Чары и путы

      К вечеру следующего дня Гермиона, уплетая ложками ореховое масло вместо ужина и пролистывая до дыр зачитанные книги, уверяла себя, что нет необходимости переживать по поводу случившегося в клубе. Она не хотела обдумывать свой диалог с Тео, но его слова о предубеждениях против воли вертелись у нее в голове.        Остаток ночи прошел смазано. Девушка была вместе со всеми в клубе, где гремела музыка и среди танцующих летали снитчи и диско-шары. Но Гермиона не искала ни Гарри с Джинни, ни Рона, ни кого-либо другого из знакомых. Она села в дальний угол, оттесненный от шумной площадки, и просидела там до утра. Сложно сказать, о чем она думала. После общения с Малфоем и Тео девушка чувствовала себя неспособной продолжить веселье.        Сегодня Джинни развлекала девушку своими разговорами, и Гермиона была рада ее шумному присутствию в комнате. Тишина оставляла ее в депрессии и поглощении сладостей вместо нормальной еды. - Что-то ты стала необычно тихой в последнее время, - сказал Гарри, заходя в ее комнату, когда Джинни ушла кормить Джеймса. Он улегся на кровать рядом с ней, выдернул из рук банку с ореховым маслом и протянул ей тарелку с сэндвичем. – Ничего не хочешь мне рассказать? - Например? – спросила Гермиона, избегая смотреть на друга. - У меня возникло ощущение, поправь меня, если я не прав, но мне кажется, что ты обижена на меня.        Посмотрев на сэндвич у себя в руках, Гермиона вытянула из середины лук и положила на тарелку. Она хотела рассказывать ему о Малфое, но еще больше ей хотелось узнать о расследовании. А точнее о причинах, по которым он решил утаить от подруги часть информации. - Мне кажется, что у нас была договоренность. Ты обещал, что будешь рассказывать мне о том, как протекает расследование. - Так и есть, - он выгнул бровь, делая глоток кофе и кружки. - Почему ты не рассказал мне о том, что Министерство решило закрыть клуб? И о том, что это было последнее место, которое посетили похищенные?        Гарри удивленно посмотрел на нее. - Потому что я сам узнал об этом только вчера. Я как раз пришел сюда, чтобы рассказать тебе об этом. И если уж ты начала о договоренности, то позволь напомнить, что из нас двоих это ты ее нарушила. - Когда? – нахмурилась Гермиона. - Когда пошла с Малфоем на место преступления, хотя мы договаривались, что ты не будешь этого делать. - Это… - она замялась прежде, чем ответить. – Это было не запланировано. Я не собиралась туда идти. - Неважно, Гермиона, - раздраженно сказал Гарри. – Это слишком опасно, ты не должна посещать такие места. Мое беспокойство небезосновательно. Этот псих взорвал твою квартиру, и ты могла пострадать. Кроме того, мы имеем дело с магией, о которой нам до сих пор ничего не известно. Я просто прошу тебя быть осторожнее.        Гермиона нервно сглотнула. Внезапно ей пришло в голову, что Гарри прав, и ее поступки были наиглупейшими в истории наиглупейших поступков. - Навряд ли я смогу остановить тебя в твоих попытках добиться справедливости, - вздохнул Гарри и устало откинулся на подушки. – Ибо еще никому не удавалось это сделать. Просто не забывай, что мы все еще друзья, и ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. - Спасибо, Гарри, - благодарно улыбнулась Гермиона. Она почувствовала, как потеплело у нее в груди впервые за долгое время. – Я знаю это. И я, правда, постараюсь быть осторожнее. - Хотя бы не занимайся расследованием одна, - уже мягче добавил Гарри. – Ты не хочешь работать в аврорате, окей, я не настаиваю. И я сам не верю, что это говорю, но даже в компании Малфоя ты будешь в большей безопасности, чем в одиночестве. Хотя бы потому что, если вы попадете в беду, преступник в первую очередь захочет убить именно его, и у тебя будет возможность убежать. - Очень смешно, - Гермиона шутливо стукнула друга по плечу. – Неприятно признавать, но при всех недостатках, наше временное сотрудничество оказалось достаточно продуктивным. - О да, я заметил, - закатил глаза Гарри. – В газетах только и пишут о «продуктивности» вашего общения.        