Моя игра.

Оглушающий крик Кэролайн заставил всех присутствующих выйти на улицу, даже Клаус прибежал обратно, он был испуган. В глазах Люсьена первый раз за столько лет застыл испуг и дикий страх, он так и замер с пистолетом в руке. Трип выбил у него из рук оружие, повалив на Землю, оцепеневшего мужчину. Кэролайн сидела на каменных ступеньках, зажимая кровоточащую рану из живота Саймона. Когда Люсьен исчез из поля зрения, Саймону шестое чувство подсказало идти к Кэролайн. Он даже не успел толком подумать, когда увидел пистолет в руках Касла, направленный на испуганную подругу. Ван дер Бильт заслонил её собой. — Почему ты не надел жилет? Ты серьезно думаешь, что Ван дер Бильты неуязвимые? — глотая слезы, отчитывала его Кэролайн, наблюдая за бледнеющим другом. — Я просто хотел защитить тебя, я же обещал, что с тобой ничего не случиться больше, — еле шевеля губами прошептал парень, пытаясь изобразить улыбку, из его рта, медленно спускаясь по подбородку, выбежала струйка алой крови, парень стал закашливаться, — Кэр, не плачь. Зато я родителями встречусь, — глаза парня закрылись, а Кэролайн почувствовала, как его тело расслабилось, вызывая новый отчаянный вопль из горла девушки, она принялась его лихорадочно трясти. Нейт и Трип не могли поверить, что потеряли брата, Саймон пусть и был всегда холодным и отчужденным, но всё же родным человеком. Они с ужасом представляли, что будет с дедушкой Говардом, когда до него дойдет новость и смерти любимого внука, Европу ждет еще одно кровавое нашествие. Кэтрин не долго думала, сорвалась со своего места, падая на колени рядом Саймоном, оттолкнув в сторону истерящую подругу, уложив парня на ровную поверхность, она стала проводить сердечно-легочную реанимацию. — Элайджа, вызови скорую! — рявкнула мужу Кэтрин, между компрессиями. Кэролайн будто вышла из оцепенения, она резко поднялась на ноги и подняв с пола пистолет направила на Люсьена, ее глаза буквально полыхали гневом. — Кэролайн, не уподобляйся ему! — осторожно начал Нейт. — Давай, Кэролайн, ты же хочешь этого, — подначивал её Касл, понимая, что смерть лучший выход из сложившейся ситуации. — Я очень хочу, — Сент-Джон сняла предохранитель, следующим движением собираясь спустить курок. — Кэр, — Трип привлек её внимание, закатав рукав рубашки. — «Перед тем как мстить — вырой две могилы», — прочитала женщина, татуировку Ван дер Бильта. — Ты не убийца, он получит своё наказание. Поверь, убийцей жить трудно. Женщина медленно опустила пистолет, она наклонилась к Люсьену, взяв окровавленной рукой мужчину за лицо, прошептала на ухо: — Молись, чтобы он выжил, я твою жизнь превращу в Ад, ты будешь умолять лишить тебя жизни, но я не окажу тебе такую услугу. Катерине удалось завести сердце парня, у него появился слабый пульс, она понимала, если остановится, то жизнь Саймона прервется. Скорая приехала через 20 минут, вместе с полицией, которая сразу забрала Касла. Как только бригада реаниматологов приняли парня из рук Кэтрин, девушка, абсолютно выбившаяся из сил, упала на каменное крыльцо. — Трип, поехали! — скомандовала Кэролайн, вытирая непрекращающиеся слезы испачканной рукой, размазывая кровь Саймона по лицу. — Кэр, может умоешься, — предложил Нейт. — Не беси меня, в больницу. Или вы хотите, чтобы я за руль села. — Да, мамочка, ну, ты и редкостная сука, — выдавила из себя Ребекка, наблюдая как на мать надевают наручники. — Кто-нибудь поедет с ней? — спросил офицер, но никто из родственников Эстер не соизволил даже взглянуть на нее. Тем временем у Кэролайн дома никто даже не подозревал какие страсти творятся на другом конце города. Элизабет жадно поглощала воду, встав на весы девушка обнаружила лишние килограммы, поэтому попросила Себастина помочь ей похудеть. Для неспортивной Лиззи такие нагрузки были запредельными, он будто готовил её на олимпиаду. Отдышавшись, она обессиленная приземлилась на стул, закидывая ноги на обеденный стол, за которым сидела только Брук. — Что-то ты сегодня больно задумчивая? — поинтересовалась Элизабет у девушки брата. — Как думаешь, Истон может быть со мной из жалости? — задала волнующий вопрос Брук. — Чего? — Элизабет даже села нормально, настолько она была потрясена, — если разобраться мой брат истинный джентльмен, но он никогда не будет ничего делать, если не хочет. А к чему ты это? — Он меня не хочет! — обреченно произнесла девушка, закрывая раскрасневшееся лицо руками. — Чем дальше, тем интереснее, — сделала резюме Лиз, с одной стороны ей совсем не хотелось слушать о половой жизни брата, но с другой ей жалко Брук, — как ты пришла к такому выводу? — Мы уже два месяца почти вместе, а секса у нас так и не было. — Подожди, но ты же сегодня ночевала у нас дома. — Да. Мы посмотрели фильм и легли спать, он на диван — я на кровать. — Может мой брат импотент? — высказала предположение Лиз. — Поверь нет, — еще больше смутилась девушка, вспоминая все неловкие моменты, когда, прижавшись к Исту, чувствовала его возбужденный член. — Я даже не знаю, чем могу тебе помочь. У него были отношения только с Каей, потом интрижка одноразовая, после которой его мама взгрела. Он всегда был деликатен к девушкам. — Но я уже скоро сгорю. Я спокойно на работу ходить не могу в это скопление тестостерона. — Так может ты ему об этом скажешь? — Ни в коем случае, тогда он подумает, что я озабоченная. Понимаешь, для меня такой формат тоже в новинку. С Зейдом мы никуда не ходили, только спали. А с Истом всё наоборот. — Знаешь, что я точно поняла в своих бесконечных скитаниях среди парней, то что в отношениях нужно разговаривать. А теперь не будешь ли ты любезна подбросить меня на учебу? — Конечно. Элизабет быстро переоделась, поцеловала на прощание проснувшегося папаРи, который опять пол ночи писал книгу. Но стоило ей открыть дверь, как к ее ногам упал огромный венок с черной лентой — «Покойся с миром, Кэролайн.» — Что за чёрт? — возмутилась Элизабет, отбрасывая глупый розыгрыш в сторону. — Лиз, — аккуратно позвала девушку Брук, протягивая телефон, со статьей о смерти Кэролайн Сент-Джон. Лоренцо устало перебирал ногами, поднимаясь по ступенькам. За ночь он сильно вымотался, сбивая ноги в поисках супруги, но без успешно. Из состояния зомби его вывел истошный крик дочери. Мужчина ускорил шаг, перепрыгивая через несколько ступенек. Он обнаружил Элизабет сидящей на площадке, рыдающей в объятиях, на её крик прибежал и Рик и близнецами. — Лиззи, малышка, что произошло? — упав перед дочерью на колени, забеспокоился мужчина. Лиз на вопрос отца лишь пнула венок к нему, а Брук протянула телефон. — Быть этого не может, — безжизненно прошептал мужчина, скатившись по стене, в транс ему не дал уйти завибрировавший телефон, — да? — даже не посмотрев на абонента, мужчина принял вызов. — Лоренцо, мы в больнице приезжай, я тебе адрес скину смс, — быстро проговорил Трип. — Трип, подожди, с Кэролайн всё хорошо? — Относительно, приезжай. — Так я в больницу. — Я с тобой! — пришла в себя Лиз, подскочив на ноги. — Я один, всем ждать дома, как только что-то выясню, сразу наберу. Лоренцо неся на всей скорости в назначенное место, ни разу не остановившись на светофоре и не пропустив никого, она создал максимально аварийную ситуацию на дороге, но ему плевать на чужие жизни, даже на свою собственную. Для него важна только Кэролайн. Припарковавшись на тротуаре возле больницы, кажется, он даже одним колесом заехал в клумбу. Мужчина облегченно выдохнул, когда обнаружил свою супругу сидящей на полу, обнимающей себя, возле двери операционной, правда она была вся в крови и явно чужой. На смену страху пришел гнев, он места себе не находит. По всему информационному полю гуляет информация, что она мертва, а она даже минуты не нашла набрать мужу и сказать, что жива. Ослепленный яростью Сент-Джон подошел к Кэролайн и поставил ее на ноги, пригвоздив к стенке, вызвав испуг у Кэролайн. — Ты решила оправдать цвет своих волос? Когда-нибудь ты научишься пользоваться своей очаровательной головкой? — мужчина лихорадочно тряс жену за плечи, игнорирую текущие по щекам слезы. — Я хотела защитить тебя, — оправдывалась девушка. — Я должен тебя защищать. Я взял тебя замуж, а не наоборот. Прекрати строить из себя Wonder Woman! Я устал терять дорогих мне людей, а ты усердно пытаешься залезть в могилу. Может тебе уже помочь ее выкопать?! Я с твоим образом жизни точно в скором времени окажусь на кладбище. Куда ты опять ввязалась? Ты в курсе, что по всему интернету гуляет информация, что ты умерла. Наши дети дома в панике и неизвестности. Почему ты думаешь только о себе? — Прости меня, — Кэролайн разрыдалась с новой силой, крепко прижавшись к мужу, — ты прав во всём. Меня с детства учили быть сильной и независимой, я так к этому привыкла, что решила, что мне всё под силу, но я очень сильно ошибалась. Я просто боялась потерять тебя, знала, если ты окунешься в прошлое мамы, тебя засосет. — Кэролайн, я ничего не понимаю, при чем здесь моя мама? И чья на тебе кровь? — перебирая волосы супруги, нежно обнимал её Энзо. — Я всё тебе расскажу, — тяжело вздохнув, Кэролайн присела на диванчик, приглашая рядом сесть озадаченного Энзо. Лоренцо сидел, опустив голову вниз и закрыв её руками, с трудом переваривая полученную информацию. Всё это время убийца его матери был рядом, а он даже не догадывался. Адалинда Сент-Джон стала просто пешкой в игре Эстер Майклсон. Ненависть к этой семье выросла многократно. Как же он жаждал причинить страдания этим людям. Но вспомнив один из последних разговоров с мамой, мужчина в раз остыл.

