Мнимая ошибка

      Виктор пристально смотрел на привлекательного омегу с очень сильным запахом. Его яркие рыжие волосы, его милые веснушки на бледном лице, его пухлые губы и большие яркие янтарные глаза. Он не мог обознаться. Перед ним стоял Даниэл Кросс. И он совершенно точно являлся его парой. Альфу впервые так вело от запаха омеги. Он с трудом сдержался, чтобы не наброситься на парня прямо тут. Такого желания и влечения он не испытывал даже к течным омегам.              Отдав детей на попечение воспитателей, Виктор и Даниэл вышли из огромного здания в полной тишине.              — Даниэл, можешь дать свой номер?              Омега нервно сглотнул, сжимая еще крепче свою сумку. Он старался не смотреть на мужчину, что выглядел очень солидно и привлекательно. Черный костюм, дорогие часы, уложенные темные волосы, легкая щетина, все такие же пронзительные серые глаза. Он будто сошел с обложки омежьего журнала.              На самом деле Кросс был удивлен, что спустя почти пять лет Виктор помнил его. И сразу же узнал. Даниэл не хотел отказываться дать номер. Необходимо было столкнуться с проблемой лицом к лицу, а не сбегать, как последний трус.              — Конечно, — серьезно и спокойно произнес парень, протягивая мужчине свой разблокированный телефон.              Виктор набрал свой номер и позвонил себе, чтобы сохранить номер омеги, от которого он терял самообладание. Конечно, хотелось узнать абсолютно все, разъяснить то недопонимание, что у них возникло давным давно. Однако он понимал: не время и не место.              — Когда тебе удобно будет сходить с Энди и Олли в ресторан? Сможешь сегодня?              Парень поджал губы, стараясь припомнить, какие у него вообще сегодня были планы. Яркий и дурманящий аромат полностью его дезориентировал. Решившись, омега все же взглянул в серые глаза альфы, зрачки которых были несколько расширены. А еще Даниэл подметил, что Виктор часто дышит и моргает. Кажется, он возбужден, взволнован и взбудоражен.              — Думаю, да. Я приеду сюда после работы в пять часов.              — Отлично, я тоже приеду к этому времени. До встречи.              Даниэл мягко кивнул, а потом пошел к машине. Он сел на водительское сидение, пристегнулся, а потом отъехал.              

***

             — Я могу с-сесть? — мягко прошептал омежка, находящийся в предобморочном состоянии.              Преподаватель биологии мыслями летал в какой-то прострации. Он смотрел в одну точку и молчал. А еще минуту назад душу вытряхивал из бедного первака.              — Эм… — снова попытался обратить внимание на себя, но безуспешно. Даниэл Кросс был слишком погружен в свои мысли. Совсем нерадостные мысли.              «Он имеет право быть рядом с Олли. Я не могу врать о том, что он является его отцом. Боже, о чем он собрался говорить? И зачем? У него же есть супруг и ребенок. И как мой Олли мог подружиться с его сыном? Что за ужасная шутка судьбы? И почему я так цепенею рядом с ним? У меня никогда не было такого, но как только вижу его, чувствую, ощущаю… Так не могу сдержать свои желания! Господи, я же был уверен, что сильнее этих инстинктов, так почему же? Стоило ему снова появиться в моей жизни, как я теряю почву из-под ног. Я так долго пытался прийти к стабильности. Неужели он может все разрушить? А что, если захочет вообще отобрать у меня Олли? Господи…»              В какой-то момент преподаватель накрыл лицо руками, видимо, расплакавшись. Он сам этого не понял, однако щеки стали отчего-то мокрыми. Даниэл быстро пришел в себя. Он вытер лицо платком, который достал из кармана халата, а после поднял взгляд на взволнованных студентов.              — Можешь сесть, ты хорошо отвечал. Я больше не буду никого опрашивать, зарисуйте в альбомах тему.              Он встал из-за стола и, забрав необходимые вещи, вышел из аудитории. Зайдя в преподавательскую, доцент налил себе кофе. Необходимо было собраться с мыслями.              

