Незадачливый убийца

             — Из-за тебя я испортил чулки! — не переставая ворчал на Владыку Убийца.       — Как скажешь, — кивал тот, соглашаясь со всем, чтобы его сладкий ни говорил, усиленно делая вид, что он покорен…       — Нога до сих пор болит!       — Доберёмся до кареты, я приложу лекарственные травы. Потерпи немного, сладенький мой.       — Я голый!       — Я же накинул на тебя свой китель…       — И что? Он же ни хрена не прикрывает! Посмотри! — Убийца ткнул пальцем на свои голые ляжки, и Владыка с голодным взглядом уставился на них. — Неделю меня не получишь! Две!       — Сам-то вытерпишь? — скептически полюбопытствовал Владыка, еле оторвав взгляд от аппетитных ляжек и переведя его на недовольную моську эльфа.       — Я найду с кем! — расхохотался тот а-ля дьявол.       — Я те дам «найду»! Пояс верности захотел?! Мигом устрою!       — Чё-о-о?! Ты страх потерял?! Три недели!       — Сладкий?! Прости! Я больше не буду! Давай хотя бы одну… — захныкал Владыка.       Сделав серьёзно-обиженную моську, Убийца резко отвернулся, давая понять, что всё, он больше не желает вести разговоры. Владыка только надеялся, что, получив десятки, а то и сотни дорогих подарков, не важно каких, он оттает быстрее и позволит к себе прикоснуться. А ещё же это гребёное стадо, которое он ему должен…       Они уже второй день пробирались по лесу. Полностью признавший свою вину Владыка, дабы хоть самую малость загладить её, нёс его всё это время на руках. Он уже в голове перебирал все украшения сокровищниц, про какие вспомнил, пытаясь выбрать не просто самое дорогое, а самое яркое, блестящее и заурядное — Убийца такие любит. Надо будет ещё озадачить его личного портного, пусть подключит знакомых, если понадобится, и создаст уникальную коллекцию красивого бельишка! Он уже мысленно потёр руки, сделав вид, что Убийца его простил, как тот заявил:       — Отниму всю твою гардеробную!       — Она и так вся твоя, — озадаченно произнёс Владыка.       — Точно-о-о… — Убийца на мгновение задумался. — Тогда весь этаж займу! Будет лично мой! — и согласно закивал.       — А какой? — боязливо спросил Владыка, ожидая от того всего чего угодно.       — Какой-нибудь из нижних, чтобы далеко не ходить, — Убийца, пребывая в размышлениях, прижал к подбородку руку. — Хотя, если учесть, что есть несколько крыльев в замке, где мало кто вообще бывает. Занять одно из них и сделать всё под себя!       — Как скажешь, сладкий, — Владыка любовно потёрся о его висок носом.       — Я тебя ещё не простил!       — Прости-прости! Можно хотя бы маленький поцелуй?       Убийца с подозрением покосился на Владыку и на то, как тот выпячивает губы, со вздохом кивнул, сделав вид, что это он тут царь и Бог. Получив благосклонность своего эльфа, Владыка тут же прижался своими губами к его. Он и не рассчитывал, что будет даже просто поцелуй, но то, как он отозвался, отдалось приятным волнением в паху. Идущая от него страсть давала понять, что его эльф хочет на самом деле.       — Ты что делаешь?! — возмутился Убийца, залепив звонкую пощёчину, когда Владыка завалил его на траву.       — А что я делаю? — искренне не понял тот, подумав, что раз Убийца ответил на поцелуй так похотливо, то можно устроить безобразие на природе.       — Вообще-то, у меня нога болит! — Убийца ткнул пальцем в больную лодыжку.       — Ну сладкий! — заканючил Владыка, точно выпрашивающий у родителей сладкое ребенок. — Ты сам виноват, что так страстно ответил! Я хочу!       — А я причём?! Вали к своим рукам! — взвыл Убийца и попытался отползти подальше, но Владыка вцепился в его бёдра с такой силой, что у него ничего не вышло.       Владыка горячим поцелуем впился во впадинку на шее Убийцы, сжимая рукой его уже вставший член. От тела Убийцы исходил еле уловимый запах пота, который по уши втюрившемуся в него Владыке казался самым приятным в мире. Он вылизывал его шею, оставляя влажные дорожки. Кусал за мочку уха, заставив дышать более глубоко и обдавать себя горячим дыханием. Прикусив самый кончик, почувствовав, как под зубами двигаются хрящики, вынудил вскрикнуть и застонать.       