young forever

Тэхён трезвонит в дверной звонок и широко улыбается, обмениваясь взглядом с Чонгуком. Мальчишка даже не подозревает, что сидящий за стеной Джин едва ли не подпрыгнул от испуга. Старший, несомненно, ждал прихода ребят, но неожиданный звон заставил его сердце забиться чуточку быстрее. А может, виной тому было нахлынувшее вдруг волнение в предчувствии встречи с младшими. — Привет, хён! — выкрикивает с порога Тэ и одаряет хозяина квартиры своей фирменной квадратной улыбкой. Сокджин по ней скучал. — Ты слишком шумный, Тэхён, — Чонгук шутливо закатывает глаза и добавляет с толикой наигранного волнения: — Смотри, как бы на Джин-хёна соседи не пожаловались за крики. — Это точно, — усмехается старший. — Ну, заходите, ребята. Джин действительно очень скучал по парням. Те несколько дней, что не виделся с ними, он пытался загрузить себя работой. Но повседневная рутина выматывала даже таких трудяг, каким являлся Сокджин. Она напрягает своей монотонностью и выбивает из колеи. И ладно бы, если у Кима работа была сидячей, где нужно всего-то разбираться в ворохе бумажек или отвечать на звонки. Ему порой кажется, что так было бы лучше и легче, но на деле приходится патрулировать на кухне, выполняя заказы. Ежедневно парясь под жаром плит и часто мечась из стороны в сторону, трудно не растерять все силы и желание просыпаться в ненавистные шесть утра. Поэтому Сокджин взял выходной, решив, что мучить себя довольно, и небольшая передышка лишней не будет. — Чем так вкусно пахнет, хён? Ты опять наготовил кучу всего? — У Тэхёна глаза так и загорелись, а в животе легонько заурчало, стоило ему зайти вглубь квартиры и уловить аромат. С утра у него не было аппетита, и за весь день он перебился пресной булочкой из школьной столовой. Зато сейчас пустой желудок дал о себе знать. — Да там по мелочи, Тэ. За пустой стол вас же не посадишь, — На сокджиновом лице расцвела широкая улыбка. Лишь загруженный работой график не позволял каверзным мыслям атаковать голову Сокджина. Это было своего рода противоядием. Но сегодня, когда он взял выходной, пришлось себя занять чем-то помимо работы. Обнаружив, что вся посуда перемыта, а на книжных полках нет и следа пыли, Джин отчасти задумался. Ему правда не за что было взяться, но в голову быстро пришла идея. Он набрал Чонгука и предложил им с Тэхёном зайти. Сегодня была пятница, и парням не нужно беспокоиться о домашнем задании на следующий день. Наверное, поэтому Гук охотно согласился и через пару минут прислал подтверждение того, что Тэ также не против этой затеи, и они будут к пяти. Такая новость подбодрила Сокджина. Ким всегда старался сделать для парней всё в лучшем виде и по высшему разряду. Даже если всем, что он мог им предложить, была вкусная еда и место, где они могли собраться все вместе. И хотя сегодня они встречались далеко не полным составом, стараний и рвения в нём не убавилось. Сокджин учёл все предпочтения ребят: он приготовил мясные блюда, кимчи и не забыл про выпечку. Готовя, он представлял улыбки и прикрытые глаза младших, их довольные возгласы с набитым ртом. Так называемой вишенкой на торте было тэхёново: «Очень вкусно, хён!». Эта фраза, что младший повторял всякий раз, когда наслаждался трапезой, была у Сокджина любимой. В моменты их посиделок он мог назвать себя по-настоящему счастливым. — Ничего себе «по мелочи», хён. Ты целую армию кормить собрался, что ли? — Чонгук обомлел, когда вошёл на кухню и увидел стол, полностью заставленный едой. Но улыбка быстро расцвела на его лице, а спустя мгновение он уже посмеивался, оглядываясь на своего хёна. Такое было вполне свойственно Сокджину. — Ага. Два моих тонсена вполне сойдут за армию, — старший подмигнул ребятам. Уступать им в колкостях он даже не собирался. — Ну, садитесь за стол. Стук столовых приборов, смех друзей и небольшая суета заставляли Сокджина чувствовать себя живым. Все эти звуки наполняли квартиру, и тишина больше не напрягала. То самое желанное спокойствие билось в нём ключом. Всё потому, что рядом были нужные люди. И он бы без единых сомнений и колебаний отдал всё, лишь бы такие моменты длились вечно. Потому что парни были самым дорогим для него, а моменты их близости — самыми ценными в его памяти. — Ох, хён, так вкусно! Я с самого утра в рот