Сквозь время, минуя вечность.

      Утром меня разбудил Нап. Он несильно тряс меня за плечо:       - Баль, давай, просыпайся!       Если честно, вставать совершенно не хотелось, в первую очередь из-за ломоты во всем теле, во второй - жуткой пульсирующей головной боли.       - Баль, вставать пора, на пары опоздаем!       Наконец, я всё же смог перебороть себя и открыл глаза. Мы лежали на полу в прихожей. Видимо, вчера я уснул у Напа в руках. Он с какой-то тоской смотрел на меня заспанными и слегка красными из-за недосыпа глазами.       - Давай, вставай, а то на пары опаздаем... - Нап сделал небольшую паузу, - Ты как вообще? Как самочувствие? - сказал он это с какой-то заботой в голосе.       - Жить буду... - не смело ответил я, - Мы что, так и уснули? Почему ты не разбудил меня?       Мельком я вспомнил свой вчерашний срыв и отвернулся от него. "Он меня теперь ненавидит..." - с упреком сказал я сам себе в мыслях. Но Нап, видимо, решил разрядить обстановку, поэтому он с долей напускной обиды и беззлобной издевкой ответил:       - Разбудить тебя: да проще с голоду слона сожрать целиком живьём и стадом баранов закусить! Я тебя вчера попытался разбудить, но ты не просыпался. Хотел тебя было отнести но...       Внезапно, он осекся и замолчал. Нап с тоской посмотрел на меня, затем отвернулся и сфокусировал взгляд куда-то в сторону.       - В общем, - он продолжил, не смотря на меня, - Ты уснул у меня на плече, и я не смог тебя с места сдвинуть... Ты, - Нап опять расстроенно посмотрел мне в глаза, осторожно, тихо спрашивая, - Ты разве ничего не помнишь?       Я отрицательно кивнул.       - Понятно...       Он о чём-то задумался, крепче прижимая меня к себе. Было безумно тепло и уютно в его руках. Однако в груди у меня появилось до боли щемящее чувство. Я не хотел разочаровывать его, не хотел расстраивать. Не хотел видеть этот печальный взгляд. Что ещё хуже, это моя вина: я довёл его до такого состояния.       - Ладно, - Нап натянуто улыбнулся, делая вид, что ничего не произошло, - Давай, поднимайся, а то ты хоть и худющий, но тяжёлый. Из-за тебя у меня сейчас рука отвалится!       Он несильно плечом пихнул меня в спину, делая намёк. Я нехотя выбрался из его рук и поднялся. Сразу же заболела спина и шея. Нап поднялся следом.       - Так, - он бодрым командным тоном сказал мне, - Топай в ванную, а я что-нибудь сварганю похавать. Есть охота просто жуть! Ну, чего стоишь? Иди давай, не стой столбом!       Я поплелся в ванную. Удивительно то, что мне не было так плохо от вчерашнего алкоголя. Да, голова гудела и болела, тело ломило от драки и сна на полу, но в целом было нормально. Пока я приводил себя в порядок, в квартире вкусно запахло едой и кофе. В животе недовольно заурчало. Закончив все свои дела, я вышел в кухню. Нап сидел за столом, завмотревшись в одну точку, даже не замечая меня. Сейчас он выглядел потерянным и одиноким. Сердце снова кольнуло болью вины.       Я осторожно подошёл к нему. Он вздрогнул от неожиданности.       - Я тут, это... - он растерянно начал говорить, - Я, короче, яичницу сделал, будешь?       Некоторое время мы сидели молча в гнетущей тишине и ковыряли еду. Никто из нас не набирался смелости заговорить. "Я должен извиниться," - решил я, - "Это из-за моего поведения он так расстроен, но...".       Нап что-то не договаривал. Что-то произошло ещё, что теперь он так загрузился. Страшно то, что он даже не говорил мне, что именно. Я постарался напрячь память о вчерашних событиях, но после отключки я ничего не помнил. "Ладно," - решил я, - "Чем просто так сидеть, нужно поговорить с ним! Так неправильно, нельзя с ним так обойтись! Он не заслужил такого отношения к себе. "       - Нап я... Я хочу извиниться за вчерашнее. Тебе не следовало видеть то, что вчера было, - начал я, подбирая слова, - Я был пьян и не понимал, что творю и говорю. Прости, я не должен был вытворять такое...       Нап нахмурился и смерил меня взглядом. Я мигом заткнулся. "Почему ты опять злишься на меня?"       - Забей, - как-то на отвали сказал он, - У всех бывает плохое настроение, бывают плохие дни и прочие причины. Будем считать, что я просто повернулся тебе под руку и ты на мне попросту отыгрался.       Он на секунду задумался, затем продолжил, не глядя на меня:       - И знаешь, ты был прав: мне стоит уйти. Я уже написал брату, и вечером меня уже не будет здесь. Я надеюсь, наше примирение пройдёт более-менее гладко.       Меня будто огрели тяжёлым мешком по голове. Даже на секунду забыл, как нужно дышать, а сердце пропустило пару ударов, замерев где-то в груди.       - Д-да...? - я то ли спросил, то ли от шока выпалил первое, что пришло в голову.       Нап странно на меня посмотрел, словно ожидая чего-то. "Чего же ты хочешь от меня? Скажи хоть что-нибудь, Нап. Дай мне подсказку, сделай намёк! Пожалуйста, только не смотри на меня вот так пристально, осуждающе и тоскливо. Что угодно, но не ненавидь меня. Прости! Прости, прости, прости...!"       Но я лишь опустил глаза вниз, не выдержав напора.       - Хорошо, пожалуй, ты прав, - я хотел сказать это более громко, но голос подвёл меня, перейдя на хрип.       Он какое-то время так и сидел, не сдвинувшись с места. Тишина между нами оглушала, сводила с ума. Он снова ждёт чего-то?       Но Нап сам прервал молчание:       - Ладно, я тогда пойду в универ. Ты, это, не зевай и догоняй. Увидимся на парах, не опаздывай.       Каждое его слово будто било меня прямо по позвоночнику. Я хотел сказать ему что-то, но он резко вышел из-за стола и направился в коридор. Почему же мне так больно?       Резко хлопнула входная дверь. От громкого звука я подпрыгнул на месте.       Нап ушёл, и больше он не вернётся.