The Unquiet Grave

      Первое, что Пол говорит, когда Аарон ставит перед ним чашку горячего шоколада:       - Прости, что сорвался на тебя. Я просто…       - Боже, не извиняйся передо мной, - говорит Аарон, - я скорее бы пожелал, чтобы ты сорвался на меня из-за чего-нибудь подобного, чем делал вид, словно это не имеет значения.       Пол опускает взгляд на свой напиток:       - Я… это не должно иметь значения. Ну, по крайней мере, не те вещи, которые ты мне сказал. Я знаю, ты был пьян и не в себе от грусти…       - Пол, - перебивает Аарон, - пожалуйста, не делай так. Не веди себя, словно ты никому не важен.       Парень глубоко вздыхает:       - Хорошо. Это не самое худшее, что мне когда-либо говорили, но из твоих уст это было именно таким. Я… думаю, я все еще переживаю из-за этого.       Аарон вздрагивает и нервно выдыхает:       - Окей. Что... что мне сделать? Я уже извинялся и говорил, что не имел в виду того, что сказал, - он зажмуривается, - я сказал это, чтобы вывести тебя из себя до такой степени, чтобы вынудить уйти. Пожалуйста, что мне сделать, чтобы ты поверил? Это не то, что я чувствовал к тебе тогда, и уж точно не то, что я чувствую к тебе сейчас.       Дэрил борется с собой, чтобы не вставить свои пять копеек. Он решил держаться в стороне, пусть Аарон и Пол решат все сами.       - Да, - говорит он, все-таки не в силах удержаться, - сразу после произошедшего он сказал мне, каким мудаком он был. У меня нет причин лгать.       Пол молчит, потирая лицо рукой.       - Я не знаю. Это как… блять, я не знаю. Словно ты видел меня насквозь. Я продолжал… продолжал… продолжал чувствовать себя дерьмом, повторял себе снова и снова, каким мудаком я был.       - Почему? – спрашивает Аарон.       Пол поднимает на него взгляд:       - Я сказал тебе, почему.       - О, - говорит Аарон, - из-за того, что ты чувствовал по поводу Эрика.       - Да, - говорит Пол, не встречаясь с взглядом Аарона, - все, о чем я мог думать… то есть, это был голос в моей голове, говорящий: «ты должен быть счастлив, разве не этого ты хотел?». Не… и это не важно, что это не так. Как я говорил, я всегда знал… я знал, что даже если вы двое расстанетесь, я не смогу сделать тебя счастливым, как делал он. И он умирает вот так...       Аарон молчит, пытаясь подобрать слова. Наконец, он говорит:       - Я. Ох. Я писал речи и практиковал их до твоего приезда. Пытаясь придумать, как лучше спросить, станешь ли ты моим парнем.       Пол бросает на него взгляд:       - Придурок.       Улыбка мелькает на лице у Аарона:       - Да, нельзя не согласиться. Эрик упоминался только в одной из речей, но я ее выбросил к остальным в кучу мусора. Я не… - Аарон вздыхает, - я не хотел, чтобы ты чувствовал себя, словно я… я хотел, чтобы она была только о тебе и обо мне. О нас. Но я должен был догадаться, что неважно, что в ней будет, если в комнате гигантский слон в форме Эрика. Не только из-за меня, но и как ты сказал – он был и твоим другом.       Пол грустно улыбается ему:       - Даже если я был дерьмовым другом.       Аарон морщится и отводит взгляд:       - Это была... это была твоя страшная темная тайна? Что ты иногда ненавидел Эрика?       Пол снова кидает на него взгляд:       - Эх, это достаточно дерьмовое чувство по отношению к кому-либо.       - Я… я ненавидел его тоже, - шепчет Аарон, - иногда. Особенно перед самым концом, в тот последний месяц, - Аарон делает вдох, - и я знаю, что были моменты в тот последний месяц, когда он ненавидел меня.       