Точка невозврата

      Где-то вдалеке завыла пожарная сирена, призывая посторониться и дать дорогу, что в текущей ситуации было глупо. Кто бы дал эту дорогу? Сгоревшие автомобили? Обломки зданий? Трупы огромных существ, не то насекомых, не то ящериц? Запустение овладело следами недавно разрушенного мира, и каждый звук мог стать предвестником страшного. Тем нелепее казалась компания, расположившаяся в наполовину разрушенном здании закусочной. Чернокожая официантка подавала еду и напитки, изредка недоуменно рассматривая хмурых супергероев. Казалось, те вовсе не радовались своей победе, а впрочем, так оно и было. Сейчас, вяло пережёвывая сухие снеки, ибо весь кетчуп был разлит по полу кухни закусочной, они решали, как же быть. Теневой комитет был в ярости. Скипетр пропал и по данным камер видеонаблюдения его украл Капитан Америка, но ведь сто четыре свидетеля утверждали, что Капитан был на разборе завалов. Пока своевольный конгрессмен пытался вытребовать себе военного преступника, учинившего эту бойню, чуть не убив при этом Тони Старка и не лишив все проекты новейших разработок и, главное, финансирования, тот самый преступник бежал. Не просто бежал, а прихватил осколок непонятного синего материала и словно растаял в воздухе. Столько провалов за один день никто ещё не делал. Именно поэтому все присутствующие были мрачными. — Тор, — тихо спросил Стив Роджерс, — а куда мог сбежать Локи? — Я даже не могу представить. Мой кляп блокирует его магию, но осколок тессаракта вынес его в любую точку галактики. И чую я, Локи ещё что-нибудь устроит. — Хорошо, что не на Земле, — нашёл положительный момент Тони. — Он всегда был мстительным, и наверняка ещё сюда вернётся, чтобы отомстить за своё поражение, и отомстить жестоко. Я вернусь в Асгард и постараюсь разыскать его. Он ответит за свои преступления. Выговорившись, Тор замолчал, и лицо его обрело оттенок мрачности, смешанной с ожесточением: причиной тому был его брат. Любое из наказаний, которые Тор перебирал в уме, казались ему слишком мягкими и недейственными для невыносимой натуры его дорогого братца; увы, он только и мог, что воображать себе их последствия, поскольку не мог дотянуться до него собственными руками и придушить на месте. Если бы кто-нибудь сказал ему сейчас, что вскоре он станет жалеть о пропаже Локи, разыскивать его, больше того, горевать о нем, Тор не пощадил бы этого шутника. И никто в этот момент ещё не знал, что эта война — ещё не самое страшное, что попытки обмануть смерть ещё никогда не срабатывали. Можно было временно откупиться, вымолить каких-нибудь близких людей, но обмануть, остановить, умилостивить беспощадную смерть было невозможно.