Мой герой

POV Аки Мацуи       Боже, жуть какая! Почему голова так болит, будто скоро треснет? Я пыталась пошевелить своими конечностями, но из-за этого по всему телу была одна лишь боль. Я открыла глаза, но ничего не увидела, было очень-очень мутно. Сколько я пролежала так без сознания? Час, два? А может, больше? Неужели миссия по спасению Эри ещё не закончилась? Помню отрывками, что со мной произошло, или же это был сон? Помню, как использовала растения, они выходили откуда только могли и всё, темнота. Меня оставили тут? Нет, не могли! Значит, прошло не так уж и много времени, за мной бы точно вернулись, если бы миссия закончилась. Мы были почти у цели, но в какой-то момент меня кто-то вырубил и, естественно, я не знаю, что было дальше после этого, лишь отрывками. Я попыталась пошевелить ногой, но было слишком больно. Классно проходит мой день рождения, прямо слов нет…       Но даже несмотря на боль, мне нужно двигаться лишь вперёд, не оборачиваясь. Я пыталась пошевелить руками, получилось, вроде, неплохо. Больно, конечно, но терпеть придётся. Я закрыла глаза и собравшись с последними силами, смогла немного подняться, точнее, сесть на свою пятую точку. Открыв глаза, я увидела лишь много развалин, обломков и ничего больше. Нужно немного отдохнуть и идти дальше. Всем нужна моя помощь. Я боюсь за всех их… за Кио, Ночноглаза, друзей, за ту девочку… Мы должны во чтобы не стало победить в этой битве, сторона добра должна победить, а злодеев — свергнута!       Я должна вернуться живой… ради Джун, ради мамы… ради Шото… ради всех, кто мне дорог! — Ух ты, очнулась? А ты довольно сильная, Мацуи-тян, такую красоту здесь сделала.       Я узнаю этот голос из тысячи. Такой высокомерный, лицемерный, насмешливый, чёткий! Я повернулась свою голову назад и встретилась с карими глазами этого обманщика… несомненно, это Горо Судзуки. Кому же ещё может принадлежать этот голос, эта внешность? Только ему. — Что ты здесь забыл? — прошипела я, чувствуя, как внутри меня всё переворачивается от злости, ненависти к нему. Я сжала крепко своим кулаки, пытаясь успокоить внутри себя все свои эмоции, но, кажется, получилось только хуже. Он точно был здесь с Лигой.       Его ухмылка убила меня наповал. — Вот значит так встречаешь своих старых друзей, уже даже почти старых родственников, — в его голосе слышались нотки разочарования. Он сделал вид, что задумался, при этом наблюдая за моей реакцией.       Как же я хочу придушить его! Я настолько слаба, что не могу создать что-то из растений и проучить его за такие слова. Один раз уже врезала ему, моя мечта исполнилась. А теперь другая мечта — задушить его прямо здесь и сейчас. Я никогда не прощу его за весь этот обман, за всю эту боль, что он и Шин причинили. Мне-то на себя всё равно, я и так им обоим не доверяла, но Джун им верила и любила их, особенно Шина. Она ждёт от него ребёнка и после нового года уже родит мальчика или девочку. Он обманул нашу семью ради того, чтобы выполнить какой-то каприз моей сестры.       Стоп… но… он не говорил, что это был приказ моей сестры. Он следил за мной все эти годы, получается, лет с пяти, когда я переехала в Токио со своей тётей? Я что-то вообще запуталась. А если все-таки сестра попросила следить его за мной, то она виновата во всём этом! Но всё равно он виноват вместе Шином! Даже если я была их целью, зачем Шин настолько сблизился с Джун аж до постели? — Жаль, что мы враги, Аки. Я был бы рад, если б ты была моей девушкой, — промурлыкал он, приближаясь ко мне ближе и ближе. Я тут же хотела замахнуться на него своими руками, но он вовремя успел крепко схватить их.       Чтобы я стала его девушкой? Мечтать не вредно, Судзуки. Я бы никогда не стала встречаться с таким как он. Даже если бы он был обычным человеком, не злодеем, я бы не взглянула в его сторону вообще. Мои чувства не остынут к Тодороки, он единственный человек, кому я могу довериться, любить, ревновать. Я ведь почти стала доверять Горо, почти стала доверять Шину, а тот случай в лагере всё испортил. Кто знает, если бы Тодороки раньше не рассказал о своих подозрениях насчет предателя, то Лига злодеев давно могла бы захватить меня и никто бы не успел ничего сделать. — Пошёл ты, — прошипела я, пытаясь вырвать свои руки его из мертвой хватки. Ноги всё ещё болят, я ими даже шевелить не могу. Как долго это будет продолжаться?       