Pieces of you

Это последняя часть, где мы видим мальчиков в относительно раннем возрасте. Сейчас у нас eleven, а в скором будущем уже ожидается thirteen. Это -teen греет душу тем, что скоро можно будет действительно развернуться как в характерах, так и в событиях, ведь переходный возраст действительно полон проблем, хотя меня они как-то не коснулись совсем :)х В общем, спасибо всем, кто все еще читает и терпеливо ждет хх

- Бога ради, Джемма, сделай музыку тише, - шутливо упрекнула дочь Энн, заходя в комнату к Гарри, где на полную громкость играл клип Леди Гаги по местному каналу, и где над мальчиком «работала» старшая сестра в этот момент. Дело в том, что еще тогда, когда Гарри пошел в первый класс начальной школы, старшая сестра сразу зареклась, что готовить к первому выпускному его будет она, раз уж ей не дали проводить брата в школу четыре года назад. - Лучше бы ты ей сказала, чтобы она не выливала на мою голову столько лака, - пробубнил в ответ Гарри, чьи кудри в этот момент подвергались жесткому насилию. От природы волосы мальчика всегда ложились в хаотичном порядке, то есть абсолютно так, как им хотелось. А тут Джемма решила, что немного «ретуширования» не помешает, но вот сами волосы с этим никак соглашаться не желали, по всей видимости. - Заткнись и не вертись, - отрезала Джемма, зажимая губами тонкую расческу и выпрыскивая новую порцию укладочного лака на волосы братишки. - Какая ты грубиянка, - фыркнул Гарри, после чего Энн рассмеялась и, понимая, что ее присутствие здесь абсолютно лишнее, вышла из комнаты. - Нужно познакомить тебя с Джессикой, - ответила сестра, заканчивая все же с прической и доставая из шкафа новенький костюм. - Кто такая? – спросил Гарри, оглядывая одежду, по которой оценочным взглядом проходилась Джемма. - Моя подруга. Вот тогда ты точно узнаешь, что такое грубость, - и, щелкнув брата по носу, девушка приложила к мальчику костюм. – Отлично. Одевайся. Только не трогай кудри! - А бабочку? - Можешь надеть хоть всю ту сотню, что у тебя имеется, - сестра шутливо потрепала Гарри по макушке и лишь потом в испуге распахнула глаза и рот, понимая, что она только что сделала. - А так даже лучше, - взглянув в зеркало, ответил Гарри. – Определенно лучше.

***

Лиам, получив наставления от родителей и двух сестер, в последний раз поправил галстук на шее и, аккуратно схватив букет маленьких хризантем, вышел из дома. Родители еще два года назад поняли, что Лиама не нужно держать за руку, когда он переходит дорогу, и не нужно напоминать о том, чтобы он звонил, когда его уроки заканчивались. Пейн и так все знал, так что маме с папой в этом плане было легче, чем остальным родителям: их сын был самым настоящим подарком без каких-либо секретов внутри. Пройдя половину квартала, Лиам остановился у уже хорошо знакомого дома и, помедлив немного, позвонил в дверь. Шаги за ней быстро стали ясно различимыми, и вскоре дверь распахнулась, предоставляя мальчику обзор на широко улыбающуюся девочку. - Дани, кто там? – послышалось сзади, а затем и сама обладательница голоса, мама Даниэль, появилась на пороге. – О, Лиам! А ты вовремя! - Люблю быть пунктуальным, - признался Лиам, после чего женщина одарила его одобряющим взглядом, явно не ожидая услышать такое слово из уст одиннадцатилетнего мальчика. - Тогда… Тогда, думаю, вам пора, - женщина любезно приняла из рук Лиама букет, ссылаясь на то, что если Дани возьмет его с собой, то до вечера он не доживет. – Дани, только не поздно, прошу тебя. - Конечно, мам, - отмахнулась девочка, поправляя хвостики на голове. – Лиам меня проводит. - Да, - важно кивнул мальчик, - да, я провожу. Дверь захлопнулась, и дети направились в сторону школы, до которой оставалось буквально триста метров. - Я все еще удивляюсь, что мама пустила меня одну, - восторженно заявила девочка. – Она у меня слишком подозрительная. - Просто ты у нее слишком маленькая, - ответил Лиам, тепло при этом улыбаясь, словно нежась под лучами слегка заходящего солнца поздней весны. - Брось, Лиам! Мне столько же, сколько и тебе, - усмехнулась Дани, откидывая назад прядь вьющихся волос. - Но я мальчик, - снова возразил Лиам, и на этот счет аргументов у Даниэль не было. Она просто взяла своего лучшего друга за руку, когда они оба ступили на проезжую часть, дождавшись сигнала светофора, чтобы перейти на другую сторону, где и располагалось здание их школы, в которое они, должно быть, никогда уже больше не вернутся.