Он протянул ей газету, которую он принёс с собой. На первой странице Гермиона увидела огромную фотографию, на которой был запечатлён ее поцелуй с Малфоем в Косом переулке. Она знала, что эта фотография рано или поздно попадет в печать, и была к этому готова. Гермиона лишь поморщилась и с безразличным видом откинула газету в сторону. - Даже на первой странице. Я впечатлена, - пробормотала Гермиона себе под нос. Она откусила свой сэндвич из индейки с беконом и гуакамоле. – В воскресенье же не выпускают газеты. Откуда она у тебя? - Это завтрашняя газета, - ответил Гарри. Он не смотрел на девушку, но Гермиона заметила тень улыбки на его лице. – Редактор любезно прислал тебе ее заранее, чтобы ты имела возможность подготовиться к реакции общественности. - Очень мило с его стороны, - вздохнула Гермиона и закрыла глаза. – А ты не хочешь ничего спросить у меня по этому поводу? - Только если ты хочешь мне что-то рассказать. - Джинни уже видела это? - Да. Она торчала в твоей комнате весь день, в надежде, что ты что-нибудь расскажешь, - усмехнулся Гарри, с рассеянным видом глядя в потолок. - А Рон? - Если бы это было так, он бы уже давно был здесь, ты так не думаешь? - Я думаю, что вся эта ситуация просто нелепа, и я ненавижу Малфоя за то, что он поставил меня в такое дурацкое положение.        Гермиона чувствовала легкое беспокойство, по поводу реакции друзей и близких на ее мнимый роман с Малфоем, а также из-за ажиотажа, который наверняка возникнет, после публикации этой статьи. Девушка по собственному опыту знала, что невозможно повлиять на редактора газеты – он готов на все ради хорошего скандала, и никакие просьбы не заставят его изменить свое решение. Тем более, Гермиона подозревала, что Малфой уже пробовал повлиять на редактора Ежедневного Пророка своими способами и наверняка с помощью угроз, шантажа и денег. Девушка была уверена, что Варнава Кафф понимает только такой язык. И раз это не получилось у Драко, то и слово Гермионы Грейнджер не будет иметь влияния. - Какова вероятность, что Рон не поверит в эту чепуху и захочет меня выслушать? – задумчиво спросила Гермиона. - Думаю, он не будет тебя сильно осуждать, даже если все это окажется правдой,- ответил Гарри. Увидев ее недоуменный взгляд, парень поспешил пояснить: – После того, как он начал встречаться с Лавандой, он лишился права голоса насчет твоей личной жизни. По крайней мере, на ближайшую пару лет. - А что ты думаешь по поводу всего этого? – осторожно спросила Гермиона.        Гарри не спешил отвечать. Девушка и хотела, и страшилась узнать мнение друга. Она до сих пор не рассматривала всерьез возможность отношений с Малфоем. Сейчас ей казалось, что все ее чувства прокручены в мясорубке и так перемешены, что невозможно в них разобраться. - Ты знаешь, что он мне не нравится, - наконец ответил Гарри. – В Хогвартсе у нас были сложные отношения.        Гермиона поежилась от его слов. Что ж, такая реакция была вполне ожидаема. - Но мы уже давно не в Хогвартсе, - добавил Гарри. Он ободряюще положил ей руку на плечо и, не добавив ни слова, вышел из комнаты.        После ухода друга Гермионе почудилось, что он унес с собой все тепло из комнаты, в которой ей приходилось жить. В такие минуты она больше, чем обычно, тосковала по своей квартире в Косом переулке и редким минутам, которые могла провести одна в компании любимых книг и ароматного кофе. Она уронила руки на матрас. Гермиону мучила тоска по дому.        Потолок над ее головой начал медленно вращаться, потом ощетинился высокими елями, и густой лес вырос повсюду до самого горизонта. Вскоре пейзаж побледнел, и на его фоне возникла высокая фигура мужчины. Гермиона порывисто кинулась к этому человеку, но он резко отвернулся от нее.        «Зелье не подействовало бы, если бы ты сама ничего не чувствовала ко мне».        Гермиона вздрогнула и… проснулась. Действительно ли Малфой произнес эти слова? Она села на мягкой кровати и рассеяно потерла сонные глаза. Да, он их сказал. В тот момент Гермиона была слишком возмущена, чтобы осознать смысл этой фразы, но сейчас она всплыла у нее в памяти, как пузырек воздуха со дна реки.        Девушка нервно вертела в руках волшебную палочку. Значит, у нее правда есть какие-то чувства к Малфою? И хуже того, ему об этом тоже уже известно.