Я не могу тут долго оставаться! Ох, черт возьми, хочу быстрее выбраться отсюда. Да я даже не знаю где нахожусь. Я подняла свою голову и встретилась с изучающим взглядом Судзуки. Он молчал, это ещё больше пугало. Мне хотелось бить его, может, даже убить, но я не могу! Я герой, а герои так не поступают. Они не убивают людей, ведь настоящие герои, это борцы за справедливость. А ещё, если бы я не была девушкой… очень трусливой, никчёмной девушкой. Но, каким бы не был человек, никто не заслуживает смерти. Юная, жестокая и всё равно… Я не могу ничего сейчас сделать, остаётся только ждать, пока боль в ногах пройдёт, и я смогу взлететь в воздух.       Неожиданно, он отпустил мои руки. Я почувствовала на запястьях резкое облегчение. Я начала разминать их, не понимая, почему он отпустил их. Посмотрев на него, я увидела, что на его привычном лице нет той самой ухмылки, которую он постоянно носил. Я даже немного удивилась этому. Что это с ним такое? Я даже боялась раскрыть рот, думая, не дай Бог еще сотворит со мной здесь что-то. Убьёт, изобьет, будет мучить. — Тебе хорошо, у тебя хоть есть люди, которые любят тебя, есть семья, пусть хоть в нее входит только тётя, — горько проговорив, он поднял свою голову вверх, глядя на потолок. Даже на миг показалось, что он пытался сдержать слёзы.       О чём это он? — У тебя тоже есть семья: Шин, твой отец, мать… — никаким голосом проговорила я, избегая его взгляда.       Я услышала его нервный смех. — Серьёзно? Они — моя семья? Они любят меня? — его смех стал громче, что он стал меня не на шутку пугать.       Что в этом смешного? — Откуда мне знать, как в злодейских семьях там принято, — буркнула я, продолжая разминать свои руки.       Честно говоря, он стал меня пугать, сильно пугать. — У меня никогда не было семьи и не будет, — он присел рядом со мной, поправляя свои волосы, которые, кстати, выросли у него, делая его привлекательнее. — Шин — мой приёмный отец. Он нашёл меня на улице, когда «семья» бросила меня. Мне, можно так сказать, было шесть лет, когда мои «дорогие родители» сбежали, оставив меня ни с чем. А он не бросил меня, предложил пойти с ним, я согласился. С тех пор я просто ему обязан всем. Я готов помогать ему, достичь того, к чему он идет. Он даже помог мне забыть старую любовь, которая жестоко отвергла меня. Шин вытащил меня из отчаяния.       У меня не было слов. Я просто молча слушала его, даже не перебивая. Мало того, что они обманули, что Горо является братом Шина, так он ещё ему приёмный сын! Я, конечно, была в шоке от всей этой правды. Его семья бросила его в шестилетнем возрасте, а Шин помог ему, взяв с собой. Это получается, столько Горо лет? Больше двадцати лет? А может вообще ему за тридцать, что я должна называть его на «вы»? И он очень молодо выглядит. А еще у него была любовь? Он серьёзно способен любить кого-то? Это, конечно, очень жестоко, когда человеку отказывают в любви, но... кое-что, кроме этой истории, меня очень интересовало. — Что за цели у Шина? Подчиняться Ами, Лиге?       Он хмыкнул. — Его цель — это твоя семья, ты и сама Ами. Он не особо подчиняется Лиге, собственно, как и я сам. Мы ищем лишь выгоду, сотрудничая с крупной группой злодеев. Получилось так, что наши цели совпали. Точнее, Шигараки хочет получить лишь твою причуду, потому что им не помешают лишние союзники. А Шину нужна ты, но, естественно, он Шигараки не стал ничего про тебя говорить. — А зачем моя семья и Ами Шину? — с нескрываемым интересом поинтересовалась я. Уже для меня и так было понятно, что Шигараки преследует меня из-за причуды. Ведь раньше наша бабушка ещё была членом Лиги, а наша с Ами мать отказалась. А вот для чего мы нужны Шину? — Отомстить, — прошептал одними губами Горо, посмотрев на меня. — Месть — очень страшная штука. Если бы ты меня не интересовала, то я бы не стал ничего этого рассказывать. Всё, что я сказал, — это чистая правда. Мне было тебя, твоего отца и Ами действительно жаль в тот день, когда вы потеряли память из-за Шина.       