У Пола слезятся глаза:       - Аарон, он не…       - Ненавидел. Иногда я видел это в его глазах. Потому что он страдал и умирал, а я нет. И я ненавидел его по… эмм, по тем же причинам, что и ты. За болезнь, за то, что оставил меня. За времена, когда он старался выглядеть сильным, словно целый гребаный мир не прекращает существовать. За… - Аарон зажмуривается, - За то, что не был ебаным экстрасенсом и не знал, что изжога после еды означает, что он умрет, если не обратится к врачу прямо сейчас и не начнет лечиться.       Пол смотрит на него, открыв рот, но так и не произнеся ни слова. Аарон ждет некоторое время, после чего мягко спрашивает:       - Ты…ты когда-нибудь ненавидел свою семью? Джона?       - Это другое, - шепчет Пол.       - Почему? – спрашивает Аарон, - когда тебе больно и ты ничего не можешь сделать, чтобы остановить это, ты становишься омерзительным. Выдумываешь ужасные вещи. Обвиняешь людей в том, в чем они не виноваты. Но это не ты.       - Но это не делает такое поведение нормальным, - говорит Пол.       - Это делает его простительным, - говорит Аарон.       - Неужели? – спрашивает Пол.       - Для меня? Да, - говорит Аарон, - твои слова о том, что иногда ты ненавидел Эрика, не меняют того, что я чувствую к тебе. Если ты дашь мне шанс, я сделаю абсолютно все, чтобы осчастливить тебя. На всю оставшуюся жизнь, если позволишь. Но это не изменит того факта, что будут моменты, когда ты и меня на мгновение возненавидишь.       - А что насчет меня? – спрашивает Пол, - а меня ты иногда ненавидишь?       - Не так сильно, как когда мы были младше, - говорит Аарон, - когда ты был гребаным куском дерьма, как Алекс, когда ты по-идиотски рисковал и чуть не погиб. Я говорил Дэрилу – эй, не смотри на меня так, ты сам велел мне воплотить его в жизнь, - иногда трудно любить человека, который так беспечно относится к кому-то из моих друзей, как ты относишься к себе.       Пол некоторое время молча смотрит на свои руки. Наконец, он откашливается и произносит:       - Помнишь выпускной год, когда я спрыгнул с балкона девочек на твой?       Аарон молчит, как громом пораженный:       - Ох, да. Одна из вещей, которые заставили меня понять, что я… что у меня к тебе больше, чем дружеские чувства – то, что мне снова начали сниться кошмары об этом.       - Подожди, «снова»? – говорит Пол.       Аарон издает звук, отдаленно похожий на смех:       - Мне годами снились кошмары об этом. Ты всегда не мог схватиться за перила, и иногда я пытался поймать тебя, но я никогда не успевал…       - Ох, - говорит Пол, - прости. Я просто… это было сразу после того, как вы с Эриком начали обсуждать поездку в Африку. Я думал, что впечатлю тебя. Выебнусь.       - Послушай, что бы ни случилось с нами, - говорит Аарон, - никогда больше так не выебывайся, чтобы впечатлить меня. И ни каким-либо другим способом.       На лице Пола мелькает тень улыбки:       - Ну, если быть честным, в то время, когда я был под коксом, это казалось хорошей идеей. В тот год я был в раздрае. Отчасти, это была одиннадцатая годовщина смерти Джона, и я осознал, что он мертв дольше, чем жил. Отчасти это было похоже на… словно вы все уходите. Гленн был включен в лист ожидания вместо того, чтобы поступить на магистратуру в Эмори, и они с Мэгги думали, что им придется переехать в Мичиган. Вы с Эриком собирались в Африку спасать мир. Розита намеревалась вернуться в Техас, Саша подумывала переехать в Чикаго со своей подружкой… а у меня было еще два года обучения. Я думал бросить учебу, но… - он сглатывает, - потом я осознал, что каким-то образом влюбился в тебя, и я знал, что ты никогда не будешь чувствовать того же. Прости, не знаю, зачем я рассказываю все это. Может… ты спросил, почему мне сложно поверить, что ты… ты… - он снова сглатывает, - когда ты потратил десять лет, зная правду в глубине души, сложно внезапно поверить в обратное.       