Жизнь за Нер'Зула.

      С момента, когда Кел'Тузед обрёл моё полное доверие, прошло полтора года. Наконец-то я начал чувствовать отдачу от всего того «зверинца», что завёл на Азероте. Не сказать, что раньше было всё плохо, но вечно не хватало то времени, то специалистов. Их и сейчас не хватает, но с помощью архимага их количество неуклонно росло. Дорвавшись до библиотеки Медива, он с увлечением разбирал манускрипты, отмечал могущие пригодиться исследовательские отчёты, пробовал на зуб шифры. Не разгаданными оказались всего лишь десять книг, но жаловаться грех — остальная библиотека была в нашем полном распоряжении. И не только она: тайны Даларана широким потоком устремились уже в мою библиотеку. К сожалению, самый желанный экземпляр — Книга Медива — был недоступен. Слишком хорошо она охранялась, и изучать её было запрещено. Маги часто плевали на запреты, но этот возымел действие даже на архимагов. Впрочем, рано или поздно и она попадёт ко мне — вопрос времени.       Ещё одним ожидаемым событием оказалось поступление Джайны Праудмур в академию. Она не была новичком — в Кул-Тирасе есть свои способы обучения одарённых, но завершать своё магическое образование они приезжают в Даларан. К сожалению, Кел'Тузед не сможет стать её учителем — его присутствие требуется в Нортренде, а после он станет готовить послушников в Восточных Королевствах. Зато он уходит сам, «на покой», а не выгнан с позором за исследование некромантии. Пришлось выставить прямой запрет, но он потом наверстает это в Нортренде.       Рекруты в ряды Плети тоже пополнялись, пока приходилось работать самому, в индивидуальном порядке. Но сон мне не нужен, а ночное обращение к будущим послушникам создавало соответствующий антураж. Иногда везло и я находил не совсем пропащих — просто они сами ещё не знали, что маги. Впрочем, обработка шла по похожему сценарию, правда, с упором на избранность, раз нельзя сыграть на обиде на Даларан. Оценивая будущий магический потенциал Плети, пришёл к выводу, что одними вспомогательными ритуалами, зиккуратами и храмами мёртвых дело не обойдётся.       Для создания многих видов нежити потребуется и алхимия. А пока привлечённые одарённые резали во славу мою кроликов и лягушек, «выпивали» деревья и свиней и мастерили простейшие алхимические котлы. Обычно хорошему алхимику сильный магический дар не нужен — многие реакции проходят за счёт самих компонентов, хорошо накапливающих заряд магии. Сам алхимик поправлял зелья незначительными магическими манипуляциями. Ждать от вчерашних крестьян подобного мастерства не приходилось, и моим исследователям пришлось поработать. Воистину, упрощать — сложно, но благодаря доступу к алхимическим трактатам, опыту Кел'Тузеда и исследованиям предшественников Медива выход был найден.       Требовалось из подножного материала создавать рабочее оборудование, я с ностальгией начал вспоминать самое начало моего прибытия на Азерот. Но в отличие от моих поисков и открытий, богатая теоретическая база и сотня магов-практиков сумела справиться с задачей. Получившийся котёл требовал для своего создания только глины, немного камней и угля.       Несмотря на неказистый вид, это были своего рода шедевры, созданные на стыке ритуалистики, артефакторики и алхимии. Даже такие недоучки, умеющие сносно варить кашу и подавать ману, вполне с ними справятся. Правда, за простоту и «защиту от дурака» приходилось платить функциональностью. В них можно было готовить только то зелье, на которое они были рассчитаны. С другой стороны, чтобы испортить его, тоже нужно было постараться.

