В ожидании счастья

— Ну что, как поживает будущий господин Лань? — шутливо спросил Вэй Ин. Он зашел в покои Цзян Чэна и прислонился плечом к дверному косяку. — Сгинь с глаз моих! — рыкнул Цзян Чэн. Он стоял перед небольшим зеркалом и нервно одергивал одежды. — Что за дурацкий цвет?! Надо было не соглашаться на уговоры Лань Хуаня и устроить церемонию в обычных ханьфу! — Тогда ты упустил бы шанс увидеть Цзэу-цзюня в свадебных одеждах, — заметил Усянь. Ваньинь опустил взгляд и буркнул. — А то я не знаю… — Хах, — Вэй Ин покачал головой. Видимо, он действительно угадал одну из причин. — Кстати, зря ты наговариваешь на красный цвет, — он оттолкнулся ногой от дверного косяка и подошел к шиди. Ваньинь выглядел просто восхитительно в многослойных, свадебных, ярко-красных одеждах с золотистым узором. На груди его был завязан крупный бант с большим количеством петелек, а на лбу лента — тоже рубинового оттенка. — Можно? — он вытянул руку, намереваясь поправить воротник Ваньиня. Его рука едва заметно подрагивала. Цзян Чэн опустил взгляд на ладонь шисюна. — Неужели Вэй Ин может нервничать? — Ваньинь вопросительно приподнял одну бровь. Он сделал шаг вперед и задрал подбородок, тем самым давая позволение трогать его воротник. — Ну знаешь ли, — Вэй Ин улыбнулся и принялся бережно выпрямлять обшитый золотом воротник верхних одежд Цзян Чэна, — не каждый день я выдаю своего шиди замуж. — Почему когда ты говоришь это, звучит мерзко? — Цзян Чэн скривился. Все его тело охватывал легкий мандраж, он до сих пор не до конца верил, что дожил до этого дня: сегодня он станет мужем самого прекрасного человека на свете. — Может, дело в том, что тебе кажется мерзким все, что я говорю? — усмехнулся Вэй Ин. Закончив с воротником Ваньиня, он начал стряхивать невидимые пылинки с новых одежд шиди. — Ну что? Полегчало? — он заглянул Ваньиню в глаза. Цзян Чэн улыбнулся. — Ругань с тобой по-прежнему прекрасно бодрит. Улыбка, словно в зеркальном отражении, появилась и на губах Вэй Ина. Он внезапно сгреб Цзян Чэна в крепкие объятия, не заботясь о том, что может помять бант и одежды. — Я так рад за тебя… — на его глаза сами собой наворачивались слезы. — Черт, — он не сдержался и всхлипнул. Этот день значил для него даже больше, чем ему казалось. — Спасибо… — искренне прошептал Ваньинь. В его голосе не осталось язвительности, и он совершенно не пытался отстраниться. Некоторое время они продолжали стоять посреди комнаты в полном молчании. Слова были ни к чему — они все понимали и без этого. Вэй Ин не смог попасть на свадьбу любимой шицзе, пропустил рождение А-Лина, а также множество церемоний и дней его рождения. Но сегодня… Сегодня он наконец-то сможет поддержать дорогого ему человека в столь важный для него день. — Дядя Вэй! Дядя Вэй! — в комнату ворвалась А-Юн. — Тебя потерял дядя Цзи! Вэй Ин отстранился и спешно вытер рукавом глаза и нос. — Да-да, сейчас иду, — он пытался придать голосу обычное звучание. Цзян Чэн нахмурился. — А-Юн, тебе недавно исполнилось пять лет — когда ты уже начнешь называть Лань Ванцзи правильно? На людях тебе вообще положено называть его исключительно Ханьгуан-цзюнь! И к папе тоже обращайся правильно! Лань Юн обиделась и отвернулась. — Дядя Чжань мне не запрещал его называть так, как мне нравится… — пробубнила она. — Между прочим, А-Мин тоже не всех называет по титулу… Вэй Ин наклонился к племяннице. — С Мин-Мина не всегда стоит брать пример, — он подмигнул. У него не было иллюзий относительно того, что его сын лучший во всем — только в большинстве случаев. — К тому же, он всегда зовет Лань Чжаня по титулу на людях. — Бу! — А-Юн скрестила руки на груди. — Это как-то странно… Звать папу Цзэу-цзюнем… Он же папа… Вэй Ин аккуратно поднял Лань Юн на руки — она уже весила прилично, но ему все равно нравилось ее держать. — Ты долго будешь ее таскать? — вздохнул Цзян Чэн. — Вот балуете ее! — Ага, конечно, — фыркнул Вэй Ин с улыбкой, — это же мы подарили своему ребенку на пятилетие целый садик в Облачных Глубинах! — Это была идея Лань Хуаня! — парировал