— Мама, как ты можешь спокойно сидеть, когда твою работу наглым образом присвоили себе? — возмущался Лоренцо, расхаживая перед абсолютно спокойной мамой. — Милый, это точно моя не последняя награда, а для Джона может это последний шанс, — не отрываясь от монитора, ответила сыну Адалинда. — Этого нельзя так просто оставлять! — Что ты предлагаешь? — закрыв ноутбук, женщина обратила свой взгляд на сына. — Мстить! — смело заявил Лоренцо. — Лоренцо, мальчик мой. Ты еще слишком юн, в тебе играет дух максимализма. Запомни раз и навсегда: «Перед тем как мстить — вырой две могилы.». — Это Говард сказал? — задумавшись, предположил парень. — Конфуций, — просто ответила Ади, — но я бы высекла ее на лбу каждого Ван дер Бильта. Они помешаны на чувстве мести, буквально ослеплены им, — недовольно бурчала Миссис Сент-Джон. — Значит, просто сидеть и смотреть как Джон утопает в лучах украденной славы? — Энзо, плохого человека всегда найдет кара. Ладно, мне пора лететь в Амстердам, встретимся в Хэмптоне, — нежно поцеловав сына в щеку, женщина встала со своего уютного места. — Мама, а почему тетя Далия никогда не приезжает к нам в гости? — задал давно интересующий вопрос Лоренцо. — Она не любит Париж, — лаконично ответила ему мама.

— Как же я был слеп и глуп, — причитал Энзо. — Энзо, ты ничего не мог изменить, ты бы не спас маму, — успокаивала его женщина. — Нет, я наблюдал мамино расследование по поводу смерти дяди Франциска, я ведь его помню, он всегда играл со мной. Мама ни дня не верила, что он мог убить Антуанетту. Она постоянно летала к Далии, копала под старшего Касла. Ты бы знала, как она была против моей дружбы с Люсьеном. А я ничего не понимал. Но почему ты мне раньше не рассказала? — У детей должен был остаться хотя бы один родитель. Я боялась тебя потерять. — Кэролайн, его ввели в искусственную кому, — прервал откровенности супругов подошедший Трип. — Это же хорошо? — предположил Лоренцо? — Это конец, — обреченно произнесла девушка, вспоминая разговор с бывшей подругой.

— Вау, Кэтрин, ты выглядишь хуже чем обычно, — подметила Кэролайн, встретив подошедшую подругу озадаченным взглядом. — Чувствую себя еще хуже, — буквально падая в кресло, ответила Кэтрин, — не смена, а сплошной ужас. Двое умерли, у одного аневризма лопнула, а троих пришлось ввести в искусственную кому. — Я читала, что искусственная кома это же хорошо, новый метод лечения. — Кэролайн, это замедление неизбежного. Человека вводят в искусственную кому, чтобы замедлить процессы, когда терапия бесполезна. Вероятность выздоровления меньше процента.

— Доктор, — Кэролайн остановила вышедшего из операционной врача, — может что-то можно сделать? Деньги вообще не проблема. — Миссис Сент-Джон, мне очень жаль, но мы сделали всё что в рамках вашей страховки. Больше мы не в праве помочь Мистеру Ван дер Бильту. — В рамках страховки? Вы издеваетесь? — еще чуть-чуть и Кэролайн перейдет в своем крике на запредельные децибелы. — Увы, он не является гражданином Америки. У нас связаны руки. — Нет, я не сдамся. Если в прогнившей Америке отказывают, в Тель-Авиве ему помогут. — Вы его не довезете! — попытался вразумить обезумевшую женщину врач. — Так сделайте так, чтобы довезла! — рявкнула Кэролайн, — Энзо, дай мне телефон, — приказала мужу женщина. — Решила детям наконец-то позвонить? — Нет, я переступлю через свою гордость, — Кэролайн набрала номер и стала ждать ответ.

— Лоренцо, что-то срочное? У нас глубокая ночь, — сонно пробормотал Говард.

— А я думала зло не дремлет!

— Кэролайн? — искренне удивился мужчина, — я думал, что ты со мной не разговариваешь.

— А я думала, ты человек чести. Мы оба ошибались. Слушай меня внимательно. Ты был конченным мудаком все эти годы, и отправил на тот свет совершенно невиновного человека. Из-за твоей ошибки много лет назад, моя семья оказалась в глубокой жопе. И сейчас я звоню тебе из больницы Лос-Анджелеса, где в операционной, в коме находится твой единственный внук. Он заслонил меня. Я везу его в Тель-Авив, если тебе интересно.

— Кто? — абсолютно чужим голосом произнес Ван дер Бильт.

— Люсьен Касл! Неожиданно правда? А особенно интересно будет тебе узнать, если я скажу, что убийство членов твоей семьи у него в крови.

