Проект "Перерождение"

      Паника охватила Люси с ног до головы. Холодок пробежался по спине от того, как Нацу скрючило. Драгнил прерывисто дышал, держался руками за горло. Девушка заметила проступившие вены на руках и шее, от чего ужаснулась еще больше. Только она хотела к нему вновь подойти, парень резко встал спиной к лицу Хартфилии.       — Все… нормально. Просто приступ астмы.— его словам девушка совершенно не поверила. Не те симптомы, как никак. Не успела Люси возразить, как Нацу рванул на противоположную улицу, оставляя блондинку в полном недоумении.       — Нацу, подожди! — гнаться за ним не было смысла. Не только потому, что он дал всем видом понять, чтобы его не трогали, но и из-за разности физического телосложения.       — Что же с тобой такое, Нацу Драгнил? — прошептала она в пустоту, не обращая внимания на прохожих, косо смотревших на нее, и на вибрацию телефона в сумке.       Это звонила Джу. Та, видимо, наконец, соизволила ответить подруге на ее недавние звонки. Однако даже после того, как Люси ответила, девушка будто не слышала Локсар.        "— Эй, Люси! Ты вообще меня слушаешь?!"       — Джу? А что с Нацу? — полностью игнорируя вопрос Джувии спросила Люси, медленным шагом направляясь, вроде как, к дому Грея.        "— А что с ним?" — в телефоне слышались нотки волнения.       — У него внезапно случился какой-то приступ. Упал на колени, начал тяжело дышать, а после проступили черные вены, что как минимум странно.        "— О, нет! У него сахарный диабет… Как он сейчас?!"        "Сахарный диабет, значит.?"       — Он толком ничего не объяснил и просто…убежал. Не странно ли это?        "— Когда у него случаются приступы, он не любит, когда его таким видят. Поэтому и пытается скрыться. Это странно, однозначно, ведь мы могли бы помочь, но он считает иначе." — Локсар явно сильно переживала, что не может помочь другу. Ее вздохи и пониженный голос полностью говорили об этом.       — А черные вены… Это разве нормально? — голос Хартфилии не был переживающим. Она будто вела какое-то расследование, как частный детектив, пытающийся как можно быстрее раскрыть дело.        "— Хм, черные? Возможно, тебе показалось. При приступе могут показаться вены легкого синего оттенка."        Люси промолчала. Она четко видела черный цвет, но спорить не стала.        "— Так, Люси. Давай поговорим об этом всем у Грея, хорошо? Скину тебе адрес." — на этом и завершился телефонный разговор.       На лице блондинки царило полное негодование. По телу, несмотря на достаточно теплую погоду, бродили мурашки, заставляя руками обнять себя за плечи. Девушка полностью ушла в себя, прокручивая в голове картину с приступом.