***

       Все дни Гермиона проводила на работе, пытаясь разобраться с ворохом бумаг, который ежедневно загромождал ее рабочий стол. После того, как закрыли ее законопроект, девушка с каждым днем все сильнее ощущала бесполезность своей работы в Министерстве. Она и раньше не всегда получала удовольствие от министерской рутины, но хотя бы осознавала важность и необходимость того, что делала. Это позволяло ей держаться на плаву. Но бюрократия и бесконечная бумажная работа, которая отвлекала от реально важных дел, сводила Гермиону с ума.        Сейчас, когда на основную ее работу было наложено вето, Гермиона занималась инициированными Бруствером Кингсли реформами по ликвидации коррупции и дискриминации по чистоте крови. Эта работа была близка к тому, чем занималась она ранее, поэтому министр магии предложил ей заняться ими. Но как бы Гермиона ни любила схемы, графики и диаграммы, работа с реформами порой нагоняла на нее тоску.        Всю неделю Гермиона страдала от ночных кошмаров, а днем от недосыпа. Каждую ночь девушка возвращалась к событиям пятилетней давности, из-за чего просыпалась с криками и в холодном поту. Ей приходилось накладывать на комнату заглушающие заклинания, чтобы не тревожить Гарри и Джинни, и не разбудить крестника.        Кошмары. Теперь они – постоянные спутники сна. Гермиона еще и еще раз переживает события второй магической войны. Тщетно пытается уговорить Рона не уходить. Беспомощно наблюдает за смертью Добби, Фреда, Тонкс, Люпина, за тем, как жизнь медленно покидает тело Северуса Снейпа. И очень часто слышит собственные вопли, когда Беллатриса Лестрейндж пытает ее заклятием Круциатус. - Мисс Грейнджер, к вам пришел мистер Поттер, - услышала Гермиона голос своей помощницы. Гермиона тщетно боролась со сном и чувствовала, что с каждой минутой глаза все больше наливаются свинцом, поэтому обрадовалась приходу друга. - Хочешь вместе пообедать? – спросила Гермиона, поднимаясь с кресла и снимая мантию со спинки стула. – Я бы очень хотела выпить кофе. - Тяжёлая ночь? - Не больше, чем обычно, - пробормотала Гермиона.        На самом деле, плохие сны перестали беспокоить девушку после взрыва квартиры и вернулись только сейчас. Сначала Гермиона объясняла это тем, что новые события жизни затмевают старые воспоминания, но сейчас ей думалось, что все гораздо проще. Возможно зелья Малфоя имели гораздо больший эффект на неё, чем она считала изначально. - Выпьем кофе здесь? - предложил Гарри. Потом обернулся к Джейн и ослепительно улыбнулся ей. - Твоя помощница готовит лучший кофе в магической Британии.        Девушка смущенно улыбнулась и неловко попятилась в приемную. А Гермиона задумалась о том, как долго ещё присутствие ее друга, будет заставлять людей краснеть и отчаянно стесняться, когда он с ними заговаривает. Справедливости ради, Гермиона понимала, что Гарри в такие моменты чувствует себя ещё более неловко. - Мне кажется, у тебя есть ещё какая-то скрытая причина остаться сегодня здесь, - проницательно заметила девушка, когда Джейн принесла им кофе и закрыла за собой дверь. - Это так очевидно? - усмехнулся Гарри, хотя его взгляд оставался серьёзным, а ухмылка получилась грустной. - Я просто слишком давно тебя знаю.        Для посторонних людей это было незаметно, но Гермиона явно видела, что ее друг очень напряжен и встревожен, хотя изо всех сил старается это скрыть. У девушки появилось плохое предчувствие. - Что случилось? – обеспокоенно спросила она.        Гарри ответил не сразу. Он сделал несколько больших глотков из чашки и взволнованно взлохматил волосы, приведя их ещё в больший беспорядок. - Это касается расследования, - наконец сказал он. – Я помню, что должен держать тебя в курсе, поэтому пришел сюда.        