Мой дорогой Слизерин

— Блять, ну не здесь же, ребят, — Хосок брезгливо отворачивается, когда Чимин тянет Юнги к себе, чтобы поцеловать.       В тайной комнате собрались все, кроме Намджуна и Джина, которых профессор Пак оставил на отработки. Ребята взорвали котёл во время урока Зельеварения, неправильно смешав ингредиенты.       Хосок сидел в кресле, листая магический журнал «Еженедельник волшебника» с интервью Гарри Поттера, а ещё там разместили «топ-10 самых красивых волшебниц этого месяца».       Чонгук сидел на коленях у Тэхена, когда второй откинулся на кресле с закрытыми глазами, вдыхая запах тёмных волос. — Везде одни парочки, — рыжий расслабил галстук, закинув ногу на гостиный столик. — В воздухе так и воняет романтикой — Ну, так найди себе кого-нибудь, — Юнги потянулся за стаканом с апельсиновым соком, состроив кислую мину, ведь желал он выпить что-то покрепче, только вот блондин забрал у него бутылку коньяка. — Или у тебя серьёзные отношения со своей рукой? — Сказать проще, чем сделать, — пуффендуец устало выдохнул, касаясь глянцевого покрытия с изображением Драко Малфоя с дочкой на руках. — Я считаю, что не нужно никого искать, — Чонгук выпрямил спину, выбираясь из крепких объятий Кима. — Человек сам появится в твоей жизни, когда будет нужно. — Как ты у меня? — Тэхен оглаживает большим пальцем румяную щеку, спускаясь чуть ниже по скуле. Его губы трогает лёгкая улыбка, когда он смотрит в глаза напротив, в которых искренне блестят миллионы галактик. — Скорее ты у меня, — Слизеринец не сопротивляется рукам, что плавно прижали его спину к груди красноволосого. Он накрывает ладонь старшего своими и играет с пальчиками, переплетая или пропуская через свои. — Ну началось, — Хосок покривился, утыкаясь в журнал. — Меня сейчас стошнит. — Моллюск, ракушку закрой

