Dual Cultivation or Date

              Примечание от переводчицы: Всем привет! Вчера писала немного про обстановку в комментариях к прошлой главе, но коротко повторю на всякий случай — жизнь случается, а в последнее время она случается так, что дышать не всегда успеваю, не то что переводить. Но, где наша не пропадала :3 Вести с полей оригинала: недавно Acernor объявила, что подумывает закругляться с фиком. Сколько еще глав осталось, она точно не говорит, время их выхода тоже неопределенно, но она не отрицает выход экстр после, по желанию и вдохновению. Однако, хоть новости и печальные, предлагаю не расстраиваться. Уходить всегда хорошо на подъеме, а в переводной части у нас еще треть фика впереди как минимум, так что лить слезы и махать платочком раньше времени не будем. А если вам просто нравятся фики Acernor (ведь они у нее особенные ^_^), то могу порекомендовать ее новые работы: Вернуться к себе (по Модао, и его уже переводит Эгви) и Laid to Rest (новое любинцю). Ссылки приложу в примечании после, чтобы были кликабельными. И ура-ура, новая глава. Приятного прочтения!       Шэнь Цинцю уже собрался войти в Лю Цингэ, как Ло Бинхэ — смутьян — взял Лю Цингэ за подбородок и развернул, заставляя посмотреть в глаза Шэнь Цинцю.       Шэнь Цинцю, в принципе, не возражал против пылких взглядов — Лю Цингэ в постели выглядел так же сногсшибательно, как и на поле сражений — но мог представить, каково ему. Лю Цингэ же... немного стеснительный. Наверняка ему будет непросто смотреть, как кто-то вроде Шэнь Цинцю засаживает в него член. Да, Шэнь Цинцю тоже владыка вершины, но он даже близко не сексуальное божество с монструозным членом, умудряющееся на чистой ауре протагониста трахать этого непокорного красавца.       Однако все сомнения Шэнь Цинцю ни на каплю не умаляли возбуждение — прикиньте, член у него стоял, как каменный. И Лю Цингэ, похоже, тоже не особо переживал. Идя на поводу очередной причуды Ло Бинхэ, он прилежно смотрел на Шэнь Цинцю даже после того, как демон выпустил его подбородок. Шэнь Цинцю приставил головку ко входу Лю Цингэ.       Тот смотрел на него открыто и прямо, и у Шэнь Цинцю было время изучить его лицо. Кажется, он никогда прежде не замечал такого выражения у своего шиди: сведенные вместе идеальные смоляные брови взлетели высоко, губы слегка приоткрылись. Грудь тяжело вздымалась, ресницы трепетали.       И лицо у него было по-настоящему...       ...красным.       «Оттенок ему идет», — отстраненно подумал Шэнь Цинцю, кладя руку на бедро Лю Цингэ, чтобы немного его подвинуть. Нога дрожала под пальцами, и он успокаивающе погладил ее.       — Да, шиди? — спросил он для пущей уверенности.       — Да, — ответил Лю Цингэ почти шепотом, и он держал глаза открытыми, пока Шэнь Цинцю входил в него. Рот у него распахнулся от всхлипа, и все тело пульсировало под Шэнь Цинцю.       Лю Цингэ на самом деле...       Шэнь Цинцю почувствовал, как у него загорается тыльная сторона шеи от того, как легко, гладко и гостеприимно принимало его член тело Лю Цингэ, смыкаясь и дрожа вокруг.       По ощущениям... он был ничем не хуже Ло Бинхэ.       Шэнь Цинцю даже не думал, что такое вообще возможно.       Он так и сказал Лю Цингэ, и тот содрогнулся, увлекая глубже, раздвигая ноги шире. Бедра у него дрожали, как будто хотели двинуться навстречу Шэнь Цинцю, пока тот осторожно вставлял в него свой член.       