Аарон смотрит на Пола и выглядит так, словно его сердце разрывается:       - Я понимаю. Я… одна из причин, по которым у меня заняло много времени, чтобы признаться себе, что да, я хочу быть с тобой, это… ну, я никогда не думал, что смогу полюбить кого-то так же сильно, как Эрика. Что они всегда будут на втором месте. И я понял, что ошибался… ушло много времени, чтобы уложить это в голове.       Пол закрывает глаза, медленно выдыхая. Его пальцы сжаты в кулак. После затянувшегося молчания он говорит:       - Хорошо.       - Что, - говорит Аарон, - что хорошо?       - Я думаю, я переночую здесь, - медленно отвечает Пол, - и вернусь в Атланту завтра.       Аарон выглядит абсолютно разбитым, и как подмечает Дэрил, пытается взять себя в руки. Прежде чем ему это удается, Пол успевает заметить его выражение лица и говорит:       - Это… это не ответ «нет». Я не…, - он вздыхает, - мне нужно обдумать это. Поговорить с моим психотерапевтом и, может быть, с Мэгги.       - Мэгги предвзята, - взволнованно хрипит Дэрил, - поговори с Гленном, у него на этот счет правильное мнение.       - Я не собираюсь оставлять тебя в неизвестности, - говорит Пол, - ты можешь... можешь дать мне неделю? Просто обдумать это.       - Да. Неделя – это нормально. Возьми даже больше недели.       - Неделю, - уверенно говорит Пол. Он потирает ладонью лицо, - такое чувство, словно меня сбил грузовик. Мне нужно поспать.       - Ты бы…, - произносит Аарон, а затем трясет головой, - нет, прости.       - Что? – спрашивает Пол.       - Собирался спросить, не хочешь ли ты поспать в спальном лофте со мной, - говорит Аарон, - нет, то есть, просто поспать. Ничего более, клянусь. Но это плохая идея, просто пообещай разбудить меня, прежде чем уедешь.       Пол колеблется, прежде чем ответить:       - Предложение еще в силе? Я даже не буду заставлять тебя клясться. Но если ты думаешь, что это плохая идея…       - Да! То есть, да, предложение в силе. Нет проблем, я просто слишком много думаю. *******************************************       Пол и Аарон ложатся на безопасном расстоянии друг от друга. Кровать достаточно большая, чтобы Дэрил мог расположиться между ними. Все трое растянулись на ней, уставившись в потолок. Дэрил по понятным причинам не спит, Аарон с Полом тоже, но недолго. Дэрил ждет, когда кто-нибудь из них скажет хоть слово, но они молчат. Наконец, дыхание Пола выравнивается, и он засыпает.       Аарон поворачивается на бок, взглянув на лицо Пола. Так как Дэрил лежит между ними, он почти может представить, что Аарон смотрит на него; по крайней мере, пока взгляда этих мягких голубых глаз не становится слишком много. Дэрил поворачивается на бок, чтобы тоже смотреть на Пола. Он изучает его лицо, приоткрытые губы, как он медленно вдыхает и выдыхает. Одну руку он обернул вокруг головы, и Дэрил, не ожидая чего-то особенного, переплетает их пальцы. Он закрывает глаза, надеясь, что когда откроет их, он окажется в одном из снов Пола.       Но надежда тщетна; когда он открывает глаза, он все еще находится в темной комнате. За его спиной перемещается Аарон, кладя руку на место, где могло быть бедро Дэрила, если бы у него было настоящее тело. Постепенно и его дыхание выравнивается, и Дэрил остается единственным бодрствующим. В итоге и он закрывает глаза. Он не спит, но ровный звук дыхания мужчин и редкое бормотание во сне его успокаивают. Он сжимает руку Пола, мысленно желая, чтобы парень остался, согласился, перестал быть упрямым сукиным сыном и признал, что Аарон действительно любит его.       