Запрет на любовь

— Что нам делать? — грубовато спросил омега у своего мужа, поднимаясь из-за импортного туалетного столика, слабо подвещённого тусклыми лампами. — А что ты предлагаешь? — отвечал альфа, расположившсь на левом краю дорогой двухместной кровати, устеленной шёлковым  бельём тёмных бордово-чёрных цветов. Он пристально следил за каждым движением своего омеги. Тот в свою очередь скинул лёгкую хлопчатую рубаху с идеальных острых плеч, оголяя тонкую талию с выступающими рёбрами, и мягко приземлился на правую часть ложа. — Я боюсь, что мы не сможем его выдать замуж за Хосока по-хорошему. Что? Вот что я сделал не так? Какую ошибку допустил в его воспитании, что теперь он перечит мне и не слушается тебя? — Ким поник головой, слегка сжимая в ладонях гладкую некогда простыню. —  Это в нём от деда. Нельзя было оставлять его с моим отцом, он плохо на него повлиял, — грубым басом ответил альфа. — Придётся применить силу. А ведь я не думал, что дойдёт до этого. Всё-таки Тэхён твоя родная кровь, Чинсу, — не поднимая взгляда сказал омега. — Кровь моя, а цели совершенно не мои и уж тем более не твои.  Прожить счастливую и достойную жизнь? Да мой отец был сумасшедшим. Мы вовремя избавились от него. В психушке точно никто искать не станет. Особенно Тэхён, которому было всего десять. Он верит в легенду о его смерти, — старший приподнялся с кровати и прикоснулся похолодевшими пальцами к изящной линии плеч поникшего мужа. — Ты прав. Но ты не думал, то он может узнать о том, что он не умирал? — слегка резковато выдал омега. — Нет, от кого бы он узнал? Не волнуйся по этому поводу. Ты ведь помнишь нашу цель? — альфа чуть тронулся кончиком носа тыльной стороны шеи мужа и провёл им вдоль острых позвонков. — Да. — Назови мне её, Дэджи. — Добиться вершины и воспитать достойного приемника для продолжения дел и рода. — Наш сын будет достоин этого. Мы его переделаем. Он ещё слишком юн, из него можно лепить всё, что угодно. Ну а если не удастся, то ему придётся прожить с Чоном всю свою жизнь, выполняя роль домохозяйки, а Хосок будет руководить обеими компаниями. В любом случае он выйдет за него. Так что на мели мы точно не останемся. — Он - материя, с помощью которой мы реализуем свои цели. — Именно, — довольно улыбнулся Чинсу. — А сейчас я хочу расслабиться. Помоги мне, Джи. — альфа резко прошёлся ногтями по молочной коже спины мужа. Тот довольно всхлипнул, чувствуя, как красные полосы вздуваются на и так ранее исполосованных острых лопатках. Развернувшись лицом к альфе, омега хищно ухмыльнулся. Изящно и точно, словно партнера, не допуская ни единой ошибки в своих движениях, он двинулся на мужа. Резко, но предельно мягко, он перекинул одну из ног через торс альфы и оказался сверху, смотря вниз одними глазами, не склоняя корпуса и головы. Тот же ничего не делал, лишь ждал, следя за каждым его движением. Длинные ногти пробороздли по медной коже груди, перемещаясь на рельефный торс. Чужая рука, в момент оказалась на его затылке, потянула вниз. Получив лёгкий поцелуй в губы, омега заглянул в полные похотью глаза альфы своими серыми. Снова приблизившись к лицу мужа, он припал к его пухлым губам, получая шлепок по попе. Сильные мужские руки блуждают по его бёдрам, ягодицам и талии, изредка переходя на шею. Мгновение, и Чинсу блаженно прикрывает глаза, ощущая холодную хватку на своём члене. Тонкие пальцы мастрески проходятся по всей длине органа, доставляя удовольствие. Резко рука альфы преподнимает омегу за таз, в то время, как другая стягивает давно тесные боксеры. Чинсу входит резко, без подготовки, получая в ответ судорожный довольный стон, за которым следует грубый глубокий толчок. Альфа тут же набирает скорость, вдалбливаясь в податливое тело. Дэджи блаженно прикрывает глаза. Он любит, когда до слёз больно и безумно хорошо одновременно. Сдавленные стоны заполнили просторную спальню, отражаясь от стен. Каменная плоть выходила почти полностью и резко входила до основания, вызывая очередной сладкий стон. Чинсу вбиваестся с бешеной скоростью, упиваясь его громким дыханием. Тонкие руки Дэ окольцевали потную шею, а лицом он ткнулся в смуглое плечо. Не переставая двигаться внутри Кима, альфа прикусил нежную кожу на острой ключице. Губы младшего нашли напряженные мышцы трапеции и острые зубы впились в жесткую кожу в ответ, образовывая бордовый засос. Спустя какое-то время, бёдра Чинсу ускорились до невообразимого темпа и, выждав момент, он резко вышел из омеги, кончая на его ягодицы. Запыхавшиеся и потные, они заснули в обнимку , не обмолвившись словом. Их половая жизнь имеет грубый и жёсткий характер. Так было всегда. * Стуча пальцами по клавишам ноутбука, Тэхён дописывал домашнее задание, сидя в своей постели. Допечатав последние буквы, он сохранил файл и быстро, с характерным звуком, захлопнул ноут. Спать хотелось невообразимо. Потерев красные глаза кулаками, он сильно потянулся. Тело ослабло и сползло со спинки кровати на мягкую часть. — Ааайщ...