Ваньинь. — И вообще, не меняй тему, — он посмотрел на А-Юн, — на людях ты на самом деле должна обращаться даже к родителям по титулам, например папу Хуаня нужно называть либо глава Ордена Лань, либо Цзэу-цзюнь. Взгляд А-Юн помрачнел. — Тогда вы на людях обращайтесь ко мне только госпожа Лань Яньли, либо дочка глав двух Орденов! — гордо заявила она. — Хах, — Вэй Ин тихонько рассмеялся и обернулся на шиди. — Она точно пошла умом и логикой в меня! — Ага, а еще скромностью! Ты ведь в курсе, что ты мне даже не кровный родственник? — закатил глаза Цзян Чэн. — Но ты определенно на нее плохо влияешь! Так что поставь ее на пол и беги к муженьку, а то он скоро все Облачные Глубины на уши поставит! — Не завидуй так громко, — уголок губ Усяня приподнялся в усмешке, — еще чуть-чуть, и у тебя тоже будет свой муженек. Пошли, А-Юн, — обратился он к племяннице, — а то твой папа сегодня слишком нервный. Цзян Чэн с улыбкой посмотрел шисюну в спину. Все-таки Вэй Ин умел своим присутствием разряжать атмосферу, после его визита Ваньинь почувствовал небольшое облегчение. — Ну что? Готов? — спросил он у своего отражения.

***

Столь пышного и красивого пиршества Пристань Лотоса не видела уже очень давно. Вся площадь между набережной и павильонами была заполнена длинными столами и огромным количеством желающих поздравить глав двух Орденов с прекрасным событием. Первая часть — торжественная — прошла в почти полной тишине. Когда руки Цзян Чэна и Лань Хуаня связали воедино красной лентой, все присутствующие затаили дыхание. Лань Хуань в дорогих, красных, однотонных одеждах и Цзян Чэн в рубиновом ханьфу с золотистым узором стояли на коленях на небольших подушках. К ним вышла их маленькая наследница в изящном светло-лиловом платье и поднесла им традиционные отвары в черных чашах, как было принято в Гусу Лань. Учитывая их позиции, они не могли полностью пренебречь ни правилами Гусу, ни правилами Юньмэна, поэтому старались исполнить все самые важные традиции обоих орденов. Лань Хуань быстро опустошил свою чашу и отставил ее в сторону, а вот Цзян Чэн кривился и делал маленькие медленные глотки горького отвара, поэтому все никак не мог допить. Сичэнь обратил внимание, что дочка сильно разнервничалась, оказавшись центром всеобщего внимания, и незаметным жестом подозвал ее к себе. А-Юн сразу же бросилась к папе в объятия и нырнула под его широкий рукав, в поисках укрытия. Поэтому когда обряд закончился, и Ваньинь с Сичэнем официально стали мужьями, рядом с ними находился кое-кто третий. Цзян Чэн не сразу заметил А-Юн, но когда увидел, как дочка подрагивает от страха, прячась среди алых тканей одежд Сичэня, широко заулыбался. У них самая замечательная семья на свете. — Поздравляю, — шепнул Ваньинь, наклонившись к Сичэню. Лань Хуань повернул голову в сторону Цзян Чэна и замер. Он не сводил своего переполненного эмоциями взгляда с глаз любимого. — Что? — смутился Ваньинь. — Запоминаю это мгновение, — тихо ответил Лань Хуань. — Я так тебя люблю… До сих пор не могу поверить, что все это взаправду. Цзян Чэн тоже чувствовал себя окрыленным. — Поверь мне… муж… — неловко добавил он, краснея. Лань Хуань покачал головой. — Ты не представляешь себе, что сейчас творится в моей голове… — он прикрыл глаза, но на его лице по-прежнему оставалось пьяно-мечтательное выражение. Цзян Чэну очень хотелось поцеловать своего новоиспеченного супруга, но он не мог сделать это на глазах у всех. Хотя… — Знаешь что? — еще сильнее понизив голос, спросил он. — Что? — Лань Хуаню пришлось придвинуться к Цзян Чэну поближе. Однако вместо ответа Ваньинь резко наклонился к Сичэню и оставил на его щеке незаметный для окружающих поцелуй. — Ах… — Лань Хуань, не ожидавший такого, раскрыл от удивления рот. В его глазах заплясали искорки счастья. Цзян Чэн, довольный произведенным эффектом, поднялся на ноги и подал руку Лань Хуаню. — Идем за стол. Сичэнь взял в одну руку крохотную ладошку дочери, а другую вложил в раскрытую ладонь Ваньиня. Именно так он и хотел дальше идти по жизни — рука об руку с любимыми.

