Oh, Cruel Fate!

Лука почувствовал, как стало невозможно дышать. Он хотел сломать что-нибудь, он чувствовал чистую ненависть внутри себя, продолжая смотреть на этого... человека перед ним. На Элиотта Демори — причину, по которой его жизнь сложилась именно так. Почему с каждой минутой все катилось под откос? Элиотт не сводил глаз с Луки, и Лука знал, что он знает. Он знал, что находится сейчас в том же классе, что и Лалльман. Лука не понял, что он собирался вскочить. Что он собирался пойти и вцепиться ему в горло. Но Янн потянул его вниз, положил руку ему на ногу и прижал к стулу. — Не сейчас, — настойчиво прошептал Янн. — Все и так уже пялятся, не давай им повода для еще больших сплетен. — Мне плевать, Янн. Янн мог быть счастлив, что Лука не начал грёбанную войну прямо сейчас. Лука тяжело дышал, его взгляд все еще был прикован к Демори, стоящему перед ним. Он раскраснелся, он почувствовал так много за раз. Он никогда не ожидал, что младший сын семьи врага будет... здесь. Он даже не ожидал увидеть члена семьи Демори в реальной жизни — его родители всегда держали его подальше от этих людей, их репутации. И того, что они делали, было достаточно, Луке не нужен был подарок в виде Демори в его жизни. А теперь... Теперь у него была возможность обвинить этого человека во всем, что семья Демори сделала с ним, его мамой и всей остальной семьей Луки. — Спасибо, месье Демори. Присаживайтесь. Элиотт кивнул и сел впереди. Луку трясло. Все, что говорили Луке о Демори, все, что они делали, все это теперь всплывало на поверхность, и у Луки возникло ощущение, что он вот-вот взорвется. Но он не торопился. Он встретится с Элиоттом лицом к лицу, посмотрит в его хорошенькое личико и скажет, что именно из-за него мама не хочет вставать по утрам и что Лука чувствует себя таким одиноким. Янн был готов вскочить, если Лука хотя бы подумает о том, чтобы двинуться в сторону Элиотта, и Лука попытался успокоиться, когда начался урок, хотя не мог слышать ни слова из того, что говорила учительница. Не один учащийся в этой комнате обратил внимание — этот новичок разделит школу на две части. Взгляды остальных всегда возвращались к нему, наблюдая за его реакцией, ожидая, что что-то произойдет, ожидая, что Лука потеряет контроль. Не сейчас. Время шло, а Лука не сделал ни единой заметки, лист перед ним оставался пустым. Когда наконец прозвенел звонок, он вскочил, схватил рюкзак и выбежал из комнаты. Ему нужно немного воздуха перед тем, что должно было случиться сейчас. Янн, Базиль и Артур стояли прямо позади него, заняв позицию рядом с Лукой, как будто они могли его удержать. Люди уже собирались в коридоре, ожидая события года. Луке было похрен, что все смотрят на него. Базиль что-то сказал. Янн попытался оттащить его в другую сторону. Артур нервно огляделся. Но ничто не могло остановить Луку сейчас. Наконец Элиотт Демори вышел из класса. Его волосы были в беспорядке, как будто он слишком сильно взъерошил коричневатые пряди. Его горчичная куртка была немного великовата, рюкзак снова небрежно перекинут через плечо. Его глаза были опущены, будто он не знал, что здесь происходит, что ждет его сейчас. Боже, как же сильно Лука ненавидел этого надменного мальчишку с красивыми глазами и растрепанными волосами. — Лука… Но Янн больше не мог его останавливать. Лука бросил рюкзак и буквально запрыгнул на Элиотта, прижав его к стене рядом с дверью класса, его руки впились в руки Элиотта. — Какого хрена ты здесь делаешь? Элиотт ничего не ответил и посмотрел Луке в глаза. Лука никогда раньше не видел такого пристального взгляда, и ему потребовалась вся его воля, чтобы не отвернуться, чтобы твердо стоять под этим пронзительным взглядом. — Отвечай мне, Демори. Я знаю, что ты знаешь, кто я. — Меня не волнует, кто ты такой. Голос Элиотта был тихим и спокойным, как будто они говорили о погоде. По собравшейся толпе прошел шепот. Никто никогда не осмеливался так разговаривать с Лукой — они уважали его, Лука занял свое место в этой школе, и он упорно боролся за него. Лука почувствовал желание истерически расхохотаться или дать Элиотту пощечину. — Это моя школа. И здесь есть место только для одного из нас, ты меня понял? — Да, я прекрасно тебя слышу. Но я не думаю, что у твоего отца достаточно денег, чтобы купить эту школу. Или что-нибудь еще, в таком роде. Так что я бы не сказал, что его школа–твоя школа, ты так не думаешь? На губах Элиотта появилась легкая улыбка, когда он понял, насколько