всё, спать, спать, спать, — усталым голосом промурчал омега, откладывая компьютер на стол. Поднявшись с постели, он было потянулся одной рукой за стаканом воды, что всегда стоял на полке, но обнаружил вдруг, то он пуст. — Да ё моё,— недовольно прибавил он. — придётся спускаться. Выйдя из своей комнаты, он тихо прикрыл за собой дверь, держа в одной руке стакан. Медленно и аккуратно, стараясь не разбудить родителей, он покрался мимо их спальни и спустился по лестнице вниз на кухню. Тёмное пространство озарилось советом французской люстры. Тэ, еле передвигая ноги и щурясь от яркого света, прошёл вглубь к раковине. Аккуратно открыв кран, он поднёс пустой сосуд к шумно льющейся струе воды и наполнил его. Также аккуратно ступая по скрипучей лестнице, Ким поднялся на второй этаж. Из комнаты родителей доносился тусклый свет. — Папа опять за своим туалетным столиком сидит, — подумал про себя Тэхён и тихо хмыкнул. — Я боюсь, что мы не сможем его выдать замуж за Хосока по-хорошему. Что? Вот что я сделал не так? Какую ошибку допустил в его воспитании, что теперь он перечит мне и не слушается тебя? — услышал омега из-за приоткрытой двери и тут же замедлил шаг. Он не думал подслушивать, но там говорилось о нём и тут волей-неволей остановишься. — Это в нём от деда. Нельзя было оставлять его с моим отцом, он плохо на него повлиял, — отвечал грубый голос альфы. — Придётся применить силу. А ведь я не думал, что дойдёт до этого. Всё-таки Тэхён твоя родная кровь, Чинсу, —  обратился тихий бархатистый тенор. — Кровь моя, а цели совершенно не мои и уж тем более не твои.  Прожить счастливую и достойную жизнь? Да мой отец был сумасшедшим. Мы вовремя избавились от него. В психушке точно никто искать не станет. Особенно Тэхён, которому было всего десять. Он верит в легенду о его смерти. Омега чуть стакан из рук не выролнил. — Психушка?? — прошептал Ким, осознавая всю ситуацию. — Ты прав. Но ты не думал, то он может узнать о том, что он не умирал? — Нет, от кого бы он узнал? Не волнуйся по этому поводу. Они продолжили разговор, а у Тэхёна мир рухнул куда-то вниз. Он будто оглох на какое-то время, ослеп, онемел. Неприятный писк в ушах заменил все посторонние звуки. Глаза наполнились слезами, а губы начали дрожать. — Он - материя, с помощью которой мы реализуем свои цели. — Именно,  — последнее, что смог расслышать оробевший Тэ, а дальше - тишина.  Его только что растоптали, сломали, вывернули наизнанку. Больно. Очень больно. Руки дрожат, расплескивая воду, слезы текут вниз по щекам, а судорожные всхлипы так и рвутся наружу. Прикрыв ладонью рот, Ким медленно поплёлся в свою комнату. Его маленький мир, что он строил в себе долгие годы, разрушен. Уничтожен полностью. Так гадко на душе, что хочется волком выть. Поставив стакан с водой на полку, Тэхён валится на кровть. Его глаза абсолютно пусты, как и его душа сейчас. Если из глаз текут, не переставая, горькие слёзы, то из души утекает жизнь, радость и эмоции. Притянув к себе подушку, он закрывается в неё лицом. Жмурится, облизывает губы, что сохнут под участившимися дыханием. Слёзы впитываются в ткань, оставляя маленькие влажные пятна. Тело начало трястись, руки прижимали подушку в сильнее к лицу, стараясь впитать не только слёзы, но и всю боль. Рот открылся в немом крике, а из глаз с новой силой полились слёзы... Больно, безысходно, совершенно разбито... Мгновение, и по комнате разлетается тихий крик, подушкой приглушённый. Дрожашие руки прижимают её к лицу, хочется погнаться в комнату к родителям и придушить их. Да, именно этого. Ким не знает, сколько времени он вот так кричал в себя, но в конце концов его силы кончились. Он отключился из-за переизбытка эмоций и слёз. Вот так за несколько мгновений можно морально убить человека. Просто взять и сказать, что то, во что он верил долгие годы, что считал правдой на самом деле - неправда. Бред. Обычная ложь. Пустота слов. И вам тут же предстанет картина, созданная спектром эмоций. Настоящих, неподдельных чувств, смешанных с болью, страданиями и, пока ещё, неверением. Вот и Тэхён не верил.