Отчаяние

      Саске сполз по стене на пол и спрятал глаза на скрещенных на коленях руках. Разрывающая боль не давала покоя. С каждой минутой становилось больнее дышать, но он ведь пообещал ей не делать глупостей. Потому так бессмысленно сражался с тоской, вновь и вновь проигрывая.       Когда боль от потери родителей чуть-чуть притупилась, Саске вышел на учёбу. Там его поджидала Сакура. Она молча протянула ему уже готовые отчёты по всем дисциплинам и вскоре помогла наверстать упущенное. А он её даже не поблагодарил.       Только теперь Саске понял, как была дорога ему эта девушка. Теперь, когда ничего уже не вернуть.       Сакура приходила к ним каждый день. Кормила их бенто, поддерживала чистоту после того, как у Саске опустились руки. Харуно пыталась хоть немного облегчить им жизнь, что получалось довольно неплохо.       Когда Итачи стал пропадать на работе, Сакура начала заботиться о них ещё сильнее. Именно она могла заставить Учиху-старшего перестать пить и относительно трезвого привести его домой. И втроём создавалось ощущение семейного уюта. В те моменты Сакура разгоняла тучи, скопившиеся над их жизнью.       Тогда можно было дышать. Тогда была ещё сносная жизнь. Тогда Саске не был один. Также психовал, кричал, но имел спасение.       Сакура своей интуицией понимала, когда Учихе необходимо её присутствие. Всякий раз, когда парень брал в руку что-то запрещённое, вроде лезвия или яда, девушка приходила, прижималась к телу, не говоря ни слова, гладила руками топорщащиеся волосы и изредка стирала слёзы с щёк тонкими пальцами.       Рядом с ней было очень уютно, хоть порой Сакура раздражала Саске своей назойливостью. И все же она вытаскивала из бездны.       Сейчас вокруг всего мира Учихи отсутствует тепло. Те крупцы, что держали на поверхности, ушли вслед за Сакурой. И в своем бессилии Саске не мог сохранить его в себе надолго.       Новость об отъезде Харуно прозвучала как гром среди ясного неба. Ладно бы, если она осталась в Японии. Но нет, ее родители решили переехать в Америку, чтоб реализовать свой медицинский долг и стать первоклассными врачами. И дочь должна была ехать с ними и продолжить это благородное дело.       Сакура со дня объявления этой новости буквально поселилась в квартире Учих. Так сильно ей не хотелось уезжать. Харуно пыталась сохранить тот уют, который создала в семье Саске, вот только время нещадно било по нервам. Оставался всего месяц, прежде чем девушка покинет таких важных для нее людей.       В аэропорту ее провожали оба. Итачи со слезами на глазах обнимал ту, что смогла отвлечь его от потери родителей. Саске был холоден, но в глазах отчетливо виделась боль. Он не был готов отпускать.       Тогда Сакура сама крепко обняла Учиху-младшего и прошептала фразу, которая изначально вселяла надежду, но потом уничтожила полностью:       ~Я вернусь. Я не исчезну.       Не вернулась. Исчезла. И забрала с собой Итачи, оставив Саске умирать в полном одиночестве.       Как только Сакура прошла паспортный контроль, Учиха-старший пропал в шумящем терминале, а Саске все ждал, когда самолет скроется за горизонтом. А потом, оглянувшись по сторонам, понял, что остался один. Итачи не пришел домой ни через день, ни через неделю. И только свежие новости на городском сайте говорили, что преуспевающий юрист Токио еще не отбросил коньки.       С того дня в квартире стал витать запах сигарет и горького кофе. Только это могло принести хоть каплю удовольствия. Сна было все меньше, а усталость превращала некогда цветущего молодого парня в живую мумию. Но даже это было безразлично.       Сломан, разбит и измучен. Боль в душе укоренилась с новой силой, заставляя Саске губить себя медленно. Уйти из жизни быстро он не мог, ведь пообещал Сакуре не делать глупостей. Жаль, что обещание выполняет только он, а Харуно оставила о себе лишь память в виде отцветшего дерева странной вишни под окнами квартиры и маленькой записки на холодильнике, в которой даже не было какого-то смысла. Просто ее частица — символ того, что когда-то и здесь была жизнь.