— Ты хочешь сказать…

— Да, его отец убил Антуанетту и Эммануэля. Живи с этим, — женщина тяжело дыша сбросила вызов. — Ты понимаешь, что дедушка его убьет? — напомнил Кэролайн о скверном характере Говарда Натаниэль. — Я рассчитываю на его бурную фантазию. Проследите, чтобы Саймона снарядили по полной в дорогу, а у меня еще одно дело есть. — Мы наконец-то поедем к перепуганным детям? — предположил Энзо. — Энзо, прости, но я не знаю как смотреть им в глаза, поэтому объяснишь им всё за меня? — Что? Ты опять сбегаешь? — возмущался Сент-Джон, стараясь не отставать от супруги ни на шаг. — Я сейчас очень ужасный родитель. Помоги мне. — Хорошо, но раз мы не домой, то куда? — открывая перед Кэролайн дверь, спросил мужчина. — В офис, пора избавить наша компанию от беглых, трусливых крыс. — Я опять перестал тебя понимать. Работники «St.John inc.» были озадачены срочным сбором в актовом зале, но еще больше их пугал внешний вид хозяйки компании, она сидела на сцене в кресле в окровавленной и грязной одежде, пока Лоренцо пытался салфетками отмыть хотя бы личико жены, но она лишь отмахивалась. Кэролайн совершенно было плевать как выглядит, она хотела только уничтожить всех участников планов Люсьена. А когда по залу стали разноситься звуки приходящих сообщений, на ее лице расцвела блаженная улыбка. — Уважаемые твари и предатели, кому пришла платежка, вы уволены, в ваших услугах мы больше не нуждаемся, — выдала Кэролайн, отчего Энзо даже подавился, такая грубость не свойственна его жене. — А на каком основании? — выкрикнул кто-то. — За предательство, шпионаж, измену, выбирайте любую формулировку. Ах, да, чуть не забыла ваши хозяева — Люсьен и Эстер уже примеряют потрясающие хлопковые костюмы оранжевого цвета. А бизнес Мистера Касла теперь мой, и должны вы тоже мне. Месяц вам, чтобы рассчитаться. И даже не надейтесь найти работу по специальности. — Мстить плохо, любимая, — напомнил супруге Лоренцо. — Это не месть, а справедливость. Энзо, мне уже пора в аэропорт. — Когда ты вернешься? — грустно спросил мужчина, поглаживая большим пальцем щеку супруги. — Хотелось бы никогда, но к выпускному близнецов обещаю быть, — Кэролайн запечатлела на щеке мужа поцелуй и поспешила на улицу. — Мда, и как же мне теперь разгрести весь хаос, который ты посеяла, дорогая? — задал риторически вопрос в воздух Энзо, наблюдаю уволенных людей, которые в слезах, падая в ноги, пытались вымолить прощение. Кэролайн устало откинулась на спинку кресла самолета, в иллюминатор наблюдая как удаляется её родной город, который приносит одни страдания. У них с Энзо умные и понимающие дети, они обязательно поймут эгоистичную трусиху-мать, которая заставила их переживать, не удосужившись даже позвонить. Благо, что Кэролайн окружали надежные, преданные люди, она не ошиблась, когда в тот роковой вечер 20 лет назад пришла к Энзо. Он стал прекрасным отцом, успешным бизнесменом, все эти годы, как бы она не сопротивлялась, но была именно ЗА МУЖЕМ. Она уже взрослая девочка, пора жить своей жизнью, без чужой опоры рядом.

***

Для Кэролайн и Ван дер Бильтов уже пошли вторые сутки на ногах, они успешно прилетели в Тель-Авив, доставили Саймона в больницу. Теперь всё в руках местных светил медицины. — Кэролайн, я хочу вывести его из комы, попробовать бороться за его жизнь в сознании, — после ряда обследований, сделал заключение доктор. — Хорошо, я тебе полностью доверяю, — заверила его вымотанная женщина. — Но есть проблема. Нужно согласие родственников на данную манипуляцию. — Я ему почти семья, я даю согласие. — Кэр, ты на бумаге ему никто. — Хорошо. Здесь его братья. — Слушай, они Саймону седьмая вода на киселе. — Неправда. Они получается, — Кэролайн всерьез задумалась, вспоминая родственные связи семьи Ван дер Бильт, — дети дочери единокровного брата Говарда. — Нужен Говард. -Увы, он уже вне зоны досягаемости, окунувшись в мщение, — Кэролайн уже 10 раз пожалела о звонке в Париж. — Он не женат? — предположил доктор. — Нет. Может еще какие-нибудь варианты есть? — Я подумаю. А ты помойся, прошу тебя, — буквально умолял старый друг женщину, которая уже и забыла о своём внешнем виде, — и сходи к дочери, она делает большие успехи. — Хорошо, но держи меня в курсе. — Разумеется. Ромильда каждый день навещала Адалинду в больнице, она поражалась стойкости этой девушки. Было видно как ей больно и тяжело вставать на ноги, но она не сдавалась и всё равно делала свои первые шаги. Роми могла часами болтать с девушкой, юная Сент-Джон очень хороший слушатель. Вообще она изменилась за год, стала более женственной. Попрощавшись с девушкой, Ромильда в коридоре заметила знакомый затылок Трипа Ван дер Бильта. Мужчин этой семьи итальянка узнает из тысячи. — Трип, ты приехал к Ади? — лучезарно улыбаясь, поинтересовалась женщина, подмечая напряженный вид парня. — Нет, я здесь с Саймоном, — как гром сред ясного небо, прозвучали эти слова в голове Роми, она старалась сохранить безразличие, но её сердце уже ускорило ритм. — А что с ним? — Словил пулю, которая предназначалась Кэролайн. — Господи, она в порядке? Что у вас там происходит? — Роми, без обид, но тебя это не касается. Дела семейные. — Точно, извини. Я пойду, — Ромильда поспешила уйти от Трипа, дождавшись, пока парень уйдет в палату подруги, девушка одолжила висящий неподалеку медицинский халат, надела на себя и зашла в палату Саймона. Девушка прикрыла рот рукой, чтобы не взвыть в слух. Он ужасно выглядел очень бледный, почти мертвецки бледный, куча трубочек, монотонный писк аппаратов действовал на нервы, нагнетая обстановку, — Любовь моя, я пообещала себе не думать о тебе, забыть всё что было, но я не могу. Саймон, я бросила Пауля. Я не прошу тебя быть со мной, просто живи, хорошо? — Хрена себе, — воскликнула Кэролайн, замерев в дверях палаты, уже в чистой одежде, — Ты. Он. Вы. — Не могла подобрать слово женщина. — Тише, Кэролайн, ты привлечешь внимание, — затащила подругу в палату, плотно закрыв за ней дверь, — Да, мы с Саймоном любим друг друга. — Ты же собиралась выйти замуж за Пауля! — И это мне говорит женщина, которая 20 лет живет с нелюбимым человеком. — Да, ты права не мне судить. Роми, ты можешь спасти жизнь Саймону. — Каким образом? У меня нет медицинского образования. — Оно и не нужно. Я сейчас, — Кэролайн отсутствовала около 15 минут, а вернулась вместе с главным врачом, — вот, я решила нашу проблему. — Какую? Ты предлагаешь заказать пошив новой униформы Мисс Аль? — Нет. Я предлагаю сделать её Миссис Ван дер Бильт. — Что? — хором возмутились «невеста» и врач. — Я знаю, что главный врач имеет право обручить в стенах больницы, если один из брачующихся находится на грани смерти. Вперед, Ромильда даст разрешение на все манипуляции с мужем. — Кэролайн, ты обезумела? — сквозь зубы процедила женщина. — То есть ни я один это заметил? — Господи, просто сделайте это. Я не могу дать Саймону умереть. И ты Ромильда тоже. — Я согласна, — перебила подругу Роми, нежно взяв Саймона за руку. — Сент-Джон, я не перестаю тобой поражаться. — Жени давай, — прикрикнула Сент-Джон, опускаясь в кресло, невольно погружаясь в сон.