***

К вечеру Цзян Чэн уже не знал себя от усталости — он столько раз за день сказал «спасибо» в ответ на бесконечные поздравления, что у него начинал отсыхать язык. А гора подарков, что лежала на веранде павильона, имела ненормально большие размеры. Лань Хуань тоже вымотался, но продолжал без устали улыбаться. Одна лишь мысль, что теперь он официальный супруг Цзян Чэна, столь сильно грела его изнутри, что он чувствовал необычайную бодрость. На пиршестве присутствовали главы многих Орденов, но молодоженов особенно радовало присутствие глав Орденов Не и Цзинь. Не Хуайсан поздравил счастливую пару одним из первых. Он принес с собой дорогой подарок и произнес длинную и искреннюю речь о том, как рад тому, что Ваньинь и Сичэнь теперь супруги, а также в очередной раз извинился за свое прошлое поведение. — Подожди, Хуайсан, — Цзян Чэн встал из-за стола и отошел в сторону. — Да? — Хуайсан остановился. Они с Ваньинем продолжали поддерживать переписку и их отношения можно было назвать дружескими. — Я тут кое-что услышал… — на губах Цзян Чэна появилась хитроватая улыбка. — М? — Не Хуайсан раскрыл веер и сделал ничего не знающее лицо. — Это правда, что ты… ну… с кем-то встречаешься? Некоторое время Хуайсан стоял молча, сверкая глазами, а потом невольно посмотрел куда-то в сторону столов и гостей. — Это кто-то, кого я знаю? — Цзян Чэн тоже обернулся. — Этот человек здесь? Не Хуайсан загадочно улыбнулся, но быстро спрятал лицо за веером. — Возможно, — он поклонился. — Еще раз поздравляю, Цзян-сюн. Будьте счастливы. — Спасибо, — Ваньинь кивнул. — Я надеюсь, что ты позовешь нас на свою свадьбу. Не Хуайсан сделал какое-то неопределенное движение головой и удалился.

***

Столы ломились от всевозможных яств, в воздухе витал сильный запах мяса и копченостей. Присутствующие на торжестве гусуланьцы нервно поглядывали на мясные угощения, но продолжали придерживаться своих аскетичных принципов питания. К спиртному, которого здесь имелось в избытке, большинство адептов в белом тоже боялось притрагиваться, зато все остальные вдоволь наслаждались многочисленными видами вина, настоек и байцзю. — Почему ты не пьешь? — спросил Лань Хуань Цзян Чэна, заметив что тот за весь вечер сделал от силы пару глотков вина. — Не стоит сдерживаться из-за меня. — Нет, я не поэтому не пью, — улыбнулся Ваньинь и посмотрел на мужа, решая, говорить ему то, что думает, или нет. — Просто я так счастлив, что хмелею без вина, — он густо покраснел и покачал головой. — Я боюсь, что совсем потеряю голову, если выпью еще немного… Взгляд Лань Хуаня скользнул по губам Цзян Чэна. — Я не буду возражать, если ты потеряешь голову, когда мы вернемся в спальню… — промурлыкал он. Несмотря на то, как сильно нравился Сичэню Ваньинь в красном, ему не терпелось его раздеть. — Тогда я… — Цзян Чэн не смог закончить свою мысль, потому что кто-то резко врезался в него сбоку. — Папа-а-а! — крикнула счастливая А-Юн. Весь день она носилась вместе с А-Мином между столами. Лань Хуань и Цзян Чэн ждали, когда уже она устанет, но этот момент все никак не наступал. Лань Юн успела побывать на коленях у всех своих дядь и братьев, а также получила больше десятка подарков от собравшихся заклинателей. — А-Юн, — Цзян Чэн вздохнул и усадил дочку на колени, — может, ты перестанешь уже доставать всех вокруг и немного посидишь спокойно? — без особой надежды предложил