Это все меняется..

Россия проснулся от ужасной боли в позвоночнике и запаха перегара. Республика сразу посмотрел на Союза, который курил трубку, обнимая Рашку. — Доброе утро, страна! — в шутку, но радостно воскликнул коммунист. — Я — республика. Боже, бедро болит… — ныл славянин, схватившись за живот и прижав ноги к себе. — Ты такой слабый… А я даже не старался, — с некой грустью (или обидой) сказал Союз, докуривая свою трубку. — Я не слабый, это — просто первый раз… — сказал русский, немного покраснев. — Мда, я боюсь представить, что будет тогда, когда ты будешь платить своей жопой, ~ с пошлой улыбкой сказал комуняка, поглаживая ушки малого. — В каком смысле? — непонимающе спросил Рос, сжимая одеяло от боли. — Ну, в бане я сказал, что ты поплатишься своей задницей, а я не люблю врать и откладывать что-либо на потом, поэтому… — не заканчивая говорить, СССР начал целовать своего братца. Всё начиналось очень хорошо, и Союз не собирался в этот раз томить, и чуть ли не сразу приступил к самому сладенькому, но к нему вдруг постучались. Союз и Россия начали быстро одеваться, собирая грязные вещи с пола и размышляя о том, кто же это может быть. — СССР, сын мой, ты тут? Ты можешь открыть? — спрашивал империя, отчего СССР и Рос ещё больше разволновались. — Эм, да, отец, я здесь, я скоро открою! — прокричал Союз республик очень нервным и растерянным голосом. — Сын, с тобой все в порядке? — спросил РИ с волнением и непониманием. Союз открыл дверь и увидел перед собой своего отца. — Здравия, что-то случилось? — с нелепой улыбкой спросил коммунист, пытаясь скрыть тревогу и волнение. — Сын мой, ты вообще выходил из комнаты сегодня? Просто я волнуюсь за твоё здоровье, ты в порядке? — с волнением спрашивал император, осматривая комнату и самого здешнего обитателя. — Да, отец, я не выходил из комнаты, и я в порядке, — уже спокойно ответил советский смотря на РИ. — Ну, раз все в порядке, тогда чего же ты бездельничаешь? Я могу быстро найти для тебя работу, вот у нас немцы — Германская империя и его сын — Нациская Германия или Третий Рейх. Я приведу вас к ним, и вы вместе с Россией будете для них проводниками, тем более, что республике уже не привыкать, — более приказным тоном ответил император и повёл их к немцам. Когда Россия подошёл ближе к Совку, советский положил на его пятую точку свою руку. — Значит, в конце дня твоей жопе не сдобровать, ~ промурлыкал Союз на ушко Своей республике и дальше пошел за отцом. Когда империя постучался в покои немцев, ему чуть ли не сразу же открыл ГИ. — РИ п-приветствую, зачем пожаловал? — немного нервничая, спросил немец, покраснев. — Как я понимаю, в моих владениях очень легко заблудиться, поэтому мой сын и Российская республика будут сопровождать твоего сына, — чуть ли не на одном дыхании РИ все рассказал и отошёл, чтобы показать проводников. — О, это просто замечательно, а кто будет сопровождать меня? — так же немного нервно спросил ГИ, осматривая детей. — Я буду тебя сопровождать. Как раз мы сейчас прогуляемся, а наши дети познакомятся, — с улыбкой ответил империя и повел старшего немца прочь. — Похоже, теперь у меня есть троюродный брат, — в шутку сказал коммунист, смотря двум империям в след. — Так, вы мои проводники, — уточнил для себя младший немец, подходя к дверному проёму. — Да, и привет, Рейх это — Роса, — поприветствовался коммунист и представил славянина. — Приятно познакомиться, Роса. — с улыбкой поприветствовался Рейх. — Да, приятно, — неуверенно сказал мелкий. — Ну что ж, у вас здесь есть интересные места? — спросил немец, опираясь на дверную арку. — У нас не так уж и много развлечений, но все же есть, — ответил коммунист, смотря на немца. — Ну, тогда ведите меня, — сказал немец, выйдя из комнаты и закрывая дверь. — Союз, давай на два слова, — тихо сказал Россия, повернувшись в другую сторону. — Что-то случилось? — немного непонимающе спросил Союз. — Союз, он кажется мне странным, и я ему уже не доверяю, — тихо объяснил Раша, ожидая ответа Совка. — Что? Россия, не говори глупостей, или дело в другом? — спросил Союз. — Он мне не нравится, — так же ответил Рос. — А может, ты ревнуешь? — с некой усмешкой спросил коммунист. — Что? Никогда. Союз, ты думай, что хочешь, но я не пойду с ним! — Россия наконец-то поставил точку и просто ждал ответа. — Ладно, если хочешь, оставайся здесь. Рейх, Роса не сможет с нами пойти, — крикнул Союз, дожидаясь немца. — Ну, раз он не сможет пойти, тогда пошли, — ответил немец, и они отправились в путь, оставив Россию одного.