Гермиона выжидающе смотрела на него. Ее рука, сжимающая чашку с кофе, побледнела от того, как сильно она схватилась за неё. - Сегодня мы узнали, что похитили еще одного волшебника, которому пришло письмо с угрозами, - произнес Гарри. Он твердо посмотрел ей в глаза, прежде чем продолжить. – Тео Нотта.       Гермиона удивленно подняла брови. - Тео? – недоверчиво переспросила она. – Ты уверен? Он мог просто уехать на Ибицу или на Мальдивы, чтобы запить горе после закрытия своего клуба. - Я уверен, Гермиона, - сказал Гарри, отчеканивая каждое слово. – Если бы он решил просто уехать, он наверняка решил бы захватить с собой свою волшебную палочку, а не отправлять ее тебе совиной почтой. - Что? – ужаснулась Гермиона. Она была ошарашена, чувствовала себя неспособной принять информацию. – Но мне не приходила почта. - Она пришла к нам домой. Джинни срочно вызвала меня, когда прилетела твоя сова. Мракоборцы обязаны проверять твою почту, после того, что случилось с твоей квартирой. Поэтому они первые увидели эту посылку и подпись «Для мисс Грейнджер». Олливандер опознал в ней палочку Нотта.       Гермиона пришла в смятение. После короткой паузы ей удалось справиться с изумлением. - Но он же прекратил благотворительную деятельность, - сказала девушка. – Зачем кому-то его похищать? - Я не знаю, - ответил Гарри, пожимая плечами. – Последний раз его видели вчера вечером. Его домовые эльфы говорят, что он ушел в свой клуб, чтобы закончить дела и подготовить бумаги для закрытия. Но домой он так и не вернулся.        У Гермионы не выходило из головы, что она видела Тео всего несколько дней назад живого и здорового, такого же непосредственного и легкомысленного как всегда. Поэтому ей было не по себе. Она собралась было что-то сказать, но внезапно раздался осторожный стук в дверь. - Мисс Грейнджер, к вам пришли, - произнесла Джейн. Она выглядела ещё более смущенной, чем раньше. Гермиона гадала, кто мог вогнать ее помощницу в ещё большую краску, чем Гарри Поттер. - Говорит, что у него к вам срочное дело. - Пускай заходит, - опередил с ответом Гарри. - Мне уже пора идти.        Не успел он дойти до двери, как в кабинет зашёл посетитель. Невероятно высокий, в чёрной мантии, ещё более суровый и мрачный, чем обычно, перед друзьями стоял Малфой и угрюмо смотрел на них.        В небольшом кабинете Гермионы воцарилась тишина. Девушка замерла с открытым ртом, а Гарри с удивлением смотрел на гостя. Одно лишь появление этого мрачного человека нарушило уютную, хоть и тревожную в свете последних событий, атмосферу друзей.        Гарри пришел в себя первым. - Что тебе нужно, Малфой?        Драко обратил на него стальной взгляд, который смутил бы кого угодно, но только не Гарри Поттера. Он с любопытством в зелёных глазах смотрел на нового посетителя. - Я пришёл к Грейнджер, - наконец ответил Малфой. Одним движением бровей юноша отказался от чашки кофе, которую поднесла ему услужливая Джейн, при этом презрительно поджав губы. - Но хорошо, что и ты здесь. Может вы проясните мне ситуацию с Тео? Почему мракоборцы разворошили весь его дом?        В кабинете воцарилась тягостная тишина. Гермиона перевела растерянный взгляд на друга, прежде чем ответить Драко. - Аврорат считает, что его похитили, Малфой, - осторожно ответила девушка, не считая нужным скрывать от него правду. - Судя по всему тот же волшебник, что похитил твоего отца и мистера Лавгуда. - Почему вы так думаете? - спросил парень, обращаясь к Гарри. - Потому что нашли его волшебную палочку, - сквозь зубы произнёс Поттер, не отрывая от Малфоя напряженного взгляда. - Я не должен рассказывать тебе подробности дела, но подозреваю, что Гермиона, по непонятной мне причине, все равно тебе все расскажет.        Девушка бросила на друга злой взгляд, но прежде чем она успела разразиться гневной тирадой, Малфой задал следующий вопрос. - Что значит, вы нашли его волшебную палочку? - То и значит, - ответил Гарри. - Ее прислали Гермионе, как и в прошлый раз. Но на этот раз посредством совиной почты. Письма не прилагалось. Только короткая записка: для мисс Грейнджер.        