***

      Чонгук шёл по коридору, где ученики жили каждый своей жизнью, как и призраки, что ночью вольно летали, возвышаясь над полом.       Он прижал учебники к груди, глупо улыбаясь, потому что купидон пронзил стрелой любви его сердце. Он думал о старшем и о том, что происходило между ними. Жизнь превращается постепенно в сказку, которую они с удовольствием пишут, используя самые яркие краски палитры. — Эй, Чон, — Минхо оказывается перед ним неожиданно, переграждая путь. В коридоре почему-то стало пусто и только сейчас Слизеринец заметил, что в мыслях убрел совершенно в другую часть замка. — Как дела? — Ч-что тебе нужно? — брюнет отступил назад, где стояли верные слуги Хека, все те же гиены из Короля льва. — Ничего, просто поговорить, — улыбка когтевранца не внушает доверия, как и сам разговор, но Чон понимает, что если бы Минхек хотел, то Гук бы уже лежал на полу весь в крови. — Ещё раз спрашиваю, что тебе надо от меня, — старший обходит его, бросая оценивающий взгляд и потом смотрит в глаза с лёгкой издевкой. — Хотел рассказать одну замечательную историю, — оскал был похож на пасть акулы, что приветствовала жертву за пару секунд до смерти. — Историю? — брюнет ослабил руки на учебнике и отпустил её, держась пальцами за твёрдую обложку. Бровь непроизвольно полезла вверх. — Как ты думаешь, почему Тэхен встречается с тобой? — Кван присаживается на лавку, закинув ногу на другую, ядовито улыбаясь младшему, смотря на него, как на невинного ягнёнка. — П-потому что любит? — Чон откровенно не понимал, к чему клонил когтевранец, к чему пытался вести, задавая вопросы, уже игнорируя, откуда ему известна эта информация. — Наивный глупый Чонгук~и, — Минхо посмеялся, как-то по простому вставая с места. — К чему бы парню, который прославлен своей ненавистью к змеиному факультету, вдруг захотелось подружиться с его учеником? А потом ещё и встречаться с ним?       Чонгук смотрел в глаза парня напротив, что стоял близко, гадко улыбаясь. Брюнет не хотел думать и верить чужим словам, но он правда задумался.       Он много слышал о знаменитом Ви и видел сам, был свидетелем нескольких драк, но самого гриффиндорца он никогда не видел, не замечал. Он обрабатывал раны некоторым своим сокурсникам и слышал их рассказы о главном хейтере Слизерина. — Открою маленький секрет, он явно не просто так захотел подружиться с тобой. Скажу больше, это я подговорил его влюбить тебя в себя, — Минхо смеётся в пол, жмуря глаза. — Это была наша небольшая игра, поучителтный урок для змеиных отбросов — Почему я должен верить тебе? — нет. Нет. Нет. Чон не верит ни одному слову. Его голос слегка осип и он звучит жалко, подавленно, но он продолжает верить в реальную сказку. Его и Тэхена сказку, которую они вместе пишут. — Можешь не верить, — когтевранец поворачивается к одному из своих хвостов и жестикулирвет пальцем, после чего ему в руки прилетает серебряный кулон. — Это кулон Ньютона, одевший его может различать, врет ему человек или говорит правду, а также улавливать эмоции.       Кван кидает кулон в руки Чонгука и тот ловит, словно последнюю надежду, зажимая крепко в руках последний лучик солнца в крамешной тьме, которая окутала его разум. — Удачи, Чонгук~и       Брюнет продолжает неподвижно стоять посреди коридора, не замечая, как его всего начинает трясти. Слезы влагой собираются у глаз, но он не собирается плакать, он верит в Тэхена и их сказку, это не может быть ложью.       По коридорам он идёт быстрым шагом, срываясь на бег у выхода из замка. Он осведомлён, что друзья находятся в саду, недалеко от волшебного фонтана.       Кулон он натягивает по дороге, листая картотеку своей памяти с уроков и в одной из них, вспоминает все, что говорила проффесор о кулоне. Это первое в чем Минхо ему не соврал. Что же будет дальше?       Компания близких сердцу людей и правда на месте. Все такие счастливые, улыбаются и сердце почему-то неприятно колет. Они все такие родные, что страшно представить, что кто-то из них может сделать больно. Слишком любимы, чтобы была возможность разочароваться в ком-то из них.       Тэхен заметил его и широко улыбаясь, словно ждал всю свою жизнь, встал с травы и раскрыл руки для объятий. Для Чона это все происходило в замедленном действии.       Брюнет не спешит обниматься, он подходит ближе и смотрит в карамельные глаза. Утопая в их глубине, он повторял внутри себя, что не может бывший гриффиндорец так с ним поступить. — Ты не обнимаешь меня? — Ким немного занервничал, когда его парень просто встал напротив, рассматривая так, будто ищет ответ на вопрос о смысле жизни. Знал бы Тэхен, что стал смыслом для младшего. — Ты врал мне? — среди друзей повисла тишина и все замерли, будто мир поставлен на паузу. Чимин поджал губы, смотря в спину друга, пытаясь унять внутреннюю тревогу. — Всё это время ты мне врал? — О чем ты, Гуки? — кулон передавал чувства замешательства и тревоги, брюнет не отводил взгляд с чужих глаз, ища в них правды, нежели спрашивая у кулона. — Ты специально подружился со мной? Влюбил меня в себя? Это все было игрой? То, что ты сговорился с Минхо, все ради твоей репутации?! — брюнет перешёл на крик, чувствуя дорожки слез, что потекли по щекам, когда кулон с каждым его словом передавал эмоции старшего. — Нет., — ложь. Кажется мир Чонгука рухнул. Раз и навсегда. Он смотрит на красноволосого и не может поверить в происходящее. — Это не так, Гуки... малыш       Тэхен делает шаг вперёд, но поддаваться, идти ему навстречу больше не входит в правила игры. — Не подходи ко мне! — слизеринец кричит, пока друзья ужасаются от происходящего. — Ты использовал меня, когда я тебя любил! — Чони., — Чимин встаёт с лавочки, чтобы успокоить брюнета, но тот только зашугано кидается от него в сторону, пихаясь руками. — Ты тоже знал, знал! — младший дёргается, уворачиваясь от рук блондина и ступает назад, когда Ви пытается подойти ближе.       В порыве он роняет мантию и убегает в сторону замка, наплевав на все и всех. На душе было так гадко, что он не мог переносить все эти чувства и пока он бежал до башни Слизерина, он сорвал кулон, бросив его на землю. Чон просто ни морально, ни физически не мог больше чувствовать и осознавать, что его вера была ложной.       Тэхен бежал за младшим, но он не успел догнать его, так как Юнги одёрнул его назад. — Всё, что он сказал правда? — шепелявый преградил путь. Компания почувствовала дикое напряжение, поэтому все встали со своих мест, держась ближе. — Всё не совсем так., — Ким почувствовал боль, когда кулак Мина заехал ему прямо в нос.       Красноволосый болезненно простонал, хватаясь за страдальца. — Юнги! — Хосок схватил парня за руки, оттаскивая, когда сероволосый собирался нанести ещё один удар. — Парни, перестаньте, — Джин пытался унять бывшего гриффиндорца, который подлетев ударил старшего по челюсти. — Я с самого начала знал, что ты не просто так хвостом ходишь за ним, — Чимин готов был поспорить, что глаза его парня стали красными, будто налились кровью. — Сука, я тебя убью! — Я его люблю,— Тэхен брыкался в руках Джина, отталкивая ногами Намджуна. — Убивай, мне поебать. Я люблю его! — Закрой свою пасть, — Мин хочет переломать каждую кость в теле Тэхена и скормить их церберу, выпотрошить все. Убить, а потом воскресить и ещё раз убить. — Боже, я ведь говорил., — Пак стоял посреди газона и смотрел на кровь, что красовалась на лице Юнги, а так же на красных костяшках, постепенно засыхая.