эти слова шокировали Луку, и Луке потребовалась вся его воля, чтобы не ударить его прямо в лицо. — Если ты думаешь, что это будет легкая жизнь для тебя, то ты ошибаешься. Это будет сущий ад для тебя, Элиотт Демори. — Ну… Тогда мне следует поблагодарить тебя, Лука Лалльман, за этот вызов. Я принимаю его с радостью. — Так ты знаешь, кто я. — Я не знаю, слышал ли ты об этом, но наша семья враждует уже более 100 лет. Элиотт вел себя так, будто глубоко задумался над этим. — И... да, я думаю, что знаю твое имя из-за этого. И, возможно, моя семья отправила меня в эту школу, чтобы превратить твою жизнь в сущий ад. А теперь прошу прощения. Лука был слишком потрясен, чтобы удержать Элиотта, когда тот выскользнул из его хватки и пошел по коридору, как ни в чем не бывало. Как будто он только что не столкнулся со своим врагом. Не только Лука был в шоке, но и собравшаяся толпа, и друзья Луки выглядели одинаково потрясенными. Лука не был уверен в том, чему он только что стал свидетелем, он не был уверен, как его преимущество пребывания в этой школе более двух лет исчезло благодаря несколькими простыми словам от этого... этого молодого человека. Лука обернулся, и если бы взглядом можно было убивать, все, до кого Лука мог дотянуться, упали бы замертво на пол. — Что? На что вы уставились? Вам заняться больше нечем? — Лука зарычал на них всех, и толпа опустила взгляды, тихо отстраняясь. Лука посмотрел в ту сторону, где исчез Элиотт, и почувствовал, что его дыхание снова участилось. Он чувствовал в себе столько гнева, столько эмоций, и он даже не знал, откуда все это взялось. — Лулу, давай, пошли. Янн хотел схватить его, но Лука отдернул руку, прежде чем тот успел прикоснуться к нему. Если бы кто-нибудь сейчас прикоснулся к нему, он бы сломал этого человека, или закричал, или ударил, или сделал бы что-нибудь еще, о чем пожалел бы в тот самый момент, когда делал все это. — Не. Трогай. Меня. — Медленно произнес Лука и Янн смотрел на него с новыми эмоциями в глазах, чего Лука никогда раньше не замечал. Лука глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Янн, Базиль и Артур не заслужили его гнева, они не заслужили его настроения. — Я возьму выходной, — тихо сказал Лука, возможно, даже измученно. — Я… Я напишу вам. И с этими словами, Лука вылетел из школы на холодный весенний воздух. Подальше от Элиотта Демори и всех проблем, появившихся вместе с ним. Как будто у Луки не было достаточно проблем и без того, чтобы младший Демори был сейчас в его школе. Новое сообщение от отца: В ближайшие дни меня не будет дома. У мамы сегодня все в порядке. Проведай ее. Еда в холодильнике. Лука прошел пешком всю дорогу до дома, вместо того чтобы сесть на автобус. Если бы сейчас его окружали другие люди, он не был уверен, что смог бы спокойно реагировать на любое внимание к нему. Его гнев снова вспыхнул, когда он прочитал сообщение от отца. Но чего он ожидал? Что отец останется дома дольше, чем на несколько дней? Что его семья найдет способ снова быть вместе? Лука поднял воротник и плотнее прижал шарф к шее. Он никак не мог выкинуть из головы пронзительный взгляд Элиотта. У него было такое ощущение, что теперь он был вытатуирован на подкорке его сознания, и никогда не исчезнет. Ночью он часто сидел за ноутбуком, паря пальцами над клавиатурой, собираясь ввести имя Демори. Только для того, чтобы увидеть, как выглядит их младший сын в его возрасте. Как выглядит его личный противник. Это всегда заканчивалось тем, что Лука закрывал ноутбук, думая, что для него будет лучше не знать лица своего врага. Лука достал ключи, открывая дверь их большого дома в благородном районе Парижа. В нескольких домах от него жили Демори, и весь район был разделен на два лагеря: половина поддерживала его семью, а другая половина поддерживала Демори. Это было похоже на холодную войну и Лука ненавидел все это. Бросив рюкзак в коридоре, он направился на кухню, чтобы сделать большой глоток виски из бутылки. Отца дома не было, так почему бы не выпить весь его алкоголь? Он был достаточно взрослым, и родителям уже было все равно. Он опустился на диван, уставился в потолок и сделал несколько глубоких вдохов. Все это было не тем, что он планировал для своего последнего года в школе. Лука достал телефон, проверяя сообщения от друзей, спрашивающих все ли с ним в порядке. Тень улыбки промелькнула на его лице, когда он понял, что они действительно беспокоятся о нем. Они знали о ситуации дома, они знали больше о том, что когда-либо узнают СМИ. С этой информацией они запросто получили бы много денег от любой газеты или новостного канала. Лука часто думал об этом, но теперь было слишком поздно, и он мог только надеяться, что они останутся верными. Лука закрыл мессенджер, он ответит на их сообщения позже, и вместо этого открыл Инстаграм. 