***

      Придя, нет, прилетев домой, юный вампир без всяких колебаний заперся у себя в комнате. Он совсем не понимал, что происходит с его телом.       В голову неприятно било слабыми, но частыми ударами; дышать и правда было очень трудно, из-за чего хотелось просто утопиться, чтобы не мучиться; проступившие клыки сильно резались в корнях, от чего хотелось выбить их; черные вены, кажется, стали еще темнее, все чаще и чаще покрывая тело парня полностью; голод был безумно сильным, невероятно хотелось убивать. И убивать вовсе не животных.       В носу застрял человеческих запах, а если быть точнее, запах Хартфилии. Вдыхая его, Драгнил представляет, как нападает на эту безобидную девушку и жестоко убивает. От этих мыслей он рвет и мечет по комнате, устраивая погром.       Быстрыми движениями Нацу отыскал пакетики с кровью, тут же выпив их один за другим.       Обычно, при сильном голоде ему хватало шести-семи пачек, но тут не хватило и двенадцати. К счастью, жажда ослабла, вены слегка посветлели, а глаза приобрели более человеческий вид.       В дверь постучали. Это был Грей, судя по голосу.       — Нацу, эй, ты там как?! Джу сообщила мне о приступе! — Фулбастер прислонился ухом к двери.       — Грей… Что со мной…творится? — слишком жалобный тон прослушивался в словах вампира. От этого Грею стало не по себе.       — Так, спокойнее. Сейчас я просуну тебе дозу.— поняв, что голод не исчез, брюнет открыл маленькую дверцу в стене рядом со входом в комнату. Это отверстие служило своеобразным почтовым ящиком, с помощью которого парень мог передавать кровь Нацу во время жажды. В целях безопасности, само собой.       Только кровь перешла на ту сторону, розоволосый рванул к посылке и махом выпил еще четыре порции. И вот спустя некоторое время, Фулбастер уже осматривал своего друга, с неким страхом смотря на весь погром, что тот устроил.       Вся вампирская сущность успешно исчезла, ни осталось и следа, но Драгнил был сильно напуган своим недавним поведением.       — Почему? — отчаянно спросил Нацу, обращаясь будто не другу, а Всевышним силам.— Почему это происходит со мной? Почему у меня была такая сильная жажда крови?!       Хоть Нацу и кричал, Грей с сильнейшим переживанием молча смотрел на вампира, не пытаясь как-то его успокоить.       За столько много времени знакомства Фулбастер успел стать личным доктором розоволосого. Брюнет завел дневник наблюдений и записывал все, что касается вампирской сущности Нацу. Если до этого записи ничем не отличались, то теперь явно придется заводить новую главу. Грей был довольно умен в медицинской сфере, да и о вампирах, благодаря Драгнилу, имел хорошее представление. Поэтому его предположение было весьма правильным.       — Ты взрослеешь, как вампир, Нацу.— глаза раньше названного распахнулись и уставились в одну точку.— Скорее всего, чем старше вампир, тем и больше ему требуется еды. Ты говорил, что давненько не пил кровь, вот взрослый голод и застал тебя врасплох.       — Я мог накинуться на Люси… Ее запах… Я до сих пор его чувствую.— юный вампир склонился и закрыл лицо руками, гадая, что же могло произойти. Лучший друг тяжело вздохнул, садясь рядом.       — Как раз таки из-за увеличения жажды, возможно, тебе и захотелось выпить кровь человека. Ты же знаешь, что человеческая кровь избавляет от желания съесть кого-то сильнее, чем животная. А Люси… просто была ближе всех, вот ты и запомнил ее запах.       После минутного молчания, вампир на полном серьезе попросил запереть его в изоляции, то есть в своей комнате, а после добавил:       — Нельзя, чтобы такое больше повторилось. Грей, прошу. Ты и папа единственные, кто смогут мне помочь… Если нужно будет, я вовсе не появлюсь в мире людей, а еще…       — Но, но, но! — Фулбастер вскочил на ноги, положил руки на плечи друга, заставляя того смотреть лишь в черные глаза.— Я тебе дам «изоляцию»! Так, Драгнил. Все люди, ну, и вампиры, взрослеют. Для меня не проблема удвоить, а то и утроить порции крови. Нам нужно выяснить твой промежуток голода, как мы раньше это сделали, и все будет нормально. К тому же, в случае с Люси, ты же не набросился на нее, верно? Ты сильный, так что справимся!       — Но мне страшно.— взгляд Грея смягчился и горько уставился на Нацу. Он понимал, чего розоволосый боится.— Я не хочу вам навредить. Никому из людей. Если я взрослею, как вампир, то, чем дальше, тем хуже. Если мы не найдем формулу «антивампиризма», то я могу стать убийцей.       — Кто сказал, что именно убийцей? — брюнет фыркнул, легонько ударив по лбу вампира.— Ты можешь научиться контролировать себя, и будучи достаточно зрелым вампиром, можешь овладеть достойными навыками. Так что не делай поспешных выводов.       Оптимизм этого сердцееда всегда поражал юного вампира. Нацу не верит, что такой, как Грей, умный, верный и любвеобильный, сможет принять всю черноту жизнь монстра. На лице вампира промелькнула улыбка, полная благодарности.       — Спасибо.— тихо произнес Нацу, но Грей не услышал, ибо ответил на звонок Джу, которая вовсю, на пару с Люси, спрашивала про состояние общего друга.

***

      Прошла целая неделя с того момента, как Люси узнала о болезни Нацу. Ее жутко бесило, что никак не может помочь ему, да и к тому же Грей постоянно говорил одно и тоже: «Он в норме, скоро появится».       Что касается совместной работы, Драгнил присылал по почте свою часть проекта. Нагло заглянув в телефон Фулбастера, Хартфилия выявила почту розоволосого и написала тому письмо, но все было глухо. Даже не прочитывал ее сообщения. Джувия постоянно успокаивала подругу, говоря, что такое случается, и волноваться в самом деле не о чем, но Люси это злило больше всего. Она понимала, что от нее что-то скрывают, и об этом секрете точно знает Грей, который умело уклонялся от расспросов блонди.       Всю эту неделю промучилась не только Хартфилия. Вампиру приходилось совсем несладко. Как известно, вампиры не спят, но стоило Нацу закрыть глаза и провалиться в раздумья, сразу представляется картина, как от его рук гибнут люди. Сначала растерзал на кусочки родного отца, затем в немом шоке вывернул шею Джувии, после накинулся на Грея и раздробил ему конечности, а потом… впивался в шею Люси, заставив мучиться ту до самой смерти. И самое ужасное, что при виде блондинки, вампир ощущал на языке вкус человеческой крови вперемешку с запахом девушки, а глаза начинали предательски краснеть.