Dual Cultivation or Date

              Примечание от переводчицы: Глава посвящается всем, кто дожил или нет, живым и мертвым, с ожогами первой степени или сгоревшим к чертям собачьим, я судя по всему должна была запостить это в четверг, но почему-то сказала, что в среду, так что почему бы и нет, миром правит любовь, и это самое главное! ♥♥♥ Поднимем же бокалы, огнетушители, транспаранты «Шэнь Юань — великий знаток человеческих душ» и ворвемся в новую главу. Следствие ведет детектив Шэнь Цинцю! О_О                                                 Тело Шэнь Цинцю продолжало трахать Лю Цингэ на автопилоте, пока тот, рыдая, содрогался и проходил через, по всем признакам, невероятно крышесносный оргазм.       А вот мозг Шэнь Цинцю совершенно точно умер.       Лю Цингэ... он...       Он сказал...       Шэнь Цинцю постепенно сбавлял обороты по мере того, как Лю Цингэ успокаивался. Тот до сих пор дрожал под ним, но уже спокойнее.       Мысли бежали по кругу со скоростью света, словно провинившиеся ученики вокруг Цинцзина, но ничего толкового не выходило. В голове звенело четыре слова на бесконечном повторе.       Л...       Любит его?!       Лю Цингэ любит его?!!       ...?!       С каких пор?!!       Шэнь Цинцю считал себя довольно наблюдательным. Он отлично разбирался в людях. Ну... по крайней мере, он отлично разбирался в книгах, а в книгах были люди. А это практически одно и то же.       И как парень, которого бесцеремонно забросили в любовный роман, он вроде как неплохо справился и разобрался с большинством интриг. Практически ничего не упустив! Он бы обязательно заметил, если бы кто-то типа Лю Цингэ влюбился в него!       ...       Ладно... ладно, возможно, один похожий случай он прошляпил. Но то был Ло Бинхэ! Совсем другое дело! Добавьте к этому дерьмовую писанину Самолета. И вообще, похотливые и убийственные взгляды очень легко перепутать, особенно когда ты напуган до усрачки!       Но Лю Цингэ...       Мысли Шэнь Цинцю замедлились, когда он взглянул на его лицо.       Грудь Лю Цингэ тяжело вздымалась, соприкасаясь с телом Шэнь Цинцю, капли пота медленно катились по коже, он до сих пор сжимал его запястья в своих руках. Член Шэнь Цинцю по-прежнему находился в Лю Цингэ, все еще твердый и изнывающий от желания.       Лю Цингэ... Не может же он на самом деле...       Идеальное лицо Лю Цингэ исказилось последними судорогами удовольствия, и он осторожно распахнул глаза, встречаясь взглядом с Шэнь Цинцю. Постепенно вся расслабленность сошла на нет, когда до него наконец дошло, что именно он сказал в пылу страсти. Лю Цингэ побелел от ужаса.       Шэнь Цинцю, сообразив, о чем тот сейчас думает, мигом бросил взгляд на Ло Бинхэ, приготовившись отговаривать ученика от убийства.       Но Ло Бинхэ просто спокойно наблюдал за ними. И сейчас он с нежностью смотрел на Шэнь Цинцю.       Он даже не удивлен?!       ...Ладно, это вообще не честно.       Ло Бинхэ уже знал? Он-то откуда, если даже Шэнь Цинцю был не в курсе?!       Лю Цингэ сдвинулся под ним, и Шэнь Цинцю немедленно повернулся к нему, рассматривая насупленные брови и плотно сомкнутые глаза.       — Я... Я не хотел этого говорить... — отрешенно сказал Лю Цингэ. — Мне жаль. Я должен...       Он попробовал сесть, и Шэнь Цинцю тут же ослабил хватку на запястьях, но Ло Бинхэ накрыл его ладони своими и крепко сжал пальцы, удерживая Лю Цингэ на месте.       Лю Цингэ распахнул глаза, неверяще уставившись на Ло Бинхэ. Выглядел он так, будто его предали.       — Ты еще не услышал ответ Учителя, — проникновенно сказал Ло Бинхэ.       Лю Цингэ сглотнул.       Щеки у него зарделись от смущения, ресницы до сих пор блестели от невысохших слез.       ...       Нет, нет и нет, Шэнь Цинцю совсем не заводили рыдающие в постели мужики!       Лю Цингэ повернулся к Ло Бинхэ, и Шэнь Цинцю теперь по вене на шее мог видеть, как бешено бьется у него пульс.       ...       Лю Цингэ, он ведь...       Шэнь Цинцю, размышляя, разглядывал его.       Лю Цингэ любит его?       У Шэнь Цинцю слегка кружилась голова. Его и так уже любит один умопомрачительный, великолепный, максимально сверхмогущественный совершенствующийся этого мира. С двумя-то ему что делать?! К такому его жизнь не готовила! Он же всего лишь миллениал, который любил почитывать хреновую литературу!       Хотя...       Наверное, он уже не просто миллениал.       Он прожил в этом мире достаточно долго, практически столько же, сколько в прежнем. Он почти полжизни пробыл Шэнь Цинцю.       И, сказать по правде, он...       ... неплохо справлялся, да?       Честно говоря, он отлично разрулил большую часть проблем, свалившихся на него.       Вот например, возьмем Ло Бинхэ. Он отлично управляется и с ним самим, и с его членом, когда тот кончает на него.       Шэнь Цинцю сдержал истерический смех.       Но с Лю Цингэ же совсем другое дело! Он и представить себе не может... Лю Цингэ же...       Он посмотрел, как Лю Цингэ снова сглатывает. Похоже, он отказался от бегства и смирился, покорно ожидая чего бы то ни было. Просто лежал в тисках рук Шэнь Цинцю, закрыв глаза и словно готовясь к удару.       Ноги у него были до сих пор раздвинуты. А член Шэнь Цинцю по-прежнему находился внутри.       Шэнь Цинцю хотел бы сказать, что он не мог подумать ничего подобного о Лю Цингэ, потому что он всегда казался совершенно неприкосновенным, незапятнанным...       Но, честно говоря...       Член Шэнь Цинцю буквально торчал в нем прямо сейчас.       Так что он вполне прикосновенен.       И еще так получается...       Шэнь Цинцю чуть подался назад, и да.       Ага. Лю Цингэ действительно весь покрыт собственной спермой.       Потому что кончил. Кончил, когда Шэнь Цинцю трахал его.       Со стонами, вздохами и криками, по которым выходило... что он...       Любит... его.       Уши Шэнь Цинцю заалели.       Член его, до сих пор покоящийся в Лю Цингэ...       Что ж, мягче он не стал. Он, на самом деле, стоял колом до сих пор.       — Ты правда? — тихо спросил он Лю Цингэ.       Лю Цингэ напрягся, но кивнул. Единожды.       — А что насчет Бинхэ? — на всякий случай решил спросить Шэнь Цинцю.       Не мог же он проглядеть, что Лю Цингэ влюбился еще и в Ло Бинхэ?       — Назойливый, — равнодушно отозвался Лю Цингэ. Но слегка покраснел.       В груди Шэнь Цинцю разлилось тепло.       Лю Цингэ такой... Лю Цингэ. По-другому и не скажешь.       Он чуть сместился, и Лю Цингэ не сдержал стона, но сразу же сомкнул губы.       Член Шэнь Цинцю дернулся внутри него.       ...       По какой-то причине Шэнь Цинцю завелся пуще прежнего.       Он отстранено потирал большими пальцами запястья Лю Цингэ, прижимая их к кровати. Пальцы Лю Цингэ подергивались в ответ. Шэнь Цинцю снова на пробу подвинулся. Лишь слегка, словно случайно. Лю Цингэ всхлипнул под ним, и бедра у него задрожали, прижатые к бокам Шэнь Цинцю.       О, в этом... что-то....       