Отомстить… Шин хочет отомстить моей семье за что-то… но за что? Вдруг я вспомнила свой странный сон и обомлела от своего открытия. Тот мужчина, тот голос, та внешность… тем незнакомцем был Шин! Ошибаться я точно не могу, это был он. Он виноват в том, что Ами оказалась у Лиги! Он во всем виноват, что я и Ами и все потеряли память, что никто не знал, кто такая Ами. Ох, боже, неужели Шин является родным братом моего папы? Он был влюблён в маму! Если всё это так, то сходится и не остаётся сомнений. Он хочет убить нас, детей Наны и Хиро, тем самым отомстив маме за то, что она выбрала нашего папу, а не его. Но Ами каким-то боком оказалась у Лиги. Неужели главный босс Лиги, Все за Одного, спас её от него? Или всё было по-другому?       Хочу поговорить с Шином, но сейчас не до этого. — Я знаю. Но я не догадывалась, что Шин может быть родным братом моего папы, — вздохнув, ответила я, наматывая на свой палец волосы.       Теперь стало всё немного, да нет, намного яснее. Я знаю всю правду, касаемой моей семьи. Всё стало на свои полочки. Шин обладал причудой «Стирание памяти». Он стёр память всем, кто знал об Ами, и украл ее, но она каким-то образом оказалась у Лиги злодеев, где за ней заботился главный босс. А Все за Одного напридумывал всяких историй про мою семью, что те бросили её, а он спас её, и Ами в течение этих годов страдала, находясь там. Конечно, может, она не признавала этого, но глубоко внутри переживала по этому поводу, я уверена. В тот день я увидела её слёзы, когда Всемогущий сражался с боссом Лиги злодеев. Но почему в тот день он не украл и меня? Что помешало ему? Или он хотел позже украсть меня, чтобы потом убить нас на их глазах, но, видно, он не ожидал того случая, что Нана и Хиро могут умереть раньше этого и его план не удался. Но потом он решил насолить моей тёте!       Я никогда не прощу его за это. Хорошо, что он не знает, что моя мама на самом деле жива. Это всё ради тупой мести. Она отказала ему, выбрав папу, и он решил отомстить за этой, но тем самым запутался во всей этой лжи. А если бы он знал, что она жива, у него только бы ещё появился повод для мести. — Ты, наверное, должна помнить, что на тебя напали после того, как ты поступила в Юуэй, какие-то мужики, — задал он риторический вопрос, а я просто кивнула ему головой. — Это всё Шин. Он знал, что ты не пользуешься причудой, и решил действовать. Все эти годы он много раз нападал на тебя, точнее, его люди, но каждый раз мешал я, спасая тебя. — Что? Повтори ещё раз... — переспросила я, не поверив, что он сказал. Мне не показалось? — Все эти годы я спасал тебя от его же людей и от него самого, — повторил он еще раз, глядя прямиком в мои глаза. Из-за этого я впала в ступор. — Он хотел в тот день убить Джун, когда они уехали на море, но она успела сбежать от него.       Зачем он спасал меня от Шина? Он же сам говорил, что будет идти за Шином, помогая ему достигнуть его цели. Его цель же я, но и тем самым спасал меня от Шина, от его же спасителя. Шин же спас его от отчаяния! Но не похоже, чтобы он врал. Он говорит все эти слова от всего сердца, я чувствую это. Но то, что Шин хотел убить Джун… я чувствовала к нему ещё больше ненависти, чем раньше. — Почему? — тихо спросила я, опустив голову. Почему мне резко стало так стыдно? Он спасал меня, а я… а я так с ним говорю, начинаю грубить, желать ему смерти. Я пошевелила ногами, но уже не с такой болью. — Потому что ты вернула мне веру, надежду, любовь…       Не успев открыть рта, чтобы хоть что-то вымолвить, он неожиданно отодвинул прядь моих лохматых волос, которые свисали мне прямо на лицо. Этим действием он