Oh, Cruel Fate!

Википедия

Вражда Демори-Лалльманов

Вражда Демори-Лалльманов началась в 1900 году в Париже и была одной из самых больших семейных распрей 20-го века. До сих пор неизвестно, что именно спровоцировало борьбу между двумя семьями и почему возникло это внезапное соперничество. Источники говорят, что в центре этой борьбы стоял вопрос о деньгах или земельной собственности. Поскольку Демори и Лалльманы все еще важны и высоко уважаемы в парижском обществе, вражда по-прежнему присутствует и в наши дни, теперь уже переходящая в третье поколение.

Вражда

СМИ

Генеалогия Демори

Генеалогия Лалльман

Смотреть также

Литература

Читать далее

Внешние ссылки

Лука глубоко вздохнул и откинулся на спинку сиденья автобуса, заблокировав телефон и сунув его в карман куртки. Некоторые сказали бы, что это жизненная цель – иметь статью в Википедии о себе и своей семье, но для Луки это была еще одна причина, по которой он хотел бы иметь другую фамилию. Но он был тем, кем был: Лукасом Лалльманом – младшим сыном Мэделин и Джека Лалльманов, наследником своей фамилии и семейного бизнеса. Губы Луки растянулись в улыбке. В его голове это звучало как какой-то дурацкий романтический фильм, в котором он был героем и спас бы принцессу, страну и мир в целом. Но реальность была иной. Очень, очень иной. Автобус остановился, и Лука вышел из него, остановившись перед большой школой, охраняемой до зубов. Люди слонялись туда и обратно, приветствуя Луку, как если бы они были его лучшими друзьями. Фальшивки. Все они. Никто из них даже не знал его любимый цвет. Они знали только, что он был "знаменитостью" и у него много денег — этого было достаточно для большинства людей в наше время. Не было никаких сомнений, что родители отправят Луку в эту школу — лучшую и самую элитную школу во всем Париже. Только высшие классы и самые уважаемые семьи получили место в этой школе. Таким образом, их сын получит лучшее образование, чем Демори могли бы даже попытаться получить. Все это, вся его жизнь, была основана на том, чтобы заставить Демори страдать. И если бы он не был воспитан в ненависти ко всем членам семьи Демори, он ненавидел бы их только за это, за контроль, который они имели над его жизнью. Это был первый день после летних каникул, и хотя у Луки было достаточно времени, чтобы расслабиться, он не чувствовал себя расслабленным. Может быть, дело было в том, что он все лето пил, танцевал и встречался с парнями, а друзья таскали его на самые лучшие и выдающиеся вечеринки. Охранник открыл перед ним дверь, приветствуя его по имени и даже отвесив поклон. Как будто Лука был принцем. Он слегка закатил глаза, проходя мимо охранника и входя во двор. Никогда не было секретом, что Лалльман посещал эту школу. Братья Луки раньше были членами этой школы, и поэтому неудивительно, что Лалльман перешел в эту школу два года назад. Он всегда гордился тем, что является членом этой уважаемой семьи. Но в последние годы дела пошли плохо. Действительно плохо. Для его семьи и для него самого. Произошли события, которые заставили его осознать, что вражда между Лалльманами и Демори была оправданной. Лука никогда не простит случившегося. И хотя вражда никогда не выходила за узкий круг их семей, люди не знали и половины происходящего. Они никогда бы не узнали, что Демори сделали с матерью Луки, и что семья Лалльманов медленно отдаляется друг от друга, хотя теперь они должны держаться вместе больше, чем когда-либо, и что Лука часто мечтал о другой жизни. Жизни, в которой бы Демори не существовало. — Лукааааааааааааа! Лука отвлекся от своих мыслей, когда громкий голос позвал его по имени через весь двор. Он поднял глаза и улыбнулся, когда к нему подошли его лучшие друзья. — Давно не виделись. — Сказал Янн и поприветствовал своего лучшего друга рукопожатием. Лука слегка рассмеялся и покачал головой. — Всего лишь 25 часов, разве нет? Янн теперь сиял от улыбки. — Оуу, милый, ты считал часы, пока меня не было с тобой. — Лука открыл было рот, чтобы возразить, но Янн толкнул локтем Базиля. — Он влюблен в меня. Всегда был. — Сказал Янн Базилю и пошевелил бровями. Протест замер на губах Луки из-за вырвавшегося смешка. Лука подошел к Янну и обвил руками его шею, глядя на него с такой тоской, словно он был его любовником. — О, Янн. Ты абсолютно прав. Ты любовь всей моей жизни. Все они засмеялись, и Артур, обняв Луку за плечи, оттащил его от Янна, когда они вместе вошли внутрь. Лука был увлечен парнями, сколько себя помнил – это никогда не было проблемой для кого-либо, а те, у кого с этим были проблемы, были изгнаны из жизни Луки. Поскольку он был тем, кто всегда находился в центре внимания проблем своей семьи, его аккаунты в социальных сетях были переполнены подписчиками и сообщениями. Когда он только начал ходить в эту школу, дела пошли очень плохо, и он получил много ненависти в социальных сетях и в реальной жизни относительно своей сексуальной ориентации и своей семьи в целом. Подростки могут быть более жестокими, чем любой взрослый, потому что они чувствуют себя сильнее, унижая