Позволь мне любить тебя

      Анна выскочила из машины и, крикнув Никите «спасибо» и помахав рукой, чтобы не задерживался и возвращался к Татьяне, помчалась в дом. Она влетела в прихожую, вертя головой по сторонам, пытаясь угадать, где могут быть Володя и Костя. Но дом встретил ее полной тишиной. Ну и куда умчались эти два неугомонных мужичка? Заставляют маму бегать за ними по всему дому!       Надо посмотреть на кухне, Костя вечно крутится у Вари, получая от любящей бабушки разные вкусняшки.       - Варя, Варя! Ну куда ж вы все подевались?       Анна выбежала из кухни и быстро направилась в сад. Там под акацией Корфа-младшего сооружены крепость и горки, где летом и зимой сын и отец играли в «солдатиков». Григорий был у них в качестве артиллериста, Варя отвечала за провиант. И только мама не подпускалась к крепости, потому что «женщина на корабле – к беде». Анна и смеялась, и топала ногами, но оба Корфа, переглядываясь и хитро щуря глаза, твердо говорили «неть» на все мамины доводы, прикрываясь тем, что мама должна их ждать дома. Чтобы измученных и уставших бойцов лечить, мазать коленки зеленкой и слушать истории о победах. И только поздними летними вечерами, когда Константин уже спал, его родители мирно раскачивались в широком гамаке у той же крепости, и мама могла беспрепятственно бродить по «полям сражений».       Володин крик «ага, попался» она услышала, едва повернув за угол дома. И где только силы берет? Целыми днями пропадает на работе, вечерами участвует в «сражениях», а ночами... Женщина улыбнулась и поправила сарафан, юбку которого взметнул вверх хулиган-ветер.       - Костя, мама пришла! - и вслед за этим на Анну налетел маленький вихрь в голубом летнем костюмчике. Она осмотрела сына и покачала головой. На ножке новый синяк, футболка грязная, шортики разошлись по шву. Что можно делать, чтобы так ухайдохать и себя, и одежду?       - Ты еще меня не видела, - гордо заявил Владимир, выходя на полянку перед горками.       Анна подняла на него глаза и расхохоталась в голос. Сегодня Владимир Иванович Корф предстал перед супругой с перевязанным глазом и с саблей в руках.       - Зря смеетесь, мадам, мы сегодня захватили город пиратов! А Константин Владимирович общим голосованием утвержден новым губернатором наших владений.       - О, - протянула Анна, - разрешите, Ваше Сиятельство, поинтересоваться - вы когда изволили кушать? Кстати, можете меня тоже поздравить - я сдала сессию! Так что я отныне студентка последнего курса!       Владимир сдернул повязку с глаза и наклонился к ней:       - Поздравляю, Анечка. И горжусь. А еще я хочу вам сказать, что завтра мы улетаем. Ань, отец ждет нас у себя.       Жена счастливо улыбнулась и уверенно кивнула – наконец-то Володя смог выкроить несколько дней на отпуск, и они смогут отдохнуть у отца с Еленой. Они дружно отправились в дом, где их встретила Варвара.       - Ты когда успела мимо меня прошмыгнуть, егоза? Давайте-ка руки мыть и ужинать...