***

В семье Майклсон каждый был погружен в свои мысли, не желая высказываться вслух. Фрея совершенно не знала, как ей жить дальше, она осталась совершенно одна, в погоне за похвалой родителей и статусом идеального ребенка. Потеряв Стефана, она поняла, что любит его по настоящему. Нужно было стать хорошей женой, а не примерной дочерью. Финн думал, что скажет Сейдж, как будет вымаливать прощение. Как ни странно с арестом матери в его жизнь пришло чувство свободы. Элайджа был абсолютно потерян, он всегда слепо верил маме, считал её великой женщиной. Она объединял семью с их непростыми характерами. А оказалось, что всё сплошной обман. Кэтрин всерьез задумалась о кардинальном изменении своей жизни. Колу было плевать абсолютно на родителей, компанию, ему нужно попасть во Францию к Давине, но с делами его мамаши заслужить прощение стало еще тяжелее. Их молчаливый, удручающий завтрак вероломно прервали. — Господа нищие, покиньте, пожалуйста жилую площадь, — широко улыбаясь, радостно произнес Деймон. — Дей, о чем ты? — устало закатил глаза Элайджа, наблюдая как в дом проходят люди в форме. — Я выполняю приказ руководства, Елена сейчас у вас в фирме делает тоже самое, это же теперь всё принадлежит семье «St.John inc.», а хозяйка очень просила, чтобы вас здесь не было. Она итак поступила милосердно, дав время вам до утра собрать вещи. — Элайджа! Кэтрин! — в дом ворвался взбешенный Никлаус, — нас какие-то пингвины из дома выгнали. Деймон? — На ловца и зверь как говориться. Никлаус Майклсон, смею сообщить, вы уволены из ассоциации хоккея, — Деймон вытащил из портфеля лист А4. — Какого хрена? — вырвав из рук бывшего друга документ, Клаус несколько раз перечитал его содержимое. — Как оказалось ты свое место получил через взятку должностному лицу. Этот чудесный человек уже дает показания, а тебя выкинули. И, как ты понимаешь, в НХЛ тебя вряд ли возьмут, да и насчет АХЛ я сомневаюсь. — По милости Кэролайн? — сквозь зубы процедил мужчина. — Нет, никто не хочет иметь дело с обманщиком и предателем. Твой поступок на игре «Королей» с «Питсбургом» сильно запомнился. — Я хочу поговорить с ней. Пора заканчивать её беспредел всевластия. — Хорошо, я передам Тине, чтобы она записала тебя на прием к Мистеру Сент-Джону. — Ты меня не понял, я хочу говорить с Кэролайн, — рявкнул Клаус, выходя из себя. — Поясняю для недалеких. Кэролайн улетела и возвращаться не планирует. Все её обязанности перешли к законному супругу. — Как улетела? — мужчину шокировала полученная новость. — На самолете. — Деймон, а где ты прикажешь нам жить? — спросил Элайджа. — Хм, меня это не волнует. — Моя квартира в городе есть в твоём списке конфискации? — устало поинтересовался Клаус. — Нет, — итальянец быстро пробежал глазами по списку имущества. — Ник, я не вернусь в твою берлогу разврата! — возмутилась Хейли. — Как скажешь, дорогая, можешь под мостом пожить, — сквозь зубы процедил Майклсон. — Кэтрин, — смягчившись Деймон обратился к сестре своей жены, — наш дом открыт для тебя, — мужчина вытащил из кармана связку ключей, — но без твоей семьи. — Она простила меня? — в глазах брюнетки заблестели слезы. — Она сказала, что Бог тебя уже достаточно наказал. — Я согласна, — девушка дрожащей рукой взяла ключи с ладони Деймона. — Катерина, что это значит? — возмутился её супруг. — Элайджа, я устала от твоей семьи. Она уничтожила меня, я очень сильно обидела дорогих мне людей. Я развожусь с тобой, — Кэтрин сняла с пальца кольцо и положила на журнальный столик. — А как же «и в горе и в радости»? — Ты что-то не особо соблюдал свою клятву. Прощай, Майклсон. Деймон, а я могу увидеться с мальчиками? — Увы, Кэт, но судебный запрет в силе. — А можно его как-то снять? — Если только Кэролайн отзовет своё прошение. — Господи, мне столько нужно исправить. — Она отойдет. Только дай ей время. Сейчас к ней лучше не подходить. — Как Саймон? — Тяжко. Я недавно разговаривал с Трипом, его вывели из комы и сразу получили остановку сердца. Но я верю в своего доктора. Элайджа сжимал в руке оставленной супругой кольцо и не мог поверить, что упустил её. Она терпела его больную преданность матери, простила измену, приняла решение об аборте ради него, но чаша терпения переполнилась. — Мне нужно к Энзо! — резко засобирался Кол. — Ты сумасшедший? Он с тобой говорить не станет, — попытался вразумить его старший брат. — Он мягче Кэролайн, я хотя бы попробую. Не ныть же мне из-за потери бабок, как вы. — А мне в аэропорт пора, — привлек к себе внимание Финн. — Ты тоже уходишь? — возмутился Элайджа, — а как же «всегда и навечно»? Сейчас мы как никогда должны сплотиться. Мы семья! — Ой, Эл, прекрати. Нет никакой семьи и никогда не было. Вон, Ник, вообще не Майклсон. Поэтому с освобождением, дай Бог свидимся, — отсалютовал рукой младший Майклсон. — А ты куда подашься? — К сестренке напрошусь. Вот так и распалась великая семья Майклсон. Финн улетел к любимой женщине, Фрея вернулась в Нью-Йорк, Никлаус с семьей в старую квартиру, прихватив с собой Элайджу, Кол переехал к Ребекке, которая также приютила отца. На страхе и угрозах не выстроить крепкие семейные узы, как бы не старалась Эстер детей нужно было просто любить.

***

В офисе «St.John inc.» творился настоящий дурдом, толпа уволенных сотрудников продолжала насаждать Энзо, умоляя простить. А мужчина пытался разобраться с новыми активами, нужно признать Касл совершенно не умеет вести бухгалтерию. Такой бардак в документах он давно не видел. Спрятавшись в одном из конференц-залов Энзо пытался навести порядок. Но отчаянные крики Тины в коридоре, заставили мужчину отвлечься. В холле Тина отчаянно защищала турникеты от проникновения Кола Майклсона, который отчаянно хотел попасть внутрь. Рядом с ним терпеливо стоял его отец, опираясь на трость, кажется он постарел на несколько лет за прошедшие сутки. — Тина, дорогая, может тебя перевести в отдел безопасности? — насмехаясь подошел ближе к заварушке Лоренцо. — Можешь просто прибавить мне жалование за дополнительные услуги. Майклсон! — девушка со своей силы ударила парня по рукам папкой, — я сказала, ты в черном списке, как и вся твоя семья. Проваливай. — Я не уйду. Лоренцо! — окликнул бывшего друга Кол. — Кол, от твоего крика уже мне плохо. Если ты решил, что Ван дер Бильты тебе больше не опасны, разочарую. Пусть Трип и Нейт улетели, но их люди остались в городе. Уходи, пока в больнице не оказался, — Энзо уже собирался вернуться к своим делам, но его окликнул Майкл. — Лоренцо, прошу, удели мне время. — Мистер Майклсон, при всём уважении к вам. У меня нет желания разговаривать с кем-либо из вашей семьи. — Я не за себя прошу, а за людей, которые много лет трудились верой и правдой в моей компании. Точнее как оказалось не в моей. Они же не виноваты. Елена мне сказала, что ты хочешь продать компанию по частям. — Так более выгодно, — безэмоционально ответил парень. — Ты же хороший парень, грамотный руководитель. Давай обсудим другие пути. — Тина, пропусти их, — сдался Лоренцо. — Но Кэролайн сказала, — попыталась вразумить друга девушка. — Что полностью мне доверяет. Тина скривила недовольное лицо, но открыла турникет, пропуская мужчина. — Я вас слушаю, — откинувшись на спинку кресла, Лоренцо расслабил галстук. — Я принес тебе отчет по продажам за прошлый год, цифры весьма впечатляющие. У нас множество международных контрактов, в НХЛ больше половины клубов используют наш инвентарь. — Я всё это уже видел. Еще что-нибудь? — грубо перебил мужчину Энзо. — Тогда почему ты хочешь продать компанию, да еще и по частям? — Просто хочу, считайте это прихоть охреневшего, зажравшегося подонка. — Лоренцо, ты же не такой. Я помню твою маму, она была человеком чести, правдорубкой. — Именно за эти качества её и убили. Если бы не её статья о вас, она была бы жива. — Но она меня подтолкнула взяться за ум. — Только ваша супруга решила по-другому. Всё, уходите. — Энзо, Эстер и Люсьен поплатятся за свои поступки, но другие люди не при чем. Одумайся, ненависть затуманила тебе рассудок. — Прекратите, вы все косвенно виновны, вся ваша семья сделала больно моей. — Так может пора прекратить эту поруку мщения. Именно с мести всё и началось. — Ладно. Я согласен, — сдался Сент-Джон, — но у меня будет условие. — Всё что угодно. — Вы займете место генерального директора. Как я уже говорил ранее, я ни черта не понимаю в хоккее. И название мы сменим. — Договорились. — Энзо, а можно меня тоже выслушать? — вступил в разговор младший Майклсон. — Ответ — нет. Давина не хочет тебя видеть. — Но можно мне хотя бы шанс всё ей объяснить. — Что ты хочешь ей объяснить? Что сначала выполнял мамино поручение, а потом неожиданно влюбился по-настоящему. — Да, а откуда ты знаешь? — Кол, я тебя умоляю. Мы в Лос-Анджелесе. Типичный сценарий для Голливуда. Уходи. Мне нужно работать. — А если я тебе помогу всё это разобрать? Я правда люблю её. — Ты понимаешь экономику? — скептически отнесся к заявлению парня Энзо. — У меня второе высшее экономическое, — гордо заявил Кол. — Хорошо, если ты поможешь мне разгрести дела, которые великодушно мне оставила супруга, так уж и быть, я помогу тебе. — Супер. — Иди к Тине, она выпишет тебе пропуск. — Я её побаиваюсь, — серьезно заявил Кол. — Давай, бегом! — поторопил его мужчина, — я должен вернуться к ужину, обещал детям не задерживаться. — Лоренцо, а можно еще вопрос задать? — Валяйте, я похоже слишком мягкосердечный. — Как ты принял чужих детей? — Они для меня не чужие. Все мои, родные. Какая разница кто их зачал. — Как ты к этому пришел? — Я понял. Вы о Никлаусе. — Да. Я совершенно не знаю как относится к нему теперь. — А что изменилось? — Как? Он же не мой сын! — Разве? Вы водили его в школу, помогали делать домашнее задание, помогали делать первые шаги в большом спорте, дарили свою любовь, в конце концов он вас называл «папой». Секрет прост: либо он ваш сын, либо вы отказываетесь от него. У меня нет биологических детей, но я ни за что не променяю выращенных мной человечков. — Спасибо. — Да не за что. Обращайтесь.