***

      Ару'Тара первой удостоилась «чести» связать своё существо с Ужасом Поверхности. Или всё же чести? Нер'Зул по-своему заботился о выживании нерубов, и сделал многое для этого. Пусть он всего лишь орудие демонов, но даже в случае его возможного падения они останутся живы. Сейчас она как никогда понимала свою прародительницу — пойти на сделку со злом, чтобы народ жил, и, возможно, в далёком будущем, смог скинуть неволю.       Но в чём заключалась её неволя сейчас? Улей процветает, рождается всё больше подданных, способных плавать в открытом море. Растёт собственный маг, часть прядильщиков доросли до воинов, и со временем из них получатся принцы-консорты. Нер'Зул забирает часть бегунков? Многие из них идут на то, чтобы в поразительно короткие сроки вырастить магическую паутину. Обращает в нежить прядильщиков? Но те не остаются в гнезде, а уходят пополнять армию Повелителя Мёртвых в других землях, не нервируя её своим присутствием. — Ты готова принять мою силу и разделить ответственность? — вопрошает лич. — Вполне, — отвечает ему Ару'Тара. — Тогда приготовься, это будет больно. — Так же, как было тебе у демонов? — Даже не на сотую столько, — отвечает Нер'Зул устами мёртвого мага.       Отдав приказ нерубам, чтобы покинули главный зал, королева приготовилась к ритуалу. Вернее, думала, что приготовилась. Боль пронзила даже то, что, казалось бы, не должно болеть! Свет кристаллов померк, звуки притихли, но вскоре невыносимая пытка схлынула, после чего она ощутила присутствие Ужаса Поверхности. — Приветствую, моя королева, — раздался голос в её голове. — Теперь нас ничто не разлучит. — Если только я не решу дать потомство, — тут же отозвалась Ару'Тара. — Только если ты сама захочешь умереть, — мягко поправил её Нер'Зул. — Дети отныне не смогут прервать твоё существование, разве что по твоему собственному желанию.       Королева начинала слышать помимо его речи и другие звуки: шум, похожий на воду, гул голосов, прочно ассоциирующийся у неё со звуками роя. — Ты слышишь мысли моих подданных. Нерубы — одни из немногих, кто хорошо отличает их в общем хоре. Впрочем, с вашими задатками, королева, это и не удивительно. А теперь, если у тебя нет вопросов — мне пора навестить твоих сестёр. — Я смогу с ними общаться мыслями? — Разумеется, как только получше освоите новую для вас способность. Воспринимай это как ещё один орган чувств.

***

      В отличие от своей матери, королевы принимали связь со мной с куда более взвешенной позиции. Понятно, что особого выбора у них не было, но зато и такого негатива тоже. И что самое примечательное — отсылать личей из своих ульев они не стали, всё так же включая в свою работу. В течение дня у всех королев проснулась интересная идея. Нерубы ограничены в количестве контролируемого потомства, потому одна королева не сможет заполонить своими подданными целый континент. Но связь душ способна обойти это ограничение, и в будущем они определённо не прочь проверить это. Хорошо или плохо, но я на них влиял.       Ару'Тара и прочие королевы, освоившись с многоголосым хором, что прорывался по связи душ, первым делом нашли там свои «голоса». Я не вмешивался в общение, лишь заметил, что они сверяют архивы. Хмм, похоже, мне не доверяют, и сейчас вовсю заваливают «запросами» Нор'Тару, ловя нестыковки и неточности. Ну что же, пусть ищут — у меня были другие дела, и правок в нерубианский архив я не вносил. Надеюсь, это укрепит доверие между нами. А как только Шон'Тара освоится в новой для себя стихии, нам предстоит поработать с башней Медива.