Гермиона почувствовала себя дурно. Она откинулась на спинку кресла и устало протерла глаза, чувствуя на себе напряженный взгляд Малфоя. - Зачем кому-то присылать волшебные палочки Грейнджер? Какой в этом смысл? - Хотели бы мы знать, - пробормотал Гарри. - В любом случае, тебе тоже следует быть осторожным. - В смысле? - Нотт прислушался к «советам» отправителя угроз, но все равно стал жертвой похищения, - сказал Гарри, открывая дверь и выходя из комнаты. - Теперь мы вообще не понимаем, чем руководствуется преступник.        Растревоженные пылинки клубами кружатся в воздухе, подыскивая новое место для приземления. После ухода Гарри возникла неуютная тишина, и Гермиона неловко поерзала на кресле, избегая смотреть на Малфоя. - Знаешь, есть одна мысль, которая не даёт мне покоя, - сказал Драко, поднимая на неё взгляд. У Малфоя был такой встревоженный вид, что Гермионе невольно стало жаль его. - Я долго размышлял насчёт твоих слов по поводу артефакта… - Нет, подожди, Малфой, - произнесла Гермиона, поднимаясь со своего кресла. - Я тоже долго думала. О том, что произошло. Между нами.        Гермиона попыталась сглотнуть, но не смогла, поэтому ее речь немного дрожала. - Наше сотрудничество окончено, - как можно увереннее произнесла девушка, стараясь смотреть куда угодно, кроме Малфоя.        Парень удивленно выгнул бровь. На его губах появилась привычная усмешка, а выражение лица перестало быть таким встревоженным. - Да ну? И долго ты об этом думала? - Достаточно, - ощетинилась Гермиона, оскорбленная его насмешливым тоном. - И почему ты решила прервать наше...кхм...общение? - А ты сам не догадываешься? - Есть пару предположений, - ухмыльнулся парень. - Я могу убедить тебя изменить решение? - Нет. - Уверена? В мире не существует ничего, чего нельзя было бы купить. - Я тебе не по карману, - презрительно сказала Гермиона, переводя на него гневный взгляд. - Денег не хватит.        Малфой рассмеялся над ее возмущённым видом и оскорбленным тоном. - Ты кажется не до конца представляешь, насколько я богат. - Катись к черту, Малфой, - сквозь зубы произнесла девушка, отворачиваясь от него. - Ладно, стой, послушай, - в голосе Драко все ещё звучала насмешка, но тень отчаяния, которая на мгновение мелькнула в его лице, заставила Гермиону снова обратить на него внимание. - Дай мне шанс тебя переубедить. Мой отец очень важен для меня, и разве то, что я торчу здесь не лишнее тому подтверждение? Поверь, меня самого не радует, что ты единственная, кто может держать меня в курсе расследования его похищения. - Это так ты пытаешься меня переубедить? - Хорошо, стой, ещё одна попытка, - Малфой примирительно вытянул перед собой руки. - Возможно мы начали не с той ноты, но я правда пытаюсь. Это сложно для меня, просто позволь мне угостить тебя ужином. - Что, прости? - Ужин, Грейнджер, - раздраженно повторил Малфой. - Вечерний приём пищи. - Зачем мне идти с тобой ужинать? - недоуменно спросила Гермиона. - Если ты не хочешь делать это из-за моей фантастической красоты и невероятного обаяния, то хотя бы потому, что ты мне обязана, - произнёс Малфой. Он наградил девушку провоцирующей улыбкой, и, хотя он по-прежнему сильно раздражал ее, Гермиона уже не чувствовала гнева. - Я спас тебя от взрыва, а это твоя возможность меня отблагодарить.        Малфои могли заставить ее чувствовать неловкость, но самоуверенные парни нет. Девушке приходилось ставить их на место на регулярной основе. Отбросив робость, она напомнила себе, кто она такая. - Надеюсь, ты хотя бы жуёшь с закрытым ртом? - Это значит, да? - не дожидаясь ответа, Малфой направился к двери, будто изначально не сомневался в таком исходе диалога. - Я пришлю тебе сову.