперь скепсис присутствовал у Саймона в голосе. — Если его грамотно обыграть. Я буду Злой Королевой из «Однажды в сказке.» — Рядом с Прекрасным Принцем? — Энзо тоже поменяем костюм. Ладно, мальчики, давайте расходиться, мне еще в Чикаго нужно слетать. Надеюсь Бог будет на нашей стороне. — Кэролайн, мы же Ван дер Бильты с нами скорее Дьявол, — пошутил Трип, откидываясь на спинку кресла. — Пошути мне еще. И запомните, два брата-акробата, если я умру по вашей милости с того света помещаю подкатывать к моим дочерям. — Вы будете суровой тещей? — осторожно поинтересовался Нейт. — Посмотрим на твоё поведение, — Кэролайн потрепала Натаниэля за волосы.

— Миссис Сент-Джон, ваш чай. Блинчики будете? — вежливо поинтересовался дворецкий. — Ой, спасибо, Джеферсон, я с удовольствием, — Кэролайн улыбнулась мужчине, отпивая травяной чай из кружки. — Миссис Сент-Джон, вы хотели нам что-то рассказать, — напомнил Майкл о цели визита взбалмошной блондинки. — Точно, — женщина поставила локти на стол, подпирая руками подбородок, — для этого нам придется вернуться почти на полвека назад. — А что не на век? — ехидничала Эстер. — Честно, Эстер, у меня пару раз проскочила мысль, что ты бессмертная сука, но, увы, гипотеза не подтвердилась, — ответила ей Кэролайн. — Кэролайн, как ты смеешь оскорблять нашу маму в её же доме, — вступился Клаус. — Никлаус, главное, чтобы у тебя такие же чувства не появились к матери в конце нашего путешествия по волнам воспоминаний, — предостерегла бывшего парня Кэр, — как не странно начало наша история берет в моём любимом Париже. Откуда наша дражайшая Эстер Майклсон в девичестве Делакруа. Она жила вместе с сестрой и отцом в небольшой квартирке на окраине города, с юного возраста им приходилось работать на семейную пекарню, которая совсем не приносила денег, — начала рассказ Кэролайн.

— Эстер, давай бегом, — подгоняла отстающую сестру Далия. — Я больше не могу, таскать эти мешки с мукой, — швырнув ненавистный мешок на землю, Эстер устало опустилась на него. — Пойдем, отец опять ругаться будет, — предупредила её сестра. — Как будто он умеет по другому разговаривать, — недовольно пробурчала блондинка, — почему я вообще должна напрягаться? Я не хочу быть пекарем. Кому вообще может нравится копаться в муке. — Мне нравится, — робко напомнила Далия. — Далия, у тебя совсем нет амбиций. — Я просто знаю своё место, Эстер. — Ну, не уже ли ты хочешь всю жизнь работать на чужого дядю. Я вот буду сама себе хозяйка, — девушка зачарованным глазами посмотрела на район города, обнесенный высоким кованным забором, где проживала интеллигенция города. — Эстер, не глупи. Мы никогда не окажемся за этим забором. — Вот увидишь, я буду там жить. — Давай ты ненамного вернешься в реальность и возьмешь свой мешок. Отец ждет. — Далия, в тебе ни капли авантюризма. Я и тебя заберу к себе в дом, правда-правда, — обняв сестру заверила Далию Эстер.

— Как в воду глядела, правда, Эстер. Ты же действительно оказалась за тем забором, — напомнила Кэролайн. — Не понимаю о чем ты. — Не переживай, я восстановлю тебе память. Жить под гнетом отца ты больше не могла, и Далия помогла тебе сбежать. Она тогда только-только начала делать кондитерку на заказ, и заработанные деньги отдала сестре на лучшую жизнь. И ты отправилась в страну возможностей — Америку. Ты проехала Нью-Йорк, Вашингтон, Чикаго, Новый Орлеан, Сан-Франциско и остановилась в Лос-Анджелесе. И в первый же день ты прогремела на все новости. Ведь молодой хоккеист из «Лос-Анджелес Кингз» зарядил тебе шайбой в голову. После этого инцидента у вас завязались теплые отношения, я бы могла их назвать любовными, но, увы, любовью в этой истории и не пахнет. Ты же почти полгода изучала Майкла Майклсона, не удивительно, что ты так стремительно покорила его сердце. Ты попала в сказку, но нужно же бросить прочный якорь. У вас рождается Фрея, я прочитала интервью Майкла, он был очень шокирован твоей беременностью, совершенно не готов. Цитирую: «Я сам еще пацан, а у меня пацан.». Он очень ждал мальчика. Поэтому следующим родился Финн, за ним Элайджа и вроде бы всё хорошо, но проклятая звездная болезнь не обошла стороной Майкла. Рекламные контракты пошли в гору, а вот игра на спад. И тут выходит разгромная статья про него автор — «АЙ». Короли разрывают контракт, из сборной выкинули, пришла депрессия и алкоголь. Еще и добрые люди принесли, что Майкл изменяет Эстер, а она добрая душа поверила. Забрала детей и уехала к сестре в Париж.

