Мой герой

      Кейго пришел очень вовремя. Своими перьями он спугнул Судзуки, и тот, как последний трус, просто сбежал. Надеюсь, он не слышал тех слов, что были мне адресованы от Шина. Но от вопросов мне не отвертеться. Честно, я была рада видеть светловолосого, что именно он спас меня. Я, конечно, удивлена, что он помнит меня и вообще узнал в темноте. Он всегда называл меня малявкой, что меня немного бесило, но почему-то сейчас мне это показалось очень даже… милым? Если бы на его месте был кто-то из других профессиональных героев, то чувствовала бы большую неловкость.       Крылатый герой держал меня крепко в своих руках, а я насколько было возможно, прижалась к его груди, вдыхая запах его одеколона. Запах был чудесен. Боже, о чем я только думаю в такие моменты?!       Мимо нас пробежали какие-то другие герои, которые говорили о Судзуки, что его нужно обязательно поймать, пока тот далеко не убежал. Около нас остановился какой-то герой, который обращался к Ястребу, расспрашивая его о злодее. В моих ушах резко начался какой-то гул, что я попросту не могла расслышать то, что они говорили. Но чувствовала я себя в безопасности в руках Таками, потому что знала, что он обязательно защитит меня.       Неужели на меня так действует чья-то причуда? Или это снова какой-то наркотик от Восьми заветов смерти? Я думала, что от них полностью избавились. Всё-таки их арестовали, и они находятся в тюрьме. Но если Судзуки имел какую-то связь с якудза, то неудивительно, что у него осталась ещё та дрянь. Но не думала, что у меня будут такие симптомы. Как же я не люблю свою слабость…       Закрыв глаза, я старалась успокоиться. Не нужно из-за этого впадать в панику. Всё будет хорошо. Может, я перенервничала, что с Аоки что-то вдруг случится, и я не смогу спасти её? Но чтобы эти нервы привели к такому… еще хочу спать. Почувствовав сильный ветер, что дул мне прямо в лицо, открыла глаза и заметила, что мы с Кейго были уже не на земле, а воздухе. Благодаря своим крыльям он взлетел в небо и стал лететь. Луна светила вовсю, и с помощью нее я смогла разглядеть его лицо. Оно было очень серьёзным, как никогда прежде. Его и так растрепанные волосы сдувал ветер, делая их ещё растрепаннее. Его густые брови были немного нахмурены, а его золотые глаза смотрели вдаль. Золотая маска сидела на нем просто идеально. Он с нашей последней встречи очень повзрослел. Небольшая щетина делала его только симпатичнее. — Малявка, ты хоть как? Немного потерпеть сможешь? — с беспокойством в голосе спросил меня Таками, немного ускорив свой полет.       Я даже и не заметила как гул в моих ушах исчез. Глаза Кейго рассматривали моё лицо с любопытством и с небольшим беспокойством, от чего мне стало очень неловко. Умеют же люди всегда меня смущать. Не знаю почему, но сейчас я вспомнила один день из академии, когда мне и Тодороки дали совместное задание по литературе: найти и вместе приготовить биографию одного из японских писателей. Мы сидели вместе в библиотеке, и своим изучающим взглядом он вечно меня смущал, хотя снаружи я этого не показывала. Именно Тодороки заставлял меня всегда смущаться. Он ведь всё-таки один из лучших учеников в классе. Даже нет, он лучший ученик среди всех первогодок Юуэй, он намного сильнее остальных, плюс ещё и умнее. Я всегда думала, что он смотрит на меня сверху вниз.       Отбросив все мысли о парне с гетерохромией, я посмотрела на блондина, что ждал от меня ответа. — Всё тело ужасно болит… каждое движение приносит боль, — прошептав, я вновь уткнулась в его грудь, поджав губы.       А ещё я хочу стать героиней… так стыдно перед ним! Жалуюсь тут перед ним, вызываю жалость, он летит со мной в больницу, после этого я могу быть героиней? Да, я еще первогодка, у меня есть временная лицензия, с помощью которой я могу пользоваться своей причудой, не боясь полиции. Но я не смогла управиться с одним злодеем! Неужели в будущем мою жизнь будут спасать другие герои? По крайней мере я защитила в первую очередь Шику, которой могли угрожать из-за меня. Чёрт, как же я жалею, что приехала сюда. Я только и делаю, что подвергаю других людей опасности. — Тебе стоило дождаться нас, профессиональных героев. Хоть ты и имеешь геройскую лицензию, но ты ещё студентка, — немного строго проговорил парень, делая своё лицо вновь серьёзным.       