почти ничего не клал, а сейчас словно бы в раю! — Тэхён набивает рот едой, довольно мыча. Сейчас он не думает о том, что выглядит со стороны нелепо или его поведение нарушает правила этикета. Он лишь наслаждается постепенным чувством насыщения и улыбается, смотря на Сокджина. Тэ с Чонгуком всегда было спокойно «в руках» Сокджина. Бывают такие люди, с которыми чувствуешь себя, как дома, независимо от фактического местонахождения. Наверное, Сокджин был человеком-домом для младших. Рядом с ним они чувствовали себя в безопасности, и все тревоги забывались автоматически. В квартире Джина парни могли громко смеяться и говорить с набитым ртом, за что никто не сделает им замечания. С них были сняты все запреты, и разрешалось быть самими собой. Они становились увереннее в себе, делясь впечатлениями об очередном прошедшем дне или мыслями по поводу чего-либо. Потому что Сокджин не тот, кто в ответ покачает головой и осудит. Он всегда был их преданным слушателем, пускай и немногословным. Но зато он давал ребятам желанное доверие, понимание и уют. — Вы, кстати, выбирались куда-нибудь ещё? Когда тарелки были опустошены, и все перебрались в гостиную, Сокджин решил завести разговор. Спрашивать про учёбу у него не было и мыслей, потому как это далеко не самая интересная и приятная тема для обсуждения. Поэтому вполне логично было спросить о похождениях ребят, ибо ничего другого ему в голову не пришло. — Хотели вернуться в тот парк, ведь в прошлый раз мы его не весь обошли. Но на неделе не было времени. Да и сил, если честно, тоже. Но мы планируем на выходных туда сгонять, — закончил Чонгук. — Да-а, — протянул Тэхён ленивым голосом, почесав затылок, — было бы здорово. Главное, чтобы не появилось других дел и эти планы не сорвались, — он закинул руки за голову и облокотился о спинку дивана. Всем своим видом Тэхён показывал спокойствие и умиротворение, но доля смятения читались на его лице. Младший, казалось, был готов вот-вот погрузиться глубоко в свои мысли. Сокджин не дал ему сделать этого: — Думаю, всё будет отлично. Я буду ждать от вас сообщений, поэтому вы обязаны исследовать каждый уголок парка именно в эти выходные, — он подмигнул парням. — И не забудьте про фотоотчёт. — Конечно, хён. Спасибо тебе, — глаза Тэхёна засияли, а губы растянулись в лёгкой улыбке. Для Сокджина эти приметы были хорошим знаком. Но сейчас он понимал, что одних слов мало, и ребят нужно отвлечь. В голову пришла мысль занять младших играми. Пару месяцев назад он обзавёлся приставкой. Если честно, то ему самому она ни к чему. Он за всё это время не притронулся к ней, за исключением того раза, когда нужно было настраивать это чудо техники. А дальше к прибору уже пристроились две пары ловких рук, для которых приставка и была куплена. Джину хватило пару раз уловить восхищения мальчишек о какой-то недавно вышедшей игрушке, чтобы начать откладывать деньги на предмет их возгласов. Отчего-то ему хотелось осчастливить ребят хотя бы такой мелочью. Он прекрасно понимал, что их родители не стали бы баловать детей таким образом, ведь иначе те забьют на учёбу. Сокджин также знал, что Тэ с Гуком напрашивались порой в гости к однокласснику, лишь бы опробовать недавно вышедшие игры. Но так совсем не годится. Уж пусть лучше парни смогут вдоволь наиграться у него в гостях без чужих правил и условий. Джин до сих пор вспоминает их лица, полные восторга и неподдельного удивления. Смесь признательности и стеснения читалась в их глазах, из-за которой ребята не могли выговорить ничего связного. Они тогда весь вечер благодарили его, то восторженно крича, то неловко глядя в пол. А у Сокджина же в груди надолго разлилось тепло. — Давненько вы не рубились в приставку, парни. Ну что, готовы наверстать упущенное? — он кивнул в сторону тумбочки в другом конце комнаты. Парни переглянулись, прищуривая глаза. Они одновременно кивнули, а в следующее мгновение уже стремглав летели к мнимому алтарю, чтобы выбрать желанный диск. Глядя на их ребячество, Сокджин начинал невольно смеяться. Будь у него в отрочестве такие друзья, он сейчас, наверное, был бы гораздо общительнее и умел говорить о своих чувствах.  — Эй, хён, не хочешь присоединиться? — Чонгук всегда предлагал Джину сыграть вместе с ними. Даже если знал, что тот ничего не смыслит в играх. Он считал это своим долгом. — Неужели ты забыл, что я совсем не умею обращаться с этой штуковиной? Но я обязательно понаблюдаю за вашей игрой и присоединюсь к беседе. Только сперва мне нужно прибраться на кухне, — Сокджин поднялся с дивана и был уже готов завернуть за угол и направиться в сторону кухни, как вдруг ему в спину прилетело предложение о помощи: — Тебе помочь, хён? Джин на мгновение завис, остановившись. Он улыбнулся мальчишкам через плечо, и бросил перед окончательным уходом: — Нет, Тэхён, спасибо. Я сам уберу всё. Развлекайтесь. Пока с кухни доносился звон посуды и копошения Сокджина, ребята успели влиться в игру. По окончанию очередного раунда, Чонгук отложил консоль в сторону и помассировал виски указательными пальцами. Он неожиданно заговорил, размеренно и тихо, едва ли не шепотом: — Джин-хён такой заботливый, — выдержав паузу, продолжил: — Когда я думаю о том, сколько всего он для нас сделал, мне становится отчасти совестно. Ким взглянул на Чонгука, мельком разглядывая черты его лица, словно ища в них ответ. Эта затея оказалась тщетной, ведь лицо Чона было заполнено дымкой задумчивости, и ничего более прочесть с него нельзя было. Поэтому Тэхён вернул свой взор к экрану, на котором крупным шрифтом высвечивалось: «PAUSE». — Почему же? — он вскинул одну бровь, обращаясь словно не к Гуку, а к прибору. — Ну, сам подумай: он так заботится о нас, а что мы можем ему предложить взамен? Мы же просто приходим, проводим с ним время, болтаем о всякой всячине и уходим. Тэхён вновь уставился на Чона. Он разглядывал его профиль с минуту, а затем придвинулся ближе. — А ты уверен, что ему что-то нужно от нас? Чонгук не ответил. — Я просто немного не понимаю тебя. Мне кажется, хён счастлив просто видеть нас. Может это и не заметно, но он всегда так светится рядом с нами. Ты ведь наверняка обращал внимания на его искреннюю улыбку всякий раз, как он видит нас на пороге своей квартиры. Не уверен, прав ли, но мы, наверное, скрашиваем его одиночество. И он так добр к нам не потому, что чего-то ждет взамен, Чонгук. Он просто счастлив, что мы рядом. Младший всё еще молчал, переводя взгляд с тэхёновых губ (до глаз ему, отчего-то, добраться было сложно) на свои руки. Ким не был намерен его сильно грузить. Ему самому, если честно, хотелось просто расслабиться и выкинуть из головы всё, что могло заставить уйти глубоко в себя. — В любом случае, это просто мои догадки, — он шумно выдохнул, разминая шею. — Просто не забивай голову такой ерундой, хорошо? Беспокоиться за дорогих тебе людей, конечно, нужно, но если разжигать в себе тревогу по пустякам, то так можно и с ума сойти. — Наверное, ты прав, — Чонгук, наконец, улыбнулся, — Ну что, продолжим? — Валяй, — Тэхён нащупал руками джойстик и вернул своё внимание к экрану, вновь погружаясь в игру. Спустя некоторое время шум на кухне стих, и Сокджин уже стоял позади ребят. Он наблюдал за ловкими пальцами, что умело обращались с консолями. Картинка на экране быстро менялась и преображалась. Старший, правда, не улавливал смысла происходящего, но раз мальчишки так увлечены игрой, то в ней определённо что-то есть. — О, хён, ты уже закончил? — Да-а. У вас, я смотрю, дела идут полным ходом. — Угу. Ты не устал? А то, небось, весь день на кухне возишься, то готовя, то убирая, — Чонгук обернулся через плечо, бросая обеспокоенный взгляд на Джина. — Всё в порядке, Чонгук, — он улыбнулся, — я и не такое за день успевал. Поэтому не переживай, ладно? — Хорошо. Как только последний звук слетел с губ Чона, из коридора донеслась пронзительная трель. Это был телефонный звонок. Сокджин удивился, ведь на домашний ему мало кто звонит (в основном, рекламные компании), а вечером так тем более обычно не беспокоят. — Я сейчас вернусь, — бросил он ребятам и направился в сторону разрывающегося от звона аппарата. Это оказался его коллега по работе. У того случился непредвиденный форс-мажор, по вине которого выйти на работу он завтра не мог. Но Сокджин не был готов возвращаться к работе завтра же и настоял, чтобы его напарник поспрашивал остальных и нашёл себе подходящую замену. Это был первый раз, когда Джин отказал. Признаться честно, его привычка всегда говорить «да» до этого момента выходила ему боком. Юноша явно не