Обратно во тьму

      Каждый шаг отдавался болью во всем теле, но Гриффин не обращала на это внимание. Она все дальше отдалялась от последнего фонаря, что подсвечивал дорогу в город, двигаясь в сторону темного магического леса. Осознание полной беспомощности и безвыходности просто вынуждало бежать и не оглядываться, сейчас сделать хоть что-то иное она и не могла. Магия настолько слаба, что ведьма даже не может призвать маленький сгусток огня, а если получится выжать себя до капли и призвать меч, то раны и ослабевшие мышцы не позволят нанести ей и даже царапину неизвестному. Портальное кольцо очень долго закрывается, и незнакомец мог успеть влететь в него и прибить ведьму уже с другой стороны.       Звонкий стук каблуков от брусчатки сменился на шуршание травы, волшебница притормозила, ища глазами место где можно укрыться и открыть портал домой. Долго раздумывать не пришлось: лязг доспехов, отчетливо слышный сзади, и Гриффин в пару шагов прячется за старый дуб.       Только приложившись спиной к неоднородной коре дерева, Гриффин почувствовала себя хоть немного, но в безопасности. Но мгновение, и вся та боль, что не чувствовалась на адреналине, дала о себе знать. Захотелось просто орать и выть, тело как будто рвало изнутри. Зелье, конечно, залечило огромную рану, но кожа еще очень слаба и не может выдерживать такие нагрузки. Всплыли воспоминания о тех днях, когда Гриффин пытали три могущественные старухи. Тогда ее выдержке можно было только позавидовать, но сейчас она как никогда спасет ей жизнь. Ведь один писк, и неизвестный маг прирежет ее.       Лязг доспехов и тяжелой походки становился все отчетливей. Мужчина, подходя к густому лесу замедлил шаг и стал глазами внимательно разглядывать кусты и деревья, надеясь заметить шорох, что выдаст ведьму. Вдалеке послышался треск веток и шуршание листвы, и маг уверено двинулся на источник звука.       Гриффин слышала как он шел. Вдруг слабый свет от луны, был загорожен огромной "скалой". Ведьма вжалась в дерево и перестала дышать, она видела только его широкую спину и виртуозно сделанные доспехи под "драконью чешую". Силуэт одного из наплечников напоминал дракона. Маг остановился, не доходя кустов. Сейчас Гриффин оставалось только молиться, что бы он не заметил и ушел дальше в лес.       Резкий разворот, противный скрежет металла, что достают из ножен, и лезвие клинка оказываться в миллиметре у самой шеи ведьмы.       Колдун смотрит на на лицо волшебницы выражавшее удивление смешанное со страхом, а Гриффин вглядывается в стальные глаза мужчины, стараясь найти в них хоть маленький шанс на то, что он не надавит на лезвие сильнее и не вскроет ей глотку.       Маг нахмурился, руны на его мече засияли, освещая лицо ведьмы, и он начал медленно и угрожающе говорить: — Если не хочешь, что бы твоя смерть настигла тебя здесь, тебе придется ответить на пару моих вопросов. — Как?... — Все что смогла выпалить ведьма, а затем, сглотнув и добавив в голос чуть больше уверенности, продолжила. — Уберите меч от моей шеи. — Из-за твоих мускусных духов невозможно потерять след. — Мужчина ехидно улыбнулся, удовлетворенный реакцией "птички". — Один раз я уже испытал твою магию на своей шкуре, больше хочу. Так что в данном раскладе либо так, либо поперек твоей шеи. Но в последнем варианте я не думаю, что ты сможешь что-то сказать.       Лишаться головы, по крайней мере сегодня, точно не входило в планы Гриффин. Она опустила глаза вниз и заметила, что меч, который по желанию своего хозяина перережет ей глотку, не совсем обычный. Оружие, что выковано в кузнице небес, которое необходимо заслужить и связать свою душу с ним. Меч будет верен своему хозяину до скончания времен, защищая его от всех напастей и бед. — Ваш меч выкован Гефестом, искусным кузнецом и магом. Вы и ваше оружие связанно магией. Если меч почувствует опасность, он прирежет меня и без вашего вмешательства.       Мужчина удивленно хмыкнул, и, оценив обстановку, все же решил опустить меч. Магия, что исходила от его жертвы была чертовски слаба и не могла представлять угрозы, меч не может ошибаться, да и его чутье тоже, это именно та магия, что чуть не убила его. Но было странным то, что волшебство настолько на низком уровне. Неужели что бы его прикончить, эта ведьма решила потратить настолько много сил.       