Я отвела свой взгляд в сторону, чтобы не видеть лицо Кейго. Хочу поскорее в больницу, а то, сидя в руках Ястреба, сгорю со стыда. Но мне было приятно, что он беспокоится обо мне. Впрочем, как и в детстве.        Впервые в своей жизни я обиделась на Джун. Мне было ужасно обидно за то, что она мне никуда не разрешила поехать летом самой. Да, я была ещё маленькой, всего лишь семь лет, но очень хотелось поехать в другую префектуру, а именно — в Канагаву. Я знала, что родители погибли, но мне почему-то хотелось посетить тот парк, в котором произошли все эти события, но Джун была категорически против. Глупо, конечно, обижаться на такое, но я сбежала из дома в тот день, когда Кио со своим лучшим другом приехал к нам в гости. Я шла по улицам Токио и ужасно злилась на рыжеволосую. Ладно, если бы она сказала, что поедет со мной, я бы была не против, но зачем категорически запрещать?       Я шла по безлюдной улице, вытирая свои слёзы с щёк, и вдруг на меня выскочили какие-то собаки. Тогда я их ещё не боялась, хотела их погладить даже, но их морды были настолько страшными и злыми, что пришлось пятиться назад. Собак было всего лишь пять, они все медленно шли на меня, при этом рычали. Один их вид мог каждого привести в ужас. А что после? Я стала бежать настолько быстро, насколько это было возможно. Собаки, конечно, побежали за мной. Они были быстрее меня и почти догоняли. Не знала куда бежала. Мне хотелось быстрее убежать от них, спрятаться куда-нибудь. Как нарочно, на улице никого не было.       А потом, не знаю каким образом, одна из этих собак оказалась спереди меня. Я визжала от страха и свернула в какой-то переулок, чуть ли не падая. Мои ноги ужасно устали, стало очень жарко, щёки были красными. Я ведь им ничего не сделала, думала я. И тут случилось самое ужасное: переулок закончился, и впереди была большая стена. Я остановилась около неё, всё ещё не веря увиденному. Я колотила её своими кулаками, чуть ли не плакала, просила о помощи. Даже хотела использовать свою причуду, чтобы взлететь, но от страха и стресса я не могла.       А собаки наступали. Они очень злобно рычали, хотели, скорее всего, меня разорвать. Я спиной прижалась к стене, закрыла глаза и молилась, чтобы хоть кто-то меня спас. Открыв глаза я увидела, что на них налетели красные перья, заставившие их отступить. Мои ноги дрожали от страха, и, поняв, что мне ничего не угрожает, я скатилась по стене. Потом я увидела, как передо мной приземлился Кейго, взмахивая своими крыльями. — Эй, всё уже позади. — Он присел на корточки передо мной, погладил меня по волосам, успокаивая: — Они ушли и тебе ничего не угрожает.       Я поджала губы и чувствовала как по щекам скатывались слёзы. — Я… я… м-мне страшно! — Я хотела вновь заплакать, но Ястреб прижал меня к себе, нашептывая на ухо успокаивающие слова: — Всё уже позади, тебе нечего бояться. — Он встал в полный рост, взял меня на руки, взлетел. — В следующий раз не нужно убегать от тёти, она хочет тебе только лучшего, ты ведь ещё малявка.       Вдруг я услышала тихий смешок, заставивший оторваться от воспоминаний и взглянуть на крылатого героя. — Ты с тех пор так выросла, малявка, что прямо не верится. Недавно была такой маленькой, а сейчас уже повзрослевшая девушка. — На лице Ястреба появилась небольшая улыбка, которая помогла мне немного расслабиться.       Он, как всегда, показывает себя строгим, но на самом деле является очень хорошим человеком. Правда, он очень болтливый. И может быть нахалом. Но всё же не понимаю, как Кио подружился с ним? Они вместе учились в Шикецу в одном классе и стали лучшими друзьями. Но всё же, это классно! — Ты тоже повзрослел, Ястреб. — Хихикнула я, пытаясь игнорировать новую порцию боли в теле. — Кейго. Называй лучше по имени. Я не люблю всех этих формальностей, — снова улыбнулся он, заставляя меня расплыться в небольшой улыбке.       