***

И Кол не подвел Энзо, Майклсон буквально ночевал в офисе, чтобы разобрать текущие дела. Сент-Джон даже как-то проникся к нему, как и обещал он помог несчастному влюбленному, точнее просто дал вводные, что Давина прилетит на Выпускной близнецов. Катерина на примере свекра пыталась пробиться в сердце Энзо, но мужчина поступил весьма логично, он спросил мнение мальчиков, не против ли они присутствие биологической матери в жизни, но что, разумеется, получил категорический отказ. Кэтрин ушла в глубокую депрессию. Кэролайн, дождавшись позитивных результатов в лечении Саймона, улетела работать, а точнее снимать новые выпуски своего шоу в Австралию. Ван дер Бильт был крайне шокирован, что теперь женат, но он наконец-то сдался в чары обворожительной Ромильды. Будто побывав на грани жизни и смерти, в нём что-то ёкнуло. Единственным условием было — сохранить их отношения, а точнее брак, в строжайшей тайне. Парень даже сам позвонил дедушке — помириться. Мужчина вылетел первым же рейсом в Тель-Авив, забывая о гениальном плане мести. Внук взял с него торжественное слово, что с Люсьеном ничего не случится, хотя ему предлагали весьма красочные варианты расправы. Саймон твердо решил, что пора прервать этот порочный круг кровной мести. А еще он обрадовал дедушку, что согласен возглавить семейный бизнес, ведь Кэролайн его уволила, буквально вынудив принять бразды правления «VDB». Говард наконец-то сможет уйти на заслуженный отдых. Саймон прекрасно будет справляться с официальной частью, а Трип успешно возглавит вторую часть их семейного дела. Но у него оставался один не законченный вопрос, он очень виноват перед ней. Ему никогда не загладить вину, но пусть она хотя бы знает, что он раскаивается. Ван дер Бильт долго не решился позвонить, стоя на пороге дома Далии, набравшись смелости, мужчина нажал на звонок. Как только Далия распахнула дверь, в её глазах застыл страх, но когда Говард опустился на колени, он сменился на негодование. — Пришел закончить начатое? — холодно, пытаясь сохранить выдержку, спросила Далия, невольно поглядывая себе за спину. — Пришел каяться. — Мама! — из коридора выбежал мальчик лет 7, обнимая женщину за талию, — ой, здравствуйте, — мальчик засмущался, — а кто этот дядя? — Старый знакомый. Что ты хотел, мой хороший? — женщина перенесла всё своё внимание на сына. — Тути, опять заставляет смотреть свои мультики про принцесс! — Уступи ей, а вечером ты выберешь мультфильм. Договорились? — Хорошо, — мальчик с приподнятым настроением вернулся в дом. — Тути? — не поверил своим ушам, переспросил Говард. — Говард, я умоляю тебя, встань, соседи невесть что подумают, — поморщившись, попросила женщина, — да, я усыновила 7 лет назад двоих малышей, назвала их Франциск и Антуанетта. Считай меня сумасшедшей, но я давно простила тебя. Ты достаточно намучался в этой жизни, за излишнюю эмоциональность не мне тебя судить. И я не такая мстительная, как моя сестра. К тому же я давно знаю правду, Ади приезжала ко мне практически перед смертью и рассказала о своём расследовании. Тогда я наконец-то выдохнула и зажила свободной жизнью, зная, что любовь всей моей жизни никого не убивал. Но в дом я тебя не приглашу. — Спасибо, Далия, — Ван дер Бильт уже собирался уходить. — Говард, я слышала о Саймоне, что будет с Эстер? — Ничего, суд — обвинение — приговор. — А ты в какое звено этой цепочки вмешаешься? — Ни в какое. Я обещал внуку, что больше никакой мести. — Поверить не могу, ты впрямь изменился. — Далия, буду рад видеть тебя в своём доме. — Я приеду, — искренне улыбнулась женщина, закрывая дверь.