Как думал Убийца, что, будь он женщиной, то, наверное, давно бы уже лужу под себя сделал. В смысле кончил. Всё-таки как бы он ни материл Владыку, а тот в этом деле профессионал. По телу уже бегали далеко не только мурашки. Волны возбуждения накрывали с головой. Хотелось лечь и ничего не делать… В принципе, так и было… Пока что. Он ведь даже не догадывался, что Владыка для него приготовил.       Медленно, от кончика уха, к мочке, по скуле к впадинке — Владыка, покрывая его мимолётными поцелуями, опустился до самого соска. Розоватая горошинка словно вытянулась навстречу ласкам. Кончиком языка он провёл по более тёмному ореолу вокруг него. Зубы несильно сомкнулись на соске и потянули наверх. Убийца на мгновение замер, но тут же по телу пробежала дрожь, в прикушенном месте словно прошёл разряд тока. Даже второй начал пульсировать, требуя внимания и к нему. И Владыка не заставил себя ждать. Сжав влажный — от своей слюны — сосок пальцами, принялся сжимать его, делая движения, словно доил. Губы сжались на втором, немного втянули его в себя и с хлюпаньем отпустили. А затем снова и снова.       От всего этого у Убийцы в голове начал сгущаться туман. Его пальцы судорожно сжимались на траве, выдирая её. Он прогибался в спине, подставляя грудь для ласк, наслаждаясь ими. От одного вида опухших под натиском Владыки сосков уже хотелось стонать — они увеличились чуть больше. И чем дольше Владыка его «доил», тем больше Убийце казалось, что он реально хочет выдавить из него молоко.       Дав своему сладкому эльфу небольшую передышку, Владыка оставил соски в покое, нежно целуя торс, опускаясь всё ниже, к животу с видимыми кубиками мышц. Рассматривая аккуратный пупочек, он в который раз подумал, что надо бы и его проколоть пирсингом… Он только понадеялся, что Убийца его не сразу пошлёт на все четыре стороны. Владыке дико захотелось надеть украшения в сосочки, где дырочки на его радость не заросли, сцепить их между собой на длинную цепь и потянуть, чтобы Убийца орал в голос, а соски сильно вытягивались. Уткнувшись в живот Убийцы, он не смог сдержать плотоядного оскала.       Убийца хоть оскала и не видел, но в какой-то степени чувствовал, что примерно тот задумал. Иначе чего бы ради он ему разрешил занять свободное крыло в замке? Наверняка много чего надарит! Украшения, которые стоят баснословные деньги! У Убийцы даже появился алчный блеск в глазах. На что демон способен в сексе он и так знал, к чему тот стремился дойти — понятно. В принципе, никто в этом плане был не против, явно не сопротивлялся. Ну а если один ради этого готов весь мир к ногам другого положить, то и подавно, зачем сопротивляться? Само собой, желание свалить от Владыки у Убийцы пропало. Да и вон как тот старательно извиняется, что аж в попе пульсировать начало.       Чтобы доставить своему сладкому эльфу как можно больше удовольствия, Владыка взял его член в рот. Нежно посасывая головку, чтобы распалить и возбудить ещё больше, ввёл один палец в анус, поглаживая внутри стенки, уделяя больше всего внимания небольшому бугорку простаты. Почувствовав, как в него проникают, Убийца постарался расслабиться полностью, отдавшись в руки этого извращенца — хотя и сам такой же. Ему уже хотелось нечто больше, а Владыка на диво нежен. От непривычных ласк стоналось не меньше и возбуждалось не менее сильно. Да и так же хотелось, чтобы его поимели.       Ощущая, как накаляется обстановка, Владыка щёлкнул пальцами, и на траву рядом с ним упала всё та же баночка со смазкой. Он провёл рукой под самой попкой Убийцы, вычерчивая круг на траве, который заполнился темнотой. С неяркой вспышкой из него начало вытягиваться толстенькое мягкое, покрытое слизью щупальце со множеством коротких отростков по всей длине.       Плотоядно облизнувшись, Владыка подхватил ноги Убийцы под коленями, наклонился к его попке, смачивая слюной — от предвкушения даже про смазку забыл. А разомлевший под натиском ласк эльф даже и не подозревал, что творилось возле его дырки. Поцелуи и язык в анусе казались такими привычными, хотя и не менее приятными.       