1543 новых подписчика за четыре часа, 340 новых сообщений. Он проигнорировал все это и перешел на страницу поиска. Знай своих друзей, но лучше знай своих врагов. eliottdemaury Ничего Eliott Demaury Опять ничего. Лука нахмурился и немного приподнялся, делая еще одну попытку. eliottdy И наконец нашел. Он нажал на профиль, его имя пользователя было @srodulv, и Лука спросил себя, какой человек будет использовать такой ник. Но он знал, что это он — его имя было написано сверху жирными буквами. Он прокрутил страницу вниз и начал просматривать посты в Инстаграме. Там было немного фотографий с ним — предпочтительно были рисунки, цитаты, и прочее. А между ними были его фото с друзьями или с его семьей на каком-нибудь глупом мероприятии. Он открыл фотографию, на которой Элиотт был в костюме и галстуке, глядя прямо в камеру этим пронзительным взглядом, и Лука почувствовал, как он невольно задрожал. Он мог понять, почему большинство людей на стороне Демори, когда они выглядели так. Если бы у Элиотта была другая фамилия, если бы он был другим человеком, Лука сделал бы все, чтобы заполучить этого парнишку в свои объятия и в свою постель. Но в данных обстоятельствах Лука еще больше разозлился, узнав, что парень, которого он должен был ненавидеть, был именно его типом мужчин. Лука снова прокрутил вверх все эстетически приятные посты и нажал на кнопку «Написать». Итак, Элиотт. Ты хочешь битвы? Я дам тебе войну. lucallemant: не думай, что твоё маленькое представление напугало меня. Лука посмотрел на только что отправленное сообщение и спросил себя, не было ли это самой глупой вещью, которую он мог сделать. Почему он просто не оставил все как есть? Почему у него возникло желание... причинить боль этому мальчику, который на самом деле ничего не сделал. Он обвел взглядом комнату и наткнулся на фотографию, сделанную им с мамой, на которой он ярко улыбался в камеру. Злость вернулась. Этот мальчишка и его семья действительно многое сделали. Его глаза снова вернулись к экрану, и он чуть не подпрыгнул, когда увидел, что отправленное сообщение помечено как прочитанное. Он печатал. Лука чувствовал, как колотится его сердце, а глазам уже было больно от яркого света смартфона. srodulv: ты сталкеришь меня. lucallemant: в твоих мечтах. srodulv: ты только что вернулся домой, я знаю, сколько времени нужно, чтобы добраться до нашей улицы. И первое, что ты делаешь, это ищешь меня в Инстаграме. Поздравляю, ты действительно жуткий. Лука уставился на экран и не мог поверить, как чертовски раздражителен этот человек. Кем он себя возомнил? Папой Римским? lucallemant: ты не настолько интересен для меня. ты приходишь в мою школу только для того, чтобы превратить мою жизнь в «сущий ад». И ты знаешь, что я свалил из школы, хотя занятия все еще продолжаются — кто из нас теперь жуткий, а? Лука отправил сообщение с довольной улыбкой и откинулся назад, подложив руку под голову. Уведомление о следующем сообщении пришло вскоре после этого, и он открыл приложение в рекордное время. srodulv: это так мило, ты думаешь, что напугаешь меня этим, да? Луке захотелось швырнуть телефон об стену. lucallemant: отъебись. srodulv: ты сталкеришь меня и пишешь мне. Это не я начал этот разговор с бесполезными угрозами. Луке не хотелось признаваться в этом, но он был прав. Он даже не знал зачем написал ему. Может, чтобы доказать, что он сильнее этого парня? Лучше, чем он? Сказать ему, чтобы он не недооценивал его? Луку трясло от переполнявших его эмоций, и он забыл ответить на все это. Внезапно на его телефон пришло новое сообщение. srodulv: по шкале от одного до десяти, насколько сильно ты хочешь убить меня прямо сейчас? ;) lucallemant: Я завис где-то на середине после тридцати. srodulv: в таком случае, я, вероятно, должен завтра захватить свой пистолет. lucallemant: Я буду готов. Лука бросил телефон на диван и откинулся на спинку. Несколько мгновений все было тихо, и Лука снова уставился в потолок. Он должен был признать еще кое-что: этот парень был сообразителен. И в жизни, где на все, что говорил Лука, отвечали "да" и "Аминь", было почти отрадно, что кто-то ему противоречил.