***

Наступил долгожданный день в семье Сент-Джон — выпускной из старшей школы Сойера и Себастина. К ним прилетела вся семья, сюрпризом стала Адалинда в платье на своих двоих стройных ножках, правда она всё еще носила корсет. Себастин весь извертелся, ему было ужасно неудобно в костюме, который почти силой на него надела прабабушка. — Себ, не могу поверить, ты в костюме, так скоро войдешь во вкус, — издевался над братом Истон. — Ага, конечно, я так просто не сдаюсь, — парень распахнул белую мантию и показал брату угольно черные рваные джинсы. — Ууу, если бабуля заметит, тебе крышка, — звонко рассмеялась Элизабет. — Пап, а где мама? — задал вопрос подошедшему отцу Сойер. — Не знаю, сынок, но она обещала быть, — успокаивал сына Энзо. — Кстати, хотел узнать. Лиз и Ист, какого быть самыми глупыми в семье? — вновь издевался Себастин. — Ой, умник, угомонись. Пусть у вас дипломы с отличие, зато мы с Истом красивые, — оперевшись на брата, защитилась Элизабет. — Так, прекратите зудеть, у папочки голова уже болит. Вдруг над площадкой поднялся сильный ветер и шум лопастей, а вскоре показался вертолет, из которого легко выскочила Кэролайн в элегантном платье. — А вот и я, — широко раскинув в стороны руки, поприветствовала свою семью Кэролайн, — как же я по вам всем скучала, — она крепко всех обняла, — простите, что задержалась, я была в Лондоне на приеме у Королевы. — Что ты там делала? — удивился Энзо. — Ничего особенного, меня наградили орденом Святого Михаила и Святого Георгия, а также присвоили титул кавалерственной дамы. — А у меня сегодня утром молоко сбежало, это из последнего, — ерничал Лоренцо. — Энзо, ну, прости, что я почти на месяц пропала, но я звонила. Кстати, сынок поздравляю с кубком Стэнли, весь Йоханнесбург смотрел вашу игру. Я очень тобой горжусь. — Спасибо, мам, жаль ты приехать не смогла, — грустно отметил Истон. — Милый, твоя мама, конечно всесильна, но даже мне не подвластна погода. Ливень утихомирить я не смогла. Себ, я всегда мечтала, чтобы ты просто закончил школу, но красный аттестат это что-то невозможное. — Оказалось, если открывать учебники, то учится становится проще, — ответил Себастин. — Давайте рассаживаться, — предложил Лоренцо. — Я сейчас к вам присоединюсь. Мне нужна Хоуп. — Милая, ты всё же решила отдать ей бумаги о поступлении? — Энзо, она заслуживает это место. В любом случае её пригласили, а что делать с приглашение решать только ей. — Как скажешь, — Лоренцо поднял руки в жесте «сдаюсь» и покинул супругу. Кэролайн не составило особого труда отыскать Хоуп, она стояла в окружении своих родственников, глубоко вздохнув, Сент-Джон пошла в их сторону. — Кэролайн! — кинулась обнимать подругу Ребекка. — Здравствуй, дорогая, — Кэролайн обняла девушку в ответ. — Я знала, что ты не пропустишь Выпускной парней. Как ты? Чем занимаешься? — В-первые за долгое время хорошо. Я полностью погрузилась в творчество, скидывая весь бизнес на Лоренцо, он, конечно, не очень этому рад, но смирился. Я вообще-то к Хоуп. Ромильда просила тебе передать приглашение на обучение в летней школе при Университете Искусств в Милане, с дальнейшим поступлением, — Кэролайн протянула конверт шокированной девушке. — Но я не подавала заявку, — стала отнекиваться девушка. — Мир не без добрых людей, — улыбнувшись, ответил блондинка. — Но я совсем не знаю язык и это другой контенент, — начала сомневаться юная Майклсон. — Хоуп, если тебя это успокоит, то Себастин тоже едет, он в совершенстве знает итальянский. А обучение вообще на английском языке. Прекрати придумать отговорки, если хочешь попробовать свои силы — рискни. — Спасибо. — Кэролайн, можно с тобой поговорить? — робко начала Кэтрин. — Нет. Я не хочу с тобой разговаривать. — Но, пожалуйста. — Катерина, сейчас начнется церемония, я не хочу ничего пропустить, — Кэролайн развернувшись на каблуках, ушла прочь. — Она простит, — попыталась взбодрить женщину Бекка. — Она не умеет. Для Кэролайн Форбс если умер человек, то навсегда, — горько воскликнула Кэтрин, наблюдая как её бабушка обнимает бывшую подругу. А мимо неё Дафни прошла, будто она чужая. — Только ты не учла, что она уже давно не Форбс, — загадочно ответила Ребекка. После торжественной церемонии Кэролайн спускалась с трибуны, но её каблук застрял в прутьях в результате девушка полетела вниз, но была ловко поймана знакомыми руками. — Аккуратнее, — ласково произнес мужчина с британским акцентом. — Спасибо, Ник, — слегка смутившись ответила Кэролайн. — Ты потрясающе выглядишь, — обнажая ямочки сказал Клаус. — Ты тоже ничего. А где Хейли, я её не заметила. — Ей нездоровится, она осталась дома. — Ясно. Ты едешь в ресторан? — задала максимально нейтральный вопрос женщина. — Нет, Хоуп одна. По твоему совету мы решили дать ей больше свободы, я даже отпустил её в Милан. — Достойный поступок. Чем занимаешься? — Я тренирую детскую хоккейную команду. — Я могу поспособствовать твоему возвращению в НХЛ, честно, я не знала, что они заблочат тебя. Хотели выслужиться передо мной. — Я буду тебе очень признателен. — Ник, — аккуратно начала Сент-Джон, мучающий её разговор, — прошло больше месяца с тех неприятных событий. Ты думал о нас? — Да. Мы в прошлом, Кэролайн. Увы, ничего уже не вернуть. У меня счастливая семья с Хейли, мы ждем пополнения. Да и ты вся светишься, пора нам всё это прекратить. — Спасибо за ясность и честность, — сдерживая слезы, женщина больно прикусила нижнюю губу, — позволишь обнять тебя? — Конечно, — Майклсон сам притянул к себе женщину, крепко обнимая, — хорошая получилась история. — Да, только местами очень грустная. Прощай, Ник, — Кэролайн оставила легкий поцелуй на небритой щеки любимого мужчины и поспешила к своими выпускникам. — И зачем? — подкралась со спины Кэтрин, вынудив мужчину вздрогнуть. — У нас нет будущего. Я не могу ей дать то, что она заслуживает. — Идиот, — сделала заключение брюнетка. — Прекрати читать мне морали, ты ничего не знаешь, — взбесившись мужчина покинул общество подруги. — Ошибаешься, Ник, я слишком много знаю.

***

— Энзо, — Кол стоял рядом со столом с закусками, пытаясь завязать разговор с Энзо. — На расстоянии, Кол, не подходи ближе. Не дай Бог, семья узнает, что мы общаемся. Давина здесь — действуй, еще раз она вряд ли прилетит. — Я бы начал, но рядом с ней постоянно Говард. — Он реально отошел от дел, не переживай. — Он реально может меня убить голыми руками. — Здесь мне парировать нечем. Что ты от меня хочешь? — Отвлеки его. — Ты издеваешься? Что я ему скажу? — Энзо, пожалуйста. — Если я пострадаю от твоих игр, я тебя покалечу. — Спасибо. — Говард! — громко окликнул мужчину Энзо, уводя его прочь от брюнетки, неся какую-то чушь про расширение террасы в доме в Париже и сносе забора между участками. — Давина, прошу, дай мне минуту! — начал быстро говорить Кол, встав перед Давиной. — 59, — посмотрев на наручные часы, ответила девушка. — Что 59? — 58. — Ясно. Время уже пошло. Давина, я начал за тобой ухаживать, потому что мама попросила, но я полностью изменил своё мнение после поездки в Сиэтл. Я правда хочу связать свою пропащую жизнь с тобой, я готов ради тебя на всё. Только дай мне еще один шанс. — Время вышло. Проваливай, Майклсон, — от её холодного тона парня пробила дрожь. — Ди, давай начнем с чистого листа. Я готов лететь за тобой хоть на край света. — Не интересно, больше нет. — Я не отступлюсь. — Тогда я значительно замедлю твои бега. Трип, помоги! — отчаянно завопила девушка. — Это не конец! — мужчина поспешил убраться по скорее от приближающегося Ван дер Бильта. Вечеринка уже перевалила за полночь, многие взрослые уже разошлись, но, конечно, не Сент-Джон, у них же семья больших детей. Кэролайн взглянула на часы и увела мужа на улицу, буквально вырывая его из танцующей толпы. — Кэролайн, это моя любимая песня! — канючил мужчина, он поднял взгляд на супругу и напрягся, она смотрела на него безумно влюбленными глазами и широко улыбалась, — ты опять меня пугаешь. — Лоренцо, ты свободен, — Кэролайн нежно провела рукой по щеке мужчины. — В смысле? — Ты свободен от всех обязательств передо мной, — глотая слезы, говорила Кэролайн. — Кэр… — Нет, не надо, — она положила палец на губы мужа, — никто никогда не делал для меня столько, сколько сделал ты. Мы стали родными, но я делаю тебя несчастным, — Кэролайн вложила в руки Энзо папку. — Что это? — Открой, — вытерев выступившие слезы, просто ответил Кэролайн. — «Свидетельство о расторжении брака», — прочитал мужчина вслух, — как ты это провернула без моего участия? — Деньги — величайшая суперспособность. — Кэр, мы ведь не потеряем друг друга? — его голос задрожал, девушка широко улыбаясь отрицательно замотала головой, — я старался, правда. Я хотел дать тебе то, что дать видимо не мог. Я не смог зародить у нас любовь. — Энзо, ты лучший мужчина в моей жизни. Хочешь знать, что думает о любви самый прагматичный человек на Земле? — Конечно. — Любовь — это когда ставишь интересы другого человека выше своих. Ты постоянно это делал. У нас с тобой сильная любовь, пусть и другая. И еще кое-что. Переделывать права собственности было слишком долго, но мы нашли с Сальваторе выход. Теперь твоя подпись приравнивается к моей, ты моё официальное доверенное лицо. Поцелуешь за меня детей, мне всегда тяжело с ними прощаться. К тому же я уже опаздываю на самолет. — Кэр, ты же обещала мне танец, — попытался оттянуть момент расставания мужчина. — Я думаю, тебе будет с кем потанцевать, — загадочно произнесла Кэролайн, обращая внимание на подъездную дорожку, где затормозил черный автомобиль, когда из него вышел пассажир у Энзо перехватило дух. — Но как? — не верил в реальность приближающейся к нему Бонни, спросил Энзо. — Помнишь, я летала в Чикаго.