От ощущения странного нечто, которое медленно протискивалось через анус в задницу, по телу Убийцы прошла дрожь волнения с нотками страха. Он поднял голову, и его глаза чуть не выпали из орбит от вида проползающего в него щупальца. Откинувшись назад, попытался успокоиться и выровнять дыхание. Что только Владыка ни совал в его задницу! Однако вот это мягкое, влажное так приятно скользящее и извивающееся щупальце он пережить должен…       Разум Убийцы поплыл. От нечто нового в своей попке и правда было до безумия приятно. Отростки не причиняли неудобств, от них не было больно или некомфортно, даже наоборот, они так приятно давили на стенки внутри, выискивая более чувствительные местечки. А когда один из отростков присоской приклеился к бугорку простаты, разминая его со всех сторон, он закричал от удовольствия в голос, не боясь, что их могут и услышать.       Отросток потянул простату на себя, и Убийца, не сдержавшись, согнулся почти пополам. Изо рта вырывался сдавленный стон. Лицо от напряжения раскраснелось. Как же он завопил, когда щупальце начало выскальзывать, а присоска не отпускала бугорочек. В мыслях промелькнуло, что он ему сейчас всё наружу вытащит. И далеко не только простату, но и всю кишку.       На мечущегося Убийцу под напором трахающего его щупальца, Владыка смотрел с восхищением. Такие влажные стоны, слюна изо рта стекает, слёзки капают. Но при этом лицо исказило похотливое желание быть оттраханым ещё сильнее. Щупальце двигалось не просто быстро, а неимоверно. Дырочка так красиво растягивалась под напором отростков, что иногда казалась дивным раскрывающимся цветком.       Убийца начинал громко вопить и чуть ли не писаться спермой, когда щупальце продвигалось внутрь на максимально дозволяющую длину, чтобы не навредить. Владыка был готов поклясться, что периодами видит, как натягивается кожа на животике эльфа. Какое же это волнительное зрелище! Так и хотелось сделать с ним что-то ещё, чтобы довести до исступления, чтобы он без конца писался от удовольствия и непрерывно кончал, заливая себя же всем этим. И без того развратный вид эльфа толкал демона сделать его ещё более похотливым.       Убрав руки от его ног, Владыка подвесил их на чёрные путы, освобождая себя. Он провёл кончиками пальцев по ногам эльфа, сжимая ими аппетитные ляжки. Глянув на несильно дёргающийся член — который дёргался, в основном, когда двигался сам Убийца, — он облизнулся. По его велению путы разошлись в стороны, раздвигая ноги шире, и поднялись выше, для лучшего обзора Владыки.       А посмотреть и правда было на что. Присосок стало больше, несильно и понемногу они вытаскивали кишечник наружу, снова засовывали его обратно. Убийце от этого непередаваемого впечатления было и хорошо, и плохо. Хорошо, ибо возбуждало сильно и удовольствие с каждым разом накрывало его всё больше и больше, из-за чего в голове стоял совсем непроходимый туман. А страшно, ибо иногда казалось, что щупальце ему через задницу весь желудок вытащит, а Владыка на всё это кровавое месиво посмеётся, подрочит, да пойдёт восвояси.       От более острого ощущения в простате Убийца, не сдержавшись, заскулил… даже взвизгнул и обильно кончил. Ему казалось, что от присосок у него вместо бугорка простаты вырос ещё один маленький член. Владыка был в восторге. В очередной раз. От такого зрелища было невыносимо оторваться, и плевать, что в паху уже пожар пылает. Нет… ещё немного он насладится, пытая Убийцу.       Несмотря на отсутствие сил Убийцы, щупальце своего дела не прекращало. Погружаясь всё так же максимально глубоко, оно извивалось ужом, изводя парня всё сильнее. Дождавшись, когда при очередном разе кишечник выскользнет из ануса — который всё это дело ни коем образом не тормозил, спокойно пропуская мимо себя — Владыка, нисколько не стараясь быть нежным, сжал алую кишку пальцами. Его откровенно удивляло, насколько эта плоть нежная, тонкая, мягкая и чувствительная. Убийца сквозь рыдания умолял её не трогать, но где Владыка его послушает… И чем больше Владыка сам мял кишку, тем больше Убийца его молил… продолжать.       