Мы наконец-таки прилетели в больницу. Он ворвался в больницу, продолжая нести меня в своих руках, глазами искав медицинских сестёр. Перед нами появились несколько девушек, которым блондин объяснил, что со мной произошло. Они принесли носилки, и Ястреб аккуратно уложил меня туда, показывая большой палец вверх, говоря этим, что со мной всё будет хорошо.       Я слабо кивнула головой, прикрыв глаза. Не знаю, что делали со мной медсестры, но я слышала и чей-то мужской голос, скорее всего, это был главный врач. Я слышала их голоса, которые перемешались в один целый, поэтому разобрать ничего не могла.       Не знаю, сколько прошло времени, но, походу, мне дали наркоз. Открыв свои глаза, я оказалась в палате. Взглянув в окно, я поняла, что на улице было темно, скорее, уже была глубокая ночь. Тело ужасно ныло, но уже не так, как раньше. Было, конечно, легче. Попытка приподняться закончилась неудачей. Будто я весь день была на тренировке Айзавы-сенсея — такое у меня было сравнение, ибо обычно я не могу встать с постели после его тренировок. Моё горло ужасно пересохло, хотелось ужасно пить. Тут я услышала звук открывающей двери, в которую вошла какая-то медсестра. Увидев меня, она немного улыбнулась и спросила: — Как себя чувствуешь?       Я открыла было рот, но вместо слов вырвался какой-то хрип. Медсестра взяла со стола бутылку с водой, которую я не увидела прежде, протянула ее мне. Взяв ее в руки и благодарно кивнув головой, я выпила ее всю. От прохладной воды мне сразу же стало намного легче. Не зря Джун говорила, что вода может вылечить некоторые болезни. — Тело… ужасно ноет, — ответила я, отдавая пустую бутылку девушке.       Та лишь задумчиво кивнула головой. Я всё же сделала вновь попытку сесть, и, наконец-таки, у меня получилось. Было, конечно, больно, но лежать мне больше не хотелось. Медсестра, видно, хотела возмутиться, чтобы я легла обратно, но в палату вошёл Кейго, поэтому она замолчала. Кивнув ему головой, девушка ушла, оставив нас одних. — Кейго, Судзуки поймали? — серьезным голосом спросила я, не давая сказать ему ни слова. — Герои обнаружили его в другом районе, сейчас они вовсю гонятся за ним, — после его слов, мне спокойнее не стало. Хотелось, конечно, больше информации, но не думаю, что мне сейчас что-либо расскажут. — Тело продолжает болеть? — Да… — не стала врать ему, — что врач сказал? Что со мной произошло? — В тебе был какой-то наркотик, но не был похож на тот, что делали Восемь заветов смерти, — парень придвинул к моей кровати стул и сел на него, скрещивая руки на груди. — Тебе вовремя оказали помощь, иначе, ты бы вообще не смогла двигаться.       Так и знала, что это было действие наркотика. Но то, что он не принадлежал Восьми заветам смерти, озадачило меня, и в голову начали лезть разные теории. Может ли быть такое, чтобы Шин сам занимался наркотиками? Или он закупается у других злодеев? Всё ведь возможно. Горо ведь говорил, что Шин не особо подчиняется Лиге злодеев, он может быть связан с другими злодеями, о которых мы не знаем.       Однозначно я зачем-то нужна была Шину. На данный момент у него одна цель — отомстить. Но это не значит то, что у него нет других планов. Не думаю, что он просто так хотел рассказать мне о своей истории, которую я давно знаю. А если сейчас Ами угрожает что-то? Вдруг он направляется именно к ней? А если… это он следил целую неделю за мамой, что та была вынуждена уехать из страны?       По моей спине прошёлся холодок. Когда это уже всё закончится? Я думала, что спокойно буду учиться в академии, но иметь вот такие проблемы я не хотела! — Скажи, почему тот злодей охотился на тебя? Я слышал его последнюю фразу, адресованную тебе…       Я поджала губы, не зная, что ответить. Я не могу рассказать Ястребу о моей семье, обо всём этом дерьме, что я нахожусь. Понимаю, ему интересно знать. Он понял, что мне угрожает что-то серьезное от Судзуки, но… я не хочу кого-то ещё втягивать в это. И так теперь Шика знает немного и тоже втянута. Аргх! — Это… долгая история… и… — У меня есть время, чтобы ее послушать, — серьёзно проговорил парень, заглядывая в мои глаза. — Ты можешь всех деталей не рассказывать, но мне нужно знать о том, какую связь ты имеешь с этим злодеем.