он. — Не-а, — Лань Юн отрицательно покачала головой. — А-Юн, будешь кусочек лотоса? — Лань Хуань специально отложил для дочки немного традиционной юньмэнской закуски из вареных корней лотоса. — Да-а! — А-Юн быстро спрыгнула с коленей папы Цзяна и забралась в объятия папы Хуаня. — Покормишь? — она открыла рот, приготовившись. Ваньинь закатил глаза. — Лань Хуань, перестань ей во всем потворствовать! Она прекрасно умеет есть сама! — он знал, что Сичэню было очень тяжело хоть в чем-то отказывать А-Юн, чем та частенько пользовалась. Сичэнь, который уже взял палочками кусочек лотоса, жалобно посмотрел на мужа. — Ла-а-адно, делайте, что хотите, — Ваньинь махнул рукой и отвернулся. Сегодня ему не хотелось спорить. К тому же, ему доставляло удовольствие наблюдать за тем, как Лань Хуань возится с дочкой. — Вкусно! — сказала довольная А-Юн, распробовав лотос. — Еще! Пока Лань Хуань кормил маленькую капризулю, Цзян Чэн оглядывался вокруг и прислушивался к чужим разговорам за соседними столами. Ближе всего к ним сидели Лань Чжань с Вэй Ином и Лань Юань с Цзинь Лином. Чуть дальше сидели Лань Цижэнь и Цзян Ан — обычно они ладили не очень хорошо, но сегодня оба вели себя на удивление смирно. — Лань Юань, мне кажется, тебе на сегодня хватит… — с тревогой в голосе сказал Цзинь Лин, наблюдая за тем, как Сычжуй наливает себе очередную порцию вина. — Но это вино такое вкусное и необычное! — с неестественно широкой улыбкой ответил Лань Юань, делая маленькие глотки ароматного юньмэнского вина. — Никогда раньше подобного не пробовал! — свободной рукой он хлопнул по бедру Цзинь Лина. Жулань громко вздохнул. Если Сычжуй решил выпить столько же, сколько учитель Вэй — то очень зря, Лань Юань явно не настолько хорош в поглощении спиртного. — Лань Юань, — морщился Цзинь Лин. Чем больше Лань Юань пил, тем откровеннее становился в проявлении своих чувств. И пусть все близкие уже знали об их отношениях, он пока не собирался посвящать в это остальных присутствующих. — Я тут, — Сычжуй так близко придвинулся к лицу Жуланя, что А-Лин начал двоиться у него перед глазами. — Ты можешь перестать так делать? — А-Лин поерзал на месте и постарался отстраниться. — Как? — Лань Юань поставил чашечку на стол и теперь обе его ладони лежали на бедрах Цзинь Лина. — Вот так, — А-Лин опустил взгляд вниз — на руки Лань Юаня. — Ты же понимаешь, что вокруг нас куча народу? — он уже начинал сомневаться в том, насколько трезво Сычжуй может оценивать окружающую обстановку. — Да, и что? — быстро ответил Лань Юань, глядя на любимого мутным взглядом. — Мы ведь все равно тоже когда-нибудь поженимся, так ведь? Когда-нибудь все узнают о нас, — он сделал круговое движение головой и пошатнулся на ровном месте. Цзян Чэн, который с интересом слушал весь разговор племянника с Сычжуем, посмотрел по сторонам — вроде бы никто, кроме него, не замечал того, что происходило между главой Ордена Цзинь и правой рукой Цзэу-цзюня. Сначала Ваньинь подумал, что ему стоит вмешаться, но вдруг передумал. Он накрыл рот ладонью, скрывая усмешку, и стал прислушиваться дальше. — Э-м… Что ты такое говоришь? — Цзинь Лин нервно дернулся. — А что? Ты… ты не хочешь заключать со мной официальный союз? — Лань Юань отшатнулся назад. Его лицо приобрело несчастный вид. — Но как же семья… дети… — А? — глаза Цзинь Лина округлились от шока. — О чем ты?! Цзян Чэн не сдержал громкого смешка, но, к