***

             Виктор вел машину. Дети сидели на заднем сидении и держались за ручки, болтая. Даниэл ерзал на переднем сидении и молчал, теребя ремень безопасности.              Вандорт с силой сжимал руль, отчего дорогая кожаная обивка скрипела.              В семейном ресторане Виктор назвал свою фамилию и их проводили в отдельную комнатку. Дети сидели за своим небольшим столиком, а взрослые — за большим и круглым чуть подальше от двери.              Омежка и альфочка съели совсем немного, а потом убежали в общий зал, к аниматорам, оставив Даниэла и Виктора наедине.              Омега заказал себе семгу в сливочном соусе, а альфа — говяжий стейк. Они молчали около десяти минут, видимо, обдумывая что-то. Однако Виктор наконец прервал тишину.              — Как оказалось так, что из беты ты превратился в омегу?              Даниэл поджал губы, отпивая холодный виноградный сок. От вина он отказался сразу же, не перенося алкоголь. Виктор был за рулем, но не поэтому он отказался: альфа действительно больше не пил после той ночи. Лишь значительно позже он узнал, что в коктейле находился какой-то наркотик.              — Я никогда не был бетой. Я родился омегой.              Виктор сжал челюсти. Он потер переносицу, откидываясь на стул.              — Тогда почему у тебя не было никакого запаха?              — В смысле?              — Даниэл, я никогда не чувствовал твоего аромата. До сегодняшнего дня. Как ты мог полностью подавлять запах? Ты принимал что-то?              Кросс отбросил нож и вилку, выгибая бровь. Он отпил сок, а потом взглянул в серые глаза с вызовом.              — Ты правда не помнишь?              Виктор нервно сглотнул, почувствовав себя нашкодившим котом. Он покачал головой.              — Я не помню ту ночь вообще. Я выпил какую-то дрянь, а потом проснулся утром с сильной головной болью. Я помнил только то, как проводил с парнями этого… Как его… Алионеля? Или Элионеля? Как-то так, в общем. Я не помнил, что делал после того, как выпил коктейль, в котором был наркотик.              — Боже, у меня началась течка... А ты на утро подумал, что просто так накинулся на меня, бету?              Даниэл накрыл лицо руками. Он даже не знал, как на это реагировать. Неожиданно к коленке омеги прикоснулся кто-то. Он убрал руки от лица и взглянул на маленького омежку, что улыбался ему.              — Я хочу писать, — признался Энди, когда Даниэл чуть наклонился вниз, подставив ухо.              — Ох, пойдем скорее, — мягко проговорил Кросс, взглянув на мужчину, что заинтересованно наблюдал за омегами.              — В чем дело?              — Мы отойдем с Энди ненадолго.              Даниэл взял омежку за ручку и повел в туалет. В голове проскочила мысль, а отчего же Энди постеснялся Виктора попросить отвести его в туалет? Он же его отец, как-никак.              

***

             — Дяденька, вы такой хороший и красивый. А вам нравится папа? — послышался голос Олли. Энди с улыбкой подлетел к «супругу», а Даниэл в полном шоке остался стоять в дверях.              Виктор улыбнулся, глядя на малыша, что был точной его копией. Мужчина нежно погладил альфочку по темным волосам.              — Очень нравится.              — Ура! Тогда разрешаю взять моего папу в мужья, — с улыбкой сказал мальчик, а потом подбежал к Даниэлу.              Лицо омеги напоминало цвет вареной креветки. Он часто хлопал глазами, глядя на довольного сына, что обнимал его ногу. Энди подбежал к Кроссам. Он взял за руку «супруга», а потом они убежали вдвоем в общий зал.              Даниэл медленно подошел к столу и присел. Его щеки и уши по-прежнему имели ярко-алый цвет. Виктор был этим очарован. Он подпер рукой подбородок, глядя на самого красивого и желанного омегу.              — Даниэл, Олли — это ведь мой сын, верно?              Кросс отвел взгляд в пол, а потом медленно кивнул, сцепив руки в замочек.              — Почему ты мне не сказал?              Даниэл совершенно обиженно взглянул на мужчину, сдерживаясь от желания ударить Виктора.              — Потому что ты назвал это все ошибкой!              Альфа распахнул глаза, а потом покачал головой. Он поспешил объясниться.              — Нет же… Я думал, что принудил тебя и что ты был бетой! Мне было очень стыдно. Я не знал и не помнил, что у тебя течка и что ты являешься омегой. Но как же так вышло? Почему я не ощущал твоего запаха? Он же такой потрясающий…              — У меня всегда были проблемы с гормональным фоном. Течки длились несколько часов где-то раз в год, запах отсутствовал, а еще у меня имелся лишний вес… Как только я забеременел, то стал полноценным омегой без каких-либо проблем. Правда, в последнее время снова начались перебои с течками. Врач сказал, что это из-за отсутствия партнера.              Виктор вздохнул. Он замолчал на некоторое время, а потом накрыл рот рукой, собираясь с мыслями.              — Ты позволишь мне быть рядом с вами?              Даниэл смочил горло холодным соком. Он опустил взгляд в тарелку.              — Я не могу препятствовать тебе и Олли видеться. Все же ты его отец.              — Спасибо. А… А касательно тебя, — альфа нервно сглотнул, — я могу как-то исправить все? Ошибка… Я правда сказал «ошибка»? Черт. Я думал, что ты бета. Я не хотел давать тебе надежды, ведь мне нужен был только омега. Я очень хотел большую семью и много детей. А с бетой такое бы не вышло.              Даниэл вздохнул, а потом почесал неловко затылок.              — Мне не нужно от тебя что-либо. Общаться с Оливером можешь, но пока что только в моем присутствии. Я очень устал, так что мы с Олли пойдем.              Виктор поднялся из-за стола и поспешил вслед за омегой, что оставлял после себя головокружительный аромат, от которого у Виктора крылья носа дрожали.              — Я отвезу вас!              — Не нужно, мы возьмем такси, — сказал как отрезал.              Виктор поджал губы, глядя на хрупкую спину Даниэла, что терпеливо ждал, пока дети попрощаются.