Всю ночь двое живых мужчин ворочаются во сне, инстинктивно перекатываясь поближе друг другу, но не соприкасаясь, словно Дэрил создает физический барьер. Часы тянутся долго, пока комната не наполняется светом, первыми серыми сумерками, а затем мягкими ранними лучами солнца. Дэрил все еще держит Пола за руку, когда Аарон просыпается первым; моргая от растерянности, он смотрит на фигуру спящего парня. Он протягивает руку и кладет ее поверх сплетенных пальцев Дэрила и Пола, поглаживая большим пальцем костяшки Пола. Через несколько минут Аарон вздыхает и отправляется вниз готовить завтрак. *******************************************       Аарон и Пол завтракают в тишине. Пол выкрадывает время, чтобы полностью собрать свою сумку, на этот раз укладывая и подарки. Аарон провожает его до арендованной машины, Дэрил перемещается за ними.       - Неделя, да? – произносит Аарон, после того как они некоторое время простояли в неловком молчании.       - Неделя, - подтверждает Пол.       Аарон кивает, пиная снег:       - Напишешь мне, когда доберешься до дома? Чтобы я знал.       - Конечно, папочка, - говорит Пол, дергая уголками губ. Он колеблется с минуту, засунув руки в карманы куртки. Смущение хмурит его брови; и когда он вынимает руку, в ней зажат сломанный ключ от машины. Он вертит его в руках, и настоящая улыбка растягивается на его лице. Он протягивает ключ Аарону, - держи. Сувенир в память о проделках твоего призрака.       Аарон смеется и сжимает пальцами ключ:       - Я думаю, ты ему нравишься.       - Да, - говорит Дэрил, - даже если ты бываешь мудаком. Я надеюсь… надеюсь, что ты вернешься.       - Я рад, что он одобряет, - говорит Пол, - в конце концов, у него есть на тебя права. Если он не захочет делиться, это усложнит мою жизнь.       - Видишь, именно об этом я и говорю, - бормочет Дэрил, но немного улыбается.       - Ну, - отвечает Аарон неуверенным голосом, - надеюсь, у него есть причина поделиться.       Пол опускает глаза:       - Неделя.       - Хорошо, - говорит Аарон, сглатывая, - независимо от того, что ты решишь… я люблю тебя. Надеюсь, ты сможешь в это поверить.       Пол втягивает воздух:       - Напишу, когда доберусь до дома.       А затем он садится в машину. Аарон и Дэрил наблюдают, как он уезжает; Аарон обхватывает себя руками и дрожит от промозглого утреннего воздуха. Когда машина Пола скрывается из виду, опечаленный Аарон возвращается в хижину. Дэрил не двигается с места, пока не чувствует, что Пол покинул границы его пристанища. *******************************************       Следующие два дня Аарон проводит в угрюмости вместе с Дэрилом, не отходящим от него ни на шаг. Он звонит Ри, чтобы лишь формально поздравить их с Рождеством – Дэрилу кажется, Гленн подозревает, что что-то происходит, но Аарон ничего не говорит. Также он много не рассказывает, когда Саша присылает осторожное сообщение:       Как все прошло?       Очень далеко от идеала. Поговорим об этом позже.       :( Окей. Дай мне знать, если тебе что-то потребуется.       Он пытается писать несколько раз, но это безнадежно проебанное дело. Вместо этого он снова просматривает фотографии из поездки в ЛА, перечитывает речи, которые писал Полу, и выбирается на улицу, чтобы нарубить дров больше, чем ему может понадобиться. Пытаясь писать и пересматривая фотографии, он часто сжимает сломанный ключ в ладони, проводя большим пальцем по острым краям и крутя его снова и снова.       - Блять, Дэрил, - вдруг говорит Аарон, - я все проебал. Проебал за много лет до того, как понял, что хочу этого. Это ж надо уметь проебать.       - Он вернется, - отвечает Дэрил с уверенностью, которую не чувствует. Он задумывается, что бы он сделал, будучи на месте Пола.       - Спасибо, что остановил его, - продолжает Аарон, - спасибо, что дал мне шанс.       - Я должен был расхреначить его двигатель так, чтобы он не смог уехать вообще, - бурчит Дэрил.       Позднее, в этот же вечер Дэрил задумчиво сидит в тишине рядом с Аароном, когда чувствует, что кто-то зашел в его владения.       Не просто кто-то. Есть только один человек, который проносится через его владения словно комета, которого Дэрил чувствует настолько сильно, едва он пересекает границы его пристанища.       - Аарон! – говорит Дэрил, ухмыляясь и едва осмеливаясь в это поверить, - Аарон. Он здесь, он вернулся.       Аарон продолжает сидеть в задумчивости. Он снова держит в руке сломанный ключ и печально рассматривает его. Дэрил раздраженно вздыхает, прежде чем подняться и выйти на улицу – это яркое ощущение перемещений Пола Ровиа по его владениям никогда не было таким сильным.       Пол подъезжает к дому на той же арендованной машине. Дэрил нависает над окном со стороны водителя, улыбаясь ему. Несколько долгих мгновений тот сидит, положив руки на руль, затем закрывает глаза, делает глубокий вдох и выбирается из машины.       - Охуеть, чувак, - выкрикивает Дэрил, - я знал, что ты вернешься.       Пол колеблется, нахмурившись и оглядываясь вокруг.       - Я слишком рад твоему возвращению, чтобы задумываться о твоей херне, - говорит Дэрил, улыбаясь, - иди избавь его от страданий, он в раздрае с тех пор, как ты уехал.       Пол снова хмурится, а затем трясет головой. Он направляется к двери, и, прежде чем он успевает пересечь крыльцо, Аарон появляется на пороге.       Они смотрят друг на друга, выдыхая клубы пара в холодный воздух. Дэрил Диксон не смог бы описать то выражение ужасного восторга, которое написано на лице у Аарона при взгляде на Пола Ровиа.       - Привет, - говорит Пол.       - Привет, - отвечает Аарон.       - Это. Эмм. Здесь довольно холодно, - говорит Пол.       - Оу, - говорит Аарон, - точно. – Он отступает назад, позволяя Полу войти. Пола немного потряхивает, и Дэрил знает, что это не от холода.       Дэрила пронзает чувство дежавю – которое случилось… четыре дня назад? Или пять? Когда Пол приехал в канун Рождества? Как и в тот день, Пол стряхивает снег с ботинок, прежде чем пойти, и позволяет Аарону забрать свое пальто. Как в тот день, Пол подходит к большому панорамному окну, чтобы изучить долину Дэрила. Она укутана мрачными сумерками, а не розовыми и пурпурными лучами послеполуденного солнца. Как в тот день Дэрил смотрит на него, пока Аарон, повесив пальто, не возвращается и молча не останавливается в нескольких шагах от него. Однако на этот раз он даже не скрывает, как пристально смотрит на Пола.       - Я думал, тебе нужна неделя, - наконец говорит Аарон.       Пол поворачивается к нему и поднимет одну бровь:       - Я всегда могу уехать и вернуться позже.       - Нет! – быстро поправляет Аарон, - то есть… я просто…, - он улыбается, наполненный неверием и надеждой, - я счастлив, что ты не стал ждать.       