счастью, все вокруг были настолько заняты своими разговорами, что этого никто не услышал. — Ну как… Я ведь тоже хочу… — Лань Юань смотрел на Цзинь Лина умоляющим взглядом. — Хочу, чтобы мы заключили официальный союз и стали мужьями. А потом, когда ты решишь, что пора, мы заведем детей. Я не знаю, как Цзэу-цзюнь нашел тот амулет, — он нахмурился, — но я узнаю! Он мне точно расскажет! Тогда мы с тобой вместе загадаем желание, и у нас будут близнецы! Два мальчика, — на его лице появилась радостная улыбка, которая озаряла его румяное лицо. — А?! — Цзинь Лин вжался в свое место. — А что — здорово же, да? У нас будет сразу двое детей! Мальчик и мальчик! — его выражение лица стало мечтательным. — Один сын унаследует Ланьлин, а другой — Юньмэн, разве не прекрасно? — его язык заплетался все сильнее. Цзинь Лин потряс головой, надеясь, что у него просто проблемы со слухом, и Лань Юань на самом деле не говорил того, что говорил. — Представь себе: ты, я и детишки, что бегают вокруг нас… — Он поставил локоть на стол и подпер подбородок рукой. — Просто мечта-а… — Он прикрыл глаза. Цзян Чэн понял, что все-таки пора вмешаться. Он посмотрел на Лань Юн, которая как раз закончила есть лотосы и теперь сидела смирно, пока Лань Хуань вытирал ей лицо тканевой салфеткой. — А-Юн, у меня для тебя есть важное задание. — А? Правда? — глаза Лань Юн загорелись. Она обожала, когда ей поручали что-то интересное. — Да, иди сюда, — он похлопал по своей коленке, и А-Юн сразу же подбежала к нему. — Видишь братика А-Лина? — спросил он, и дочка кивнула. — Так вот, надо ему помочь, — он наклонился к уху А-Юн и отдал ей инструкции. — Что происходит?.. — с удивлением спросил Лань Хуань, когда дочка побежала в сторону Цзинь Лина и Лань Юаня. — Сам посмотри, — Цзян Чэн кивнул в сторону племянника. Лань Юн подбежала к Лань Юаню и потрясла его за рукав. — Сычжуй-гэгэ, Сычжуй-гэгэ! — М? — Лань Юань очнулся от дремы и перевел взгляд на Лань Юн. — О! А-Юн! Что такое? — он наклонился к ней пониже. — Папа Цзян говорит, что ты устал и тебе пора идти отдыхать, — серьезно сказала она, подходя к возложенной на нее миссии со всей ответственностью. Цзинь Лин посмотрел на дядю и Цзэу-цзюня. По улыбке Цзян Чэна он догадался, что тот слышал их разговор, и на щеках Жуланя сразу появились розовые пятна. — Дядя Цзян прав, — он собрался с мыслями и поднялся на ноги, — ты слишком много занимался поручениями в последнее время, тебе нужно поспать, — он обхватил предплечье Сычжуя и потянул его на себя. — Подождите, — Лань Юань вырвался из хватки Цзинь Лина и, покачиваясь на месте, сказал: — Мы еще не договорили, — он посмотрел на Жуланя. — Так ты хочешь, чтобы у нас была семья или нет? — Семья?.. — А-Юн с непониманием смотрела то на Жулань-гэгэ, то на Сычжуй-гэгэ. — Да, А-Лин, — вмешался в разговор Вэй Ин. Он и Лань Чжань встали со своих мест, собираясь попрощаться с молодоженами и покинуть пиршество вместе с сонным А-Мином, когда случайно услышали слова Сычжуя. — Неужели ты не ответишь А-Юаню? — он подошел к Сычжую со спины и положил ладони ему на плечи. — Ты как? — он наклонился к лицу Сычжуя, проверяя в порядке ли он. Хотя с лица Усяня не сходила улыбка, он переживал за Сычжуя и лучше остальных знал, какая высокая нагрузка у него была в последние несколько недель. — В пордке… — невнятно пробормотал Лань Юань, накрыв лицо ладонью и не давая на себя