Его история

      Еще один тяжелый день подошел к концу. Стражи спешили разойтись по мирам и провести немного времени в тишине и покое. Инк ушел первым. Дрим тоже собирался в родной мир, когда младший хранитель вцепился ему в локоть. Его вопрос был неожиданным и странным:       — Дрим, тебе не показалось, что Инк сегодня немного… — потребовалось пару мгновений, дабы подобрать нужное слово, — …не такой.       — Что ты имеешь в виду? — удивился Дрим.       Блу задумался как облечь в слова тревожные звоночки шестого чувства.       — Ну, я даже не знаю, — юный скелет укусил себя за костяшку в попытках подобрать слова, — будто это не Инк.       — Глупости говоришь, — не поверил Дрим. — Просто вчера мы все устали и…       — Именно, устали. Но Инк не выглядит уставшим и, — Блу зажмурился, — и выглядит другим. — Он посмотрел на хранителя позитива с тревогой. — Я не смог расслабится рядом с ним. Меня не покидало странное ощущение, — Блу передернул плечами, переходя на шепот, — будто это не Инк.       Дрим на мгновение растерялся, но уже в следующую озарил радостной улыбкой:       — Не преувеличивай, Блу, — он отмахнулся. — У Инка краска закончилась, вот он и вел себя несколько жутко.       Блу не улыбнулся в ответ и остался напряженным:       — Инк не пил краски.       — Что? — Дрим удивился.       — Ты не заметил? Инк сегодня не прикасался к краскам.       Вместо того, чтобы напрячься, Дрим лишь шире улыбнулся и ударил друга по плечу:       — Вот и ответ на его странное поведение.       Блу это не успокоило. Но он больше ничего не сказал. Проводил друга до портала и глубоко задумался. В отличии от Дрима, Блу решил не спускать с Инка глаз.       Его ждало ужасающее открытие….              Цикл побед и поражений. Он повторился. В этот раз команда Инка одержала победу, а Эррор должен был отступить. Было лишь одно незначительно отличие. Обычно внимательный, Инк проявил не свойственную ему халатность и позволил Блу попасть в синие сети разрушителя миров.       В планах Эррора не стояло обзаводиться пленным. Убивать одного из друзей Инка он тоже не был намерен. Потому собирался бросить нежданную жертву перед порталом. Вот только жертва неожиданно цепко держалась за нити. Пришлось тащить трофей в гости. И вот когда портал закрылся и растерянные лица стражей остались на той стороне, Блу перестал дрожать. Более того, он вдруг радостно и широко улыбнулся:       — Спасибо! Спасибо, Эррор! Ты не представляешь, как я рад, что оказался здесь с тобой!       Такие речи заставили Эррора растерять остатки боевого задора и посмотреть на болтающегося в путах Блу взглядом психиатра, пытающегося поставить диагноз очередному идиоту.       — Что ты мелишь, шкет?!       Блу перестал улыбаться, стрельнул в сторону закрывшегося портала нервным взглядом:       — Я не мог и дальше быть с ним.       — С кем?       — С ЭТИМ!       Эррор неловко прикинул, сколько раз за битву Блу получил по голове и решил поскорее избавить себя от этого придурка.       — А давай я тебя домой закину…       — Нет!!! Он меня там найдет! — истерично взвизгнул Блу.       — Да кого ты имеешь в виду, идиот!?       Блу весь сжался, его руки дрожали, а в глазах погасли зрачки. Дыхание у юного скелета было каким-то прерывистым.       — Это не Инк, — почти прошептал он. Взял себя в руки и твердо повторил: — Это не Инк!       — Что, прости? — и без того обескураженный Эррор в конец растерялся. Даже нити опустил, позволив пленнику свалится на пол и обнять себя за плечи.       — Дрим мне не верит, не замечает. Но то как оно двигается, как говорит. Будто имитирует. Как будто музыканту подсунули не его инструмент. Играть умеет, но не на этих настройках. Подстраивается, сглаживает неровности опытом и вскоре отличий не найти. Так и тут. Все постепенно сглаживается и уже я сам едва замечаю различия. Уже начал думать, будто мне показалось. Знаешь, когда просыпаешься от страшного сна и видишь монстров в обычных вещах. Я уже был готов признать себя немного поехавшим, когда…когда… нашел это, — Блу вынул что-то из кармана и протянул Эррору грязную тряпку. В тряпке с трудом, но удалось узнать кусок шарфа Инка. И он был весь в серых вкраплениях праха и в пятнах чернил.       Рука Блу дрожала.       — Боюсь, Инка уже…. Оно его… Инка…       Блу не смог удержать слез, прижал к себе кусок шарфа как руку умирающего друга. Зубами вцепился в костяшку пальца, сдерживая рыдания.       Эррор с трудом пробирался через безумные речи. Если сложить их в кучу, то выходило, будто нечто убило Инка и заняло его место. При чем так умело замаскировавшись под Инка, что никто не заметил подмены.       — Бред говоришь! — сделал вывод Эррор.       — Буду рад, если бред. Будем считать: я поехал крышей. И все эти взгляды и странности были лишь моим помешательством.       — К примеру? — заинтересовался Эррор.       — Ну, — Блу нервно покусывал костяшку пальца и пытался обличить ощущения в слова. — Каждый раз, когда я с этим самозванцем, у меня по хребту мурашки бегут. Он смотрит так будто сожрать хочет.       Эррор задумался. Ощущал ли он нечто подобное? Пожалуй, легкий укол тревоги был. Но он был столь незначительным, что Эррор не обратил на него внимание. То как Инк уходил из-под ударов, то как двигался. Вроде все было как всегда, но теперь, когда Блу заставил его сомневаться, Эррор вдруг заметил мелкие отличия.       Вроде бы ерунда, но после слов Блу…       Инк улыбался всегда немного криво. Правая часть рта чуть выше, левой. Но около недели назад Инк стал улыбаться ровно. А еще то как он держался в бою - у него появилось пара новых движений. А еще старые движения будто стали куда резче чем раньше. И его взгляд, да, он вызывал нервное передергивание души.       Мелочи, но…. Действительно ли сегодня он видел Инка? Какова вероятность что старый враг был убит и заменен кем-то другим? Тем, кто имитирует все что умел Инк, все чем он был. Если это правда, то зачем этот псих это делает? Если это лишь игра воображения, то ….       — Он изменился неделю назад, да? — предположил Эррор.       — Да. Значит и ты что-то заметил?       Эррор задумался сильнее и понял, что не может определить: Инк перед ним или нет. Нужен взгляд того, кто разбирается в сущности монстров.       — Уговорил, мелкий, я тебе верю. Вернее, я верю в саму возможность подобного безумия. Так что ты пока погостишь у меня.       — Спасибо, Эррор. Я рад быть твоим добровольным пленником, — Блу почти плакал от счастья.       — На здоровье, — скривился разрушитель миров и ушел в портал.       Вышел в заполненном негативом мире. В душе тут же всколыхнулись обида и страх:       — Инк, мудак! Как ты посмел сдохнуть от рук какой-то твари?! И на сколько же сильна эта тварь, раз грохнула тебя?       Тишина была ответом. Если и оставалась жизнь в этом мире, то притащенные Найтмером психопаты ее закопали.       Пока шел, Эррор пытался понять, почему Дрим не поверил Блу? В смысле, он же точно также чувствителен к изменениям эмоций, как и Найтмер. Говорит ли это о лживости страхов Блу или об отменном качестве имитации?       — Почему я вообще поверил этому мелкому?       Замок встретил тишиной коридоров. Жизнь царила лишь в одном из залов, где обосновались психованные Сансы. Здороваться с психами, Эррор не стал, сразу направился в кабинет Найтмера, с которым тоже не стал обмениваться любезностями, с порога заявив:       — Найтмер, мне нужна твоя помощь.       