***

      Последний Хранитель Тирисфаля так и не отреагировал на похищение книг, и я решил наглеть дальше. Если мне не изменяет память, активизировался он, только когда Плеть начала свой победный марш в Лордероне, и то его пророчества были весьма невнятны. О какой адекватной реакции может идти речь, если даже Антонидас, архимаг широких взглядов, воспринимал его слова как бред сумасшедшего? А ещё я примерно определил, где же он обретается. Правда, по косвенным признакам. Этот гордый птах окопался в Калимдоре. На это указывает всё его поведение. Преследуя свои интересы, он отправит туда и получивших свободу орков, и Джайну Праудмур с верными людьми. Возможно, с моими талантами и поддержкой демонов у людей нет ни единого шанса, чтобы предотвратить приход Архимонда в Восточных Королевствах.       Да и перерождённый разум Медива вызывает множество вопросов. Кто он сейчас? Не осквернённый Саргерасом «осколок»? Сын Эгвин? Или что-то большее?       А ещё я помнил, что таурены знали о поселившемся на горе пророке. Видимо, сейчас Медив создаёт себе репутацию среди этого народа, чтобы в дальнейшем примирить остатки Орды и людей, для совместной битвы с Пылающим Легионом. Сам я пока в Калимдор соваться не буду — мало сил, да и на месте дел выше крыши.       Учтя все эти расклады, я приказал начать операцию. Никаких внешних укреплений делать не станем, зато под башней и в окрестностях живые и мёртвые нерубы начали закладку целой сети зиккуратов. Место тут на ману щедрое, огромным плюсом идёт и то, что здесь сходятся многие леи — магические линии Азерота. Пока вещий ворон щёлкает клювом, нужно превратить подземелья в неприступную крепость.       Магические накопители, проводники маны, ритуалы, для поддержания магических куполов — всё это следует увязать в единый комплекс, способный противостоять могущественному существу. Пригодились тут и наработки по барьеру, что окружают ледяной трон. Весь комплекс чар, которым меня защитили от мира, пока не разгадан, но и того, что удалось расшифровать, должно хватить на основу для создания защиты спешно воздвигающейся крепости.

***

Ранее, Даларан.       Джайна Праудмур шла по мощёной дорожке мимо клумб и фонтанов. Яркое солнце то и дело пускало ей в глаза зайчики от падающих струй. Но она с детства привыкла к отсветам морской воды, и те не доставляли ей проблем. Девушка волновалась, хоть и не показывала виду. За спиной у неё был небольшой мешок с личными вещами, в правой руке — жезл ученика. Сама же она была одета весьма легко — на дворе был разгар лета, а Даларан славился своим жарким климатом. Но не ей, дочери морей, жаловаться на климат — перед грозой солнце печёт просто невыносимо!       С собой она не взяла ни служанок, ни лишних вещей, хотя и могла. Многие аристократки, обучающиеся магии, тащат с собой целый гардероб, но она предпочитала удобство. И сюда приехала учиться магии, а не красоваться в нарядах перед окружающими. Она знала, что учеников освобождают от работы по дому — даже тех, кто не мог похвастаться знатным происхождением или серьёзным достатком. Как и в любом уважающем себя учебном заведении, здесь был штат слуг.       Там и тут на лужайках она замечала разбитых по парам учеников, что по очереди метали друг в друга заклинания. Одна девушка сплоховала, и превратилась в овцу. А ещё она заметила эльфов! — Добрый день, Джайна, — прервал её путешествие голос.       Засмотревшись на красоты, она совершенно не заметила, как рядом с ней оказался человек в мантии магистра, с большим посохом в руке. — Приветствую, я просто... — Залюбовалась красотами? — пришёл ей на помощь благообразно выглядевший старик.       На лице его были неглубокие морщины, седая борода аккуратно подстрижена. Но сильнее поражали глаза — мудрые и проницательные. — Бывает. Я сам провёл здесь несколько десятилетий, но не разучился ценить красоту.       Почему-то девушке показалось, что последняя фраза относилась больше к ней, чем к окружающему великолепию. — Простите мою невежливость, я не знаю, как вас зовут, — обратилась она к собеседнику. — Кел'Тузед к вашим услугам, леди, — лёгкий кивок, как от более старшего младшему.       Джайна хорошо знала этикет, хоть ей и не нравились эти длинные и скучные уроки. — Антонидас пока занят, но он знает о твоём прибытии, и примет тебя попозже. — Я не хотела отвлекать уважаемого архимага от дел, — добавила девушка. — Не волнуйся, должен же он уделять внимание своей ученице.       Ученице? Но она только пришла, и ещё не успела впечатлить приёмную комиссию! — Не стоит так волноваться. У меня хорошее предчувствие. Кул-Тирас посылает лучших из лучших, — добавил со смешинкой в глазах Кел'Тузед. — К сожалению, я не смогу обучать тебя сам. Старый друг несомненно уступил бы мне подобную честь — обучать тебя, но некоторые исследования невозможно провести в стенах лаборатории.       Ещё один небольшой кивок, и архимаг, отойдя, исчез во вспышке телепортации. Сморгнув, Джайна удержала лицо и отправилась дальше, чаще бросая взгляды перед собой, чтобы красоты Даларана не заставили её не заметить очередного архимага.