смотреть. — Ладно, — Вэй Ин хлопнул А-Юаня по плечу, — иди отдыхать. — Он выпрямился и посмотрел на Цзинь Лина. — Так что? Когда следующее пиршество? Только умоляю, устраивайте церемонию в Ланьлине, а не в Гусу, — он подмигнул А-Лину. — Вэй Ин, — вздохнул Лань Чжань. Он держал на руках засыпающего сына — тот так набегался, что теперь был не в силах даже идти. — Я… Я… Да мы… Да вы… — заикался Цзинь Лин. Он не был готов публично обсуждать свои отношения. И пусть возле них не было никого постороннего, он все равно жутко смущался. — Расслабься, — хихикнул Вэй Ин. Ему очень понравилась сегодняшняя церемония и пиршество, он вдоволь наелся и напился, поэтому у него было прекрасное настроение. — У вас еще есть время. Ведь А-Юань пока не нашел амулет, так ведь? — он издал еще один короткий смешок. — Доброй ночи! — они с Лань Чжанем ненадолго подошли к виновникам торжества и, откланявшись им, скрылись в ближайшем павильоне. — Сычжуй-гэгэ, не засыпай, — А-Юн потрясла рукав Лань Юаня, — папа сказал, что ты должен идти в гостевые покои. — М-м, — Сычжуй посмотрел на Лань Юн, медленно моргая, — слушай, А-Юн, а ты как думаешь, твой папа Цзян позволит нам заключить официальный союз? Лань Юн ненадолго растерялась — у нее не было инструкций на этот счет, — но быстро нашла, что ответить: — Мой папа — очень справедливый, так что если ты будешь хорошо себя вести, то он обязательно будет на твоей стороне, — уверенно ответила она. Цзян Чэн переглянулся с Лань Хуанем, их умиляла рассудительность дочки. — Я буду стараться, — кивнул Лань Юань, слегка заваливаясь вперед. — Тогда иди спать! — А-Юн сурово посмотрела на Сычжуя. — Хе-хе, — Лань Юань тихонько рассмеялся, — слушаюсь. — Он поднялся с места, но ненадолго потерял равновесие, и Цзинь Лину пришлось подхватить его за руку. — Идем, я помогу тебе, — сказал Цзинь Лин с непонятной интонацией. — А ты, А-Юн, беги к папам, тебе тоже пора ложиться. Доброй ночи! Лань Юн согласно качнула головой и побежала к отцам. — Папа, папа! Я все сделала, — она прижалась к руке папы Цзяна сбоку, обнимая ее. — Мы все слышали, ты молодец, — мягко сказал Лань Хуань, с нежностью глядя на дочь. К их столу подошел Цзян Ан. — Простите, — он поклонился, — если хотите, я могу отвести ее в комнату и помочь умыться. — Он очень любил возиться с дочкой Цзян Чэна. Ваньинь посмотрел на Сичэня, и тот кивнул, одобряя идею управляющего Пристани Лотоса. — Да, хорошо, — кивнул Цзян Чэн, — спасибо. — Мне в удовольствие, — он сложил ладони в благодарственном жесте. — Кстати, я побуду с ней, так что вы можете не переживать за нее этой ночью, — уголки его губ приподнялись. — Мы очень благодарны за вашу помощь, — ответил Лань Хуань, склоняя голову, — доброй ночи! Цзян Ан взял Лань Юн на руки и понес в ее комнату. — Глава Ордена Цзян, — Лань Хуань накрыл руку Цзян Чэна, которая лежала на бедре Ваньиня, своей ладонью — этот жест был незаметен под столом. — Теперь вы полностью мой, — сказал он соблазнительным шепотом, наклонившись к уху Ваньиня. — Навсегда, — он наслаждался тем, как это звучало. Цзян Чэн перевернул ладонь и переплел свои пальцы с пальцами Лань Хуаня. — Глава Ордена Лань, теперь вы — мой муж. — Хм-м… — Сичэнь задумчиво хмыкнул. — Что? — Думаю, надоест ли мне когда-нибудь слышать это… — на лице Лань Хуаня сияла счастливая улыбка. И хотя за весь вечер он не выпил ничего, кроме отвара и чая, его