Adore

      Люси сидела на веранде, спокойно наслаждаясь вкусом ягодного чая. В руках была книга, которую Керо разрешил ей прочитать. Из неё она вычитала прекрасное заклинание, окружающее магическим барьером дом и впускающее только её. Это позволило избавиться от большинства бандитов, которые уже пытались пробраться во внутрь. Они узнали, что старик ушёл, оставив дом на попечение кому-то там, поэтому поспешили отправится на обновление пожитками. Однако их ждал неприятный сюрприз в виде Люси, что сразу же устроила им взбучку.       У девушки осталось совсем немного воды, поэтому она собиралась отправиться за ней к реке, о которой говорил мужчина. Вызвав Тельца, чтобы тот понёс большую бочку, которую Хартфилии уж точно не хотелось нести самой, и они вместе отправились в сторону реки. Бык снова отшучивался насчёт фигуры девушки, из-за чего она начинала раздражаться.       Вскоре из-за деревьев показалось отсвечивание от реки и Люси радостно вскликнула о том, что они наконец пришли. Она остановилась около берега и стала осматривать место, куда они вышли. Старая заброшенная водяная мельница и поле с редкими яркими цветами мелькающими между колосьев ржаной пшеницы. Люси закрыла глаза и вдохнула побольше воздуха, постояв немного в тишине. Она попросила Тельца положить бочку в воду, чтобы она наполнялась и осталась наблюдать. — И всё-таки красиво… — тихо произнесла Люси.       Через несколько секунд произошёл выстрел и Телец, что спокойно стоял за спиной девушки исчез в искрах звёздной пыли. Хартфилия вскочила, резко оборачиваясь. На неё вышло несколько мужчин, некоторые были с оружием, а остальные судя по всему обладали магией. Люси нахмурилась и выхватила ключ из чехла. Вызвав Рака и облачившись в его одеяние, она встала в стойку, готовясь к нападению. — Испытайте же дух запретного удовольствия…       Бандиты попадали на землю, искажая лица в незыблемом удовольствии, в то время как Люси резко повернулась в сторону голоса и стала рассматривать появившегося блондина. Крест на лбу, татуировка на руке, что была полностью в запёкшейся крови и железный крест за спиной, один конец которого так же был окровавлен. Люси смутно догадывалась кто это, но всё никак не могла полностью вспомнить. Однако её взгляд зацепился за остатки метки гильдии на плече, что была изрезана и разодрана. Глаза блондинки в ужасе открылись, когда она поняла, что это метка империи Арболес. — Т-ты же… — заикнувшись, произнесла Люси, в удивлении осматривая парня. О нём рассказывали Юкино со Стингом, Нацу тоже его упоминал. — Но разве ты не должен быть мёртвым? — парень проигнорировал её вопрос. — Получи же удовольствие, что считается уделом грешников, — произнёс Ларкейд, вспомнила как его называли Люси, и на неё полезли щупальца, норовившиеся схватить.       Хартфилия стала отпрыгивать назад, пытаясь разрубить их, но этого не выходило, так как это была магия света. — Чёрт! — выругалась Люси. Ей не тягаться с одним из спригганов, она прекрасно это понимала, но не знала, что ей делать. — Я не хочу сражаться с тобой! Давай прекратим эту бессмысленную драку! — Люди способны лишь причинять боль, лгать и предавать, это единственные вещи, которые вам не чужды, — Ларкейд остановил щупальца и взглянул на девушку, что спокойно выдохнула. Метка Хвоста феи тут же бросилась в глаза и напрягся. — Поэтому лучше просто убить и не давать никаких шансов на сопротивление, — Люси снова испуганно взглянула на него. Драгнил сложил руки в молитвенном жесте и с жалостью посмотрел на девушку.       И у неё в голове будто щёлкнуло что-то. — Зереф предал тебя и теперь ты ненавидишь всех, кто смеет к тебе приблизиться, — тихо произнесла Люси. Ларкейд вздрогнул и сжал зубы. — Не смей произносить это грешное имя! — вскликнул он, вновь окунутый в воспоминания. На глаза навернулись слёзы и он сжал руки в кулаки.       Люси стало его жалко. Как бы странно это не звучало, но ей стало жалко собственного врага. Она знала, что с ним случилось из рассказа друзей и насколько она поняла — это было печальное зрелище. Нужно было его успокоить, иначе он в действительности захочет её убить. — Его больше нет, нет тех, кто причинил тебе боль, — тихо начала говорить Люси, медленно подходя ближе. — Ты должен продолжать жить, поскольку это твоя жизнь и только ты в праве ею распоряжаться, а не какой-то там чёрный маг. — Я всего лишь созданное им оружие! Демон, оставшийся один погрязать в чёрном омуте лжи и предательства, — яростно проговорил Ларкейд, посмотрев на девушку. — Что может знать дрянная девчонка из гильдии бывшего врага? — Много чего. Я знаю, что такое дружба, любовь и счастье — восхитительные чувства, которых ты попросту всё ещё не испытывал. Ты — это ты, неважно кем ты был создан или рождён, ты чувствуешь всё то же, что и мы, понимаешь и желаешь то же, что и мы. Это абсолютно нормально. Твоей вины в том, что тебя предали нет. Всё впереди и никто не смеет держать тебя, чтобы ты не смог узнать всё, что делает нас счастливыми, — Люси мягко улыбалась, глядя на Драгнила. — Нет… — парень начал медленно отступать, пока в конец не ушёл в здание мельницы.       Люси пошла следом, но остановилась, не решаясь заглянуть во внутрь. Всё таки выглянув из-за косяка, она увидела сидящего на полу Ларкейда, что бесшумно плакал, пытаясь остановиться. Схватившись за волосы он бездумно смотрел в противоположную стену. Люси испытывала странные чувства. Насколько она поняла, Драгнил был психически нестабилен и до ужаса опустошен. То что с ним произошло чуть не свело его с ума. А сколько он пробыл здесь? В сплошном одиночестве. — Ты не должен зависеть от тех людей, что были с тобой в прошлом, поскольку то, что происходило раньше, становится неважным, важно то, что позволило понять прошлое, — Люси аккуратно присела перед ним. Ей было его жалко, но жалость — это последнее, что ему было необходимо. — Я могу тебе помочь, Ларкейд, не так ли? Но я не справлюсь в одиночку, мне понадобится и твоя помощь тоже. Ты должен принять произошедшее и выкинуть из головы.       Люси медленно подняла руку, которая дрогнула в не решении продолжать или нет, но всё же медленно легла на голову парня, немного приглаживая спутавшиеся волосы. Ей нужно его успокоить, он столько времени пробыл в сплошном одиночестве, сам с собой, загоняя себя всё больше и больше в угол. Успокоить любыми словами и действиями. — Всё нормально, я рядом.