Бонни как всегда опаздывала на работу, но она себя успокаивала, что Босс не может опоздать. — Бонни, какой пример ты подаешь подчиненным, — сделала ей замечание развалившаяся в её кресле Кэролайн, у мулатки сжалось сердце. — Кэролайн? — почти испуганно прошептала девушка, — что вы здесь делаете? — Брось давай на «ты», мы же почти родня. Если забыла — напомню у тебя были отношения с моим мужем. — Вы приехали разобраться со мной? — Почти. Мне не нравится прошедшее время в формулировки ваших отношений. — Не поняла. — Ты делаешь его счастливым, он заслуживает счастье. — Я не могу быть с ним, — сказала, как отрезала Бонни. — Почему? Потому что боишься, что он не простит тебя за предательство? Что он узнает, что ты использовала его, чтобы разругать нас? Что работала на Люсьена всё это время? Правильно думаешь, но ему об этом никто не скажет, — серьезно заявила Кэролайн. — Откуда ты всё знаешь? — Я очень любопытная и дотошная. — Люсьен всё равно меня не отпустит. — Я прощаю тебе все долги твоего отца. — Но как? — Дам тебе небольшой спойлер. Скоро я завладею активами Люсьена, все его накладные и расписки перейдут ко мне. — Я не одна в вашем окружении, кто работает на Люсьена. — Можешь написать их имена? — Конечно, кого знаю. — Бонни, не будь мной. Будь с любимым человеком, ты же тоже страдаешь без него. — Он не простит. — Да никому нахрен твоя правда не нужна. Ты просто молчи. — А если правда всплывет наружу? — От кого? Люсьен точно никому ничего не скажет, я буду молчать, и ты тоже. — Мне нужно подумать и всё взвесить. — Я скину тебе билет на самолет. — Вы так уверены, что я соглашусь? — Я же тебе уже говорила, мы похожи. Добро пожаловать в семью, — Кэролайн озорно подмигнула девушке.

— Бонни. — с придыханием произнес Энзо. — Энзо, — смущаясь ответила мулатка. — Любви вам и счастья, — Кэролайн соединила им руки и двинулась в сторону машины. — Кэролайн, а как же твоя любовь? — Лоренцо весьма недвусмысленно намекал на Никлауса. — Работа — моя любовь. Увидимся, — Кэролайн села в машину, и она тут же двинулась с места. — Я скучала, Я такая дура. — Это уж точно. Пойдем, я познакомлю тебя со своими детьми. Элизабет стала невольным свидетелем прощания родителей, несомненно она счастлива за отца, но мама, хоть и пыталась держать было видно как ей больно. Тяжело выдохнув она поймала такси, сжимая в сумочки треклятый конверт, который нашла в машине Адалинды еще во время поездки в Париж. Вновь поклявшись, что это последний раз, когда она вмешивается в чужие отношения. Но если разобраться, то письмо ведь адресовано Никлаусу Майклсону, получается она просто почтальон, которые его доставляет. Только вот её мама думает, что этого письма в природе не существует. В любом случае, когда они будут вместе, уже никто и не вспомнит с чего всё началось, по крайней мере на это рассчитывала Лиз. Единственное за что она переживала, так за то что Никлаус продолжает соблюдать спортивный режим и давно спит, но на её удачу свет в окнах горел по всей квартире. — Господи, кто в такое время приперся? — недовольно бурчал Никлаус, пока Элизабет не переставала колотить в дверь, — Элизабет? Неожиданно. Но проходи. — Я не буду. Мне нужно успеть вернуться, пока никто не хватился. Вот, это вам. — Что это? — Клаус скептически осмотрел протянутый конверт. — Письмо, мама написала. — Но почему она сама его не отдала? — Она не знает, что оно существует. — В каком смысле? — окончательно запутался мужчина. — Она вам его написала под Новый Год, а потом сожгла, Ади вытащила его из камина, а я теперь отдаю. — Может мне не стоит знать его содержимое? — Это уже вам решить. Моё дело передать, я думаю прежняя Ади хотела это сделать. До свидания, Мистер Майклсон. Закрыв дверь за ночной гостьей, Клаус горько усмехнулся. Он резко почувствовал себя в 18 веке. Жена, точнее уже бывшая жена оставила ему письмо, не решаясь сознаться в обмане. Хейли уехала в Новый Орлеан практически сразу по возвращении в старую квартиру, оставив лишь письмо, в котором рассказывала, что ребенок не Ника и даже не Элайджи, а её первого парня, с которым он пересеклась на свадьбе подруги. Вспыхнули старые чувства, и как результат ребенок и желание быть вместе. Клаус почти безразлично воспринял эту новость, ему было больно за Хоуп, которую бросила мать, скинув лишь СМС: «С отцом тебе будет лучше. Ты поймешь с возрастом мой поступок. Я начинаю новую жизнь. Без Майклсонов.» Удобно устроившись в кресле, мужчина распечатал конверт.

Мой самый лучший период жизни, моя единственная любовь! Сегодня я снова проснулась с мыслью о тебе. Как у тебя? Глупый вопрос, не правда ли? Но с него всегда начинают, когда не могут начать. Особенно тяжко, когда сложно расстались. Хотя мы с тобой скорее непонятно. Я объездила весь мир, всё это время нарочно игнорируя Америку, боясь встретить тебя. Боясь твоей реакции на моё возвращение. Честно? Я не ждала, что ты вообще со мной заговоришь, после моего побега с Энзо. Услышав твой голос, тогда в раздевалке, спустя почти двадцать лет, меня пробила дрожь. Только ты способен управлять моим телом лишь тембром своего голоса. Знаешь, ты же совсем не изменился, всё так же шутишь, смеёшься, обнажая идеально симметричные ямочки, но увы, уже не мне. Ты не представляешь, как я скучала, как тяжело мне было смотреть на Истона и Адалинду и буквально видеть в них тебя. Какое-то время и питала себя надеждой, что ты приедешь к нам, но этого не произошло, и я перестала ждать. Я поняла, что ты забыл меня, выкинул из памяти, ведь вы с Хейли всегда мелькали красивой, счастливой парой. Каждый раз смотря на вас, я задала немой вопрос тебе: «Ты её любишь также сильно как меня?». Наша недолгая сказка, возродившаяся на несколько непонятных месяцев, вдохнула в меня новую жизнь. Но и отобрал её очень жестоко, ничего не объяснив. У меня даже были мысли выйти прям из самолета, мне жить не хотелось. Если бы ты просто поговорил со мной, объяснил причину. Не давая возможности её надумать. Да, я узнала, почему вы с Хейли разошлись. Ваша история с Элайджей повторилась, комично не правда ли? Ты постоянно боялся, что он заберет меня, но ты вновь ошибся. Ты же вернулся к ней? Правда? Но если я тебе не нужна, тогда почему я должна за тебя цепляться? Вот и мы расстаемся с тобой, ты моя самая главная потеря. Но никто из нас с тобой не виноват, что так произошло. Мы любим друг друга. Но как-то неправильно. Наверное я сойду с ума скоро, если ещё это не сделала. И вот он результат, я не могу с тобой, не могу без тебя. Хочу с тобой, но нельзя. Миновала стадия безупречной любви. Мне правда очень жаль. Но я любила тебя как умела, как могла. Но я не знаю как мне быть. Как всё скорее забыть? Правда сердце не обманешь, оно болит. Жаль, что всё уходит навсегда. Мне так хочется сейчас вопить: «Вернись, мой сумасшедший мальчик.». Но увы, НАМ больше не быть уже никогда. Но пообещай хоть иногда, но вспоминай меня. Пришло наше время. Я не забуду тебя никогда, Мой Родной. Твоя чужая я.

Никлаус, закончив читать, бросил письмо в камин, где оно должно было давно оказаться. У них всё кончено. Хватит с них этих американских горок.

***

Прошло две недели с выпускного Хоуп, а она уже упорхнула из родительского гнезда, на встречу приключениям в Милане. Никлаус, слушая классическую музыку, пытался сосредоточиться на холсте и отвлечься от надоедливых мыслей, как его малышка долетит. По его меркам, она уже должна лететь над океаном. Только Майклсон собирался сделать мазок, как в его студию ворвалась кудрявая бестия. Никлаус недовольно закатил глаза, десять раз пожалев, что дал Кэтрин ключи в своё время. — Чем обязан столь раннему визиту? — даже не обернувшись на гостью, безразлично ответил мужчина. — Исправляю ошибки прошлого, — смело заявила девушка, по-хозяйски развалившись в кожаном в кресле. — Можно конкретики по больше? — Для начала растопчу твоё профессиональное Эго, а следом и мужское. — Смелое заявление, я заинтригован, — развернувшись к девушке, мужчину приготовился внимательно слушать. — Ты никто без Кэролайн! — Вау. Я, конечно, понимаю, что ты её лучшая подруга, но напомню в прошедшем времени. — Нужно было тебе рассказать всё давным-давно. Слушай.