Шэнь Цинцю застонал и принялся медленно трахать его.       Но уже спустя всего лишь пару толчков глаза Лю Цингэ заблестели...       ...от слез?!       Чего?       Что…!       Что происходит?!!       Неужели он настолько плох, что все мужики, которых он трахает, сразу кидаются в слезы?!       Он растерянно коснулся лица Лю Цингэ, и тот начал...       Он начал...       Он притянул Шэнь Цинцю к себе, зажмурив глаза, задыхаясь и потом... он сказал...       Мозг у Шэнь Цинцю в тот момент заклинило напрочь.       Лю Цингэ, он... начал упрашивать Шэнь Цинцю трахнуть его?!       Что происходит?! Что происходит?! Что, вашу мать, тут происходит?!       Шэнь Цинцю тысячу раз видел, как Ло Бинхэ безуспешно пытался развести Лю Цингэ на мольбы... а ведь если его ученик что-то втемяшит себе в голову, ему буквально невозможно отказать! — так с какой такой стати Лю Цингэ именно сейчас решил...       — Пожалуйста, — произнес Лю Цингэ обжигающе горячо, особым, хриплым голосом, который появлялся у него только во время секса, и Шэнь Цинцю...       Ну... Он же не робот, он всего лишь человек. Есть пределы его выдержке.       А тут гордый, убийственно красивый владыка вершины извивается под ним на простынях, влажный, дрожащий вокруг его члена, и умоляет трахнуть его...       Это несколько завело Шэнь Цинцю.       Слегка.       Самообладание утекало сквозь пальцы, пока он медленно накатывался на Лю Цингэ. А когда Ло Бинхэ положил его руки на запястья Лю Цингэ, с силой вжимая их в кровать, и тот испустил громкий стон, двигая бедрами навстречу толчку, выдержка окончательно попрощалась с ним.       Шэнь Цинцю закусил губу и отпустил себя, трахая Лю Цингэ именно так, как требовал его член в эту секунду.       А Лю Цингэ был потрясающим, таким горячим и гладким, с твердокаменными от дрожи и напряжения мышцами снаружи, но такими нежными и податливыми изнутри, словно созданными специально для члена Шэнь Цинцю. Словно Ло Бинхэ столько раз жестко трахал его лишь для того, чтобы подготовить. Чтобы член Шэнь Цинцю идеально вошел в него с первой попытки, чтобы Лю Цингэ стонал и выгибался под ним...       Шэнь Цинцю опустил взгляд на грудь Лю Цингэ, блестящую от пота, вчерашние синяки почти выцвели. В голове мелькнула мысль добавить на эту грудь новые экземпляры. Нежные, красные, в форме его рта, не темно-синие, какие любит оставлять Ло Бинхэ.       Ну ладно, может пару таких тоже.       Лю Цингэ, судя по всему, всегда нравилось, когда Ло Бинхэ кусал его, оставляя заметные следы.       Шэнь Цинцю задышал чаще, поднимая взгляд до линии сильной шеи, выхватывая разметавшиеся по подушкам пряди волос, и замер ненадолго на руках, которые удерживал своими ладонями. Скользнул взглядом дальше, рассматривая лицо — Лю Цингэ плотно закрыл глаза и закусывал губы, слезы срывались с длинных ресниц и катились по идеальному лицу...       И когда Ло Бинхэ заставил Лю Цингэ открыть глаза, тихо уговаривая взглянуть на него, член Шэнь Цинцю ощутимо запульсировал.       Это было так чувственно и сексуально: кто-то настолько сильный полностью подчинялся ему, покорно склонялся, позволяя трахать себя так, как Шэнь Цинцю только захочется. Принимал его член, разводя ноги и заливаясь слезами, всем телом умоляя еще и еще...       