— Эстер, прекрати плакать, я уверена вам нужно поговорить, — успокаивала сестру Далия, протягивая стакан с успокоительным. — Чтобы он мне в подробностях рассказал к каких позах трахал этих баб? — шмыгая носом причитала девушка. — Всё равно мне кажется, ты рубишь с плеча. У тебя трое детей, как ты одна с ними. — Пойду работать. — Не смеши меня, ты ни дня не работала. — Я выкручусь. Но можно пока у тебя остановиться? — Конечно, только я предупрежу Франциска. — Франциска? Ты мне ничего о нем не рассказывала. — Да нечего рассказывать. Я сама не поняла как так получилось. Я делала заказ для Мэрии, когда расставляла пирожные на сервировочный стол, то заметила, как одно пирожное наглым образом своровали, я ударила его по рукам. Я только потом осознала, что это Мэр. В общем так я и познакомилась с Францем. — Ты закрутила роман с Мэром Парижа? — Эстер была поражена бойкости своей сестры тихушницы. — И уже год не соглашается выйти за меня или хотя бы переехать, — послышался приятный мужской голос из коридора. — Моя сестра никогда не отличалась особой сообразительностью, — вытерла слезы, вступила в разговор Эстер, — Эстер, старшая сестра Далии. — Очень приятно. А у меня есть старший брат. Рид во всём меня поддерживает. — А так же таскает подарки для твоей возлюбленной, — на кухне появился еще один мужчина с пакетами в руках. — И я очень это ценю. Ричард, познакомься это старшая сестра Далии — Эстер. — Очень рад знакомству, — Ричард галантно поцеловал ручку Эстер. — Мне тоже, — смещенно ответила девушка. — Мама, Финн опять отобрал куклу, — в комнату вбежала Фрея, жалуясь маме на младшего брата. — Иду, милая, — заверила ребенка Эстер, замечая в глазах нового знакомого испуг, еще бы кому нужна женщина с прицепом к тому же тройным.

— И в лучших традициях Голливуда они полюбили друг друга. — Что? -вскрикнул Майкл разворачиваясь в сторону Эстер. — Милый, не слушай эту сумасшедшую. — Ты же действительно уехала тогда к Далии. — Я была зла на тебя, конечно, я сбежала к самом близкому человеку. — Но, когда я приехал, ты не захотела уезжать. — Говорю же, злилась. — Позвольте, я внесу ясность, — встряла в разговор Кэролайн. — Прошу, Кэролайн, продолжай, мне очень интересно, — Старший Майклсон перевел взгляд на Кэролайн. — Эстер прочно обосновалась в Париже…

— Эстер, это неправильно, — пыталась вразумить её сестра, пока они гуляли по магазинам. — Неправильно динамить Мэра, — привела контраргумент девушка, — а у меня с Ричардом всё серьезно. — А как же Майкл? Или может ты забыла, что ты еще замужем! — продолжала настаивать на аморальности сестры Далия. — Слушай, он за четыре месяца ни разу не позвонил, не приехал, его карьера кончена, а кроме игры в хоккей он больше ничего не умеет. На что я должна содержать троих детей? И Ричард их принимает, Элайджа вообще его начал папой называть. — Элайдже год, он сейчас любого мужчину будет папой называть. Я считаю, что ты должна сначала разобраться со старыми отношениями, а уже потом нырять в новые. — Поздно, сестренка, я уже утонула. — В каком смысле? — насторожилась Далия. — Я — беременна. И собираюсь переехать к Ричарду. — Эстер! Четвертый ребенок! Что у тебя с маткой? Что не попадание, то успех. — Это банальная математика, точно рассчитываешь идеальный день зачатия и успех почти 100%. — Если мужчина захочет уйти, то его никакой ребенок не удержит. — Ошибаешься, дорогая. Ладно, я пойду соберу вещи, вечером у меня ужин с Ричардом, хочу ему обо всем рассказать. Побудешь с детьми? — Конечно, когда я отказывала. *** Эстер поднималась по лестнице в квартиру сестры, как увидела мужа, сидящего на ступеньках. Заметив любимую, он тут же подскочил на ноги и протянул ей букет. — Что ты тут делаешь? — продолжая свой путь, придав голосу безразличие, спросила Эстер. — Я приехал к тебе, к вам, — быстро исправился мужчина. — Ты пешком что ли шел? Или только недавно заметил, что нас нет. — Эстер, я всё осознал. Я вёл себя как последний говнюк, я потерял всё в одночасье. Но главное я потерял тебя. Я очень тебя люблю, вернись ко мне. — Одного «прости» недостаточно. Мне нужны поступки, — голос Эстер дрогнул, а в глазах заблестели слезы. — Я докажу тебе, родная, только дай мне время, — Майкл стал стирать пролившиеся слезы супруги поцелуями, мягко подталкивая её в сторону квартиры.

— Мама, у нас мог быть еще брат или сестра? — поразилась услышанному Фрея. — Как ты смогла убить своего ребенка? — не верила своим ушам Ребекка, не вольно положив руки на живот. — А она и не убила, — загадочно ответила Кэролайн, буравя взглядом Эстер. — В каком смысле? — задал пугающий вопрос Никлаус, а до присутствующих стал доходить смысл слов Кэролайн, они обратили взгляд на среднего Майклсона.

