Инвариантное будущее

Весь остаток ночи Дана почти не спала. Лежала с закрытыми глазами, ворочалась с боку на бок, пыталась читать, попила ромашкового чаю. Бесполезно. Уснуть она не смогла. Перед ее глазами стояло лицо Малдера. Она опять видела в его глазах столько боли, что казалось одному человеку не в силах совладать с нею. Его рассказ не выходил у нее из головы. Дана и сама не могла бы объяснить, почему вот так, с ходу поверила незнакомцу. Она, та, которая ничего не принимала на веру, требуя факты и доказательства, вдруг безоговорочно поверила в этот фантастический рассказ. Может от того, что такие глаза не способны были солгать. Так или иначе, теперь она мучилась от желания помочь этому человеку, и не знания как это сделать. Ближе к утру, когда ей показалось, что она нащупала кое-какое решение, девушка облегченно провалилась в сон. По дороге на работу Дана продолжала развивать мысль, посетившую ее ранним утром, находя, что она не была столь уж безумной. Теперь лишь надо найти предлог, пойти к агенту Малдеру и рассказать о своей задумке. Всё утро ей не сиделось на месте. Она сто раз вставала. Перекладывала дела на столе. Роняла карандаши и ручки. Ходила к ксероксу, понимая, что копировать ей ничего не нужно. В общем, была страшно рассеянной, что совершенно не походило на суперорганизованную и аккуратную Дану Скалли. Всё дело было в том, что она искала предлог. Предлог не находился. Попутно она выяснила, что агент Малдер, по прозвищу «Призрак» прозябает в маленьком кабинете, в подвале. Куда идти теперь было понятно. Но не могла же она заявиться к нему просто так, безо всякой причины. Ближе к обеду, в сотый раз перебирая в памяти их вчерашний разговор, она вдруг поняла. Никакого предлога не надо. Она просто пойдет к нему и скажет, что она придумала, чтобы помочь. И она была просто уверена, что он поймет всё правильно. Не обидится, не оскорбится, не пошлёт куда подальше с ее идеями. А если это произойдет, значит, она в нем ошиблась, насочиняла себе небылиц, выдумала несуществующего героя. Однако что-то подсказывало ей, что всё так. Ничего она не придумала. Он такой, каким она увидела его вчера. Сильная личность, с раненой душой. И ему нужна ее помощь. Приняв решение спуститься в подвал ближе к ланчу, Скалли почувствовала себя немного спокойнее, хотя что-то по-прежнему тревожной занозой тянуло и накручивало сердце. «Просто волнуюсь»,- успокаивала она себя. «Всё-таки не каждый день принимаешь судьбоносные решения». То, что принятое ею решение судьбоносно, Дана не сомневалась. Если Фокс примет ее предложение, то у нее изменится все: работа, карьера, образ жизни. Как ни странно, она была к этому готова. Более того, она этого хотела. После обеда Дана решила выпить кофе, и около автомата столкнулась с Элли, экспертом-криминалистом. Не то, чтобы они были подругами, но всегда при встрече останавливались поболтать о том, о сем. Скалли считала ее милой, разумной девушкой. Увидев ее сейчас, Дана даже обрадовалась, решив побольше разузнать о Фоксе Малдере. К экспертам обращался почти каждый агент из Бюро. Так что хочешь информацию о ком-либо, спроси у эксперта. - Привет! - Элли помахала Дане рукой. - Привет! - Скалли подошла к автомату, налила кофе, и они отошли в сторонку. Только Дана открыла рот для озвучивания заготовленного вопроса, как Элли опередила ее. - Дана, ты не слышала, что произошло? - возбужденно затараторила девушка. - Нет,- Скалли покачала головой, но нехорошее предчувствие холодной лапой сжало ее сердце. - Вчера ночью на нашего агента было совершено нападение. Вроде бродяга какой-то пырнул ножом. Странно то, что бумажник забрал, а часы дорогущие оставил. Вот теперь думают, может и не бродяга это, а заказное убийство, прикрытое под ограбление. У Скалли мгновенно пересохло во рту, и спазмами скрутило живот. Она еще не слышала имени пострадавшего агента, но казалось, что она знает это. С трудом разлепляя онемевшие губы, Дана смогла прошептать. - Как его зовут, пострадавшего? - Да ты его, наверное, не знаешь, агент Малдер. Ну тот, который… Элли что-то еще продолжала говорить, однако девушка ее не слышала, лишь видела как открывается и закрывается ее рот. Скалли стояла и смотрела на нее, не в силах поверить, не в силах принять эту новость. «Этого не может быть!»- билось у нее в голове.- «Этого не должно было случиться! Всё должно было быть не так!». Сердце, казалось, разлетелось на кучу осколков, стало трудно дышать. Как сквозь вату до нее донесся голос Элли. - Дана, тебе плохо? На тебе лица нет. Скалли удалось только кивнуть головой. Элли тут же засуетилась, подхватила ее под локоть, потащила к стулу, усадила, сбегала за водой. Дана выпила несколько глотков и откинулась на стуле, прикрыв глаза. Почему весть о смерти этого почти незнакомого ей человека, так больно поразила ее? Как будто он был ее другом или любимым. Почему она чувствовала, словно с грохотом захлопнулась дверь, ведшая в другую жизнь, которая ей приоткрылась вчера. Жизнь, наполненную смыслом и борьбой, интересной работой, может быть страданиями, но и неисчислимыми радостями, жизнь рядом с человеком, который мог стать родным, стать всем для нее. Всё это могло произойти с ней, если бы он был жив, если бы он принял ее в свою команду, если бы раскрыл ей свое сердце, если бы поверил ей, если бы позволил быть рядом. Если бы, если бы, если бы…. История не знает сослагательного наклонения. И вот сегодня вместе с жизнью этого человека, у нее отобрали всякую надежду, забрали будущее. Нужно принять то, что есть и жить дальше. Нужно, но как это сделать? Если чувствуешь, что часть твоей души омертвела. Если знаешь, что до конца жизни не смиришься с этой потерей. Не только с потерей этого мужчины, но и с утратой новой, другой жизни, которую он забрал с собой. Дана даже не замечала, как слезы катятся из-под закрытых век, катятся не переставая. Сердце разрывалось от боли и жалости к нему, ушедшему из жизни так рано, не познавшему радость побед, счастье преданной дружбы, надежного партнерства, разделенной любви, от жалости к себе, не успевшей дать ему всё это, и не успевшей разделить всё это с ним. Через некоторое время Скалли открыла глаза и увидела, что Элли протягивает платок, и словно извиняясь, что-то говорит ей. -Дана, прости, я не знала, что ты была с ним знакома. Он был твоим другом? Скалли кивнула, и слезы потекли еще стремительней. - Дана, он пока еще жив. Тяжелый, очень тяжелый, но живой. Скалли смотрела на нее и ничего не говорила. -Дана, ты не слушаешь меня! Элли принялась тормошить ее за плечо. -Дана, послушай! У него очень серьезное ранение, говорят, задето легкое. Никто не знает, выкарабкается он или нет. Но пока он жив. Наконец до Скалли дошло, что она пытается ей сказать. «Жив! Живой!» Это всё, что ей было нужно знать. - В какой, в какой больнице?!- выкрикнула она. - Тише, Дана, успокойся! Он в госпитале св.Терезы. Но Скалли уже сорвалась места и устремилась туда, где может быть ее ждала еще не совсем потерянная надежда на другое будущее, будущее с ним.