Стоило лезвию меча коснуться земли, как Гриффин, полностью расслабилась, ноги подкосило и ведьма выдохнув и сползла спиной вниз, к самым корням дуба. Она поджала под себя ноги и уткнулась лбом в колени. Все. Стало совсем дурно и невыносимо, сильная паника и стресс, пережитые пару минут назад, выкачали последние силы, коих после суток без сна осталось минимальное количество. — Много же у тебя знаний. — Волшебник сам сел на холодную землю, желая лучше видеть Гриффин, но меч все еще держал в руках ожидая любой фортель от новой знакомой. — Но я ожидал не рассказов интересных фактов, а пару магических вспышек в лицо и интересного сражения. А по итогу получил что-то еле живое и бесформенное. Только из-за спины убивать можешь? — Что? — Гриффин медленно поднимает голову с колен, пытаясь сфокусировать взгляд, и удивленно смотрит на мужчину. — Убивать? Из-за спины? Я вашу спину впервые за всю свою жизнь вижу. — Вы то может и да, но ваши дружки из Крепости Света уже давненько следят за ней. А в Крепости ведьм и темных магов не жалуют особо. А как выполнить грязную работку, например, убить меня, так сразу к вам, к темным прибегают.       Гриффин усмехнулась. Этот гад с черной и кудрявой гривой, по другому это не назвать, говорил правду, как будто озвучил мысли самой ведьмы. — Только сколько бы я не решила их проблем, моим проблем из-за них меньше на станет. Да и я у них "слишком ненадежная и своевольная". — Ведьма закатила глаза и презрительно цокнула языком. — Я была бы последняя в магическом измерении, кого они попросили бы убить вас. — То есть на Дезерте, пару часов назад, вы пришли не по мою душу? — Я пришла за железами армадил. — Так, а какого дьявола,— Маг четко проговаривал каждое слово, злостно "выплевывая" его в сторону ведьмы. — Я рисковал своей задницей, хотя ВЫ могли сделать это сами. Не врите, Леди Гриффин, вы были на той планете что бы удостовериться в моей смерти, а затем радостно сообщить об этой чудесной новости руководству.       Мужчина не на шутку рассердился и крепче сжал меч в руке, направляя в него магию. Ох, захотелось прямо сейчас, без раздумий, пустить ей кишки, но внутренний "злойдей" захотел получить удовлетворение в виде удивления от врага и испытать чувство превосходства и собственной гениальности с проницательностью. — Искусно, вы ручки не запачкаете, а цели добьетесь. Только вот, оплошность вышла. Вы просчитались, я слишком долго оттачивал свои навыки, и я умру как угодно, но не так.       На все угрозы и грозный вид собеседника Гриффин никак не реагировала, испытывая полное безразличие, хотя ясно видела сигналы того, что неверное слово или неосторожное действие и ее кровь и тело будет питать дерево, под которым они сидели. — Вы идиот. — Маг опешил от столь неожиданного оскорбления, что дало ведьме продолжить. — Железы заказала не я. Если бы вы были хоть немного внимательным, то за пеленой своего гнева, услышали бы, что говорил Алебрт.       Ведьма сощурила глаза и пристально посмотрела в глаза мужчины, чтобы удостовериться, что он готов ее слушать и принимать информацию. Маг кивнул и неспеша, наблюдая за каждым действием ведьмы, убрал меч в ножны. — Вы ничего не заказывали, —процитировала Гриффин их общего знакомого. — Мне действительно нужны железы, но для зелья. Но зелья готовлю не я, а моя коллега. Я сказала, что добуду их сама. Но из-за... Ведьма немного замялась, вываливать свою подноготную едва знакомому волшебнику она была не готова. — Некоторый событий, скажем так, меня попросили этого не делать, ссылаясь на то, что нашли искусного колдуна и воина, что сможет это сделать.       Мужчине это польстило и он немного улыбнулся. По всей видимости его злодейское эго вполне устроил такой завуалированный комплимент. — Не обольщайтесь. Я сказала, что из того описания что у меня есть, вы типичный волшебник-проходимец, кто не будет рисковать своей задницей даже за сотню тысяч монет, а если и рискнет, то просто сгинет и пойдет на корм камушкам-переросткам. — Но все же я смог выжить и выполнить заказ. —Перебил маг и самодовольно усмехнулся. — И я хоть слушал не особо внимательно, но точно слышал как вы похвалили мое мастерство в разделке мяса и добычи ингредиента. Кстати, волшебника-проходимца, как вы выразились, зовут Двэйн.       