ожидал услышать отказ и решил, что ему удастся добиться своего иным путём. Именно поэтому формальный двухминутный разговор перерос в уговоры, длительностью явно больше обычного. Собеседник изрядно утомил Сокджина, и последний был готов уже согласиться, но тот сдался первым. Повесив трубку, Ким облегчённо вздохнул. Отказывать людям оказалось не так-то просто, но, может, именно эта ситуация научит Джина не подстраиваться всегда под других и в первую очередь думать о своём комфорте. — Ну что, парни, всё еще… — зайдя в гостиную, он тут же замолчал и по инерции прикрыл рот ладонью, стоило увидеть мальчишек. Те двое забавно завалились друг на друга, и, судя по тишине и отброшенным в сторону джойстикам, было нетрудно догадаться, что дремали. На экране же большими буквами маячило «GAME OVER», и Сокджина это отчего-то заставило улыбнуться. Он подошёл к монитору и выключил его, тем самым погружая комнату в полную темноту. Чонгука с Тэхёном нельзя было оставить вот так, лежащими на полу в позе эмбриона. Но и будить их Сокджину не хотелось. Ребята явно вымотались за сегодня, а игра в приставку нехило их разморила, отчего они умудрились заснуть за считанные минуты. Джину думалось, что, разбуди он их, они соберутся и уйдут домой. Он переживал, что в полусонном состоянии с ними случится невесть что, да и, признаться честно, ему хотелось ненадолго продлить минуты их близости. Даже если парни спали, они всё равно находились рядом. И Сокджину для счастья хватало их присутствия и мирного посапывания. Он прокрутил в голове несколько вариантов развития событий и остановился на лучшем. К большому счастью, он был знаком с родителями обоих из ребят и имел с ними хорошие отношения. Более того, по словам самих младших, их предки тепло отзывались о нём и имели доверие. Сейчас это было ему на руку. Джину не составило большого труда объяснить всю суть ситуации их родителям в небольшом сообщении. В конце он добавил, чтобы они не волновались и не винили мальчишек ни в чём. Сокджин уверил их, что никаких неудобств парни ему не доставили, и всё в полном порядке. Взрослые не заставили его долго ждать и отреагировали весьма положительно, поблагодарив юношу за заботу и доброту к их детям. Дальше дело было за малым: уложить мелких в кровать. Однако сам Сокджин с этим не справился бы точно. Поэтому пришёл к выводу, что растормошить ребят придётся, иначе они всю ночь проведут на полу. Но прежде чем выводить их из царства Морфея, Джин позаботился о том, чтобы кровать была застелена. Он решил уложить их в своей комнате, так как на его двухместном ложе они вполне уместятся, а сам он ляжет тут, в гостиной на диване. Когда спальные места были готовы, Джин навис над ребятами и лёгонько потряс их за плечи. Первая попытка успехом не увенчалась. Парни даже не дёрнулись и продолжили мирно спать. Тогда Сокджин начал тормошить мальчишек сильнее и настойчивее, одновременно зовя их шёпотом по именам. Спустя несколько секунд послышалось недовольное мычание: — Хё-ё-ён, — губы Чонгука приоткрылись, складываясь в трубочку после произнесённого слова. — Давай, Чонгук, вставай, — он потянул Гука за руку, и, пока тот пытался понять, в чём же дело, Сокджин успел поднять на ноги и Тэхёна. Старший не без усилий довёл мальчишек до своей комнаты, а после уложил на кровать. Как только их головы коснулись подушек, до Сокджина вновь донеслось тихое посапывание. Словно Тэхёна и Чонгука никто не будил, они быстро вернулись в свои сны. Прежде чем уйти, Джин несколько минут стоял у изголовья своей кровати, наблюдая, как зачарованный, за сном ребят. Комната была окутана темнотой, но тусклый свет ночника рассеивался по спящим лицам, позволяя Киму различать их. Такое зрелище не могло обделить Сокджина теплом и не вызвать улыбку на его лице. Наверное, именно эти минуты были более остальных наполнены счастьем для него. Даже привычная тишина сейчас совсем не казалась ненавистной. В ней витало спокойствие и умиротворение, которого так не хватало Сокджину. И он надеялся, что ребятам снятся лучшие сны, и их ничто не тревожит. С такими мыслями он пожелал им доброй ночи, пускай они и не слышали его, и сам отправился спать. Джин впервые за долгое время засыпал без тревоги и чувства одиночества. Эта ночь была действительно доброй.