Найтмер вальяжно сидел в кресле, в его руках бокал с вином, на столике дорогие сыры, на лице брезгливая заинтересованность. В общем пафос можно в бутылки разливать и продавать.       — Да неужели настал день, когда от всех ворочающий нос разрушитель снизошел до просьб?       Эррор скрипнул зубами от злобы, но желание узнать правду оказалось сильнее удара по гордости:       — Представь себе, — после этих слов Эррор замялся, не зная, как попросить о столь ерундовой вещи. Подошел, в наглую забрал бутылку со стола и отпил. Плевать, что вино дорогое, все равно дрянь. — Я хочу попросить тебя посмотреть в Инка.       — Я это и так делаю каждый раз как вижу его пятнистую рожу…       — И сравнить с виденным ранее.       Найтмер поставил бокал на столик и отложил пафос в сторону:       — Эррор, он же не испытывает истинных эмоций. Вуайеризм в его сторону бесполезен. Так что мне реально любопытно с чего возникла такая необходимость.       — Увидишь, — Эррор вдруг стал печальным. Отдал бутылку в протянутую руку принца негатива.       — Поясни, — Найтмер даже улыбаться перестал. Посмотрел на бутылку и решил подлить себе вина в бокал.       — Считай меня умалишенным, но мне кажется Инк недавно сдох. И кто-то бегает в его шкурке. При чем притворяшка он отменный, раз даже твой брат ничего не заметил.       Вино пролилось мимо. Найтмер впервые за долгие годы испытал истинное удивление. И любопытство. Его брат конечно знатный идиот, но не слепой же? Хотя… Найтмер вспомнил как этот золотой придурок игнорировал проблемы, пропускал мимо ушей все, что не вписывалось в его идеалистическую картину мира. Даже проморгал попытку срубить их «мать». Этот инвалид на мозг реально мог проморгать смерть друга.       — А что мне за это будет? — Найтмер отпил вина из переполненного бокала. Цыкнул на пролитое.       — Сочтемся.       Найтмер кивнул. Он не видел Инка как минимум неделю. А значит пора освежить остроту встреч.       — Завтра я встречусь с этим куском чернил. Присоединишься?       Эррор нахмурился и покачал головой. Решил наблюдать с безопасного расстояния. Вдруг что пойдет не так.       В пустоте его встретил Блу. В глазах легкая тревога, на губах нервная улыбка.       Эррор прошел мимо. Лег в гамак. Закрыл глаза и сказал:       — Спи. Скоро мы узнаем правду.              Окно показывало опустошенный мир. Прах падал вместо снега. Не успевшие распасться останки тел были разбросаны по округе. А всадники апокалипсиса добивали немногих выживших.       — Это ужасно! — воскликнул Блу.       — Согласен, — Эррор поморщился. — Слишком небрежная работа. Что? — он криво улыбнулся, наблюдая отвращение на лице юного скелета. — Этот мир так и так был обречен.       — Но…       — Тихо. Начинается.       Инк и Дрим появились из портала. Все было как всегда: обвинения, крики, битва. Но в этот раз у Найтмера не было никакого желания доводить битву до конца. Он стремился оказаться к стражу как можно ближе, чтобы выполнить просьбу Эррора.       И вот он в шаге от цели. Добыча в вязких щупальцах страха, руки на лице плененного скелета, глаза смотрят в глаза…       Внутренний мир каждого человека уникален. У кого-то он полон радуги, а у кого-то утоплен в крови. В Инке Найтмер не увидел ни первого, ни второго. Там не было ничего. Просто тьма. Густая, удушающая, впивающая когтями в душу тьма.       С трудом, но Найтмер смог разогнать тьму руками и рассмотреть больше деталей, больше теней, больше искажённых болью тел. Они словно деревья возвышались над ним, их кривые сломанные кости тенью голых ветвей ложились на пустой пятачек, по середине которого стоял колодец чужой души.       Все внутри кричало: не смотри! Но Найтмер склонился над краем и заглянул в темное ничего. И тут же осознал, что темное ничего смотрит на него.       