— Майкл, это была минутная слабость. Я не вернусь к тебе, — прикрывая оголенное тело, серьезно говорила Эстер, доставая обручальное кольцо из прикроватной тумбочки и вкладывая в руку мужа. — Эстер, я вновь тебя завоюю, — пообещал мужчина, одеваясь. — Не трать время и силы, ты ничего не сможешь вернуть. С детьми я не буду мешать тебе видеться. — Мы будем одной семьей! Я всё верну и приеду за вами, — мужчина оставил нежный поцелуй на щеке и покинул квартиру. Эстер взяла себя в руки, успокоилась и стала собирать вещи, она уже застегивала последний чемодан, как в дверь позвонили. Она ждала Ричарда, но он зашел мрачнее тучи. — Рид, что произошло? — обеспокоенно поинтересовалась Эстер. — Прости меня, Эстер. Но вы пока не можете переехать ко мне. — Почему? — женщина села на диван, разнервничавшись. — До нашего знакомства, я был далеко не пай-мальчиком, у меня бол множество девушек на одну ночь. Но у меня была постоянная любовница — наша садовница Лайла. Я был неосторожен в нашу последнюю встречу и не использовал презерватив. Она скрывала, что беременна, но мама заметила, заставила взять меня ответственность. В общем, я теперь тоже женат. Но ты не переживай, как только она родит, а мама с папой уедут в Ниццу, я всё исправлю. — А мне ты прикажешь просто смотреть на вашу счастливую семью? — Эстер, но ты ведь тоже замужем, а внизу я столкнулся с твоим мужем. Давай, мы оба потерпим, чтобы потом жить долго и счастливо. — Хорошо, — проглотив просившиеся слезы, сдалась Эстер. — И нам лучше не видеться пока, я сам тебе наберу. Для прессы у нас история Золушки. — Я поняла, — обреченно произнесла женщина, умалчивая о своём интересном положении. *** — А я тебе говорила, чтобы ты разобралась сначала с Майклом, — читала нотации Далия, подавая очередной комплект одежды для беременных сестре в примерочную. — Это то тут причем? — Эстер отдала сестре очередные джинсы, которые не застегнулись. Женщина была худощавого телосложения и живот был небольшого размера, но привычная одежда ей уже не налезала. — Карма — та еще сука. Мстит тебе за обман супруга. — Ой, прекрати ерунду говорить. — Так что ты решила? Ричард? — Нет, — ответила Эстер даже не задумавшись, она уже полгода наблюдает с газетных страниц за счастливой Ричарда и Лайлы Касл, аж смотреть противно, он действительно влюбился в неё, забыв обещание данное Эстер. — Тогда Майкл? — Тоже нет, — смело заявила женщина, крутясь перед зеркалом в симпатично зеленом платье. — Тогда кто? — А никто. Сама проживу. Знаешь, как говорят, хочешь найти идеального мужчину — роди его сама. Я ношу под сердцем сына, от любимого мужчины, что может быть лучше? — Эстер трепетно провела рукой по животу, получая сильный пинок, — Ой, Ник, осторожнее, — рассмеялась женщина. — Вот почему бы тебе не назвать просто «Ник», зачем это накрученное «Никлаус», — возмутилась Далия. — «Ник» — слишком просто для такого великого ребенка, а «Никлаус» в переводе с греческого «победитель народов», вот увидишь мой малыш покорит этот мир. Его папаша будет локти кусать. — Мда, Эстер, гордыню тебе не занимать. — Спасибо, что согласилась пойти со мной, Тути, — обратился к сопровождающей девушке мужчина, с видом эксперта перебирая наряды для беременных. — Перси, мне за радость выбраться куда-нибудь. Дома постоянная борьба папы и Эммануэля, — улыбнувшись ответила девушка. — Ну, Говард смерился с вашей свадьбой, уже прогресс. — Смирился — это громко сказано. Скорее он ждет, когда я пойму в быту, что Эмми мне не подходит, и мы разойдемся. Он уже купил шампанское на наш развод. Кстати, а где Адалинда? — Честно, без понятия. Надеюсь где-то в Париже хотя бы. Гоняется за очередным коррумпированным политиком. — Она же беременная, причем глубоко, — звонко рассмеялась женщина, привлекая внимание посетителей магазина. — Она это осознала сегодня утром, когда на ней не застегнулось платье из-за живота. Надела какое-то трикотажное платье, которое еле задницу прикрывает, единственное которое растянулось, и сказала, чтобы я купил ей одежду, а у неё дела. — Я обожаю твою жену. Ой, Далия, здравствуй, вас с Франом можно поздравить? — заметила знакомую возле примерочных Антуанетта. — Привет, Анна. Я здесь с сестрой. А вы? — — Мы с Перси выбираем одежду для Адалинды, ты же знаешь, что у них скоро родится маленький Сент-Джон. — Конечно, помню. — Хорошо, что я тебя встретила, а то я Франциска с его диким графиком никак не могу выловить, хоть живем рядом, — Анна покопалась в сумочке и вытащила белоснежный конверт, — держи, приглашение на нашу свадьбу с Эммануэлем. Буду бросать букет в тебя. Ладно, мне пора, — девушка чмокнула Далию в щеку и вернулась к своему спутнику. — Далия, кто это был? — полюбопытсовала Эстер, отодвинув шторку. — Это подруга Франциска — Антуанетта Ван дер Бильт, они в школе за одной партой сидели, а с ней Персиваль Сент-Джон еще один их друг. — Подожди, я где-то слышала эти фамилии. — Оу, их семьи очень популярны в Европе. Несмотря на богатство они очень хорошие люди, правда отец Анны немного суровый человек. — Ясно, — приняла полученную информацию Эстер к сведению. *** — Ребят, может мне стоило остаться дома? Я же совсем никого не знаю, — отнекивалась от посещения свадьбы Ван дер Бильтов Эстер. — Поздно, Эстер, мы уже приехали, — Франциск вышел из лимузина раньше, подавая руку своей девушке и ее сестре, — ты целыми днями сидишь дома, никуда не выходишь, больно смотреть. — Я переживаю за детей. — Не бери в голову, Миссис Поттер классная няня, она нас с Ридом всегда держала в узде и с твоими справится. Расслабься и получай удовольствие. — А почему невеста оставляет свою фамилию после замужества? — поинтересовалась Эстер, присаживаясь на стул. — Я тебе больше скажу, Эммануэль берет её фамилию. — Эстер? — послышался удивленный голос Ричарда сзади. — Здравствуй, Ричард, — холодно поприветствовала его девушка. — Ты беременна? — мужчина не сводил глаз с её живота. — А что в этом удивительного? У меня же есть муж. А где твоя супруга? — Ей нехорошо стало — осталась дома, — без эмоционально ответил Касл. — Перси, я сама, — громко заявила девушка в проходе, привлекая к себе внимание. Она была в коротком белом платье, которое плотно обтягивало аккуратный животик, при этом она была на высоких шпильках, её крепко держал за руку мужчина, что-то причитая, пока беременная девушка пыталась поднять сумочку с пола. — Ади, это уже даже не смешно. Не можешь ты наклониться, — устало закатил глаза Сент-Джон и всё же поднял упавший аксессуар. — Зачем ты это сделал! — девушка возмущенно топнула ножкой. — Чтобы мы уже заняли свои места, — мужчин аккуратно подтолкнул супругу к махающему им Фанциску. — Дорогая, ты прекрасна как всегда, — Франциск поцеловал Адалинду в щеку в знак приветствия. — Благодарю, Фран, а смотрю у нас парад беременяшек сегодня, — подмигнула Эстер Ади, поправляя прическу, — а где Лайла? — обратилась к Ричарду девушка, крутя головой по сторонам. — Дома осталась, дурно стало. — А почему вы в белом? — задала волнующий вопрос Эстер. — Кто-то на свадьбе должен быть в белом, — звонко рассмеялась Миссис Сент-Джон. — А невеста? — растеряно поинтересовалась Эстер. — А сейчас увидишь, — загадочно произнесла Адалинда, устремляя свой взгляд на винтовую лестницу, откуда должна была спуститься Антуанетта в сопровождении отца. Невеста поразила окружающих угольно-черным пышным платьем с длинным шлейфом, — у Ван дер Бильтов невеста всегда в чёрном, старая традиция, — шепнула на ухо новой знакомой Ади.