Чувство власти, которой он сейчас обладал, опасно кружило голову.       Лю Цингэ... любит его?..       Он чуть двинул бедрами вперед, проверяя.       Лю Цингэ дернулся под ним, гладкий, влажный, горячий, утягивающий его член глубже. Ресницы его трепетали, пока он закусывал губу, пытаясь сдержать себя.       Шэнь Цинцю видел, как Лю Цингэ позволял Ло Бинхэ трахать себя после первого оргазма без перерыва и остановок, прямиком до второго.       И он готов поспорить, что сейчас Лю Цингэ позволит ему... то же самое.       Возможно, он позволит ему... да что угодно, честно говоря.       Он подался вперед еще раз, осторожно и медленно, внимательно следя за лицом Лю Цингэ. Тот сорвался и всхлипнул, раздвигая ноги и выгибая шею.       Что ж, так тому и быть.              ***              Двадцать минут спустя Лю Цингэ беспомощно метался головой из стороны в сторону весь в слезах. Его ладони дергались в крепком захвате рук Шэнь Цинцю и Ло Бинхэ, пока он безуспешно пытался прикрыть лицо, выгибая бедра навстречу размеренным толчкам Шэнь Цинцю.       Шэнь Цинцю не менял темп и не позволял отчаянно дрожащему Лю Цингэ отвлекать себя от цели.       Шэнь Цинцю хотел, чтобы он снова кончил.       Прямо так.       Ло Бинхэ, наблюдающий за ними горящими глазами все это время, сейчас смотрел туда, где член Шэнь Цинцю врывался в тело Лю Цингэ.       Взгляд его обжигал.       Шэнь Цинцю ужасно не хотел лишать его зрелища, но ему нужно было сделать кое-что другое, и он, кажется, наконец решился. Он вытянулся вдоль тела Лю Цингэ, взмахнув длинными волосами по его рельефному прессу и груди. Контраст темных прядей и выцветающих синяков на бледной коже смотрелся потрясающе.       Он склонился и вжался губами в одну из грудных мышц Лю Цингэ.       Мускулы дернулись подо ртом. Воодушевленный реакцией, Шэнь Цинцю разомкнул губы и коснулся кожи влажным кончиком языка.       Лю Цингэ затрясся под ним.       Шэнь Цинцю прикрыл глаза и осторожно провел зубами по груди Лю Цингэ — нежно, мягко, вырывая из него потрясенный всхлип.       Звук ему понравился.       — Шиди, — промурлыкал он и заскользил губами по коже. Он жарко целовал открытым ртом ключицу, иногда отвлекаясь и нежно покусывая грудь.       Руки Ло Бинхэ исчезли, и когда Шэнь Цинцю глянул наверх, он увидел, что Лю Цингэ сжимает ладонь его ученика своей — крепко, как будто от этого зависит его жизнь.       Шэнь Цинцю довольно выдохнул и влажно обвел языком сосок. Лю Цингэ задохнулся, выпячивая грудь вперед и зарываясь лицом в простынь в попытках укрыться.       Шэнь Цинцю окатило новой волной возбуждения.       И, учитывая, что Ло Бинхэ теперь держал Лю Цингэ за руки...       Шэнь Цинцю высвободил одну из своих рук, встречаясь с ладонью Ло Бинхэ и мягко поглаживая ее по тыльной стороне.       Ло Бинхэ взглянул на него и с потеплевшим взглядом кивнул.       Шэнь Цинцю отпустил запястья Лю Цингэ и положил руку ему на грудь. Он начал медленно кружить вокруг соска, никогда его не задевая, лишь иногда непредсказуемо касаясь кончиком языка чувствительной вершины.       Лю Цингэ крепче сжал ладонь Ло Бинхэ, как будто собирался стереть ее в пыль, голос его надломился во всхлипе.       Шэнь Цинцю, нисколько не тронутый — за исключением огромного количества смазки, которое он выпустил в Лю Цингэ, пока его трахал — продолжил вылизывать его грудь, покусывая легонько там и тут. Он двинулся к плечу Лю Цингэ, оставляя на нем особенно милый фиолетовый синяк, а потом добавил к нему маленький красный засос, прямо как он и мечтал.       