кого-то другого, проецируя свои проблемы на жизнь публичного человека. Но это всё только сделало его сильнее — он научился игнорировать хейтерские сообщения, он научился соответствовать своей сексуальной ориентации и чувствам к мужчинам. И его друзья поддерживали его в каждом решении, которое он принимал, и прикрывали его спину, когда кто-то сумасшедший думал унизить кого-то вроде Лукаса Лалльмана. — Я не думаю, что ты его типаж, Янн. Все парни, с которыми Лука встречался, были намного выше и с растрепанными волосами. Не то что ты. Я больше в его вкусе. Лукас во второй раз за день закатил глаза и высвободился из объятий Артура. — Итак, мы сейчас разбираем тип парней, с которыми я встречаюсь? Почему бы нам не проанализировать девушек, с которыми встречаешься ты, Артур? Артур поднял брови, и на губах Луки появилась самодовольная улыбка. — О, я забыл: ты ведь ни с кем не встречался в последнее время, верно? — Оооооооо... — Янн и Базиль рассмеялись, а Артур не мог оставаться серьезным даже на одну секунду, хотя очень старался. — Извини, Артур, но он тебя поймал. Лука рассмеялся и почувствовал, что настроение у него сразу улучшается, как только он оказывается с этими придурками. Каждый раз, когда он был со своими настоящими друзьями. Когда ты член семьи Лалльман или Демори, многие восхищаются тобой. Хотят быть твоими друзьями. Желают быть частью славы, которая идет вместе с фамилией. Лука остановился, чтобы прочитать свои сообщения в директе Инстаграма, большую часть времени люди просили его взять их с собой на вечеринку или какое-нибудь мероприятие. Мероприятие, которому бы Лука предпочел остаться дома с друзьями, играя в видеоигры или напиваясь и поедая пиццу. Но такие ночи бывали редкостью. Еще реже, когда Лука становился старше и более ответственным за имя своей семьи. Вдруг настроение заметно изменилось. Лука почти чувствовал, как меняется воздух. Его друзья, казалось, тоже это поняли, их шаги замедлились. Он нахмурился и остановился, оглядываясь вокруг. Люди перешептывались, их глаза блестели чем-то новым, волнующими новостями. Лука привык к тому, что люди говорят за его спиной, делятся сплетнями, на которые ему наплевать. Но сегодня все было иначе. В этом шепоте не было ни хихиканья, ни смешков. Только чистая серьезность. Волнение. Замешательство. А может, даже... Страх? — Чёрт, что здесь происходит? Обычно шумный коридор был тихим, люди шептались, не позволяя себе быть громче, распространяя слухи. Слухи, которые затронули Луку, потому что все взгляды были устремлены на него, когда он проходил мимо. — Давайте просто пойдем в класс, — пробормотал Лука и потянул парней за собой. Он сел на заднее сиденье, рядом с Янном, и стал болтать с ним, стараясь не обращать внимания на взгляды, которые были еще тяжелее, чем обычно. — Что-то вот-вот случится, Лулу, — вдруг сказал Янн, и Лука нахмурился. — Ты смотрел слишком много сериалов на Нетфликсе, Янн. Это просто обычные сплетни. Возможно, кто-то услышал, что я оставлю семью и свое имя, и стану монархом в Германии. Или что-то в этом роде. На самом деле мне все равно. — Но это что-то другое. Как будто мы все ждем, что что-то случится. — Да, я жду, когда этот день закончится, чтобы вернуться в свою постель и немного поспать. — Дорогие студенты. Лука и Янн перестали разговаривать и повернулись к вошедшей в класс учительнице. И вдруг Лукас тоже разволновался. Словно что-то действительно произойдет. Янн и его дурацкие идеи… В конце концов, это будет всего лишь объявление о новом обеденном меню. — Добро пожаловать в новый учебный год. Надеюсь, у вас были замечательные каникулы. У нас сегодня новый студент, и я хочу представить его всем вам. Лука прищурился, и его вдруг охватило дурное предчувствие. Он перевел взгляд на дверь, когда кто-то вошел. Он был высоким, с растрепанными волосами, яркими глазами и рюкзаком, перекинутым через плечо. Он не улыбался, но Лука чувствовал, что его улыбка сможет осветить всю комнату. В общем, он был одним из самых привлекательных парней, которых Луке доводилось когда-либо видеть. Он неосознанно наклонился вперед, запустив руку в свои растрепанные волосы, на губах появилась легкая улыбка. Краем глаза он заметил, что Янн наблюдает за ним, словно тот знал, как Лука отреагирует на нового мальчика. Внезапно глаза новенького остановились на нем, и его сердце пропустило удар, застав Луку врасплох. В его глазах был целый мир. — Представишься? — Спросила учительница с милой улыбкой, и мальчик коротко кивнул. Он сделал шаг вперед, лениво засунув руки в карманы, будто первые дни в элитных школах не были для него чем-то новым. Глаза парня снова встретились с глазами Луки, и он почувствовал, как весь класс затаил дыхание. — Привет. Это мой первый день в школе после перерыва на один год. Мне 22 года, и меня зовут Элиотт Демори. Класс ахнул, и Лука мог почувствовать, как Янн напрягся рядом с ним. А Лука ничего не мог поделать. Просто сидел и смотрел, как его мир внезапно перевернулся с ног на голову за одну крошечную секунду, с именем одного человека.