До луны и обратно

«Папа, не убивай меня, пожалуйста…» И Славик вновь просыпается в холодном поту. Один и тот же сон, который преследует его уже которую ночь. Морти хочет умереть и ему почти удается это сделать, если бы не Катя. Девушка просто зашла в нужное время в ванную и выхватила острое лезвие с руки парня. — Зачем ты это делаешь? — Потому, что я тебя люблю и не хочу, чтобы ты покончил жизнь самоубийством, — всегда отвечает девушка. Именно поэтому Славик до сих пор жив. Он корил себя за то, что избавился от ребенка. Ебаная депрессия заставила того всё время сидеть дома и постоянно реветь, запивая горе крепким виски. Иногда Михайлов срывался и бил кулаком в стену для того, чтобы хоть как-то заглушить душевную боль. И тогда на помощь вновь приходила Катя. Она всегда приходила в те моменты, когда Славику действительно нужна была помощь. Кищук будто родственная душа, соулмейт, что чувствует и разделяет всю боль своей второй половинки. И это притягивает. Притягивает до звездочек в глазах. Катя доводит Михайлова до кровати помогает лечь и наклоняется чтобы укрыть друга, но Морти приподнимается и касается её губ своими. Девушка не позволяет углубить поцелуй. Она легко отталкивает парня. — Не нужно, Слав, — шепчет Катя. Морти глубоко вдыхает, но не спорит с девушкой, а лишь прикрывает глаза, проваливаясь в глубокий сон. Сегодня Кищук вновь останется ночевать у Морти и завтра тоже, и послезавтра… Утром они не разговаривают. Оба знают, что лучше помолчать. Славик помнит тот неожиданный порыв чувств и ему становится стыдно. Девушка готовит, кажется, суп, аромат которого разносится на всю квартиру и Славик невольно подымается с кровати и идёт на кухню. — Кать, — начинает Морти и девушка оборачивается. — Прости меня, я такой… идиот, блять… — Слав, ну ты чего? Все нормально, мне не надо что обижаться, — успокаивает Кищук и обнимает парня, который, кажется, решил поплакать. — Бля, ну ты мужик или баба? — Омега, — шепчет Михайлов. Девушка мотает головой и поворачивается до плиты. Буквально через секунду у Морти вибрирует телефон. Новое сообщение от Глеба. Славик открывает чат, а потом встает из-за стола. — Кто-то важный? — Это Глеб, просит, чтобы я в офис приехал побыстрее… — Наверное, хочет, чтобы ты документы подписал, что ты психически и физически здоров для тура. Ну конечно же, как он мог забыть о таком. Хотя в последние дни Славик мало что помнил. — Медицинскую карту не забудь, — напоминает девушка, когда Морти уже собирался покидать пределы квартиры. — Бля, точно. ~ В офисе было шумно, толпы людей металась в разные стороны и Славик не мог найти хоть одного знакомого. Пока его не снёс Тридцать Девятый. — О, братан, не увидел, сорян, — смеётся парень помогая подняться Славику. — Да можешь не оправдываться, а это вообще что за движ? — Славик разводит руки. — Тур через неделю начинается, то и Глеб команду нанял, кое-какие дела решаем, а ты где пропадал? Морти еле заметно прикусил губу, дабы не показывать растерянность, кинул: — Заболел и отлеживался дома, мог бы и ещё лежать если бы Глеб не написал. — А что он? — Да с документами там хуйня, — отмахнулся Славик. — Ооо, братан, ты там аккуратнее, а то наш император не в настроении. — С девушкой расстался, понял, что Алеся не та загадочно-сладкая омежка, с которой он провёл ночь на вечеринке, — разъяснил Даня, неожиданно появившийся из-за спины Морти. — Как всё серьёзно, пиздец, — ухмыляется Славик. — Ты думаешь, что мы пиздим, а это не так, братан, я на полном серьёзе, — добавляет Даня, закидывая руку на плечо Девятого, утаскивая того за собой. Славик обходит толпу и поднимается по ступенькам на второй этаж. Неужели та ночь была такой важной для Глеба? И почему Голубин не помнит с кем он провел ночь? Зачем он ищет ТУ омегу? Славик не заметил, как уже довольно-таки долго стоял перед дверью директора, поэтому опомнившись, Морти вошел без стука. — Я же сказал, блять, меня не трогать, закрой дверь! — рявкнул Глеб. — Вассап, — махнул рукой Славик видя перед собой парня, готового напасть в любую секунду. Глеб резко поднял голову и встретился с глазами Морти. — Бля, Слав, прости, садись, — Голубин устало трёт переносицу пальцами, вздыхает и даёт какие-то бумаги. — Где пропадал? — Болел, — врёт Славик. — Почему не звонил, не писал? — спокойно задаёт вопросы Глеб, подмечая, что младший очень старательно выводит каждый штрих своей подписи. И почему-то блондина начинает умилять эта картина. — Москва же во вторник следующий? — спрашивает Морти. — Да, тогда до вторника? — До вторника.