— Кэролайн, я не хочу пялиться как 12 вонючих, потных мужиков гоняются за шайбой, — сопротивлялась Кэтрин, когда подруга тащила её на стадион. — 12 сексуальных мужиков, — попыталась заинтересовать подругу блондинка. — Не-а, больше я на это не куплюсь. Я сходила на свидание с хоккеистом, шимпанзе будет сообразительнее. Поэтому никаких отношений с хоккеистами. Табу Кэтрин Пирс. — Твой брат хоккеист, — напомнила Кэролайн, пробираясь на трибуну. — Бывают исключения. Блин, ты опять меня заболтала, я вынуждена снова морозить задницу, — недовольно насупилась Кэтрин. — Потерпи, мы правда быстро в этот раз. Отец просил совет по отбору в НХЛ. — Надеюсь отбор будет через постель. — Кэтрин! — Что? Хоть какую-то пользу извлечем. — Девочки, — к ним подошел Билл Форбс с блокнотом в руках, — что думаешь, Кэр? Я остановился на 65 и 13. — С 65 согласна, а вот вместо 13, предлагаю 11. — Никлаус Майклсона? — прочитала в своих записях фамилию игрока, — нет, ты с ума сошла. Он в удалении проводит больше времени, чем на льду. Манера игры агрессивная, пытается сам забивать, редко дает пас. — Это из-за неправильных тренировок. Уверяю тебя, он станет звездой, которая принесет тебе ни одну победу. — Я не преклонен. — Спорим, что ты сможешь его сделать? — Он не управляемый, да и потенциал я не вижу. — А я вижу. Так спорим? — На что? — Если ты окажешься прав, то я уйду из спортивной журналистики. — Ууу, смелый шаг. А если выиграешь? — То я поеду на чемпионат мира по футболу. — Согласен! — Билл пожал дочери руку, — разбей, Кэтрин.

— И если ты не сильно отмечал свою пополнение в ряды НХЛ, репортажи Кэролайн пестрили на том чемпионате мира по футболу. — Билл меня взял, потому что его Кэролайн убедила? — пытался переварить полученную информацию Клаус. — Именно. А помнишь случай, когда ты переспал с дочерью спонсора, и тебя чуть не выкинули из команды. — Да, его еще посадили буквально за день до того, как он собирался заявить о моем увольнении. — А ты когда-нибудь задумывался за что его посадили? — Вроде какие-то незаконные дела, я толком не помню. — А как они так быстро нашли доказательства? — Ты хочешь сказать? — Именно, дорогой, — коварно улыбнулась Кэтрин.

Кэтрин вышла из приватной комнаты в стрип-клубе, отряхиваясь от прилипших блесток и бросила на стол подруге флешку. — Почему я изображала стриптизершу и крутилась на коленях этого потного свина? — Потому что меня каждая собака знает, я не могла изображать стриптизершу. — Зачем тебе хоть эта флешка? — На ней компромат на спонсора Королей, он очень грязно ведет дела, мне не нравится. — Но ты же не занимаешься светской журналистикой? — Я просто сброшу информацию в интернет, поверь к утру уже все будут знать, чем он занимается. — Откуда проснулась такая жажда справедливости? — подозрительно прищурилась Кэтрин. — Я с ним родилась. Забыла? — не отрываясь от ноутбука, ответила Кэролайн. — А не связано ли это с исключением Клауса из команды. — Им не выиграть без него. — Господи. Ты что его Ангел-Хранитель?! Он редкостный говнюк и получает по заслугам. — Согласна, но он нужен команде. Всё, я закончила, поехали домой. — О, нет, дорогая, ты обязана угостить меня коктейлем.

— И самое главное, ты обязан ей второй жизнью. — Что за бред? Мне дали деньги в фонде травмированных спортсменов. — Ник, серьезно? — вскипела брюнетка, — я выдумала её, чтобы прикрыть Кэролайн. — Что? — Повторяешься, Майклсон. Кэролайн и Энзо решили пропиариться на слухе о своем романе, чтобы заработать денег. Ему нужно было спасать фирму, а ей тебя. Она стала информационной проституткой ради тебя, уступила своим принципам. И все лекарства, реабилитацию, трансфер врача, массажисты, реабилитологи — все они ставили тебя на ноги за деньги Кэролайн. А не твоя распрекрасная Хейли. — Но почему она мне не сказала? — Потому что ты упрямый осел, который верит только в свою правду. Я отчаливаю, а ты сиди и думай, как тебе жить дальше с этой информацией, — Кэтрин демонстративно хлопнула дверью.

***

Семейство Сент-Джон в составе отца семейства со спутницей и частично детей, Себастин заканчивает обучение в Милане, а Адалинда на осмотре в Тель-Авиве, но они скоро присоединяться к остальным, решили навестить маму, и провести дома каникулы. По старой доброй традиции, они наведались сюрпризом. Бросив чемоданы прям в коридоре, они поспешили в кабинет мамы, так как она обычно в это время уже работает в поте лица, но её там не оказалось, и в доме какая-то давящая тишина. — Может она уехала? — предположил Сойер, осматриваясь вокруг. — Я вчера с ней разговаривал, она никуда не собиралась, — настаивал на своём Лоренцо, зайдя в бывшую спальню, где на кровати лежала Кэролайн, обнимая подушку, — вау, Кэролайн спит в одиннадцать утра, Земля сойдет с орбиты. — Перестань, устал человек. Она столько часовых поясов меняет, — осадила его Бонни. — В любом случае, её уже пора будить, — хитро переглянувшись с младшим братом, произнес Истон. И разбежавшись они пригнули к маме на кровать, что та аж подскочила, вскрикнула и проснулась. — Энзо? Мальчики? — Кэролайн еще немного сонными глазами, осмотрела присутствующих, — а что вы здесь делаете? — Живем, если ты вдруг забыла, — ерничал Энзо, за что получил по ребрам от своей девушки. — Мам, ты что по нам совсем не скучала? — изобразил обиженное лицо Сойер. — Конечно, скучала, милый, — Кэролайн поцеловала сына в макушку. — Тогда сделай ежевичные блинчики, — попросил Сой, слезая с кровати. — Так, а зачем завтракать дома? Давайте куда-нибудь сходим? — предложила Кэролайн, она явно нервничала. — Милая, давай вечером, мы летели 13 часов, — предложил бывший муж. — У меня дома шаром покати, давайте, шевелитесь. Я предлагаю «Хабанера», — Кэролайн буквально тащила гостей в сторону выхода. — Ты издеваешься? — возмутился Энзо, — он на другом конце города. — Вот и отлично, заодно покажем Бонни Город. Кстати, Бонни, потрясающая прическа. Каре тебе очень идет, — тараторила девушка, наспех закрутив шишку на голове, обув первые попавшиеся шлепки, — идем! — Кэр, всё хорошо? Ты же в курсе, что собираешься в город в пижаме. — Энзо, это новый тренд. Поехали скорее, мне не терпится узнать последние новости в вашей жизни, — продолжала подгонять их блондинка. — Мама, так может никуда не поедем. Просто закажем еду на дом, — предложил Истон. — Нет, — рявкнула Кэролайн, испугав семью, — я хотела сказать, что они будут ехать 100 лет, еще заблудятся. — Зря ты прекратила сеансы с психотерапевтом, — заметив нервозность бывшей супруги, Энзо напрягся. — Милая, я принес нам завтрак, — послышался голос мужчины за дверью, Кэролайн обреченно закрыла глаза, прикусив нижнюю губу, — ты уже встала? — поинтересовался мужчина, зайдя в дом, застыв на месте с пластиковыми стаканчиками в руках и крафтовым пакетом. — Майклсон?! — возмущенно выкрикнул Энзо, переводя гневный взгляд с Кэролайн на Клауса, застывшего за её спиной. Его он никак не ожидал увидеть в своём доме.