— В тот день родился Люсьен. Маленьким, хлипким, недоношенным, ты родился на 30 неделе. Твою маму, увы, спасти не удалось, — вещала Кэролайн. — Мам, скажи, что она врет, скажи хоть что-нибудь, — закричал на мать Никлаус, которая была уже бледная как полотно. — Эстер, но Ник же тоже родился недоношенным, ты так сказала, когда я приехал к тебе в больницу, — отказывался верить в горькую правду Майкл. — Я так сказала, чтобы ты не начал считать, когда он был зачат. Стал бы задавать вопросы, — устало ответила женщина, отрицать она уже не видела смысл, — а так всё сходилось с твоей первой поездкой в Париж. — Ты знал? — Клаус обратился к Люсьену, который ни проронил ни слова. — Конечно, знал, — ответила за него Кэролайн, — он завидовал тебе. Но об этом позже.

— Эстер, ты уверена в своём решении? — еще раз уточнила у сестры Далия, помогая упаковывать вещи. — Я же не дура, как ты, чтобы отказываться переезжать во дворец. Рид сам захотел быть рядом с сыном, к тому же ему нужна помощь с Люсьеном. — Хорошо. А Майкл как? Ему ты тоже сказала, что Ник его сын. — Далия, хватит, — рявкнула на сестру Эстер, — в своей личной жизни наведи порядок, а в мою не лезь. — Это называется забота, дорогая сестрица. — А еще могут Финн, Фрея и Элайджа пожить у тебя? — В каком смысле? — Возмущению Далии не было предела. — Ричард сейчас под бурным вниманием прессы, я буду максимально тайно жить в его особняке. А с тремя ураганчиками быть тихой сложно. — Эстер, ты совсем сбрендила на своей тяге к роскошной жизни. — Легко тебе говорить, ты уже одной ногой там. Твой парень Мэр Парижа. — Я ничего не беру от Франциска! — Конечно, он без слов всё для тебя делает. Я тоже хочу быть так любима, — срывалась на крик блондинка. — Хорошо, я возьму племенников, — сдалась Далия, — только ты будь осторожнее, ты будешь жить по соседству с самой въедливой журналисткой современности. — Я учту.

