Concealing your crimes...

Сэюн знал, что ему нужно действовать как можно быстрее. Охранник был единственным свидетелем в этом, казалось бы, неразрешимом деле, и они постараются допросить его при первой же возможности, а до тех пор его будут окружать охранники для защиты. После всего, он был действительно важен для них, и они понимали, что, если пойдет слух о существующем свидетеле, убийца обязательно вернется, чтобы скрыть все следы. И Сэюн собирался сделать именно это. Тихо, так чтобы не разбудить Бенквана, спящего рядом, Сэюн привстал, аккуратно расцепляя их руки. Очередная волна вины накатила на него, пока он смотрел на спящего Бенквана, не в силах оторвать от него взгляд, но, тяжело вздохнув, он все же поднялся с кровати, оставляя нагретую за ночь постель. Но стоило ему только встать на холодный пол, как он почувствовал чужую руку на собственном запястье. Сэюн весь напрягся, но обернулся к своему сонно моргающему парню. «Ты куда? На улице все еще темно…» – спросил он хриплым после сна голосом. Сэюн заставил себя улыбнуться, нежно касаясь чужой щеки свободной рукой. «Мне нужно уйти на работу пораньше. Не волнуйся и поспи еще немного. В холодильнике вроде еще оставалась еда, да и я ухожу ненадолго. Если что-то случится, просто набери меня», – прошептал он, чувствуя непреодолимое желание крепко обнять Бенквана и никогда не отпускать. Но сделать он этого не мог, так что только тихо прошептал: «Я люблю тебя». Бенкван утвердительно промычал в ответ и, отпустив руку Сэюна, вновь провалился в сон. И посмотрев на него в последний раз, Сэюн почувствовал, как что-то больно кольнуло его в сердце. «Мне жаль…» – прошептал он. После он наконец встал и, собравшись, выехал на свалку, откуда забрал спрятанную сумку со всеми необходимыми вещами. И в тот момент он перестал быть Сэюном, он вновь стал монстром, отчаянно пытающимся изменить этот мир.

***

Как и ожидалось, дом, где жил охранник, защищали. Как и в прошлый раз, Сэюн оставил машину в паре кварталов от нужного дома, а оставшийся путь прошел пешком; так он мог разведать обстановку, оставаясь незамеченным. Было еще слишком рано, так что Сэюн мог прятаться в тенях зданий, как он и любил это делать. Он сразу заметил двух откровенно скучающих полицейских, сидящих в машине напротив дома. Он улыбнулся. Он без проблем сможет пройти мимо них, и остаться незамеченным. Один из мужчин не мог перестать зевать, в то время как другой не мог оторваться от своего телефона. И Сэюна даже раздражал тот факт, что его парень так много работает, не жалея себя, но все может пойти крахом, ведь его коллеги недостаточно компетентны. Но вместе с тем, это значительно облегчало его план, так что он не стал жаловаться. Аккуратно, стараясь остаться незамеченным, он натянул свои кожаные перчатки. Теперь ему оставалось только выждать нужный момент, чтобы зайти в здание, и ждать оставалось совсем немного. Неожиданно один из полицейских вышел из машины и пошел в сторону магазина, чтобы купить еды или кофе. Второй же все еще оставался внутри, и больше никто и ничто не сможет помешать ему заснуть, так что, засыпая, он повернулся совершенно в другом направлении. «Сейчас или никогда», – подумал Сэюн и быстро пересек улицу, прячась в тени нужного здания. У него не выходит делать все так же чисто, как и обычно, у него просто слишком мало времени на то, чтобы управлять всеми камерами, что встречаются на пути. В этот раз ему просто нужно как можно лучше скрыть свое лицо и постараться избегать камер, и он сможет это сделать. До двери квартиры свидетеля он добирался дольше обычного, а оказавшись перед ней, он осознал наличие еще одного препятствия: он не знал код от двери. Но даже это его не остановит. Он взглянул в телефон, понимая, что стоит поторапливаться для того, чтобы успеть вернуться вовремя и остаться незаподозренным. Он быстрым движением достал полицейскую кепку, которую одолжил у своего парня, в качестве плана Б, и надел ее себе на голову. Сэюн понятия не имел, сработает ли его план, все же он не знал, видел ли охранник его лицо, или только спину, но он собирался выяснить это прямо сейчас. Сделав глубокий вздох, он вновь заглянул в телефон, в этот раз, чтобы посмотреть на фотографию улыбающегося Бенквана, стоящую у него на обоях. Он сделал эту фотографию четыре месяца назад, незадолго после того, как они начали встречаться, Бенкван тогда потащил Сэюна в местный зоопарк. Он все еще помнит радостного Бенквана, с увлечением рассматривающего животных, и пытающегося с ними поговорить. Он больше напоминал Сэюну ребенка, чем взрослого, которого повысили до офицера полиции через какое-то