***

- А мне кажется, что тебе больше подойдет голубая, - пожал плечами Найл, когда Зейн застегивал уже последнюю пуговицу на своей белой рубашке. Зейн в ответ нахмурился и, поджав губы, приложил к себе и голубую рубашку, затем несколько раз отодвигая ее и оглядывая уже белую. - Ты так думаешь? – наконец спросил брюнет, все еще хмурясь. – Просто мама вчера приготовила мне белую, так что… - Да, я так думаю, - перебил Найл, - в ней ты выглядишь необычнее. - Что это значит? – удивился Зейн, принимаясь переодеваться в голубую рубашку. - Не знаю, - пожал плечами Найл, натягивая штаны, - просто мне она нравится больше. - А, я понял! – воскликнул Зейн, подмигнув другу. – Все дело в том, что именно эту рубашку ты мне подарил на Рождество! - Это не причина, - помотал головой Найл, слегка краснея. Он и подумать не мог, что Зейн запомнит, учитывая количество его одежды. - Не причина для твоего стеснения, верно, - подтвердил Зейн, замечая румянец на щеках Найла. – Мы же друзья. Так что это прекрасно, наверное, что в такой важный для нас день я буду в рубашке, которую подарил мне ты, - протягивая к другу руки, чтобы тот застегнул ему пуговицы на манжетах, ответил Зейн. - Да, наверное… - пробормотал Найл, застегивая пуговицы. – Кстати, о друзьях. Это так мило с твоей стороны, что ты согласился пойти вместе со мной, хотя тебя приглашали, и не раз, и… - Найл! – оборвал Малик. – Мы об этом уже, кажется, говорили. Мне не нравятся наши девчонки, они глупые, да и вообще… Зачем они, когда есть ты? С тобой определенно веселее. И девчонку бы мама в дом с такой радостью не пустила, а значит, она не посоветовала бы мне эту рубашку, - Зейн подмигнул другу. – Кстати, насчет мамы. Надо попросить ее вытащить мне новые туфли. - А я пойду в кедах, - покачиваясь с пятки на носок и улыбаясь, словно сытый кот, добавил Найл. - Хорошо. Тогда заканчивай тут и спускайся. Папа подвезет нас, - и, подмигнув другу, Зейн поспешил вниз, к маме. А Найл лишь беспрестанно думал, как ему повезло с другом, точно зная, что он никогда его не предаст. Быть может, правда, не стоит зацикливаться так на девочках? За исключением Дани, они все действительно были глупыми; а все, что их интересовало, это лишь мамина косметика и фотографии моделей, на которых они равнялись уже чуть ли не с младенчества. А Зейн был умным. И хотя Найл терпеть не мог «ботаников», которых в их классе было целых восемь, он сходил с ума от начитанности Зейна и от того, какой у него глубокий и выразительный взгляд. Быть может, стоит взять пример с друга и начать читать?.. Хотя, к черту это. Найл считал, что все еще был слишком молод для такого, а пока есть Зейн, ему не о чем беспокоиться: Малик всегда будет рядом, что бы ни случилось.