Может, Шэнь Цинцю и не был главным героем-любовником, как Ло Бинхэ, которому на роду написано трахать самых сильных и красивых людей в мире, но он теперь по крайней мере стал немного понимать своего мужа на этот счет.       Лю Цингэ смотрел ему прямо в глаза, упрямо отказываясь отворачиваться, несмотря на густеющий румянец на щеках и прерывающееся дыхание, он уже начал дрожать всем телом как будто...       Как будто он вот-вот...       — Все в порядке, Лю Шиди? — спросил Шэнь Цинцю на всякий случай, и Лю Цингэ...       Начал кончать. Ни разу не коснувшись себя.       Просто от одного члена Шэнь Цинцю в своей заднице.       Это, конечно, немного повысило самооценку Шэнь Цинцю, но еще...       Что ж, он должен признаться.       Это было до одурения горячо.       Шэнь Цинцю безотрывно следил за лицом Лю Цингэ — как трепещут его ресницы, как эротичные стоны слетают с губ, как маняще приоткрывается рот — он склонился, чтобы поцеловать Лю Цингэ, и услышал свое имя.       Самооценка стремительно взлетела еще выше.       Шэнь Цинцю похвалил его в ответ, чувствуя себя...       Польщенным? Тепло, что сейчас растекается в груди — это ведь признательность?       Неважно, он продолжил трахать жаркое влажное тело Лю Цингэ, наслаждаясь, как оно дрожит и смыкается вокруг его члена, теряя себя в удовольствии и зная, что скоро Лю Цингэ закончит и ему придется остановиться. Один толчок, другой, третий — Лю Цингэ до сих пор смотрел ему в глаза, не разрывая взгляда, а его член дергался, зажатый между их телами, обжигающе горячий, изливающийся семенем, и Лю Цингэ наконец закрыл глаза, разомкнул губы и выдохнул...       Имя Шэнь Цинцю и...       И...       Признание.              ***              Ло Бинхэ кое-что знает о том, чего хотят мужчины вроде Лю Цингэ.       Ладно, возможно, ему стоит быть более конкретным.       Ло Бинхэ знает, чего именно хочет Лю Цингэ, потому что он и сам пытался добиться того же годами.       Ло Бинхэ, конечно, в своих попытках был более прямолинейным. Он завоевал внимание и уважение Шэнь Цинцю, он прижимал его к груди и целовал, а как-то раз он пленил его, обездвижил и рассказал о всех вещах, которые мечтает с ним сделать, он...       Хм... в какой-то момент он попытался уничтожить мир, чтобы доказать, что достоин Учителя.       С этим, возможно... был перебор.       Но Шэнь Цинцю вроде бы понял и простил его. Ло Бинхэ, по крайней мере, надеялся на это, с обожанием поглядывая на мужа.       Так что он прекрасно представлял, что сейчас творится в голове Лю Цингэ, смотрящего на Шэнь Цинцю. Тот изящно застыл над ним и собирался взять его в первый раз.       Неверие, вожделение, предвкушение... и, учитывая, что это Лю Цингэ, возможно, щедрая доля смущения.       Но прежде всего — неистовое желание.       Вот почему он заставил Лю Цингэ встретиться взглядом с Шэнь Цинцю, вот почему он предложил Учителю лечь на него сверху. Он знал, что Шэнь Цинцю не откажется, он будет смотреть Лю Цингэ в глаза и удерживать под собой, даже не зная, почему это так важно и нужно для Лю Цингэ.       Потому что Шэнь Цинцю был именно таким человеком.       У Ло Бинхэ в груди все расцветало от нежности, проступающей на лице Шэнь Цинцю, пока он медленно вытрахивал самые невероятные звуки из Лю Цингэ. Звуки, которые Ло Бинхэ еще даже не пробовал выбить из него. Он трахал Лю Цингэ медленно, с чувством, до тех пор, пока не приостановился, чтобы немного прийти в себя, и в этот момент Лю Цингэ сломался...       — Не останавливайся, — хрипло и тихо попросил он голосом, дрожащим от трепета.       — Не останавливайся, — так тихо, что Ло Бинхэ едва разобрал.       — Пожалуйста, — еле слышным шепотом умолял Лю Цингэ, и член Ло Бинхэ дернулся под одеждой, промачивая смазкой ткань.       Он сжал себя ладонью сквозь штаны, все тело горело, и кровь шумела в ушах.       Когда Шэнь Цинцю возобновил движение, член снова дернулся под пальцами.       Сил терпеть не осталось. Он развязал штаны и просунул руку под пояс, обхватывая себя ладонью, сразу же намокшей от смазки. Комната наполнилась звуками мягких выдохов Шэнь Цинцю и влажных шлепков от заходящего в Лю Цингэ члена.       Ло Бинхэ отвлеченно закусил губу, наблюдая, как слезы катятся из глаз Лю Цингэ.       Он бы хотел слизать их, но Лю Цингэ хорошо себя вел и послушно смотрел на Шэнь Цинцю. Так что он не хотел загораживать ему вид.       А что может быть лучше вида Шэнь Цинцю перед своими глазами? Только Шэнь Цинцю, удерживающий тебя и жестко трахающий.       Поэтому он подсказал Шэнь Цинцю схватить Лю Цингэ за запястья, навалиться на него весом сильнее — тот беспомощно развел ноги шире и невольно выгнул спину, когда Шэнь Цинцю подался в него. Стон сорвался с губ Лю Цингэ...       Ло Бинхэ смотрел, как Шэнь Цинцю стал трахать Лю Цингэ чуть быстрее и жестче, толчками сдержанными и выверенными, но мучительно точными — и Ло Бинхэ знал о них все по личному опыту...       Он заметил особую дрожь, прошедшую по телу Лю Цингэ, ту самую, предвещающую...       Ло Бинхэ заскользил по своему члену быстрее, ловя мгновение, когда Лю Цингэ откинул голову, не выдерживая взгляда Шэнь Цинцю. Пальцы у него дергались и сжимались в тисках рук Шэнь Цинцю. Лю Цингэ снова решился посмотреть в глаза Шэнь Цинцю, а тот не отводил от него взгляда ни на секунду, приободряя ласковыми словами. Учитель всегда так щедр, так...       — Шэнь Цинцю, — выдохнул Лю Цингэ, краснея до кончиков волос. Он неотрывно смотрел в глаза Шэнь Цинцю, выгибаясь дугой и дрожа всем телом. Ло Бинхэ сжал себя покрепче и задвигал рукой быстро-быстро, когда Лю Цингэ начал кончать. Он отлично знал, что сейчас чувствует член Шэнь Цинцю. Он и сам всегда был в полном восторге от того, как тесно, жарко и влажно смыкалось тело Лю Цингэ вокруг его члена, когда он кончал и сжимался, словно пытаясь выдоить из него оргазм до последней капли и...       От одного вида Ло Бинхэ уже готов был кончить сам, а от мыслей, что сейчас чувствует Лю Цингэ, пока кончает с членом Шэнь Цинцю внутри себя, впервые в жизни...       Вся ладонь напрочь промокла от натекшей смазки.       — Шэнь Цинцю! — выдохнул Лю Цингэ необычайно сексуальным голосом. Ло Бинхэ почти чувствовал вкус смазки на своем языке, потяжелевший воздух, казалось, пах подступающей разрядкой.       — Я... — задохнулся Лю Цингэ, — Я... я...       Ладонь Ло Бинхэ замедлилась, все его внимание сфокусировалось на Лю Цингэ.       Инстинкты предостерегали, что сейчас что-то случится...       Лю Цингэ переживал отголоски оргазма, дрожа в руках Шэнь Цинцю, и остальные слова сорвались с губ. Слова, которые Ло Бинхэ говорил Шэнь Цинцю тысячи раз, которые он никогда не слышал от Лю Цингэ.       И Лю Цингэ...       Он сказал.       Признался Шэнь Цинцю.       Забывшись в огне страсти, запрокинув голову, он прошептал:       — Я люблю тебя.