Он протянул ей руку, немного опустив корпус вперед, делая своеобразный реверанс.       А ведь в какой-то степени этот колдун не такой уж и проходимец ,— придумалось ведьме. — Она сама, вполне себе, могла там умереть не из-за вспышки магии, а из-за животных.       Его уровень владения волшебством, да и судя по мечу и доспехам, что сделаны легендарными мастерами точно на него и подобраны под его магию, и холодным оружием, выдавали в нем очень сильного волшебника, способного на многие вещи. — Поэтому я сделаю это сама. — Проигнорировала самодовольство мага ведьма и положила свои пальцы ему на ладонь. — Теперь вы поняли что произошло, Двэйн?       Волшебник одобрительно кивнул. Мужичине показалось, что он смог разжечь в этих уставших глазах немного огонька интереса, хоть ведьма и делала вид полной отрешенности и не интересности всего происходящего. — А что насчет магии, Гриффин?— сказал он как-то нежно и совсем без напора.       Двэйн сжал руку колдуньи и направил туда немного магии.       Гриффин вдохнула воздуха, чтобы ответить, но вместо слов выгнулась в направлении Двэйна и довольно застонала, словно женщина, в которую наконец-то, после всех ласк, вошел любимый мужчина. Она упала на его доспехи, и вырвала руку из его руки, но вместо того, что бы оттолкнуть мужчину, какого-то черта, положила руки ему на плечи, а головой уткнулась в грудь. Двэйн сам опешил от такого поворота событий. За всю жизнь, это первый раз, когда его реакция на действие выдавала ступор. Ведьма смогла расширить ту маленькую струйку магии что направил маг, и жадно выкачивала из тела Двэйна волшебство. — Решила восполнить те крохи, что хранило твое тело? Что же, для волшебника это иногда вопрос жизни.       Тело Гриффин стремительно наполнялось магией малознакомого волшебника, что был первым, с кем ее магия смогла быть слита для восстановления ее баланса.       Лишилась магической девственности получается?       После больших трат магии, Гриффин всегда приходилось отлеживаться пару дней, что во времена Древних, что сейчас. У нее магии всегда было до черта, и колдовать и воевать она могла долго, и обычно битвы заканчивались быстрее, чем ее "шкала" просядет до минимума. Но в редких случаях, когда нужно было много волшебства, это все же происходило. Обычно Древние всегда "отпаивали" своих учениц чистой тьмой и они были практически как новенькие. Но Гриффин тьму вообще не переваривала и она выходила из тела. Примерно так же, как и сейчас, когда своим волшебством ты буквально блюешь и плачешь. Поэтому Гриффин всегда восстанавливала свою магию за счет естественной регенерации.       А сейчас, она буквально, как оголодавшая животина жадно высасывала магию, побуждая свою магию к регенерации. Если сначала ее вены светились синим цветом, магия Двейна начинала бежать по магическим венам, то через пол минуты от ведьмы исходила ее привычная зеленая аура.       Когда все закончилось, Гриффин, осознавая весь ужас происходящего, отталкивает мужчину и резко встает на ноги. В голове крутится слишком много мыслей, вариантов событий и действий, которые можно предпринять, но программа "спрятаться в домике" на автомате берет вверх и ведьма телепортируется в свой родной кабинет, оставляя мужчину в одиночестве. Ведьма спешно достает из кармана баночку с железами и кидает их на стол, чтобы Эдилтруд точно заметила их утром. Щелчок пальцами и Гриффин уже в своей комнате. Как только ее тело касается пастельного белья и подушки, полностью вымотанная, она тут же засыпает, не давая даже самой быстрой мысли проскочить перед сном. Оставленный под дубом маг слегка усмехается и встает с мягкого травянистого ковра. —Куда же, интересно, могла телепортироваться ведьма, являющая директрисой Облачной Башни? — С явной ноткой сарказма произносит Двэйн. — Ну ладно, разберусь с ней позже.