Убийца никак не мог понять, страшно ему или всё-таки хорошо. Наверное, всё же хорошо, раз от того, как Владыка мнёт немного вылезшую из задницы кишку, его словно прошибает молнией, и он кончает уже во второй раз. Такого безумия он не ожидал ни от Владыки, ни от себя. Даже стало интересно, на что способен демон, если ему вообще не противиться…       Протянув руки, Убийца через силу сжал пальцы на сосках. Его вскрики звонким эхом разносились по округе, а Владыке казалось, что тому всё мало. Он припал губами к алой плоти, жадно её облизывая, посасывая и целуя. Ему хотелось ещё больше. Язык игриво щекотал натянутый анус, протискиваясь внутрь и растягивая его совсем немного. Владыка максимально широко открыл рот, накрывая им стенки кишечника и с глухим постаныванием втягивая его в себя. Как же это вкусно! Со стороны и правда могло показаться, что он пытается сожрать вопящего мальчишку. У Владыки даже промелькнула мыслишка, что если их кто-то вот так застукает, то реально будет казаться, словно он выдирает из эльфа кишки через задницу и жрёт их, а тот вопит не от удовольствия, а от боли.       Убийца был на грани, казалось, ещё немного — и он сознания лишится. Щупальце очень активно двигалось в заднице. Присоски цеплялись за кишечник, отчего словно всё тело немело. Одна присоска продолжала терроризировать простату, мышцы живота от напряжения уже болели. Да ещё и извращенский демон, который вылизывает его кишку! Сил теребить свои соски уже не было, хотя и хотелось. Он продолжал судорожно сжимать пальцы на траве. Мысленно он надеялся, что это всё, что приготовил для него Владыка; можно этим насладиться ещё немного, кончить последний разок и с чувством выполненного долга терять сознание. Но не тут-то было! Резко выгнувшись, Убийца завопил ещё громче, отчего сорвал голос и обмочился. Владыка же продолжал сжимать зубами его кишечник, смотря на реакцию эльфа с неподдельным восхищением.       Отпустив нежную плоть, Владыка с замиранием сердца уставился на мелко подрагивающего эльфа, который издавал скулящие стоны. Он снова принялся вылизывать задницу Убийцы, с неимоверным удовольствием засасывая её в рот, где водил языком и сжимал губы. Убийца уже в который раз пообещал себе прибить извращенца. Как только поймет, как нейтрализовать его силы…       Насмотревшись на своего сладкого эльфа, Владыка выпустил свой член на волю. Путы опустили Убийцу ниже, и Владыка без предупреждения всадил свой член, заставив того захрипеть от неожиданно — и достаточно болезненно — растянувшегося ануса. Анальное колечко судорожно сжималось, доставляя Владыке и без того ещё больше удовольствия. Мягкие отростки скользили по твёрдому члену, пытаясь утянуть его за собой, погрузив глубже в столь желанную попку.       Владыка трахал несдержанно, резкими быстрыми толчками. Убийца уже не стонал, а хрипел. В заднице было хорошо. В голове было хорошо. Везде хорошо… Ещё и Владыка так за бёдра хватался, что явно синяки останутся. И трахает так, словно у Убийцы есть силы к сопротивлению, и он сейчас убежит от него. Скорее, на него…       Владыка держался из последних сил. Он хотел насладиться своим сладким эльфом как можно дольше, но слишком перевозбудился от простого созерцания, как того трахало щупальце. И от того, как он сам вылизывал его. А от тугого кольца мышц, сладкой жопки и с какой скоростью трётся об него склизкое щупальце, сделалось совсем приятно и сдерживаться сил уже не было. Нагнувшись вперёд, Владыка практически лёг на Убийцу и сжал его сосочки.       Дав призванному существу сделать всё самому, он просто наслаждался жаром тела Убийцы, его хриплыми стонами, узкой дыркой и движением внутри неё. Обоих хватило ненадолго. Особенно и без того вымученного Убийцу, который, кончив в очередной раз, обмяк, тяжело и хрипло дыша. Как только он обмяк, Владыка кончил следом в него, поспешил вынуть свой член и убрать щупальце, которое уползло в ту же дыру, из которой и вылезло.       — Надеюсь, — устало выдавил Владыка, заваливаясь рядом с Убийцей, практически в подмышку, прижавшись носом к влажному от пота, мочи и спермы боку, — тебе понравилось! — и он расхохотался.       — Я даже боюсь представить, — хрипло выдавил из себя тот, — какие ещё мыслишки копошатся в твоём развращённом мозгу.       — Всякие разные, — заверил Владыка, и Убийца застонал с обречением.