***

Когда Луи вальяжной походкой вошел в актовый зал, где уже повсюду сновали одиннадцатилетние ребятишки, он абсолютно не ожидал, что один из них, особенный идиот, повиснет на его спине. - Стайлс, я тебе не лошадь, - прошипел Луи, все же вытаскивая руки из карманов узких джинс и обхватывая ими коленки Гарри. - Я знаю, - мальчик шутливо чмокнул друга в щеку, - я просто соскучился. Тем более, ты опоздал. - Да, в этом я ошибся, - проворчал Томлинсон. – Нужно было прийти раньше, чтобы ты меня не слюнявил, - и мальчик недовольно вытер щеку тыльной стороной ладони, отчего Гарри не удержался и съехал со спины друга. - Ты злой, Лу! – воскликнул мальчик, когда Томлинсон обернулся к нему, отряхивая штаны, которые были испачканы ногами Гарри. - А ты обижаешься, как девочка, - фыркнул в ответ Луи, и в этот момент к мальчикам подошла и остальная компания. - Спешу заметить, что Дани вообще не обижается, - пожал плечами Лиам. - Видишь, Гарри, ты даже хуже девочки! – рассмеялся Луи, но друг наградил его таким укоризненным взглядом, что «захлопнуться» было лучшей идеей в тот момент. Мальчики заметили, как к ним приближаются три девочки, среди которых была и Дани, о которой только что упомянул Лиам. Девочки подошли ближе и, поздоровавшись со всеми, предложили ребятам по стакану сока. - А вы что, работаете сегодня официантками? – спросил Луи, забирая с подноса Перри один апельсиновый сок, а второй отдавая Гарри. - Какой ты некультурный, - хмыкнул Зейн. – Они просто угощают нас, верно? - Ага, - весело улыбнулась Элеонор, явно не обижаясь на заявление Луи. – Там просто оставалось немного, и мы решили вам тоже прихватить. - Ли, это моя любимая песня! – провизжала Даниэль, услышав, как одна композиция сменяется другой. – Мы можем… можем… можем… - Да, мы можем потанцевать, почему нет, - пожал плечами невозмутимый Пейн, и лишь его друзья видели, как дрожат его коленки. А еще они видели, что Лиаму очень нравится Дани, несмотря на то, что он отрицал это всеми возможными способами. Хмыкнув, Гарри снова вскарабкался на Луи, а тот опять этого совершенно не ожидал. - Хаз, сколько можно?! – прокричал Луи, стараясь хоть немного заглушить голосом звуки музыки. – Ты сломаешь мне спину, кудрявый негодяй! - Лу, ну, покатай меня! – захныкал в ответ Гарри. – Сегодня же можно, Лу-у-у! - Боже… - выдохнул Томлинсон, подхватывая Стайлса сильнее. – Держись только, плакса. - Я не плакса! – возразил в ответ Гарри. - Посмотрим, как ты поведешь себя, когда снова грохнешься на кафельный пол, - и с этими словами, громко смеясь, Луи понесся с Гарри на спине по всему залу, иногда задевая танцующих, а точнее прыгающих ребятишек. - Зейн, слушай… - когда двое сумасшедших «покинули» компанию, стало заметно тише, что было не очень на руку Перри, которая и без того явно стеснялась. – Мы бы тоже могли… - Ты предлагаешь мне потанцевать? – приподняв брови, догадался мальчик и в эту же секунду почувствовал, как Найл кладет свою руку ему на плечо и достаточно громко и характерно «прочищает горло». - Ну, я подумала, что… - девочка не смотрела на Зейна, наоборот: она разглядывала свои белые туфельки, словно боясь расплавиться под карими глазами юного брюнета. - Прости, но Зейн не умеет танцевать, - ответил за Малика Найл, ободряюще хлопая того по плечу. Хоран знал, что его друг слишком вежливый для того, чтобы отказать кому-то, а тем более девочке, решившейся на первый шаг. Но и заставлять Зейна переступать через себя он не хотел. Хотя, возможно, это было лишь прикрытием, и на самом деле Найл не хотел, чтобы Зейн покидал его. Даже если это будет простой танец двух детей. Даже если он будет длиться пару минут. - А, ну, ладно, - Перри неловко улыбнулась, и Зейн лишь обнял ее, как бы извиняясь за то, что он такой непутевый, ведь он действительно не умел танцевать. Хотя, если взглянуть на Лиама, который едва касался талии Дани руками, держа ее на пионерском расстоянии от себя, можно было пересмотреть свои возможности. – Я тогда пойду к Элеонор, - и девочка, еще раз заверив Зейна в том, что все в порядке, направилась к успевшей уйти подруге. - Спасибо, - улыбнулся Найл, когда Зейн тяжело выдохнул и развернулся к нему. - Это было… Что? – Малик явно был шокирован таким заявлением друга, ведь он только что испортил Перри выпускной вечер, и о каких благодарностях могла идти речь? - Спасибо, - повторил Найл. – Спасибо за то, что ты до сих пор со мной. Тем более, Перри тебе точно не пара. - Я… Ты… Мы… Почему? – Зейн захлопал глазами, все еще не понимая, почему Найл так странно себя ведет, ведь он и не собирался его бросать! - Это как с рубашкой, Зи, - пожал плечами Хоран. – Я не знаю, я просто чувствую. - Хорошо, - смирился Зейн, допивая свой сок. – У меня нет оснований не доверять тебе. - Мама говорит, что доверие – самое важное, - ответил Найл, широко улыбнувшись. – Ты самый лучший друг на свете, ты знаешь, да? - Это ты меня сделал таким, - улыбнулся в ответ Зейн, и в этот момент мимо мальчиков пронеслись Луи и Гарри, только теперь Томмо сидел на шее Гарри, а тот заплетался в своих ногах, чуть ли не ударяя Луи об каждую стену и каждый стол. - Теперь главное, чтобы не дошло до этого, - добавил Найл, кивнув на друзей, и, звонко рассмеявшись, породил ответный смех своего лучшего друга.