***

POV Шото Тодороки       Знаю, что я поступил ужасно с Мацуи, но по-другому я не мог. Я не хочу ее подвергать опасности. Хотя, нет, Аки находится и так в большой опасности из-за своей сестры, которая является участником Лиги злодеев. Кто знает, что у неё на уме. Курсы продолжаются, но после того небольшого экзамена они стали проходить раз в неделю. Можно будет немного отдохнуть от них и постараться всеми силами избегать Мацуи и дальнейшего общения с ней.       Я предложил ей остаться друзьями. Думаю, зря сделал это. Она на уроках смотрит на меня, пытается понять, почему я её бросил, но я делаю вид, что не замечаю ее взглядов. И так сделал ей слишком больно. Я действительно хочу сделать ее счастливой, но если она будет со мной, то ей никогда не быть ею. Каждый раз когда я засыпаю, мои мысли занимает именно Мацуи, никто больше. После того, как я встретил ее в Юуэй, она изменила мою жизнь. Жизнь… приобрела краски. Раньше я ни о ком так не думал, потому что мою душу переполняла ужасная обида и как насолить своему отцу за то, что случилось с мамой, но как только начал встречаться с Аки… моя обида стала таять в прямом смысле. Она была словно большая глыба льда, которая никогда не оттает. Но постепенно глыба в моей душе стала медленно таять.       И вообще… как она могла влюбиться в такого как я? Конечно, я верю ей. Я ничего не знаю о любви и по сей день, если только из книг, но когда я смотрю на Аки, то правда вижу, что она меня любит. То, как она улыбается, то как она пытается помочь, то как она старается стать героем, не сдаётся… мне именно это в ней нравится. У неё свои взгляды на этот мир, свои мечты. Она больше всего беспокоится за свою тётю, которая стала ей как родной матерью. Но Джун-сан действительно хороший человек. Девушка действительно беспокоится за свою племянницу, оберегает её, заботится… Я даже тайно кое-какое время завидовал Мацуи. Пусть хоть у неё погибли родители, в смерти которых она винит себя, но у неё есть люди, что всегда будут с ней рядом.       Помню, как меня отчитал ее двоюродный брат, который был очень зол, когда обнаружил Мацуи без сознания во время практики и нападения Убийцы Героев. Он даже, несмотря на то, что рядом со мной стоял мой отец, взял и всё высказал, что я не мог защитить девушку. Ну и Мидории тоже немало досталось, что тот не остановил Мацуи. Я понимаю, что он беспокоится о ней, она всё-таки его двоюродная сестра, но она ведь выбрала этот путь и знала, на что шла, когда пошла спасать Ииду. Я тоже не на шутку перепугался, когда Аки была без сознания и сломала себе руку. Чувствовал в этом свою вину…       Ах да, я ревновал ее ко всем, потому что Аки общалась со всеми очень легко, не то что со мной. Я видел, как ей неловко, и думал, что это всё из-за моего шрама, но Мацуи уверяла меня каждый раз, что этот шрам не причем, и он только делает меня симпатичнее. Конечно, я впервые слышал от девушки такой комплимент, но было приятно.       И наше первое свидание было хорошим. Не скажу, что я любитель шумных мест, я предпочитаю посидеть в тихих местах, наподобие библиотеки или своей комнаты, но мне хотелось сделать Мацуи счастливой. У меня это получилось. Во время нашей прогулки в парке аттракционов она так искренне улыбалась, что я сам не мог сдержать улыбки. С ней мне становится очень хорошо, я чувствую себя другим человеком. Как же я понял, что она влюбилась в меня? Я случайно услышал, как наши одноклассницы разговаривали о том, кто им нравился. У Мины была теория о том, что Мацуи нравлюсь я. Меня это, конечно, заинтересовало, но я не думал, что могу какими-нибудь образом нравится Аки, и начал за ней наблюдать. Каждый раз она смущается передо мной, краснеет и смотрит таким взглядом…       Так я и понял, что нравлюсь ей.       Но в последнее время… я не часто общаюсь с ней и даже не знаю, что творится у неё в голове. У меня дополнительные курсы чтобы получить временную геройскую лицензию, а у неё — стажировка у героя сэра Ночноглаза. Конечно, меня не радовало то, что я отставал от класса, как и самого Бакуго. Мне хотелось всех догнать, и я старалась всеми силами это сделать. Мацуи думала, что я завидую тому, что она сдала экзамен и стала на ступень выше к становлению героя, а я нет. Если честно… мне не было смысла завидовать этому. Вместо этого я начал трудиться вдвойне.       