***

      Стены башни видели многое. До смерти своего последнего хозяина их то и дело посещали миражи прошлого, уже случившегося и отблески будущего. Иногда они переставали быть такими, сводя людей с ума своей реалистичностью. Знала башня и иномировых гостей, ярых и кровожадных, что тем не менее не смели нарушить её целостность своим буйством. Долгие годы её покой никто не тревожил, ни гости, ни видения, но несколько месяцев назад по коридорам и лестницам пронеслись налётчики. Воры, что присвоили себе чужое, не польстившись ни на магические светильники, ни на драгоценные камни, ни на запас редких ингредиентов. Их целью было что-то куда более ценное — разграблению подверглась библиотека.       И сейчас захватчики вернулись, из их движений исчезла суетливость, они двигались как хозяева. Быстро, но деловито нежить заполонила все комнаты, двигала мебель, проверяла крепление факелов, витражей, простукивала стены. Всё, что имело хоть какую-то ценность, на спинах носильщиков устремлялось на первый этаж и дальше — в тоннели, прорытые вторженцами.       Когда всё, что можно было открутить и унести, было откручено и унесено, количество новых хозяев прибавилось. Теперь они грызли и царапали стены, пол и даже потолок, покрывая всё замысловатым узором. Получившиеся линии, выбоины и углубления замазывались какой-то непонятной серой субстанцией, смахивающей по виду на грязь. Но то тут, то там в узловых точках вставлялись осколки похожего на янтарь камня.       На этом работа не закончилась, теперь все стены стали заплетаться паутиной, в которую тут же промазывалась уже знакомая серая масса. После того, как первоначальный узор скрылся под новым покрытием, уже на нём стали наплетаться новые. Слой следовал за слоем, казалось, гигантские насекомые решили утопить внутренности башни, проходы ощутимо сузились, лестницы превратились в пандусы, а помещения утратили часть объёма.       Поток бегунков изменился, вместе с упакованной в коконы серой массой они стали приносить нерубианские яйца, оболочки тех прядильщики безжалостно вспарывали и вмуровывали детёнышей в стены.       Но вскоре их работа оказалась завершённой, то тут, то там стали появляться синие огоньки, что разбегались по многочисленным узорам, наливая их светом. Вскоре светились все помещения, свет пульсировал, разрастался, но не мог покинуть даже пустые оконные проёмы.

***

      Начало превращения башни в неприступную крепость положено, скоро она станет единым артефактом. Личи вовсю старались, увязывая все ритуальные линии между собой. Узловыми точками станут впаянные в стены души нерубов — некромантия, дополненная троллиными практиками и шаманизмом, обещала создание поистине выдающегося творения. Не знаю, насколько хорош Медив в бою, но от такой защиты станет грустно многим людским архимагам. Скоро вся система свяжется с подземными накопителями, и тогда титанический зиккурат заработает на полную мощь, скрывая свою силу до поры до времени.       Триумф от отлично проделанной работы нарушает сигнал. Тот самый, которого я ждал, и надеялся, что придёт он куда позже. Сигнальная сеть, развёрнутая на месте стоянки мур-гулов, дала понять, что хозяева моря пришли навестить своих слуг. Что же, пора встречать дорогих гостей...