— Увы, я так и не поняла как ты опять оказалась в США, ведь ты почти 3 года жила в Париже у Ричарда. — Даже почти 4, Финн половину 1 класса отучился во Франции, — вспоминала Эстер, — А моя сказка оказалась не такой, какой я себе её представляла, — Майклсон сделала глоток шампанского и продолжила, — я стала кухаркой, уборщицей, няней, кем угодно, но не любимой женщиной. Потом у Ричарда начались какие-то темные дела, он сильно изменился. Начал завидовать младшему брату, его избрали на новый срок. Рид хотел занять его место, буквально помешался на этой мысли. А твоя свекровь только усугубляла мою нервозность. — Она хотела подружиться с тобой, — вспомнила рассказы Дафни о таинственной соседке с ребенком. — Да, я знала, что Адалинда очень умная и дотошная. Конечно, на прогулку с мальчиками я надевала парик, очки, завязывала платок, но рано или поздно она бы меня узнала. А я же всё еще была замужем, представляешь какой бы скандал поднялся — заместитель мэра съехался с замужней любовницей едва похоронив жену. Но она уже схватила какую-то ниточку, чаще тала гулять с Энзо, постоянно фотографировала. — Она просто любила снимать. Кстати какой снимок я нашла, — Кэролайн вытащила из сумки фотографию, где были изображены два маленьких мальчика, — это Лоренцо и Клаус. А вот один Клаус, — Кэролайн положила на стол загадочный снимок с неизвестным мальчиком, — так почему ты уехала? — А меня попросили. Рид сказал, что для его политической карьеры нужно создать образ несчастного отца-одиночки, вызывая жалость народа. Ему было не до нас с Ником, к тому же он сказал, что не готов принять моих детей. — И ты вернулась ко мне, — разочаровано закончил за жену Майкл. — И зачем ты выпотрошила грязное белье Эстер? — вскипел Люсьен. — Люсьен, это было предисловие. Теперь мы дошли до основных событий. Саймон, выйди, — повернувшись к другу, обратилась к нему Кэролайн. — Что? Зачем? Я же всё знаю. — Ты не всё знаешь, брат, — поддержал Кэролайн Трип. — Кэролайн, я пережил это пятилетним ребенком, сейчас мне 40, поверь я смогу выдержать. — О чем это он? — спросила Ребекка. — О гибели его родителей, а точнее об убийстве, — ответила Кэролайн, — Сай, только без глупостей. — Я безоружен! — Ты и с голыми руками опасен. Вернемся к нашей истории. Нужно уточнить, что после отъезда Эстер в штаты, она продолжала ездить в Париж. — Ты говорила, что ездишь к сестре, — вспомнил Майкл. — Она ездила к нам, — вставил слово Люсьен, — я всегда ждал, когда она приедет. Я ведь считал её мамой, я не понимал, почему отец всегда говорит о ней в прошедшем времени, почему не разрешает называть «мамой», почему она приезжает без брата. Но в один день отец мне рассказал правду, что Эстер не моя мама. Но это не поменяло моё отношение к ней, — Люсьен мягко улыбнулся и взял Эстер за руку в знак поддержки.