Конечно, я жалею, что так поступил с Мацуи. — А где Мацуи? — спросил строго Тенья у всего класса, когда все уселись за столы на ужин.       Я, подходя к столу, где уже в тарелках лежал наш ужин, осмотрел столовую. Действительно, Мацуи здесь не было. Неужели опаздывает на ужин? — А может, она уснула в своей комнате? — предположила Урарака, поднимаясь со своего места. — Я пойду, позову её.       Староста класса кивнул головой и уселся за своё место, приступая к еде. Обычно, Аки всегда вовремя приходит на ужин. Или, может, Урарака права, она всего лишь уснула? От Мидории я слышал, что Айзава-сенсей устраивает им дополнительные занятия, чтобы они успели освоить школьную программу, от чего очень устают. Я сел на своё место, стараясь ни на кого не обращать внимание, но то, как наши одноклассники громко разговаривают за едой, это было невозможно.       Через несколько минут шатенка вернулась совершенно одна и подошла к Ииде, что-то шепча ему на ухо. Лицо парня ни капли не изменилось, оно осталось все тем же серьёзным. Он кивнул головой Урараке и, встав со стола, ушёл.       Я сразу же почувствовал что-то неладное. Почему Очако вернулась одна, без Мацуи? Что она говорила Тенье, а потом тот ушел? Не доев свой ужин, я поднялся и пошёл туда, куда пошёл Тенья. Нашел я его в общей комнате, который прижал к своему уху телефон, пытаясь кому-то дозвониться. — Иида, что произошло? — спросил я его, и тот тут же повернулся ко мне. — Урарака не обнаружила Мацуи в комнате. Она пыталась дозвониться ей, но она не брала трубку. Её в общежитии точно нет, и это меня беспокоит. Айзава-сенсей не берет трубку, — ничего не скрывая, рассказал мне Иида.       Моё сердце сжалось от услышанного. Обычно до Мацуи не дозвониться, если что-то с ней случилось. Из-за этого стало не по себе. Иида всё пытался дозвониться до учителя, но никак не получалось. Если с Аки что-то произойдёт, я не прощу себе этого. В мою голову стали лезть мысли о её сестре. А если Шигараки Томура снова задумал нападение на учеников Юуэй и хочет нами манипулировать с помощью Мацуи?       Я сразу же пошёл к выходу из общежития. Раз Айзава-сенсей не берёт трубку, придётся идти в академию и найти Всемогущего или кого-нибудь из других героев. Как только я вышел, я заметил, что Иида идёт вслед за мной. Кивнув друг другу головой, мы вскоре были у порога академии. Перейдя его, мы двинулись в учительскую, которая была недалеко от выхода. Учителя в это время ещё должны быть в там. Постучавшись, мы вошли туда. И я не ошибся. Там сидели Всемогущий и Сущий Мик, которые о чем-то говорили. Увидев нас, они замолчали и вопросительно взглянули. — Юный Тодороки, юный Иида, что-то случилось? — спросил нас Всемогущий, поднимаясь со своего кресла. — Извините, что побеспокоили вас! — начал извиняться Тенья, немного поклонившись. — Вы не знаете, где Айзава-сенсей? — Он только что вышел отсюда, должен вот-вот вернуться, — ответил Сущий Мик, допивая свой кофе. — А он вам зачем? — Дело в том, что Мацуи нет в общежитии, и мы никак не можем до неё дозвониться, — не дав сказать старосте, спокойно ответил я на его вопрос.       Но внутри я чувствовал пламя, что начало вспыхивать от злости на себя. Да, я злился, что что-то с Мацуи могло произойти из-за меня. Мы остались в учительской, чтобы дождаться Сотриголовы и выяснить, знает ли он местонахождение Мацуи. В ту же минуту в кабинет вошёл Айзава-сенсей, хмуро посмотрев на меня и на Ииду. — Что-то случилось?       Иида только было хотел открыть рот, как телефон Сотриголовы начал звонить. Учитель, устало вздохнув, он подошёл к столу и взял трубку. Из телефона слышался чей-то мужской голос, но я не мог разобрать, что он говорил. Остальные учителя также заинтересовано наблюдали за Сотриголовой, бросая на нас изредка взгляды. После двух или трех минут разговора, Айзава Шота убрал телефон в карман и проговорил: — Мацуи в больнице.