***

Ложь — это трещина, в которую утекает любовь…

***

      Чонгук забежал в комнату, запирая дверь на замок. Глотая слезы, он спустился по двери вниз, прислонившись головой к единственной опоре. Он всхлипывал тихо, получая единственное тепло от слез, которые водопадом лились с глаз.       Брюнет обхватывает себя руками, пытаясь создать имитацию объятий. Он качался назад-вперёд, шепча под нос колыбельную, которую мама изредка пела ему на ночь, если ей удавалось прийти домой до того, как сын уснёт в кровати.       Внутри было холодно, складывалось чувство, будто по нему бульдозер проехал или ещё что хуже. Просто буря, вся палитра эмоций, что у Слизеринца начался истерический смех, когда в голове пошли флешбеки, начиная со знакомства, заканчивая недавним разговором.       Чон был зол и подавлен, ему было плохо. Он чувствовал измотанность настолько, что не ощущал ничего. Ни холодного пола, ни узора двери, что впился в спину.       Слизеринец почувствовал живую энергию внутри себя, словно в нем появилась сила.       Он разлепил глаза и увидел яркий свет вокруг себя, руки обдало жаром и он увидел вспышку, появившуюся над ладонью.       Резкая боль пронзила все тело и брюнет рухнул на пол, свернувшись калачиком. Крутило и трясло Чонгука ужасно, будто каждый сустав, кость, мышца крутилась сама по себе.       Свет становился все ярче, окружая парня, отсвечивая золотым огнём.       Это была магия. Магия потока Мерлина, которая вырвалась на ружу      , когда парень был сильно измотан, потеряв последнюю каплю сдержанности.       Тело адски болело, руки сильно обжигало, пока Чонгук складывался пополам, пытаясь сдерживать рвущийся крик сквозь сжатые зубы.       Палочка была в мантии, которую он необдуманно оставил в саду. Это послужило ещё одной причиной для открытия доступа.       Чон ловил ртом воздух, пытаясь полноценно начать дышать, пока магия изнутри и снаружи ломала его на части. Он громко закричал от новой порции боли.       Неожиданно перед брюнетом открылся портал и оттуда вышли люди, но слизеринец не мог разглядеть их лица и поднять голову выше ног.       Перед глазами все плыло от слез и от сознания, которое младший начал терять. Боль прекращается, а последнее, что он чувствует — это чувство чего-то на руках. Дальше он погружается во тьму.

***

— Чонгук! — Тэхен долбится в дверь на протяжении часа, а открыть магией у него никак не получается. Ни одно из заклинаний просто не срабатывает. — Что случилось, молодые люди? — Сехун привел директора Бан Шихека, пока остальные ученики, слизеринцы и друзья Чона, пытались выломать дверь. — Мы не можем найти Чонгука, а дверь не открывается, — Чимин испуганно стоит в трансе, сверля дыру в полу. Его пробирает чувство страха, ведь ученики сообщили о том, что слышали крики в башне змей. — Директор Шихек, ещё говорят, что отсюда были слышны крики, но дверь., — мужчина поднял руку, затыкая ученика.       Директор достал палочку из мантии, но при взмахе дверь не открылась. — Это сложное заклинание, — хмыкнул Бан. — Но раскалдуемое.       Мужчина махнул палочкой и дверь распахнулась с громким бахом. Тэхен рванул вперёд, но в комнате никого не было. Никаких следов Чонгука и его пребывания в комнате.       Директор нахмурил брови, поворачиваясь к профессору Зельеварения. — Звоните мистеру Чону, у нас ЧП!