The Unquiet Grave

      Когда сон рассеивается, Дэрил обнаруживает себя на постели рядом с Аароном. Пола нет; кажется, что уже поздний вечер. Аарон моргает и сонно улыбается в сторону Дэрила, словно знает, что призрак рядом, даже если они больше не могут видеть друг друга. Улыбка Аарона становится шире, он кажется безумно радостным, прикусывая нижнюю губу. Он поднимается и вылезает из постели.       - Пол! – зовет он, направляясь вниз на главный этаж хижины вместе с Дэрилом, дрейфующим за ним по пятам. Они находят мужчину за столом, склонившимся над ноутбуком Аарона, сосредоточенно нахмурив брови. Он бросает короткий взгляд на Аарона и Дэрила, когда те приближаются. – Ты ни за что не поверишь, что случилось! Ну, ладно, может и поверишь. Это сработало: Дэрил был в моем сне, мы смогли поговорить…       - Это прекрасно, - отвечает Пол, и улыбка, словно молния, загорается на его лице. Его взгляд возвращается к экрану компьютера.       - Ты, кажется, не слишком-то в восторге, как я думал, - нахмурившись, говорит Аарон.       - Да, - говорит Дэрил, - только не говори, что ревнуешь. Мы ничего не делали, только разговаривали, хотели подождать, пока не выясним, как ты сможешь к нам присоединиться…       Пол закатывает на это глаза:       - Конечно же я не ревную; хоть я прекрасно знаком с этим чувством, я, как мы уже обсуждали раньше, полностью поддерживаю ваши совместные развлечения, - он переглядывается с Аароном, - я… ох… Я понял, что случилось, когда проснулся и не смог найти Дэрила. Спустился сюда, чтобы провести небольшое исследование.       - Да? – спрашивает Аарон, и выражение его лица становится серьезным. Он снова переглядывается с Полом, между ними происходит какая-то молчаливая форма общения. Может, Дэрил и мертв, но он знает этих двоих так хорошо, что, пусть и не способен истолковать эти взгляды, понимает их примерную общую мысль.       - Мерл? – спрашивает Дэрил. Ему почти не хочется, чтобы Пол рассказывал. Даже после спустя столько времени он не уверен, что готов узнать.       - Нет, не Мерл. Я, эм, - Пол сглатывает, - думаю, я нашел Лидию.       Сердце Дэрила снова екает. Ему кажется, что еще больше он не готов узнать об этом.  – Она…             - Она жива, - говорит Пол, опуская глаза на экран компьютера. - Просто. Взгляни.       Аарон и Дэрил подходят и встают за стулом Пола, наклоняясь, чтобы заглянуть в экран.                - Это она, - говорит Дэрил, едва увидев на экране компьютера фотографию улыбающейся женщины. Фото выглядит старым; Лидии на нем чуть за двадцать, но эти широко посаженные глаза цвета ореха не спутаешь с другими, - ты сказал, что она не…       Пол вздыхает:       - Мне показалось, что это она, судя по статье. Но. Хотел убедиться, пока не получу твоего подтверждения.       Пол жмет на кнопку «назад», и Дэрил понимает, что фотография Лидии взята из статьи под названием «Ангел из Монтгомери» в «Бирмингтем Ньюс».       «Лидии Кинг было всего двадцать один в 1985 году. В этот год она провела много времени в Бирмингемской больнице общего профиля, навещая свою свекровь, страдающую от рака. Именно во время одного из визитов она заметила, что медсестры опасаются заходить в палату настолько, что решили тянуть спички. Спросив почему, она узнала, что у пациента обнаружили СПИД.       Вопреки предупреждениям медицинского персонала, Лидия проникла в палату в следующий свой визит. Она обнаружила умирающего юношу, спутавшего Лидию со своей сестрой. Как позднее она узнала, его сестра отказалась приходить к умирающему брату и дать ему поговорить со своими племянниками по телефону в последний раз.       «Она верила, что ее брат – грешник», - десятилетия спустя вспоминает Лидия со слезами на глазах, «После этого я заходила к нему каждый раз, когда навещала свою свекровь. В ночь его смерти медсестры позвали меня, и я сидела и разговаривала с ним, пока он не скончался».       Он был первым из многих».       Дэрил продолжает читать о Лидии, и что-то острое и болезненное стискивает его нутро с каждым словом. Читает о том, как Лидия взяла на себя заботу о сотнях умирающих мужчин на протяжении следующих десяти лет, когда никто другой бы этого не сделал. Читает, как она водила их на приемы, помогала заполнить заявления на получение помощи или просто разговаривала с ним, когда их депрессия переходила грань.       «Мне кажется, что последнее – возможно, самое важное, что я когда-либо делала», - вспоминает Лидия.       Лидия Кинг знает, что значит быть забытым, отвергнутым и заклейменным как грешник человеком. В двенадцать лет она сбежала из дома, спасаясь от своей жестокой матери, и провела несколько лет в условиях, намного хуже тех, из которых она сбежала.       «Многие годы я была сама по себе», - говорит Лидия, - «меня окружали люди, которые не замечали меня. Никому не было дела. За исключением одного, он целый вечер беседовал со мной. Сказал, что такая жизнь не для меня. Он видел меня и разговаривал со мной как с человеком, и в самый одинокий момент это придало мне сил продолжать жить. Дэрил тоже был геем, закрытым, поэтому, мне кажется, я думала о нем, когда ухаживала за этими юношами».       Статья не заканчивается, но Дэрил вынужден прекратить читать. Он не может подобрать ни единого слова, ему кажется, словно воздух, которым ему нет необходимости дышать, был выбит из его несуществующих легких.       - Дэрил? – спрашивает Пол, - ты в порядке?       - Что случилось? – спрашивает Аарон, хмурясь в направлении Дэрила. Дэрилу кажется, что он заметил вспышку разочарования в его глазах: всего несколько часов назад они могли видеть и разговаривать друг с другом, а сейчас они вновь вынуждены использовать Пола как посредника.       - Кажется, он немного… не в себе.