Пол улыбается в ответ:       - Ну, я не хотел ждать. Я. Эмм, - его улыбка исчезает, и он отводит взгляд, - я поговорил с моим психотерапевтом, о многих вещах. Она сказала, раз мы не торопимся и говорим друг с другом… нет причин, по которым у нас может ничего не получиться. Также она сказала, что я не читаю мысли и что неуважительно с моей стороны строить предположения о том, что я знаю твои чувства лучше тебя самого, или проецировать мою собственную неуверенность на тебя.       С каждым словом лицо Аарона начинает сиять все больше:       - Кажется, она умная леди.       Пол отворачивается, и его щеки розовеют:       - Еще я… разговаривал с Хершелом. Старшим. Он… говорил со мной о матери Мэгги и женитьбе на Аннет…, это заставило меня задуматься. Поэтому. Я говорю «да», я хочу попробовать это. С тобой. Если ты все еще хочешь. Прости, что не позвонил, я просто сел в машину и поехал, и не был уверен, что смогу преодолеть весь путь. Раз пять я чуть не повернул назад…       Аарон не дожидается, когда он закончит:       - Плевать, ты можешь появляться без предупреждения в любой момент. И, конечно же, я все еще хочу быть с тобой.       Пол поднимает глаза и пристально смотрит на Аарона:       - Мне нужно, чтобы ты был уверен. Я не могу… если ты думаешь, что есть хоть малейший шанс, что однажды ты проснешься и осознаешь, что это ошибка…       - Даже если у нас ничего не получится, я не могу представить, что подумаю о тебе как об ошибке.       - Просто… просто давай все проясним, - говорит Пол, делая глубокий вдох, - мне говорили, что меня непросто любить. Поэтому. Буду откровенным: я могу быть груб, говоря людям о своих чувствах. Иногда я так сильно притворяюсь, что некоторые вещи для меня не имеют значения, что начинаю верить в собственную чушь. Иногда я становлюсь немного ненормальным. Отдаляясь, я увиливаю и избегаю некоторых вещей, вместо того, чтобы встретиться к ним лицом к лицу.       - Окей, - говорит Аарон, - я вроде как знал все это уже давно.       - Знаю, но просто… ты знал это как друг.       - Справедливо. Для протокола: я огромный ботаник и могу быть настолько рассеянным, что мне требуется год, чтобы понять, что я влюблен в лучшего друга. Я могу сморозить глупость, я могу накинуться и сказать что-то ужасное людям, которые меня любят, а мой другой лучший друг – это призрак, которого я, возможно, выдумал.       - Два лучших друга? - говорит Иисус.       - Три. Гленн тоже мой лучший друг, - отвечает Аарон.       - Мне кажется, что ты преувеличиваешь определение лучшего друга.       - Мне кажется, мы уходим от темы, - говорит Аарон, улыбаясь широко и с надеждой, - так это значит «да»?       Пол выглядит нетипично смущенным, но довольным:       - Это значит «да».       - Окей. Хорошо… это… это хорошо. Действительно хорошо.       Пол улыбается:       - Неудивительно, что ты писатель, с твоим-то набором слов.       - Я слишком счастлив, чтобы подбирать слова. Можно я тебя поцелую? Пожалуйста? Если только это не слишком быстро.       - Нет, поцелуи – это не слишком быстро.       Аарон на мгновение улыбается своей глупой улыбкой, прежде чем сократить расстояние между ними. Он останавливается перед Полом, все еще растянувшись в улыбке, с пунцовыми щеками и кусая губы. Пол усмехается:       - Ты собираешься просто стоять…?       Пол не успевает поумничать, когда Аарон хватает его за плечо и притягивает к себе для поцелуя. Возникает неловкий момент, когда они оба не понимают, куда деть руки, а затем Аарон наклоняется и обнимает Пола за талию, а тот обхватывает его за шею. Дэрил чувствует пронзивший его обжигающий разряд электричества, когда Аарон скользит рукой под рубашкой Пола вверх по спине. Пол приглушенно стонет, и Дэрил видит, как его пальцы сжимают волосы Аарона. Дэрил чувствует яркую вспышку там, где у него должен быть живот, словно зажегшийся фейерверк, осыпающий его искрами.       