время, и, вероятно, именно в тот день Сэюн окончательно и бесповоротно влюбился в него. Он сглотнул, чувствуя, как сильно трясутся его руки, пока он убирал телефон и нажимал на дверной звонок. Сэюн делал это ради Бенквана, и его будущего… это была единственная вещь, которую он мог сделать. Но несмотря на то, как часто он повторял это у себя в голове, он так и не смог заткнуть другой тихий голос, говорящий о том, что его парень не хотел бы этого… это сделает ему только больнее. Сомнения вернулись с новой силой, но прежде, чем Сэюн смог изменить свое решение, из динамика неожиданно раздался мужской голос: «Да… Кто Вы такой?». Сэюн вздрогнул, немного растерявшись, но тут же пришел в себя. «Я один из Ваших охранников, и я просто хотел убедиться, все ли у Вас в порядке», – он соврал, но слова были сказаны им без запинки. Он знал, что звучит убедительно, все же он практиковался лгать всю свою жизнь. На какое-то время повисла пауза, прежде чем свидетель ответил. «Да… все в порядке. Спасибо за вашу усердную работу, но, если Вы не против, могу я вернуться обратно в постель». Сэюн кивнул, все же он ожидал чего-то такого, а потом натянул извиняющуюся улыбку. «Мне тоже нужно возвращаться к работе, но могу ли я воспользоваться Вашим туалетом? Это правда срочно, но продавцы в магазине не хотят пускать меня в свой». «Охх…» – мужчина звучал слегка удивленно и смущенно одновременно. – «Должно быть… должно быть это тяжело… охх… конечно. Заходите». Сэюну захотелось ухмыльнуться. Он и не думал, что это окажется так легко. Но вместо этого он только благодарно улыбнулся. «Спасибо Вам большое, Вы мой спаситель». Он аккуратно взялся за нож, который прятал в кармане, и ощущение его холодной рукоятки отогнало все недавние сомнения. Ему нужно сделать это, и он это сделает. В этот момент дверь открыл пожилой мужчина в пижаме. Он был удивлен не только тем, что на Сэюне не было полицейской униформы, но и наличием ножа в его руке. Но времени на крик у него не было, нож уже был воткнут в его грудь сбоку от сердца, а Сэюн медленно повел их обоих в глубь квартиры, позволяя двери позади закрыться. Так они двигались по узкому коридору до тех пор, пока тело мужчины не оказалось прижато к стене. Сэюну не нравилось убивать вот так. Порез не был чистым, и заняло целую вечность, пока мужчина, наконец, опустился на пол, в то время как из его рта вырывались отвратительные болезненные звуки; Сэюн тоже был весь в крови. Он раздраженно вздохнул, размышляя над тем, где и когда он должен будет весь отмыться, так чтобы Бенкван не увидел этого; он игнорировал прикрытые глаза охранника, смотрящего на него полным отчаяния взглядом. «Пожалуйста… помогите…» – он все еще пытался выбраться, из-за чего Сэюн только закатил глаза. Почему Сэюн должен пытаться убить его только для того, чтобы спасти после и все равно отправиться в тюрьму? «Нет смысла молить о пощаде…» – совершенно безразлично ответил Сэюн. Ситуация казалась ему странной… обычно он чувствовал эйфорию и силу, когда убивал кого-то, но сейчас не было совершенного ничего… Он окинул взглядом свою умирающую жертву, прежде чем начать отмывать кровь с лица и одежды. «За что…?» – мужчина вновь заговорил, и Сэюн должен признаться, что восхищен силой того. Большинство людей уже лежали бы мертвыми сейчас, если даже не раньше. Наверное, поэтому он и решил неожиданно честно ответить на его вопрос. «Ничего личного… Так случилось, что Вы стали единственным свидетелем, и если обычно я бы не стал обращать на это внимание, то сейчас, когда в моей жизни появился человек, который никогда не должен узнать об этом… я слишком сильно рисковал бы, оставив вас в живых… простите», – он не знал, зачем добавил это несчастное извинение в конце. Сэюн никогда прежде не извинялся перед своими жертвами, но мысль о том, как сильно будет грустить Бенкван из-за смерти этого охранника, заставила его почувствовать себя действительно ужасно. Мужчина вновь открыл рот, чтобы что-то сказать, и Сэюн приподняв бровь, наклонился ближе. После всего ему не стоит игнорировать чьи-то последние слова. После нескольких неудачных попыток мужчина все же смог прохрипеть свои последние слова: «Слишком… поздно…» – пока Сэюн пытался понять, что же это значит, послышались звуки вводимого на двери пароля. У него не было времени, чтобы проклясть мужчину, который, вероятно, еще в самом начале догадался, кто он и вызвал помощь; когда в коридоре послышались звуки чьих-то шагов. Сэюн сразу понял, что пришедший был один, и Ким закрыл глаза, продумывая план действия. Кажется, несмотря на его план, жертв сегодня будет две. Только он собирался обернуться, чтобы убить