— Эстер, ты не понимаешь, я устал прозябать в его тени, — нервно расхаживал по комнате Ричард. — Его любит народ. — Я лучше, чем он. Народ тут не при чем. Всё дело в Анне. — Я не понимаю. Они с Далией расстались? — Нет, их ничего не разлучит, поверь, я пробовал. Я про Анну Ван дер Бильт. Понимаешь на её отце держится вся власть в Европе. Анна и Фран лучшие друзья, она для него всё сделает. Знаю, её нужно убрать. — В каком смысле убрать? — испугалась женщина. — Как ненужную шахматную фигуру. — Ты с ума сошел? У неё маленький сын! — Поверь её отпрыск не пропадет, он родился с золотой ложкой во рту. — Когда ты стал таким жестоким? — Эстер, дорогая, — Касл взял любимую за руки, прижав к себе, — ты хочешь жить со мной, не мотаться в Париж, придумывая глупые отмазки. — Конечно, — прощебетала женщина, вглядываясь в любимые глаза, которые сейчас казались черными. — Для этого мне нужно стать мэром. Любыми путями. — Хорошо, я всегда буду на твоей стороне. Только не трогай ребенка, он ни в чем не виноват. — Договорились, любимая. Только нужно грамотно всё обыграть, будто это какие-нибудь бандитские разборки И у Касла практически всё получилось, Ван дер Бильт действительно подумал, что дочь и зять пострадали из-за его старых дел, но, включив холодный рассудок, выяснил они стали жертвой чьих-то грязных игр. — Говард, — осторожно вошел в кабинет помощник Ван дер Бильта. — Я же сказал, что меня ни для кого нет, — рявкнул мужчина. — Но Мистер Касл буквально рвется к вам, — настивал парень. — Ах, Франциск, он тоже переживает. Впусти его, конечно. — Но к вам Ричард Касл. — Ричард? Странно. Но всё равно пусть заходит. — Здравствуй, Говард, соболезную, — начал с порога мужчина. — Эти пустые слова не вернут мне Анну и Эмма, что ты хотел. — Рассказать правду. — Слушаю, — Ван де Бильт откинулся на спинку кресла, закидывая ногу на ногу. — Я недавно узнал, не решался прийти. — К делу, Рид, — прервал его Говард. — Я знаю, кто убил Анну. — Кто? — Говард вскочил из-за стола, схватив парня за грудки. — Франциск, — выдавил из себя имя брата. — Франциск? — переспросил пораженный Говард, отпуская парня и отступая назад. — Да, Фран давно занялся подпольным бизнесом, Антуанетта его накрыла и обещала рассказать Адалинде. Фран потерял бы всё, он решил заставить её замолчать. — Но они же были друзьями. — Деньги и жажда власти вынуждают пойти на отчаянные шаги. — Я понимаю, как тебе тяжело было выдать брата, но ты же догадываешься о его судьбе. — Фран оступился, очень сильно по-другому его не остановить. Я понимаю ваши крайние меры. — Я в долгу перед тобой. Кстати, не хочешь занять место брата? — Для меня была бы большая честь, руководить родным городом. — Договорись, а теперь извини, у меня дела. *** Далия не могла найти себе место, они с Франциском собирались в театр, а он опаздывает уже на два часа, в приемной сказали, что он давно ушел. Наконец-то в дверь позвонили, девушка сразу же ринулась открывать, широко распахнув дверь, она завопила во всё горло, прикрывая рот рукой. Перед ней мужчина держал в руках банку с головой её любимого, на лице Франциска застыл ужас. — Франциск, — у Далии началась настоящая истерика. — Затащите её внутрь, а то она внимание привлекает, — холодно произнес Говард, проходя в дом. — Говард, что это значит! Это шутка? Она не смешная. — Какая ты умная девочка, что не вышла за него замуж, а то сейчас бы вместе червей кормили. Но ты всё равно была с ним почти 10 лет. Поэтому вали из моей страны и никогда не возвращайся. — Ты убил Франциска! — произнесла страшную фразу вслух девушка, сползая по стене. — Он отнял у меня дочь, оставил внука сиротой, поэтому он еще легко отделался. — Он не мог. Он был честным человеком и очень любил Антуанетту. Мы крестные Саймона. Ты правда думаешь, что он бы смог убить зверски? — Когда есть деньги можно нанять специально обученных людей. У тебя есть 12 часов, чтобы убраться из Франции. — Но куда я поеду? У меня тут всё. — Мне всё равно. А это, — мужчина взял со стола кухонный нож и, пока его люди держали вырывающуюся девушку, оставил на предплечье символ «V», — чтобы не забывала. — Он не мог! — крикнула в спину удаляющемуся мужчине Далия, зажимая кровоточащую рану.

— Так твой отец стал мэром Парижа. Горожане восприняли его поступок очень хорошо, в такой тяжелый период занял место брата и не бросил город. Но вот одно он не учел, что Адалинда никогда не верила в вину Франциска, а к Ричарду всегда относилась скептически. Она много раз приводила свои догадки Говадру, но он даже слушать не желал, он похоронил эту историю. Тогда Адалинда начала своё журналистское расследование. — Для справки, я разорвала с Ричардом все контакты, когда узнала про Франциска, — вставила реплику Эстер. — Но не надолго. Адалинда раскопала грязные делишки мэра, все его махинации с бюджетом. Тогда выходит её разгромная статья «Каин и Авель XX века». Касл и его первый зам — Де Мартель с детьми сбегают в Америку, чтобы их не достала полиция. И, конечно, Ричард обратился к единственному родному человеку в чужой стране. Эстер помогла устроить Люсьена и Аврору в престижный колледж, где Люсьен наконец-то увидел брата, стал его другом. Ричард обосновался в Америке, построил бизнес. Даже спас вас, Майкл. А вы думаете как Эстер нашла так быстро деньги на операцию? Я вам больше скажу, именно Ричард помог основать вашу компанию. Всё вокруг на деньги любовника вашей жены. Касл уже расслабился, забыл про несносную журналистку, но вот не задача, она про него не забыла. Еще и совесть начала мучать, тогда Ричард решил начать праведную жизнь. Он ведь приходил к вам в дом, хотел встретиться с вам Майкл, но не застал вас, а вот Сейдж стала свидетельницей вашего разговора. А Ричард просто хотел присутствовать в жизни Клауса, рассказать ему правду, быть с Эстер. — А скоро конец, а то у меня дел много? — принял скучающий вид Касл. — Да и я уверена, что ты будешь в восторге. Окончательно съеденный муками совести он попросил Адалинду о встрече. И она приехала. Слушайте, а может лучше видео посмотрим, — обратилась Кэролайн к Ван дер Бильтам. Нейт загрузил видео на плашете и поставил его на стол.