Задыхаясь, мужчины отрываются от губ друг друга. Аарон целует уголок рта Пола, затем снова, прежде чем прижаться к его лбу своим лбом.       - Воу, - шепчет Пол.       - Охуеть,- выдыхает Дэрил. Если бы у него было колени, они бы прямо сейчас подкосились, от одного только взгляда на этих двоих.       Аарон издает смешок:       - Хорошо, я действительно собираюсь продолжить; и, поверь, это не упрек в сторону твоего роста, но это убивает мою спину.       Пол тоже смеется:       - И мою шею, ты чертовски высокий.       - Диван? – говорит Аарон, - или... эмм... пойдем наверх?       - Секс – это, возможно, слишком быстро, - выдыхает Пол.       - Возможно, - произносит Аарон.       - Но целоваться – это хорошо, - говорит Пол, все еще пытаясь восстановить дыхание.       - Очень хорошо, - соглашается Аарон, - так диван?       - Диван, - подтверждает Пол.       Они отцепляются друг от друга, только чтобы добраться до дивана перед камином. Дэрил ощущает внутри то тянущее чувство и машинально перемещается следом за ними, прежде чем заставляет себя остановиться.       Мне нужно уйти, дать им уединиться…       - О боже, - вырывается у Дэрила, и он чувствует, как вся его сущность мерцает – у него нет подходящего слова для описания: словно марево плывущего воздуха в жаркий день, только это происходит с ним самим, – когда Аарон укладывает Пола на диван. Дэрил останавливается за диваном, спинка которого скрывает от него мужчин, и слышит скользящие звуки их соприкасающихся губ.       Дрожь удовольствия поднимается от живота к груди Дэрила. Он видит, как появляется Аарон, только его голову и плечи. Аарон стягивает футболку через голову и снова скрывается от его взгляда. Снова влажные звуки, тихие вздохи и тяжелое дыхание.       - Нам нужно остановиться, - стонет Аарон.       - Нужно, - произносит Пол.       Через мгновение влажные звуки и тяжелое дыхание возвращаются, становясь громче. Дэрил улавливает звон чего-то металлического – он предполагает, что это расстегнулся ремень, а затем заурчала расстегивающаяся молния.       - Блять, - стонет Аарон. Рука Дэрила горит, он чувствует головокружение и это притяжение внутри. Слышится тяжелое дыхание, перемежаемое вздохами Аарона: «ох», «да» и «блять».       Аарон рычит, и Дэрил слышит, как вскрикивает Пол в тот момент, когда что-то громко ударяет о диван. Дэрил сжимает кулаки, чтобы найти в себе силы побороть это напряжение внутри. Снова появляются голова и плечи Аарона, его раскрасневшиеся губы распахнуты, а кудри растрепаны. Раздается еще одно урчание молнии, и Дэрил видит, как мелькают ноги Пола, когда Аарон стягивает с него штаны и снова исчезает.       После этого Дэрил уже не может побороть чувство внутри, притягивающее его к дивану. Он становится способен остановиться лишь тогда, когда ударяется грудью о спинку дивана, и когда он опускает глаза – представшего зрелища достаточно, чтобы снова заставить его мерцать. Аарон почти полностью раздет, футболка отброшена на пол, штаны спущены до середины бедра, обнажая задницу. Дэрилу хочется схватить ее и сжать. Под ним – стянутые штаны Пола, и его ноги обхватили Аарона за талию, лодыжки вжимаются в напрягшиеся мышцы его задницы. Рубашка Пола расстегнута, и его руки блуждают по спине и бедрам Аарона, покачивающимся все быстрее и быстрее. Дэрил видит, как Аарон приподнимается и отрывается от Пола, соскользнув с дивана на пол и наклоняясь над голым телом Пола, отрываясь губами от татуировки на груди и следуя вниз.       