Когда Найтмер вернул зрение из внутреннего мира этой твари, он понял, что видит жуткое лицо неизвестного ему монстра. Жуткое во всех смыслах. Найтмер тут же отбросил тварь от себя, загородился щупальцами.       — Мы уходим! — объявил он. И его команда тут же оказалась позади. — Считайте мир остался за вами!       С этими словами Найтмер создал портал из слизи и отступил. Напоследок он бросил последний взгляд на фальшивку и вздрогнул всем телом. Фальшивый Инк смотрел на него тем самым жутким взглядом твари из колодца.              Эррор наблюдал за битвой с постным равнодушием. Блу сидел рядом и нервно кусал палец. Все закончилось довольно быстро. Найтмер отступил, что было не ново. Но Эррор заметил торопливость друга, увидел промелькнувший в его взгляде страх.       Не говоря не слова, Эррор встал и открыл портал. Эррор вошел в кабинет кошмара и вопрос застрял в горле. Всегда аккуратный, грозный принц негатива был едва ли не на грани истерики. Его тело было покрыто слизью лишь на половину. Дрожащие руки наливали далеко не первый стакан. Глаза лихорадочно блестели.       — Значит это не Инк, — сделал вывод Эррор. — Но что тебя так… испугало?       — Эта тварь, — у Найтмера заплетался язык. — Я никогда такого не чувствовал. Такой силы. Такого желания. Проклятье! — Не заморачиваясь, Найтмер отпил из бутылки. — Я бывал внутри снов и голов многих безумцев, но такого.... У него в голове… там… не знаю, как описать. Внутри него так пусто и так тесно. Там столь много и так мало.       — А на человеческий язык эту эзотерику перевести слабо? — попросил Эррор.       — Знаешь поговорку: Если всматриваться в бездну, она начнет всматриваться в тебя. Так вот, бездна увидела меня. И меня не отпускает ужасная мысль, будто она нависла надо мной. Положила на плечи руки и давит… давит. — Найтмер опустошил бутылку и завалился в кресло. В его взгляде царила обреченность. — Она проглотит нас, Эррор. Жадная, голодная, слепо идущая вперед тварь.       У Эррора побежали мурашки. Вот теперь он верил на все тысячу процентов. Инк мертв, а заменила его некая могущественная сущность, которая не ведает жалости и хочет… Чего она хочет?       — Если бы он хотел сожрать нас, то уже сделал бы это, — заметил Эррор. — Ты можешь хоть примерно обозначить желание этой твари?       Найтмер покачал головой:       — Не могу. Знаю лишь то, что стремления этого существа приведет нас к гибели.       — Все равно не понимаю. Зачем притворятся Инком? Бегать в его шкуре и выполнять его роль. Хорошо выполнять, надо заметить. Это выглядит бессмысленно.       — Цель не обязательно должна быть логична и адекватна! — Найтмер потер лоб. — Возможно он безумен. Сам знаешь, когда безумие царствует в голове, здоровым тебя не понять.       Эррор знал. Отлично знал. Он не слишком хорошо помнил тот долгий период жизни в пелене безумных идей. Не сказать, чтобы Эррор избавился от них полностью, но пришел к рациональным заключениям и нашел свое место в балансе мультиверса. Он помнил, как делал (на его взгляд) логичные выводы, которые теперь казались абсурдными.       Если убившая Инка тварь безумна, то бесполезно искать в его поступках логику.       — Думаю нам остается только наблюдать. Если этот имитатор станет проблемой, то попытаться его остановить. Если он просто хотел натянуть на себя шкуру Инка и жить как Инк, то плевать.       Эррор отвел взгляд. Он привык за сотни лет прощаться навсегда. Но Инк казался чем-то постоянным. Сложно было поверить в его смерть, ведь не было ни тела, ни праха, только факт.       — Прощай, Инк. — и брошенные на ветер слова.       Найтмер поднял новую бутылку над головой.