— Я не думал, что ты придешь, — сказал мужчина, развернувшись от окна к вошедшей женщине. — Ты был очень настойчив, — присаживаясь в кресло без приглашения, ответила Ади. — Я надеялся, что ты согласишься встретиться. — Я всё знаю, и собираюсь рассказать ему, — как приговор произнесла женщина. — Всегда знал, что ты очень умная. Если ты думаешь, что я буду тебя умолять не говорить, то ошибаешься. Я готов принять любое будущее. — Мне кажется оно вполне ясное. — Да, я знаю. Адалинда, ты самый честный и правильный человек, из всех кого я знал. Прими это. Искренне, — Касл протянул женщине красную папку с документами. — Боюсь у моего мужа могут возникнуть вопросы, — прочитав содержимое папки, усмехнулась женщина. — Адалинда, я могу попросить о небольшом одолжении? — Слушаю тебя, — сложив папку в сумку, Адалинда всё внимание обратила на Ричарда. — Завтра возвращается Люсьен из Женевы, я хочу с ним поговорить, он должен кое-что знать. Ты можешь дать мне хотя бы 48 часов. — Ты решил наконец-то рассказать ему маленький секрет? — Ты и об этом знаешь? — Я всё о тебе знаю теперь. Я хорошо делаю свою работу. Мы с Персивалем приехали отдохнуть в Хэмптоне, через две недели возвращаемся в Европу. — Спасибо, Адлинда. — Каждый человек заслуживает шанс на искупление. Кстати, я написала статью, можешь ознакомиться, если что-то не так — приму замечания, — женщина кинула рукопись на стол и удалилась. — Что ты ей передал? — возникла за его спиной Эстер. — Господи, Эсти, ты меня напугала, — вздрогнул мужчина. — Прости, я не хотела, — подарила ему мягкую улыбку Майклсон, — так что ты передал Адалинде. — Документы по работе ничего важного. Так ты дашь мне увидеться с сыном? — Я как раз поэтому поводу приехала. Понимаешь, Никлаус очень сложный человек, вспыльчивый, эта новость его просто убьет. А представляешь что будет с Майклом? Как я буду выглядеть в их глазах? — Эстер, я все равно расскажу правду Никлаусу, ты меня не остановишься. — Ошибаешься, я ради семьи готова на всё. Ты сейчас ненужная фигура, которая мне мешает. — Я не понимаю, — Касл пытался уловить смысл её слов. — Ричард, я любила тебя больше жизни, готова была всё бросить, чтобы быть с тобой. Но ты отверг меня, а сейчас ты лишь мешаешь в моей размеренной жизни. Прощай! — Эстер, сохраняя абсолютную холодность, толкнула мужчину в открытое окно, перед которым они стояли, вдруг она услышала истошный крик, выглянув на улицу, она увидела на поляне возле поместья Люсьена, который вырвался к обрыву из рук охранников. Тихо выругавшись женщина поспешила покинуть дом через черный ход.