заставил моё сердце забиться в бешеном ритме, а самой замереть на месте. Я даже забыла, что хотела ему сказать! Его взгляд был направлен прямо на меня, в мои глаза. Я впервые видела его таким. От его глаз только неслась одна нехарактерная ему ласка, нежность. Он аккуратно и медленно своей рукой гладил мою щеку, при этом положив свою вторую руку мне на колено. Я чувствовала, как мои щёки начали пылать ярким огнём, такого никогда ещё не было, сколько я знаю себя. Я чувствовала, что мои ноги стали ватными, даже если я не стояла, а лишь сидела на полу. Он стал тянуться к моим губам и когда наши губы почти соприкоснулись, послышался ужасный грохот.       Я тут же очнулась, осознав, что только что могло произойти. Я мгновенно, несмотря на боль в ногах, наконец-то смогла подняться. Немного пошатавшись, я всё же удержалась на своих ногах. Горо лишь печально вздохнул и тоже встал на ноги, неловко улыбаясь. Вера, надежда, любовь значит… да как он посмел влюбиться в меня?! Уж такого я никогда не могла ожидать от злодея. Может, это несерьёзно? Но не похоже, чтобы он шутил. Послышался еще грохот. Да что вообще происходит? Нужно быстрее идти и спасать задницы всех, вдруг, они там без меня не справляются?! — Лучше иди, помоги им, Мацуи, — услышала я твердый голос шатена. — Даже если я помог тебе, это не значит то, что мы теперь не враги. Я благодарен Шину, но когда тебе что-то угрожает, я не могу стоять в стороне. — Ты для меня всегда будешь врагом, — фыркнула я на его слова, смущенно смотря в пол.       Вдруг на своей голове я почувствовала руку Горо, который трепал и без того мои лохматые волосы. На его лице снова появилась та хитрая, высокомерная ухмылка. Теперь-то я узнаю старого Судзуки. Но, после всей правды о себе, о планах Шина, что он мне рассказал, я считаю его не таким уж и плохим. Он бы просто так не стал мне рассказывать всё это, открывая всю правду. Я благодаря его словам узнала, кто был тем незнакомцем в моем сне. Это, конечно, несомненно меня радовало. Но, прошлое Горо… оно было тоже пропитано болью, он не мог иначе. Я стала понимать злодеев, браво, Аки, браво! Их на такие поступки толкают ужасное прошлое. У него просто не оставалось выхода, как присоединиться к Шину. Будь я на его месте, я, скорее всего, тоже бы согласилась. — Береги себя, Мацуи, с днём рождения тебя.

***

      Я бежала по штабу, бежала на звуки грохота. Где грохот, значит, там все герои и злодеи. Я должна успеть. Сил просто нет. Я то лечу, то бегу, но сил всё равно нет. Я не думала, что если Горо возьмет и вырубит меня, то так ослабну. Тут даже гадать не надо, кто мог меня вырубить. Горо сделал это непросто, он, видно, давно решил рассказать мне об этом. Вот только почему? Неужели он настолько сильно любит меня, что готов спасать? Или даже может предать Шина? У меня никак это не укладывается в голове, полной проблем.       Я впервые благодарна Горо за... всё, что он мне делал. Но это не значит то, что я перестала его ненавидеть. Нет, я продолжаю его ненавидеть, это чувство никуда не пропало, но ненависти стало меньше. А та ненависть, что исчезла, перешла на Шина. Как же я ненавижу его, ненавижу, ненавижу! Надеюсь, что в скором времени получится арестовать его и посадить за решётку.       Он чуть не поцеловал меня, боже! Я была в тот момент такой беспомощной, что даже не могла оттолкнуть его. У меня руки были свободными, и я легко могла бы оттолкнуть и наорать на него, какого черта он творит, но я не стала. После всего услышанного, я вообще не соображала. Я видела, что он делал, но сделать ничего не могла. Благо, этот грохот спас от того, что могло случиться. Я бы очень пожалела, если бы он меня поцеловал. Я люблю лишь Тодороки, никого больше. Он единственный человек, который заставил мое сердце бешено колотиться от его взгляда, от близости, от компании. Я считаю, что даже какой-то невинный поцелуй в щечку от друга, подруги может послужить причиной огромной ревности. Он даже знает о моём дне рождения!       