голова кружилась, а мысли путались. — Это так прекрасно… — Слушать, как я называю тебя своим мужем? — ехидно переспросил Ваньинь. — Лань Хуань, — он придвинулся еще ближе, — ты — мой муж, слышишь? У нас только что состоялась церемония. А еще у нас есть чудесная пятилетняя дочь. — М-м, — Лань Хуань прикрыл глаза. По его телу бежали мурашки от голоса Цзян Чэна. — Не буди меня, — он покачал головой, — никогда не хочу просыпаться от этого сна. — Ему казалось, что по венам бежит не кровь, а чистое счастье. — Прости, не могу ничего обещать, — не согласился Цзян Чэн, — у меня большие планы на эту ночь, и я не обещаю, что буду слишком нежен. Но я готов повторять тебе то, как сильно люблю тебя и как счастлив быть твоим мужем до тех пор, пока ты не поверишь, что все это не сон. Лань Хуань посмотрел на Цзян Чэна горящим взглядом и облизал губы. — Ты меня искушаешь. А если я до конца дней буду считать это прекрасным сном? Ваньинь сжал руку Сичэня. — Тогда я буду доказывать тебе свои чувства до конца своих дней. Лань Хуань резко встал, не выпуская ладонь супруга из своей. — Идем. — Куда?.. А как же гости? — Цзян Чэн неуверенно поднялся на ноги. — Они разберутся без нас. Я не могу больше ждать, если я тебя сейчас не поцелую, то сойду с ума! Лань Хуань так сильно сжимал руку Цзян Чэна, что тот мог чувствовать его дрожь. — Раз муж просит — я не могу отказать, — ему безумно нравилось говорить слово «муж». По пути к павильону Лань Хуань впал в странную задумчивость. — О чем думаешь? — поинтересовался Цзян Чэн, насторожившись. — О том, что сказал Сычжуй — мне понравилась его идея с близнецами. Цзян Чэн усмехнулся. — Жалеешь, что сам до такого не догадался? — Вроде того… — Что ж, тогда я бы точно тебя убил, — покачал головой Ваньинь. — Не думаю, что ты отделался бы парой шрамов… — он оценивающе скользнул взглядом по телу Сичэня. — Если я с трудом пережил то, как одна А-Юн пинала мои внутренние органы, то даже не хочу представлять, каково это, когда внутри танцуют двое детишек. Двое сразу — это плохая идея, и я очень надеюсь, что А-Лин сможет убедить в этом Сычжуя. Лань Хуань внезапно затормозил. — А если не сразу?.. Цзян Чэн возвел взгляд к потолку, размышляя. — Не знаю… Это уже решать А-Лину, пусть разбираются сами. — Он глянул на Лань Хуаня — у того был загадочно-пронзительный взгляд, но Ваньинь сразу понял, в чем дело. — Ты не про них сейчас спрашивал, да? — его брови взметнулись вверх. — Забудь. Даже не думай об этом! Я сразу тебе сказал, что второй раз на такое не соглашусь! — он махнул рукой и уверенно пошел вперед. Лань Хуань поспешил за ним. — А если его выношу я? Или какая-нибудь заклинательница?.. — Чтобы нашего ребенка вынашивал чужой человек? Никогда в жизни! И тебе я рисковать не позволю! — отрезал Ваньинь. — Радуйся, что у нас есть А-Юн. Лань Хуань вздохнул. — Ты прав. Ты и так дал мне даже больше, чем я мечтал. Цзян Чэн обернулся на мужа. — Ты дал мне не меньше. — Ваньинь вдруг схватил Сичэня за руку и потянул в сторону. — Что ты делаешь? — спросил растерявшийся Лань Хуань, когда Цзян Чэн толкнул его к стене. Ваньинь прижался к мужу всем телом и прошептал: — Люблю тебя… — не медля больше ни секунды, он сладко поцеловал Сичэня. Лань Хуань поначалу смутился внезапного напора Цзян Чэна, но быстро расслабился. Он обхватил руками талию любимого и в перерывах между поцелуями ответил:  — И я тебя…