И в этот момент Лю Цингэ полностью замер, расслабляясь под ним. Член Шэнь Цинцю заехал даже глубже, чем раньше, утопая в гостеприимном теле Лю Цингэ.       Шэнь Цинцю низко застонал и впился в кожу сильнее, затемняя метку.       Лю Цингэ совершенно обмяк под ним, полностью отдаваясь на волю Шэнь Цинцю.       Как будто, он только об этом и мечтал — быть заклейменным Шэнь Цинцю...       Ладно, возможно, Шэнь Цинцю это тоже заводило. Немного.       Он оторвался от поцелуев и принялся трахать Лю Цингэ жестче, наконец обхватывая ладонью его член.       Лю Цингэ дернулся под ним, до сих пор влажный, податливый и раскрытый, несмотря на то, что его ноги сжимали бока Шэнь Цинцю. Его член подрагивал и сочился смазкой, и он пытался заглушить рвущиеся стоны, кусая себя в плечо, но безуспешно.       А Шэнь Цинцю не собирался его жалеть.       Он в некотором смысле хотел посмотреть... как Лю Цингэ снова потеряет голову.       Он начал двигать рукой по члену, быстро и жестко, в ритме со своими толчками, возвращаясь к покусываниям. Нежно, но высоко в шею, там, где останется видимый синяк, если он надавит чуть сильнее.       Лю Цингэ задыхался под ним, выпуская еще больше смазки в ладонь.       Он снова по-особенному задрожал вокруг него, подбираясь к краю...       В прошлый раз ощущения того, как он сжимался и пульсировал вокруг его члена, были потрясающими. В прошлый раз Шэнь Цинцю трахнул его так хорошо, что он не смог удержаться от признания.       Шэнь Цинцю хотел довести его до этой точки снова. Вытрахать до состояния, когда Лю Цингэ не сможет скрыть ничего. Беспомощный, выставленный напоказ перед Шэнь Цинцю и Ло Бинхэ, не в силах сдерживаться...       — Шиди, — позвал Шэнь Цинцю, задевая губами шею.       Лю Цингэ загнанно захлебнулся всхлипом.       — Шиди и правда испытывает чувства к этому мастеру? — с чувством спросил Шэнь Цинцю, мучительно медленно кружа большим пальцем по головке члена Лю Цингэ.       Он уже спрашивал, но хотел услышать ответ еще раз.       Лю Цингэ сорвался в тихий всхлип, выгибаясь навстречу толчкам Шэнь Цинцю.       — Ответь мне, — мягко выдохнул Шэнь Цинцю в шею Лю Цингэ, слизывая пот из яремной впадины.       — Я... Не... — охрипший голос Лю Цингэ дрожал от переполнявших его эмоций. — Не могу...       — Скажи мне, — настойчиво повторил Шэнь Цинцю, убыстряя движения ладони.       — Ооо... Я...       Всхлип.       — Я...       И Лю Цингэ... сломался.       — Да, — ответил он, выгибаясь под Шэнь Цинцю. — Да, Шэнь Цинцю. Я... да, да...! Пожалуйста...       Шэнь Цинцю закусил губу, упираясь лбом в плечо Лю Цингэ и вдалбливаясь в него так жестко и быстро, как ему хотелось, полностью отдаваясь желанию. Глубоко, грязно, развратно.       Он приподнялся на руках, чтобы видеть лицо Лю Цингэ — красивого розового оттенка — видеть его трепещущие густые ресницы, влажные дорожки слез на щеках, беззвучно умоляющие губы...       Он коснулся подбородка Лю Цингэ, потирая его щеку и заставляя открыть глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.       Тот смотрел на него полуприкрытыми глазами, чувственно и неистово, словно Шэнь Цинцю был для него целым миром.       И Шэнь Цинцю невольно улыбнулся.       — Шисюн принимает твои чувства, — ответил он, утопая в волне тепла.       И Лю Цингэ начал кончать, опрокинувшись навзничь с такой силой, что изголовье кровати не выдержало и треснуло.