Ладно, сейчас мне не стоит даже думать об этом. Сейчас есть дела намного важнее всего этого.       Я прибежала на грохот и увидела очень неприятную, ужасную картину... Чисаки сражался с сэром Ночноглазом, при этом лидер Восьми заветов смерти выглядел совсем иначе… его руки стали какими-то не такими, большими, коричневыми, в глазах одно сумасшествие. Тот, видно, увидел меня. Его взгляд меня очень смутил и испугал, что ноги стали ватными. Вдруг я увидела Мирио, Мидорию и саму девочку Эри. Они стояли, о чем-то говорили. Мирио был весь в крови, от чего я была в ужасе. Неужели Чисаки ранил его? Вот же нужно бы Тогате идти вперёд самому!       Я быстро, что есть силы прибежала к ним. Тогата еле-еле стоял на ногах, каким-то чудом обнимая при этом перепугавшуюся Эри. Где Айзава-сенсей? Где Кио? Где полиция и другие герои? Неужели мы одни здесь? — Деку, Лемиллион! — крикнула я им, привлекая к себе внимание. Они повернулись и, как только увидели меня, облегчённо вздохнули. — Что происходит? Где все остальные? — Долго рассказывать, Сильвия. Ты в порядке? — обеспокоенно спросил меня Мидория. — Еще живая, как видишь, — ответив, я взглянула на сражение Ночноглаза и Чисаки.       Очкастый пока что справляется, но вряд ли он долго сможет продержаться. Он сам рассказывал, что не такой уж и спортивный. Он долго не сможет удержать злодея, ему требуется помощь. Я, сжав кулаки, только хотела взлететь, чтобы хоть как-то помочь ему, но меня удержала крепкая рука Изуку. Вдруг я почувствовала резкую боль в своем сердце и не удержавшись на ногах, упала на землю, закашляв кровью. Ч-что происходит с моим телом? Почему я кашляю кровью? Неужели моему телу конец? Мидория опустился рядом со мной, расспрашивая, что со мной. Хотела бы я сама знать, что со мной творится. — Я в порядке, Деку-кун… я помогу Лемиллиону и Эри выбраться от сюда, а ты иди, помоги Ночноглазу. Он сам не справится без чей-либо помощи, пожалуйста… — дрожащим голосом начала говорить я, сдержавшись, чтобы снова не закашлять. — Я прошу тебя, Деку-кун…       Он лишь уверенно закивал мне головой. Я улыбнулась ему в знак благодарности и, встав на ноги, подошла к Эри. Она, увидев меня, вздрогнула и испуганно стала глядеть. — Эри, всё будет хорошо, — я улыбнулась ей искренней улыбкой, погладив её по мягким волосам, и подошла к Мирио.       Увидев меня, он мягко улыбнулся, но его улыбка тут же пропала с лица. Я закинула его руку себе за шею, а другой рукой взяла ручку Эри. Мидория, поломав стену, сделал этим самым нам дорогу, чтобы мы попали в коридор, через который можно найти выход из штаба. Я кивнула ему и медленно, неся Мирио и держа за ручку Эри, пошли к выходу. — Всё… хватит… — неожиданно дрожащим голосом начала говорить девочка, тем самым обратив на себя наше внимания. Я с Мидорией удивлённо посмотрели на неё. Почему она так говорит?       Из её глаз стали идти слёзы, из-за чего мое сердце сжалось. — Эри… — прошептала я, как вдруг произошло то, что никто вообще не ожидал.       Сэр Ночноглаз был весь в крови. Он попал прямо на те острые, длинные камни и они вонзились прямо в его руку и живот. Мои глаза до невозможности расширились, что я то открывала, то закрывала свой рот, прямо как рыба в воде. Но последнее меня окончательно добило. В него вонзились не только камни, но и... растения! Я повернула свою голову и увидела Ами, которая парила в воздухе и испуганно смотрела прямо на очкастого, закрыв свой рот руками. Эти растения продолжали наносить удары, тем самым мужчина терял очень много крови. — Очкас... очкастый… — прошептала я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.       Ами продолжала парить в воздухе, испуганно смотря, как Ночноглаз истекает кровью. Она… она и Чисаки ранили его! Я почувствовала такую злость, такую ненависть, что мне прямо сейчас хотелось всё рвать и метать, что они сделали с ним. Я в последний раз чувствовала такое, когда родители погибли на моих глазах…       Чисаки снова стал создавать эти камни, направляя прямо на нас. — Сильвия, уведи отсюда Мирио и Эри!       