— Это ложь! Ты это смонтировала! — вскочил со своего места Люсьен, швыряя в Кэролайн бокал с шампанским, но он пролетел мимо врезаясь в стену. — Ты второй раз уже мажешь в меня. — Там была Адалинда! Она выбросила моего отца в окно. Я её видел. — Люсьен, ты видел силуэт светловолосой женщины, тебе помогли понять, что это Адалинда. — Подожди, я же тебе позвонил первой. Я еще удивился как ты так быстро приехала, — обратился разъяренный парень к названной маме, — ты сказала мне, что Адалинда была у него перед смертью и прислуга подтвердила, ты мне сказала, что она шантажировала отца, ты мне внушила мысль, что Сент-Джоны виновны во всех моих бедах. Но почему ты решила её убрать? — Из-за статьи, — лаконично ответила Кэролайн, — моя свекровь, как и я, хотела быть личностью в мире журналистики, поэтому писала под псевдонимом, весьма интересным — «АЙ» — Адалинда Йофи. Эстер винила Адалинду в своих американских горках в жизни, ведь именно она писала статьи, которые переворачивали её жизнь. Дурное стечение обстоятельств и столько смертей. — Я ненавижу тебя! Я верил тебе, доверял, а ты лишила меня родного человека. — Прекрати орать. Ричард итак был нежилец, Адалинда собиралась всё рассказать Ван дер Бильту и тогда ему бы не поздоровилось, как и тебе. Я хотела тебя спасти. — Не строй из себя праведницу, ты действовала лишь в своих интересах. Тебе всегда было плевать на меня, тебе был важен всегда только Ник! — А вот мы подошли к еще одному важному событию. С вашего позволения еще одно видео. — Что это за дата? — обратил внимание на цифры внизу экрана Кол. — День, когда меня сбила машина, — ответил Клаус. — И что? Мы миллион раз смотрели это видео в полиции, лица не видно, номер машины тоже, бессмысленно, — возмущалась Эстер, которая не хотела вновь переживать трагедию сына. — Эстер, кто ищет тот всегда найдет. Мы просто с мальчиками примерно догадались, кто мог быть за рулем, предположили возможные маршруты, и нам повезло, что он остановился возле одного из дорогих отелей города, где записи с камер хранятся 30 лет. — Ты пытался убить брата! — теперь Эстер вопила на Люсьена, когда на экране водители вышел на улицу, — ты же любишь его! — Я его ненавижу, — процедил Люсьен, — он отнял у меня всё, тебя, любимую девушку, у него всё было лучшее. Отец постоянно грезил им, смотрел каждый матч и не уставал восхищаться. Как бы я не старался, я не смог стать лучше любимого младшего братца, — с ядом в голосе произнес Касл свою речь. — Единственное, что я не поняла, за что ты обозлилась на меня, помимо того, что я Сент-Джон? — задала прямой вопрос Кэролайн Эстер. — Если бы Ник тогда не спешил к тебе в ресторан, то ничего бы с ним не случилось, — Эстер устало опустилась на стул, допивая шампанское. — А зачем Нику было встречаться с Кэролайн? — решил уточнить Кол. — Нет, ты реально дурак или слепой? — вскипела Ребекка. — Откуда вы узнали? — спросила Сент-Джон. — Не только ты, Кэролайн, можешь сопоставлять факты. Когда мы вернулись из Парижа с вашей свадьбы с Энзо, я решила посетить недавно открывшийся ресторан, персонал не уставал судачить о тебе, мол такая успешная и несчастная, прождала парня весь вечер, а он не пришел. Я тогда подумала, какие у вас странные с Энзо отношения, он тебя динамит, а ты выходишь за него замуж. А когда я забирала вещи Ника из полиции, то случайно в кармане нащупала квадратную коробочку, там лежал очаровательный кулон и записка: «К твоим голубым глазам». Выяснив в такси, куда мой мальчик заказывал машину — картинку и сложилась. Ты использовала его, а как только появилась возможность — сбежала, бросив инвалидом. — Это ваше мнение, я не в праве его менять, — Кэролайн стоически выдержала оскорбления и встала на ноги, — а теперь самое приятное. В гости непринято ходить с пустыми руками, поэтому, — Нейт перед женщине кожаную папку с несколькими документами, — Так Фрея — это тебе. — Свидетельство о расторжении брака, — удивлено прочитала девушка, не поверив глазам. — Оставь, пожалуйста, Стефана в покое, он не вернется к тебе. Теперь ты, Финн. — Билет на самолет до Сан-Франциско? — Сейдж готова принять тебя, но решать только тебе. — Спасибо, Кэролайн. — Милая подруга, это для тебя. — Судебный запрет на приближение к Себастину и Сойеру Сент-Джон ближе чем на 100 метров. Кэролайн, это жестоко, — в глазах Кэтрин застыли слезы. — Я хотела с тобой по-хорошему, ты не захотела. Несостоявшийся затек, для тебя. — Запрет на въезд территории Франции. Такой документ вообще можно сделать? — Как видишь. И я не советую тебе проверять, что будет, если его нарушить. И теперь кульминация нашего междусобойчика. Валите нахрен из моего дома! — Ты перегрелась? Какого твоего дома? — взбеленилась Эстер. — Вы хотела меня красиво унизить, оставить нищей, но переиграли сами себя. Документ, который Ричард передал Адалинде, — Кэролайн достала его из папки, — теперь внимательно следите за ходом мыслей. Ричард переписал на Адалинду всё своё состояние, а так как Касл был очень внимателен в отношении своих инвестиций, то ваша компания оформлена по документам как дочерняя «Kasl inc.», а всё ваше имущество на корпоративном счете, следовательно принадлежит тоже «Kasl inc». После смерти Адалинды ее имущество делится между мужем и сыном, а они в свою очередь всё состояние переписали на меня, вчера я подписала документ, согласно которому передаю своё имущества «Kasl inc.», получается переписала на саму себя. Ах, Люсьен чуть не забыла. Ордер на твой арест. Обвинение в незаконном игорном бизнесе, шантаж, членовредительство, там длинный послужной список. — Ты не сможешь это доказать. — Милый, не забывай, что у меня теперь доступ ко всем твоим счетам. А еще я летела на днях в Чикаго, к нашей общей знакомой, мы очень мило поболтали. Кстати, полиция уже едет. — Я правильно поняла, что мы теперь БОМЖИ? — уточнил Кол. — Совершенно верно, мой дорогой, Ребекка, насчет вашей с Марселем квартиры можешь не переживать. Деймон оформил уже договор купли-продажи тебе нужно только подписать. А теперь прошу извинить, вы пока перевариваете, а я позвоню мужу, а то не дай Бог прочитает эту ужасную статью, — Кэролайн вышла на улицу и уже собиралась набрать Энзо, как ее окликнули. — Ты довольно? — сквозь зубы процедил Никлаус. — Я счастлива, я наконец-то сорвала мишень со своей семьи. — Но ты разрушила мою, — перешел на крик мужчина. — Ник, я лишь защищалась. — Нет, ты буквально упивалась своим превосходством. Ты получала удовольствие от нашего унижения. — Зато теперь все знают правду. — Кому от твоей правда стало лучше. Я видеть тебя не хочу, — мужчина даже не обернувшись, направился к себе домой. Ему о многом предстоит подумать. — Как же я ненавижу тебя. Ты всё у меня забрала, а я был так близок к счастью. Но ничего я заберу тебя с собой, — как безумный шептал появившийся Люсьен, Кэролайн обернулась к нему и замерла, на нее был направлен пистолет. — Люсьен, успокойся. Всё кончено. Не добавляй себе еще срок, — пыталась вразумить его Кэролайн. — Мне уже нечего терять. С такого расстояния я точно не промахнусь, — Касл не сводит полные гнева глаза с напуганной блондинки, он спускает курок, раздается выстрел, истошный крик Кэролайн, похожий больше на вопль и звук падающего на мрамор тела.