того, кто пришел, но этот кто-то вдруг громко и требовательно заговорил, вынуждая Сэюна в ужасе застыть. «Опустите нож на пол, обернитесь и поднимите руки над головой, иначе я буду стрелять!». Сэюн перестал дышать, а его глаза расширились от шока, пока паника охватывала все его тело. Это невозможно! Это не может быть правдой! «Я сказал опустить нож и обернуться!» – вновь повторил голос еще громче, и Сэюн тут же почувствовал, как его пальцы сами по себе разжимаются, отпуская нож, который с громким стуком приземлился на пол. – «А теперь обернитесь!». Но он не мог… просто не мог. Он не сможет посмотреть ему в лицо. «Я сказал ОБЕРНИТЕСЬ! Или я буду стрелять, и не думайте, что это пустые слова, потому что очень скоро вы поймете, что это не так. Я не позволю вам сбежать отсюда… не после всего, что вы сделали!». Сэюн медленно кивнул, готовясь к тому, что сейчас произойдет. «Я знаю…» – сказал он, оборачиваясь, чтобы увидеть Бенквана, в глазах которого читался полнейший ужас. «Нет…» – первое, что сказал Бенкван, он звучал словно раненое животное; и казалось, словно прошло несколько часов. Сэюн заранее знал, что он никогда в жизни не почувствует себя так паршиво, как сейчас; он не чувствовал себя так, даже когда его мать умерла на руках у отца, и тот вынудил Сэюна соврать полиции, чтобы в итоге не понести за это наказание. Взгляд, полный боли, недоумения и разочарования, которым смотрел на него сейчас Бенкван, заставлял Сэюна ощущать себя таким же монстром, каким был его отец. «Нееет!» – выкрикнул Бенкван чуть громче. – «Не может быть! Это… это не может быть правдой! Это просто плохой сон, иначе… иначе как ты мог оказаться здесь…» – в его голосе слышались отчаяние и безысходность. Он звучал как человек, который прекрасно понимает, что происходит, но до последнего не хочет в это верить. Бенкван посмотрел на него взглядом, полным отчаяния, он словно ждал, что Сэюн скажет ему, что это все ложь, объяснит, как так вышло, и они вернутся в привычную для них жизнь. К сожалению, лжи здесь не было совершенно, а потому Сэюн только молчал, наблюдая за тем, как сердце его парня крошится на кусочки прямо сейчас. «Но… ты же визажист. Ты не любишь зоопарки, потому что тебе не нравится то, что животные находятся взаперти, а не на свободе, а еще ты готовишь для нас ужины, даже когда время уже за полночь. Ты… Ты–» – Бенкван всхлипнул из-за чего ему пришлось замолчать на несколько секунд, но потом он быстро продолжил. – «Ты же мой парень…». Вдруг Сэюн не выдержал, его сердце болело так же сильно, как и сердце младшего сейчас, и все, чего ему хотелось – прижать того к себе и успокоить. «Бенкван, я–» – но он должен был прекрасно понимать, что уже слишком поздно. Боже, это «слишком поздно» наступило уже очень давно, еще тогда, когда они начали встречаться, и младший понятия не имел о том, что Сэюн убийца. Если бы он только знал, он бы никогда не посмотрел на него взглядом, полным любви, он бы никогда не обнял его, возвратившись домой усталым после работы. Нет, он бы посмотрел на него именно так, как смотрит прямо сейчас: холодно и с отвращением. «Больше никогда… не произноси мое имя!» – закричал он, возвращая пистолет, который ранее был опущен им в замешательстве и шоке, в его начальное положение. – «Даже не думай, что я не стану стрелять в тебя, потому что–» – он остановился на середине фразы, зло смаргивая слезы. – «Ты монстр…» «Я знаю…» – сказал Сэюн тихо, смотря на вздрагивающего от удивления Бенквана. – «Я не стану винить тебя за то, что ты сдал меня или даже застрелил... так что… вперед, сделай это!» Бенкван уставился на него, приподнимая брови, на его лице читались нерешительность и отчаяние, в смеси с гневом. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, когда услышал звуки приближающейся сирены. Прибыла подмога. Сэюн тут же почувствовал, что ему пора бежать, он уставился на дверь позади Бенквана; его единственный выход наружу. Потом он перевел взгляд обратно на младшего, который все так же смотрел на него, казалось, даже, не мигая. Сэюн медленно сделал шаг вперед, соединяя их с Бенкваном взгляды. Осторожно, так, чтобы не упустить ни единого движения или какого-то знака от младшего, он сократил дистанцию между ними; пистолет буквально оказался приставлен к его глотке, когда он проходил мимо Бенквана. «Ты не можешь уйти! Я буду стрелять! Я серьезно… Я…» – но оставшаяся часть фразы была прервана его всхлипыванием. А Сэюн тем временем свободно вышел из квартиры, пока его сердце крошилось на кусочки, а понимание, что только что он утерял своей последний луч света в той темноте, что окружала его, медленно настигало его.