Но я не могу… я не могу сейчас взять и просто уйти. Не хочу. Хочу помочь тебе, Изуку. «Аки, ты сильнее духом кого-либо на свете. Не делай так, чтобы тебя с ног до головы охватило отчаяние, ненависть!» — послышался в моей голове женский голос.       Я, будто очнувшись, снова взяла за руку Эри и стала тихо, медленно идти к выходу. Что за голос внутри меня? Он так похож на голос мамы. Если бы не он, я бы пошла туда, на верную смерть… во чтобы не стало, я должна вытащить отсюда Мирио и Эри! Мы вышли в коридор и стали медленно идти. Мирио был тяжёлым, но сейчас его вес не главное. Я должна вытащить их, пока во мне есть силы. Как только они окажутся в безопасности, я пойду и помогу Мидории, обязательно! — Лемиллион, что случилось с тобой? — тихо спросила я, оглядев его. Весь в крови, побитый. Как могло только такое произойти? — Я… потерял причуду… навсегда.       Его слова как гром среди ясного неба. Я думала, что мне это могло послышаться, но тот явно сейчас не собирается шутить в такой ситуации. Но, чёрт возьми, это что, снова наркотик Чисаки? Есть и такие, которые могут сделать так, что человек может потерять причуду навсегда?! Моё сердце снова сжалось. Сейчас Мирио явно чувствует себя очень ужасно, а я тут спрашиваю его о таком! Мне было жаль Деку, когда я узнала, что у него с самого детства не было причуды, а тут появился Всемогущий и подарил ему надежду и причуду, но потерять причуду, это значит, потерять веру в свои силы… — Лемиллион… это, это… — я сама не знаю почему, но из моих глаз стали идти крупные капельки слёз. Я поймала его удивленный взгляд. — Мне… очень жаль, правда. — Все в порядке, Сильвия. И я не жалею об этом. Самое главное для меня спасти Эри, — он взглянул на пепельноволосую, которая шла и молчала всё это время.       Получается, он сражался без причуды с Чисаки? Это же надо быть каким сильным, чтобы вот так продержаться до прихода Ночноглаза, Мидории. Вдруг на его глазах, я увидела слёзы и тот упал. Я упала вместе с ним, но стояла на коленках. Он становится всё слабее и слабее. Да и у меня уже нет сил. Но разве такое возможно, что после отключки мои силы пропали? Такого ведь быть не может! Но вдруг в мою память стали приходить картины, когда я общалась с Горо. Я видела среди тех обломков много растений, оборванных, но не обратила почему-то на них внимания. Черт возьми! Неужели моя причуда снова вышла из-под контроля, и поэтому я такая слабая?       Горо ведь даже сказал, ты такую красоту сделала! Получается, причуда вышла из-под контроля, пока я была без сознания? Это… это ужасно! Я начала кашлять и снова изо рта пошла красная жижа. На этот раз её было очень-очень много. Я кашляла так сильно, что глаза даже заслезились. Вдруг я услышала голос Чисаки, обращавшись к Эри. — Эри, не верь… ему… — я начала снова кашлять и увидела, как пепельноволосая стала уходить от меня и Мирио.       Я встала на ноги, облакотившись о стенку. Нет, я не слабая, я должна привести этого ребенка сюда, чтобы она была счастлива. Если Кай победит, то она навсегда останется несчастной… — Мирио, прости, мне… нужно идти за Эри, — тихо сказала я, держась за стенку.       Он кивнул и нацепил грустную улыбку.       Я, придерживаясь за стенку, стала медленно ползти туда, обратно, где сейчас происходит сражение. Во чтобы не стало, мне нужно уговорить Эри, чтобы она не верила словам Чисаки. Много проблем из-за Восьми заветов смерти, но ребенок ни в чем не виноват. Она не виновата во всем этом. Я пришла туда и увидела, как она медленно идёт к Каю, при этом прося его вернуть, чтобы всё стало как прежде. Она готова пожертвовать собой ради других… Эри готова страдать сама, лишь бы не страдали другие. Я, что есть силы, подбежала к ней со спины и обняла её. Она замерла на месте, переставая идти дальше. — Из-за тебя никто не умрет, Эри. Все будут жить счастливо, в том числе и ты.       И тут с потолка свалилась героиня Рюкью, создавая при этом сильный поток ветра.