Дэрил зажмуривается.       Мне нужно уйти. Нужно уйти, - думает Дэрил, но, прежде чем он успевает это сделать, он выкрикивает «Аарон!» в тот же момент, что и Пол. Он распахивает глаза и видит обнаженного Пола, распростертого на диване, и Аарона, опустившегося на колени и нависшего над его бедрами. Одна ладонь Пола сжимает волосы Аарона, другая – вытянута назад и вцепилась в подлокотник дивана. Широко раскрытыми глазами Дэрил наблюдает, как голова Аарона покачивается вверх и вниз, видит, как он протягивает одну руку, чтобы потереть сосок Пола.       Дэрил снова зажмуривается и заставляет себя опуститься на пол за диваном. Он чувствует, как напряжение растет, ощущает себя мерцающим, слышит, как Пол стонет имя Аарона в последний раз, а затем…       - Блять, - произносит Дэрил, моргая, глядя в потолок, когда его накрывает волна облегчения. Издалека он слышит, как Аарон стонет имя Пола, а затем раздается крик. После этого наступает тишина, если не считать звука, с которым переводят дыхание двое мужчин с другой стороны дивана. Постепенно их дыхание восстанавливается, и Дэрил слышит несколько влажных чмоканий, когда они целуются.       - Прости, - выдыхает Аарон через несколько долгих минут.       - Я... интересно, за что ты извиняешься, - произносит Пол хриплым и заторможенным голосом.       - Ты сказал, что секс – это слишком быстро, - говорит Аарон.       - Возможно слишком быстро, - отвечает Пол сонным голосом.       - Оу, - говорит Аарон, - так все было хорошо?       - Хорошо? – фыркает Пол, - да, приятель, это было хорошо.       - Рад слышать, - говорит Аарон с улыбкой в голосе.       Они вновь умолкают, так надолго, что Дэрил начинает задаваться вопросом – а не уснули ли они, но Пол нарушает тишину. Он звучит наполовину сонно, поэтому Дэрил был не далек от истины:       - А что насчет призрака?       - Ммм? – голос Аарона звучит больше, чем полусонно.       - Дэрил, - говорит Пол, - думаешь, он не возражает?       - Нет, - отвечает Аарон, - я же говорил, ты ему нравишься.       - Думаешь, он наблюдал? – спрашивает Пол.       Дэрил чувствует укол стыда и вины.       - Простите, - выдыхает он, - я пытался не… я просто… - его оправдания кажутся пустыми, когда он валяется грудой за диваном и не чувствует больше этого сводящего с ума притяжения.       - Он говорил, что не подглядывает за личными вещами, - бормочет Аарон, - а я думал, что ты не веришь, что он действительно здесь.       - Ммм. Ну, если я ошибаюсь, и он смотрел, я не против.       Аарон сонно хихикает:       - Никогда бы не подумал, что ты эксгибиционист.       - А я и не такой. Я делаю исключение для твоего сексуального призрачного лучшего друга из сна. Если он хочет смотреть, пусть смотрит.       - Отъебись, - ворчит Дэрил, - в следующий раз я уйду к своей могиле. Когда бы это ни случилось.       А следующий раз происходит уже через час. Огонь в камине гаснет, и мужчины, вынырнув из дремы, встают с дивана и поднимаются в спальный лофт. Дэрил думает, что они собираются спать, пока не чувствует растущее в нем напряжение, а затем притяжение, тянущее его за ними вверх по лестнице. Ему удается остановить себя на середине лестницы, и вскоре он слышит звуки, которые начинают становиться знакомыми – как двое мужчин двигаются вместе.       - Господи, блять, Иисусе, - вырывается у Дэрила, цепляющегося за ступеньку изо всех сил, когда все начинается сначала.