***

      Александр Христофорович Бенкендорф стоял под палящим крымским солнцем и нетерпеливо искал в толпе прибывших своих детей. Анечку и Володю. Но первым он увидел бегущего со всех ног к нему Косточку. Этот маленький хулиган был единственным внуком в этой семье, Сережкина малявка не в счет - у нее свои бабули и дедули есть - потому его с самого рождения окружали любовь и забота взрослых. Но и Костя поровну делил свою любовь между всеми, кто его обожал. Они работали в мастерской с дедом Григорием, он помогал на кухне бабушке Варе, рыбачил с дедом Сашей и помогал разматывать клубки шерсти бабушке Лене. Всем остальным дядям и тетям он рассказывал истории, что читал ему на ночь папа, и пытался петь песни, что пела мама. А еще он покровительствовал маленьким Лизе Писаревой и Мише Шуллеру. Малыши родились с разницей всего в две недели, а потому Костей воспринимались как младшие сестричка и брат.       - Деда! - его громкий и радостный крик разнесся по огромной привокзальной площади, и Костя одним прыжком оказался на руках у любящего дедушки. - Знаешь, как самолет гудит? Вот так - «у-у-у», - малыш раскинул руки в стороны, изображая летящий самолет. - А еще нам сок давали! А мы на море пойдем? А знаешь, что у меня есть? Во! - и он с гордостью показал дедушке билет в синем конверте.       - Ну ты даешь! - Бенкендорф покачал головой и оценивающе посмотрел на «богатство». - Мне покажешь?       - Ага, - счастливо протянул внук и резко повернулся назад. - Мам, пап! Вы где?       Аня подошла к отцу и легко поцеловала его в щеку. Владимир подкатил тележку с чемоданами и строго заметил:       - Константин, а где твой рюкзак?       Корф-младший широко открыл рот и виновато уставился на отца. Тот точно так же открыл рот и вручил сыну рюкзак с болтающимся медведем-пандой.       - Как же ты его бросил? Там же подарки.       Костя шустро сполз на землю, уселся и стал сосредоточенно расстегивать молнию. Александр Христофорович вопросительно кивнул головой, но Владимир только поднял бровь. И тут его сын гордо поднялся и протянул деду коробочку с яркой надписью:       - Вот, деда, это тебе!       Увидев в руках внука новые силиконовые приманки для рыбалки, Бенкендорф показал ему большой палец и тихо сказал:       - Ты настоящий мужик, Корф! Спасибо тебе!       После чего вся компания погрузилась в дедов внедорожник и под веселую музыку отправилась домой к Бенкендорфам. Через час с небольшим они въехали в тихий двор, скрытый от любопытных глаз густыми кустами роз, виноградником и деревьями. И бабушка Лена получила от внука в подарок набор спиц разного диаметра и длины. Весь оставшийся день был заполнен разговорами, смехом и воспоминаниями.       - Ну, давай рассказывай, а то за этими охами и ахами и поговорить некогда, - пробурчал Бенкендорф, усаживаясь в глубокое ротанговое кресло.       Владимир иронично посмотрел на тестя и улыбнулся:       - Ты мне еще скажи, что Серега тебе ничего не писал и не говорил!       - У Сереги все разговоры начинаются и заканчиваются Натальей и Лизаветой, будет тебе известно! Знал бы я, что из него получится такой сумасшедший папаша, ничего бы не советовал пару лет назад.       Корф неосознанно потрогал пальцами челюсть - тот удар от будущего родственника он помнил отлично. Хотя тогда никто из них и не догадывался, чем и как закончится история Владимира Корфа и Анны тогда еще Долгорукой. Владимир откинулся на перила веранды и пожал плечами, не зная что рассказывать.       - Да в принципе все по-старому. Работаем, новые контракты подписали, Анютка сессию сдала, скоро выпускницей будет. Дома тоже все нормально - Варя и Григорий живы и здоровы, слава Богу. А в остальном ничего нового. И тоже - слава Богу. Знаешь, мне тех событий по самое «не хочу» хватило. Больше не надо.       Александр Христофорович потер грудь над сердцем. После тех событий, что закончились для него обширным инфарктом, он отошел от дел, передав бразды правления своему заму, а сам переехал в небольшой городок между морем и горами, где они с Аленкой наслаждались солнцем, покоем и гостями, что не давали ничего забыть и заскучать.       - Что твои родственнички?       Корф опять пожал плечами:       - Тетя в больнице, ты сам знаешь, а Долгорукий клининговой службой заведует у нас, как и раньше, ведрам и швабрам начальник. Одно хорошо - перестал заходить ко мне и советы давать, как вести дела!       - Хм, советы? Он свою компанию спустил, а тебе советы дает?       - Давал. Даже через Аню пытался всё себе вернуть. Вспомнил, что она ему как дочь была. Теперь все, Наталья никого не пускает.       - Да, Сережа говорил, что она на работу вышла. Не рано? Лизавете-то всего два исполнилось.       - Там Сережкины родители помогают, Аня вон тоже заявила, что скоро выйдет на работу. Представляешь эту компанию? Наши же кабинеты все на одном этаже! Если Аня, Наталья и Маша вместе соберутся - капец работе! А если еще и Татьяну Никиткину пригласят - будет у меня работа, как же!       Мужчины с улыбками переглянулись, Корф глубоко вдохнул, наполняя легкие чистым воздухом и ароматом трав.       - Хорошо у вас тут, тихо. Не то что в городе - все бегут, несутся, даже оглянуться времени нет.       - Вот и отдыхай, выбрось все из головы и наслаждайся.       - Да я бы рад, но как вспомню о том времени, вот как сейчас, аж руки чешутся ему голову оторвать. Ты понимаешь, он ведь все знал, подлец! Можешь представить, чего мне стоило выставить его из кабинета, когда он пришел компанию свою назад требовать! Я ему должен! За сына! А то, что его жена моих родителей...       Он замолчал и сжал кулаки. Владимир так и не смог смириться с мыслью, что родная сестра его матери оказалась её убийцей. Ради чего? Ради денег!       - Успокойся, Володя. Посмотри на это с другой стороны. Анечка с тобой, Костя растет, дела твои пошли резко в гору. А ради таких друзей, что у тебя появились, можно со многим если не смириться, то жить дальше.       В этот момент послышались быстрые легкие шаги, и на веранду вышла Анна. Бенкендорф улыбнулся и махнул рукой.       - Так, мужички! Время одиннадцать! Всем спать! Папа, ты таблетки принял? Или только бокал своего вина? Мама уже пошла спать, Костя ее уморил за целый день. Не слышу! - громко закончила она.       - Я ее когда-нибудь выпорю! - в сердцах пробурчал Александр Христофорович. - Приехала, ты ж понимаешь, и давай мне тут командовать!       - Поздно! - Анна усмехнулась и показала отцу язык, затем крепко обняла его за шею и тихо прошептала: - А будешь угрожать, я тебе червей копать не буду, понял?       - Шантажистка, - растаял от этой немудреной ласки строгий в прошлом детектив. - Ладно, идите уже! Володя, ты завтра как? Пойдешь со мной в море?       - Обязательно, пап. Если Аня червей накопает!       Они дружно рассмеялись и разошлись по своим комнатам.       - Ты чего отца прогнала? Еще же не поздно.       - А того, что сегодня праздник. День отца. Мой отец сегодня спит, а вот отец моего сына еще подарок не получил, - игриво проговорила Анна, кружась по комнате.       Корф поднял бровь и медленно пошел к своей искусительнице, наблюдая за ее движениями. Но Анна вдруг резко остановилась и наклонилась над чемоданом. Когда она поднялась, в ее руках была небольшая коробка, обвязанная розовой лентой.       - Вот, это тебе, любимый.       Корф поцеловал нежные пальчики, держащие подарок, и с любопытством уставился на невзрачную коробку. Что там? Его жена, конечно, та еще выдумщица, но он даже предположить не может - что же там спрятано? Он аккуратно развязал ленту, открыл крышку и с удивлением обнаружил в разноцветной бумаге плюшевого котенка.       - И что это означает? - он вертел игрушку в руках, со всех сторон рассматривая улыбающегося зверька, и тут увидел кнопку аудиозаписи на его пушистом пузике. Он нажал на кнопку и услыхал: - С днем отца поздравляю! Ха-ха-ха! Папа, папочка, не спишь? Говорит с тобой малыш. Я здесь рядом, в темноте, у мамули в животе, - далее послышалась музыка, но Владимир ее уже не слышал. Он повернулся к сияющей супруге, и вдруг его лицо искривила болезненная гримаса. Аня замерла и со страхом уставилась на мужа. А Корф стоял посреди комнаты, прижимая котенка к себе, а по его щеке медленно катилась слеза.       - Володя, - растерянно зашептала Анна, - ты не рад?       Она не успела даже вдохнуть, когда муж упал перед ней на колени и крепко обнял, уткнувшись носом в живот.       - Аня, на этот раз я буду отцом по-настоящему! Без тайн, без намеков! Я! С самого начала я! Анечка, любимая, проси, что хочешь, что пожелаешь, я всё исполню! Любое твое желание, любой каприз. Что угодно!       Улыбающаяся женщина провела пальцами по густым темным волосам и тихо прошептала:       - Я хочу только одного - я хочу дочку. Катюшу. Как мы мечтали когда-то. А все остальное у меня уже есть! И большего мне не надо. Ну разве что...       - Что? - выдохнул Корф.       - Хочу тебя, сейчас, завтра, через месяц, через год. Всю жизнь, навсегда.       - Тогда позволь мне любить тебя, Аня. Любимая... Всю жизнь... навсегда... Конец.