Силы Искушения

      Элизабет бы никогда не подумала, что увидит его снова и при таких обстоятельствах.       Конечно, противостоять лорду в окружении солдат было совершенно иначе, чем противостоять ему одному и в нижнем белье. Но его спокойный самодовольный взгляд, обращённый на неё, не изменился, и она почувствовала раздражение, поднимающееся в ней. О чём он думал, когда смотрел на неё? Что вспоминал? Или просто фокусировался на более важных вещах под рукой?       Как всё изменилось. Тогда лорд Беккет был просто высокомерным и амбициозным, холодным и расчётливым, это правда, но похожим на человека в офисе с манией величия. Столы перевернулись, в самом деле. Он показал себя мощью, с которой нужно считаться, и девушка обнаружила, что видит лорда в новом свете. Это сопровождалось гневом, глубоко укоренившимся кипящим гневом, на всё, что он сотворил, и на весь хаос, что он сеял.       Катлер Беккет сделал несколько шагов вперёд, и призрак насмешки тронул его лицо. Он протянул руку и снял шляпу с головы молодой женщины, разглядывая её. — Очаровательный аксессуар. Лорд лениво бросил шляпу на пол и отвернулся. Элизабет проследила за ним глазами, надеясь на то, чтобы взглядом можно было убить.       Ужас, чистый ужас ледяной хваткой сковывал её живот, когда солдаты Ост-Индийской Торговой компании спустились во двор братства и выстрел за выстрелом эхом отдались в замкнутом пространстве.       Многие упали с обоих боков, но солдат оказалось слишком много, и небольшое скопление пиратов не могло им противостоять. Пиратские бароны бежали, и Элизабет могла только надеяться, что они спаслись в лабиринте коридоров города Погибших Кораблей и сделают то, что она отстаивала — приготовят каждое судно и поплывут, чтобы встретится с армадой Беккета.       Пиратский король. Теперь она их лидер, и первое, что она сделала — это сбежала и попала в плен. Блестяще. Девушка даже не успела отдать приказ готовиться к войне, когда солдаты ворвались в зал. Судя по всему, Беккет приказал привести к нему короля пиратов, если его схватят. Потребовалось четыре солдата, чтобы удержать мисс Суонн, и им пришлось сковать её руки за спиной, а не спереди. Лицо лорда, когда её ввели в кабинет, выражало удивление, быстро сменившееся на подозрение.       Элизабет молчала, пока он ходил по комнате, и работа его разума, хоть и безмолвная, казалось, заполняла всё пространство. Будучи высокомерным человеком он, несомненно, считал, что она не может быть королём пиратов — потому что она женщина или дочь губернатора? Или просто потому, что он считал её неспособной на подобное положение? Эта мысль разозлила девушку ещё сильнее, если это было возможно, ярость и негодование сжали её желудок. Несколько долгих мгновений она смотрела в окно на темнеющее море, затем повернулась и слегка наклонила голову. — Вы определённо продвинулись в жизни, — задумчиво сказал лорд Беккет, — Совсем не похожи на отчаявшуюся юную мисс, которую я видел в последний раз. — Я требую, чтобы вы отпустили меня, — отрезала она в ответ, игнорируя его замечания. — Если ваша цель — допрос, боюсь, вы будете разочарованы. Я капитан Суонн, королева пиратов и предводительница пиратских баронов, меня не запугать. — О, вы гордитесь собой, не так ли? — лорд задумался, и лёгкая усмешка скользнула по его лицу. Но больше он ничего не сказал, его мысли были сосредоточены больше на себе, чем на ней.       Элизабет всем сердцем желала, чтобы у неё был дар чувствовать чужие мысли и эмоции, как у Тиа Дальмы. Она бы всё отдала, чтобы узнать, что творится у него в голове. Что он задумал? Какой у него план? Он только что получил новый, весьма ценный козырь, и, хотя мысли о том, чтобы стать его пешкой, раздражали её, она должна была смириться с тем, что в данный момент она являлась именно таковой.       Беккет задумчиво посмотрел на неё. Элизабет почувствовала, как её волосы встают дыбом, и девушка яростно уставилась на него, отказываясь быть оценённой, словно неодушевлённая фигура на шахматной доске. — Бриг, — коротко бросил он солдатам, задумчиво глядя, как они хватают её за плечи. — Вы можете всё обдумать, пока я решу, что с вами делать. И поверьте мне, — добавил лорд тихо, что она едва смогла расслышать. — Я что-нибудь придумаю.       Бриг был самым большим из тех, на которых ей доводилось побывать — она становилась знатоком, с крепкой деревянной скамьёй и удивительно чистым полом. Из четырёх камер она была единственным обитателем, но она могла слышать голоса солдат и топот ног над головой.       Мисс Суонн ходила взад и вперёд, борясь с желанием топать ногами, как капризный ребёнок. Как он посмел? Самообладание лорда было поразительным — его высокомерие и спокойное превосходство приводили её в ярость. Элизабет была избрана королём пиратов и должна была начать атаку на компанию, но вот она здесь, в ловушке за линией фронта, оставив пиратов без приказа, что им делать дальше. Конечно, они вспомнят о её намерениях и поплывут навстречу армаде Беккета.       Элизабет тяжело опустилась на скамью, уставившись на свои закованные запястья. Она почувствовала смутное удовлетворение от того, что её сочли достаточно опасной, чтобы оставить руки связанными, а также раздражение от его осторожности. С тяжёлыми железными кандалами и очень короткой цепью между запястьями бежать будет трудно.       Что с ней такое и почему её схватили? Этот нелепый цикл, из которого она была бы рада вырваться. Арест и заключение в Порт-Ройяле, недолгое пребывание с Сяо Фенем на борту «Императрицы», а теперь ещё и это. Не говоря уже о той ужасной, неприятной и нелепой сделке, которую она заключила с Беккетом в обмен на каперский патент…       Воспоминание побудило в ней желание что-нибудь бросить. Она проклинала себя за тот безумный поступок, но оглядываясь назад, не могла найти другого выхода из сложившейся ситуации. Это было необходимо, и она оставила вину и гнев позади… До сих пор. Хотя эта мысль и волновала её, девушка была готова сделать это снова, чтобы выпутаться из этой передряги, но сомневалась, что Беккет примет её предложение. Она представила, как он насмехается над её отчаянным положением, и от одной только мысли об этом у неё сжались челюсти.       Нет. Она никогда этого не сделает.       Она не может использовать сексуальные чары, чтобы найти выход из положения. «И не грубой силой», — с сожалением подумала она, остро ощущая отсутствие шпаги. Не телом, не мускулами, это была битва мозга.        Она была способна на это так же хорошо, как и он. Лорд был не единственным, кто обладал силой убеждения, убеждая и используя слова как оружие, чтобы склонять и провоцировать. Язык был смертоносным оружием, которое могло ранить и убивать, не проливая кровь, и он был не единственным обладателем такого оружия.       В эту игру можно играть вдвоём. И на этот раз она не позволит ему выиграть.